Военспецы на службе в РККА

Термин «военспец» (сокращение от «военный специалист») имеет два основных значения, относящихся к разным историческим периодам:

В годы Гражданской войны в России (1918–1922): Это генералы, адмиралы, офицеры и военные чиновники бывшей Русской Императорской армии, которые были привлечены на службу в Рабоче-Крестьянскую Красную Армию (РККА) и Красный Флот для строительства регулярных вооруженных сил.

Официальной датой создания Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА) считается 23 февраля 1918 года.

2 марта (15 марта по новому стилю) 1917 года Императорский поезд с действующим Императором Николаем II Александровичем находился в городе Псков. Там располагался штаб Северного фронта. Командующий - генерал Рузский.
2 марта 1917 года стало днем окончательной изоляции императора и крушения самодержавия, а генерал Николай Владимирович Рузский сыграл в этом процессе ключевую роль.

В этот день произошёл финальный акт - Февральского государственного переворота.
Депутаты Государственной Думы IV созыва Российской Империи - В.В. Шульгин и А.И. Гучков в Пскове (в вагоне Императорского поезда) получили от Императора Николая II так называемое "добровольное" - "Отречение от Престола". Имея на руках данный "документ", подписанный простым карандашом", не заверенный Большой гербовой государственной печатью, они уехали в Петроград, охваченный революционными массами.

Иван Лукьянович Солоневич разоблачил точку зрения о "добровольном" Отречении Императора. По этому поводу он написал яркую книгу «Великая фальшивка Февраля» (часто переиздается под названием «Великая фальшивка февраля (Гибель династии)»).

Она была написана автором в эмиграции на основе его статей и лекций, а впервые издана отдельной книгой посмертно — работа над текстом велась в конце 1940-х — начале 1950-х годов. Однако наиболее известное современное издание, которое сегодня можно найти в каталогах, вышло в России в издательстве «Алгоритм» в 2007 году.

Отречение не было добровольным. Солоневич категорически отвергает термин «добровольное отречение». В его концепции это был классический дворцовый переворот, осуществленный верхушкой генералитета (Алексеев, Рузский) и либеральной буржуазией (Гучков). Император находился в полной изоляции («информационном вакууме») в Пскове, будучи отрезанным от верных ему частей и Ставки. Подписание манифеста карандашом для Солоневича — лишь внешняя деталь, подчеркивающая унизительность и незаконность процедуры принуждения монарха к отказу от власти.

Фальшивка народного характера революции. Главный тезис книги вынесен в заглавие. Солоневич утверждает, что Февральская революция не имела никакой поддержки в народе. По его мнению, русский народ глубоко любил своего Царя, а самодержавие было единственной формой правления, удерживавшей страну от распада. Революция же была делом рук «средостения» — узкого слоя элиты, думских политиканов, генералов-масонов и финансистов, которые хотели установить в России конституционную монархию по английскому образцу или республику.

Роль Гучкова и генералов. Центральными фигурами заговора он называет Александра Гучкова (которого прямо обвиняет в подготовке цареубийства еще с ноября 1916 года) и генерала Алексеева. Генерал Рузский в этой схеме выступает как прямой шантажист, блокировавший поезд императора и угрожавший неповиновением фронта в условиях войны с Германией.

Вот что он писал:
«Я помню февральские дни… какая великая безмозглость спустилась на страну. Стотысячные стада совершенно свободных граждан толклись по проспектам петровской столицы. Они были в полном восторге — эти стада: проклятое кровавое самодержавие кончилось! [...] По профессиональному долгу журналиста… толкался и я среди этих стад, то циркулировавших по Невскому проспекту, то заседавших в Таврическом дворце, то ходивших на водопой в разбитые винные погреба. Они были счастливы — эти стада. Если бы им кто-нибудь тогда стал говорить, что в ближайшую треть века за пьяные дни 1917 года они заплатят десятками миллионов жизней, десятками лет голода и террора, новыми войнами, и гражданскими, и мировыми, полным опустошением половины России, — пьяные люди приняли бы голос трезвого за форменное безумие"

Последствия. Солоневич называет этот акт государственной измены элит главной причиной катастрофы России. Свержение «удерживающего» (монарха) привело к мгновенному распаду армии (Приказ № 1), потере управления страной и, как неизбежное следствие, к Октябрьскому перевороту и приходу большевиков. Знаменитую фразу Николая II «Кругом измена, и трусость, и обман» Солоневич рассматривает не как субъективную обиду царя, а как абсолютно точный юридический и фактологический диагноз состояния правящего слоя Империи.

4 марта 1917 года в газетах Российской Империи телеграмма, адресованная генералу Алексееву, была опубликована и названа "Манифест Отречения от Престола".

Февралисты получили власть в Монархическом государстве. Коллективную власть.
А там, где коллективная власть, а не единоличная, всегда наступает безответственность.

Государственность начала сыпаться.

1 сентября 1917 года А.Ф. Керенский, не имея полномочий от всего русского народа, провозгласил в Российской Империи - республику.

В ночь с 24 на 25 октября 1917 года большевики (возглавляемые Л.Д. Троцким и В.И. Лениным) произвели в Петрограде Октябрьский государственный переворот.

В 1927 году его обозвали "Великая Октябрьская социалистическая революция".
До 1927 года его так не называли.
Сам Ленин и Троцкий в своих трудах называли его "переворотом".
В первые недели и месяцы после взятия власти большевиками это событие официально именовалось именно так — «переворот». Это слово использовалось в официальных документах Совнаркома, газетах («Правда», «Известия») и выступлениях лидеров для обозначения быстрой смены власти в столице.

Великая Октябрьская социалистическая революция. Длинное идеологизированное название окончательно закрепилось в государственном лексиконе только к десятилетнему юбилею в 1927 году. Этому предшествовала ожесточенная внутрипартийная борьба с троцкистско-зиновьевской оппозицией. Сталину было необходимо утвердить единую версию истории, где Октябрь представлялся не случайным успехом узкой группы заговорщиков, а неизбежным, закономерным и всенародным восстанием пролетариата под руководством партии. Слово «Великая» подчеркивало масштаб, «Социалистическая» — конечную цель, а «Революция» легитимизировала разрыв с правовыми нормами старого мира.

Однако речь сейчас не об этом.

Меня интересует, какое количество офицеров и генералов Русской Императорской Армии перешло на сторону большевиков.

На сторону большевиков перешло значительное количество командного состава бывшей Русской Императорской Армии.

Со временем значительная часть офицерского корпуса пришла к выводу, что только Советская власть способна отстоять национальный суверенитет России перед лицом внешней угрозы. Патриотически настроенные военные, ощущавшие неразрывную связь с народом, сочли своим долгом встать на сторону «красных» ради спасения страны. Важным стимулом для этого стало решение V Всероссийского съезда Советов (июль 1918 г.), гарантировавшее военным специалистам неприкосновенность их политических взглядов. В то же время существовала и другая категория бывших дворян и офицеров, чья ненависть к большевикам была настолько слепой, что они были готовы пожертвовать независимостью государства, вступая в опасные союзы с иностранными интервентами ради свержения советского строя.

Успешный опыт первых перешедших на сторону большевиков генералов стал стимулом для остальных офицеров Царской армии. В своем обращении к бывшим сослуживцам они призывали к консолидации сил в рядах РККА ради защиты государственных интересов. Лейтмотивом их послания стал призыв к гражданскому долгу: оставить в прошлом политические разногласия и добровольно встать на защиту страны, обеспечив её целостность честной и самоотверженной службой.

Общеизвестно, что привлечение дореволюционных специалистов к работе на советское государство зачастую сопровождалось жесткими, а порой и репрессивными мерами. Ряд исследователей даже характеризуют этот период как «путь на Голгофу» для отечественной интеллигенции. Тем не менее, высшее руководство страны осознавало ценность этих кадров и стремилось ограничить произвол. Так, приказ Президиума ВЧК от 17 декабря 1918 года предписывал проявлять осторожность и арестовывать специалистов дворянского происхождения лишь при наличии неопровержимых доказательств их антисоветской деятельности. Что касается военных экспертов, то их переход на сторону РККА был обусловлен не только принуждением, но и глубоким кризисом в армии, начавшимся еще до 1917 года. Многие офицеры добровольно поддержали большевиков, видя в этом единственный способ защитить интересы Отечества в условиях разрухи.

Общее число кадровых офицеров, составлявших командный состав вооруженных сил Российской империи, составляло 150 000. Это примерное число.

Результатом предпринятых мер стало значительное численное превосходство Красной Армии: в её рядах насчитывалось 75 тысяч бывших офицеров против 35 тысяч, служивших в белогвардейских формированиях. Роль этих специалистов в исходе Гражданской войны была решающей, учитывая, что 53% командного состава РККА составляли выходцы из офицерского и генеральского корпуса Императорской армии»

В условиях острой необходимости принятия решительных мер в ноябре 1917 года на пост начальника штаба и Верховного главнокомандующего был назначен генерал-лейтенант царской армии М. Д. Бонч-Бруевич. Его, потомственного дворянина, впоследствии стали называть «советским генералом». Именно под его руководством в феврале 1918 года началось формирование РККА на базе отрядов Красной Гвардии и уцелевших подразделений императорской армии. Этот период — с ноября 1917 по август 1918 года — стал для молодой Советской республики временем тяжелейших испытаний.

Михаил Дмитриевич Бонч-Бруевич появился на свет в Москве 24 февраля 1870 года в семье потомственного дворянина, работавшего землемером. Получив блестящее образование — сначала в Константиновском межевом институте, а затем в Московском пехотном юнкерском училище и Академии Генштаба, — он посвятил себя военной карьере. В течение девяти лет, начиная с 1898 года, Бонч-Бруевич преподавал тактику в стенах родной Академии, а позже принял участие в Первой мировой войне.

После революционных событий 1917 года он стал первым генералом, перешедшим на сторону большевиков и возглавившим штаб. Вероятно, на это решение повлияло влияние его брата Владимира, видного деятеля Совнаркома. В новой должности Михаил Дмитриевич работал в паре с бывшим генерал-майором С. Г. Лукирским. Жизненный путь военачальника завершился в 1956 году в Москве.

С конца 1918 года пост главнокомандующего Вооруженными силами Республики занимал С. С. Каменев (не путать с Л. Б. Каменевым, репрессированным в 1936 году). Будучи профессиональным кадровым военным, он начал службу в советский период с командования пехотной дивизией и благодаря высокому уровню компетенции совершил стремительный карьерный взлет.

Сергей Сергеевич Каменев, сын киевского военного инженера, получил блестящее образование в кадетском корпусе, Александровском училище и Академии Генштаба. Завоевав авторитет среди солдат еще в годы Первой мировой войны, он прошел путь от штабного офицера до одного из ключевых военачальников Красной Армии. Переломным моментом в его мировоззрении стало знакомство с трудами Ленина и Зиновьева, после чего в 1918 году он добровольно перешел на сторону большевиков.

На посту главнокомандующего РККА (1919–1924) Каменев руководил разгромом белогвардейских армий Деникина, Колчака и Врангеля, а также участвовал в подавлении ряда восстаний. Его стратегический план по разгрому Польши не был реализован из-за разногласий с командованием Юго-Западного фронта. В послевоенные годы Каменев внес значительный вклад в развитие Осоавиахима и организацию арктических спасательных операций, включая помощь экспедиции Нобиле и экипажу «Челюскина».

Ближайшим соратником и первым заместителем С. С. Каменева являлся П. П. Лебедев — потомственный дворянин, занимавший должность начальника Полевого штаба РККА. В прошлом генерал-майор Императорской армии, Лебедев сменил на этом посту М. Д. Бонч-Бруевича и на протяжении всего периода Гражданской войны (1919–1921 гг.) осуществлял эффективное руководство штабом, играя ключевую роль в планировании и реализации важнейших военных операций.

Павел Павлович Лебедев появился на свет в Чебоксарах 21 апреля 1872 года. Происходя из обедневшего дворянского рода, он смог получить образование за государственный счет. С отличием завершил обучение в Кадетском корпусе, Александровском военном училище и Академии Генерального штаба. Имея чин штабс-капитана, Лебедев был зачислен в Генштаб, где благодаря выдающимся способностям стремительно поднялся по служебной лестнице. Он принимал участие в событиях Первой мировой войны. Отказавшись присоединиться к белогвардейцам, Лебедев после личного приглашения Владимира Ленина перешел на сторону красных. Его считают одним из ключевых стратегов, разработавших операции по разгрому войск Николая Юденича, Антона Деникина и Александра Колчака. Коллегами отмечались его невероятная выносливость и готовность трудиться без выходных, из-за чего домой он возвращался лишь к четырем часам утра. По завершении Гражданской войны Павел Павлович продолжил службу на высоких руководящих должностях в Красной Армии. Он был удостоен высших государственных наград Советской Республики. Ушел из жизни 2 июля 1933 года в городе Харькове.

Александр Александрович Самойло, выходец из старинного дворянского рода, был непосредственным сослуживцем Лебедева, исполняя обязанности начальника Всероссийского Главштаба. Достигнув в рядах Императорской армии чина генерал-майора, он после октябрьских революционных событий перешел на сторону большевиков. За свои выдающиеся заслуги он был удостоен множества наград, включая два ордена Ленина, три ордена Красного Знамени и орден Отечественной войны I степени.

Александр Александрович Самойло родился 23 октября 1869 года в Москве. Его отец, происходящий из рода запорожских гетманов, служил военным врачом. В 1898 году он завершил обучение в Академии Генерального штаба. Во время военных действий Самойло трудился в оперативном отделе Генштаба. Выступая на стороне «красных», он участвовал в дипломатических переговорах с Германией (Брест-Литовск), Финляндией (апрель 1920 года) и Турцией (март 1921 года). Известно, что именно он послужил прототипом центрального персонажа романа Валентина Пикуля «Честь имею». Скончался в 1963 году, дожив до 94 лет.

Возникает ошибочное мнение, будто Ленин и Троцкий, формируя руководство армией, целенаправленно назначали на ключевые должности выходцев из императорского генералитета. Однако реальность такова: лишь обладатели высоких военных чинов располагали требуемой компетентностью. Именно их опыт позволил новому режиму в кратчайшие сроки разобраться в запутанной ситуации и защитить независимость страны. Суровые реалии военного времени действовали как строгий фильтр, выдвигая на передний план истинных специалистов и отодвигая в тень тех, кто лишь притворялся профессионалами, будучи на деле пустыми революционными болтунами.

Опираясь на детализированную картотеку офицерского состава русской армии, сформированную в октябре 1917 года, и сопоставив её с более поздними источниками, удалось установить достоверные данные о количестве военнослужащих Императорской армии, поддержавших советскую власть. Согласно статистике периода Гражданской войны, в рядах армии рабочих и крестьян числились 746 бывших подполковников, 980 полковников и 775 генералов. Красный Флот можно назвать аристократическим воинским подразделением, поскольку Генеральный штаб Российского военно-морского флота после Октябрьских событий почти полностью перешел на сторону большевиков и доблестно сражался за Советскую власть на протяжении всей войны. Командирами флотилий выступали бывшие контр-адмиралы Императорского флота и представители потомственного дворянства — В. М. Альтфатер, Е. А. Беренс и А. В. Немитц, которые также осознанно поддержали новое правительство.

Василий Михайлович Альтфатер, чей отец был генералом, появился на свет в Варшаве 4 декабря 1883 года и получил прекрасное образование. В ходе русско-японской войны он защищал Порт-Артур, а во время взрыва броненосца «Петропавловск» проявил героизм, спасая экипаж. В годы Первой мировой войны Альтфатер трудился в Военно-морском управлении. После перехода на сторону большевиков в 1917 году он стал первым командующим Красным военно-морским флотом. В своем заявлении он отметил: «Ранее я служил лишь ради пользы Родине. Я не знал вас и не доверял вам. И хотя многое остается неясным, я понял, что вы любите Россию сильнее многих из нас. Именно поэтому я пришел к вам». Василий Михайлович скончался от сердечного приступа 20 апреля 1919 года и был погребен на Новодевичьем кладбище.

Долгое время советская пропагандистская машина не давала объективной оценки роли отдельных категорий командного состава РККА, искусственно занизив их вклад и окутав имена героев завесой забвения. Между тем эти люди самоотверженно служили Родине в самые суровые годы, внесли весомый вклад в победу в Гражданской войне, но затем незаметно исчезли с исторической сцены, оставив после себя лишь сухие сводки и архивные бумаги. Подобно тысячам своих соотечественников, они отдали жизнь за Отечество и заслуживают глубокого уважения и вечной памяти.

Среди «военспецов» РККА было не менее 62 тысяч потомственных дворян.

В 1945 году в Красной Армии насчитывалось 12 Маршалов Советского Союза.

Именно эти военачальники осуществляли высшее руководство войсками на заключительном этапе Великой Отечественной войны и принимали капитуляцию нацистской Германии.

Список маршалов, имевших это звание к маю-июню 1945 года:

И.В. Сталин (звание присвоено 6 марта 1943 г.)
Г.К. Жуков (звание присвоено 18 января 1943 г.)
А.М. Василевский (звание присвоено 16 февраля 1943 г.)
К.Е. Ворошилов (один из первых пяти маршалов с 1935 г.)
С.М. Будённый (один из первых пяти маршалов с 1935 г.)
С.К. Тимошенко (звание присвоено 7 мая 1940 г.)
Б.М. Шапошников (звание присвоено 7 мая 1940 г., скончался осенью 1945 г.)
И.С. Конев (звание присвоено 20 февраля 1944 г.)
Л.А. Говоров (звание присвоено 18 июня 1944 г.)
Р.Я. Малиновский (звание присвоено 10 сентября 1944 г.)
Ф.И. Толбухин (знание присвоено 12 сентября 1944 г.)
К.К. Рокоссовский (звание присвоено 29 июня 1944 г.).

Примечательно, что Иван Данилович Черняховский, ставший самым юным и выдающимся командующим фронтом в годы Великой Отечественной войны, трагически погиб в феврале 1945 года. Согласно воспоминаниям начальника Генерального штаба А.И. Антонова, И.В. Сталин уже успел подписать указ о присвоении ему звания Маршала Советского Союза, однако этот документ так и не был опубликован из-за скоропостижной кончины генерала. В результате Черняховский остался за бортом официальных списков маршалов Победы, хотя по существу звание маршала ему было присвоено.

На параде Победы, состоявшемся 24 июня 1945 года на Красной площади, собрались все живые тогда маршалы. Парад принимал Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков, а руководил войсками сводных полков фронтов Маршал Советского Союза Константин Константинович Рокоссовский.

Из списка маршалов Победы 1945 года службу в Русской Императорской армии начинали восемь человек. Их чины и звания к моменту Февральской революции (2 марта 1917 года) распределялись следующим образом:

Прапорщики военного времени (выпускники ускоренных курсов):

Г.К. Жуков: Прапорщик (с августа 1916 г.). Служил в кавалерии, имел два Георгиевских креста за захват «языка».
К.К. Рокоссовский: Младший унтер-офицер, драгун. В декабре 1917 года вступил в Красную гвардию еще до официального присвоения офицерского чина.
Ф.И. Толбухин: Прапорщик (с 1915 г.). Начальствовал над саперной командой и ротой на Северо-Западном фронте.
Л.А. Говоров: Подпрапорщик (фельдфебель) учебной команды. За боевые отличия был представлен к производству в офицеры, но из-за развала фронта чин прапорщика получил только в январе 1918 года уже в Томске.

Подпоручики и поручики:

Р.Я. Малиновский: Ефрейтор, затем младший унтер-офицер пулеметной команды. К марту 1917 года — председатель полкового комитета. Офицерский чин не успел получить, так как после ранения находился в госпитале, а затем уехал во Францию в составе Русского экспедиционного корпуса.

Штабс-капитаны:

А.М. Василевский: штабс-капитан (с января 1917 г.). Командовал батальоном 409-го Новохоперского пехотного полка на Румынском фронте.
Б.М. Шапошников: Штабс-капитан (с 1916 г.). Старший адъютант штаба казачьей дивизии.
С.М. Будённый: Старший унтер-офицер, полный георгиевский кавалер. На март 1917 года служил в запасном кавалерийском полку в Москве, фактически находясь в резерве.

С июня 1942 года Александр Михайлович Василевский возглавил Генеральный Штаб РККА.
А. М. Василевский был прапорщиком с мая 1915 года, затем поручиком (с 22 ноября 1916 года), а к марту 1917 года уже имел чин штабс-капитана (присвоен с 14 декабря 1916 года, официально — с 21 марта 1917). То есть к 2 марта 1917 года он уже фактически считался штабс-капитаном по старшинству, хотя приказ вышел чуть позже. Командовал батальоном 409;го Новохопёрского пехотного полка на Румынском фронте.

Борис Михайлович Шапошников (20 сентября [2 октября] 1882, Златоуст, Уфимская губерния, Российская империя — 26 марта 1945, Москва, РСФСР, СССР) — русский и советский военачальник, военный и государственный деятель, военный теоретик. Маршал Советского Союза (1940).

Значительный вклад в развитие теории и практики строительства Вооружённых сил СССР, их укрепление и совершенствование, а также подготовку военных кадров. Он много и успешно работал над развитием военной науки, обобщая боевой опыт Первой мировой и Гражданской войн. Участвовал в комиссии по разработке уставов РККА, отражая в них основные положения военной доктрины СССР. В наиболее известном труде «Мозг армии» определил основные положения о характере будущей войны, глубоко раскрыл особенности руководства армией в войне и дал чёткое представление о роли, функциях и структуре Генерального штаба как органа Верховного Главнокомандования по управлению Вооружёнными силами. Правильность его выводов подтвердила Великая Отечественная война. Шапошников отмечается в военной истории как выдающийся военный теоретик, талантливый практик, хорошо знающий оперативно-стратегические вопросы. Само название «Мозг армии» Шапошников позаимствовал у английского журналиста и военного теоретика конца XIX — начала XX века Спенсера Уилкинсона.

И. В. Сталин испытывал к нему высокое доверие и уважение, выделяя из числа других государственных и военных деятелей тем, что обращался к нему лично по имени и отчеству, в то время как большинство руководителей страны и армии называл лишь «товарищем Шапошниковым»[4]. Уже с конца 1930-х годов он входил в круг ключевых советников вождя по стратегическим военным вопросам.

В период начального этапа Великой Отечественной войны, с июля 1941-го по май 1942 года, он занимал пост начальника Генерального штаба Красной Армии. Кроме того, с июля 1941-го по февраль 1945 года являлся членом Ставки Верховного Главнокомандования.

Этот Маршал Советского Союза стал единственным представителем высшего командного состава, выбывшим из рядов вооружённых сил СССР в годы войны вследствие смерти от болезни.

Военспецы в МВТУ (г. Москва)
В Московском высшем техническом училище (МВТУ, ныне МГТУ им. Н.Э. Баумана) в первые годы советской власти преподавала плеяда выдающихся ученых и инженеров — бывших специалистов Российской Императорской армии и флота.

Хотя многие из них были прежде всего гениальными техниками, их статус «военспецов» определялся тем, что они руководили кафедрами оборонного значения или имели высокие воинские чины.

Вот ключевые фигуры дореволюционной профессуры МВТУ, составившие золотой фонд военспецов:

1. Николай Егорович Жуковский (1847–1921)

Статус: Отец русской авиации, заслуженный профессор, полковник-инженер Императорской армии.
Роль: Основатель Центрального аэрогидродинамического института (ЦАГИ). В МВТУ он возглавлял кафедры теоретической механики и гидродинамики. Его расчеты легли в основу конструкции всех военных самолетов Первой мировой войны и последующих поколений истребителей СССР.

2. Алексей Николаевич Крылов (1863–1945)

Статус: Генерал-лейтенант по флотскому интендантству, академик.
Роль: Выдающийся кораблестроитель и математик. До революции был главным инспектором кораблестроения. В 1917 году возглавил Главную физическую обсерваторию, а затем стал ведущим экспертом по проектированию артиллерии ВМФ для советского государства. Его учебники по теории колебаний судов использовались в Бауманском училище десятилетиями.

3. Сергей Алексеевич Чаплыгин (1869–1942)

Статус: Ближайший ученик Жуковского, ученый-аэромеханик.
Роль: Один из основателей аэродинамики как точной науки. Возглавлял расчетные бюро на заводах «Дукс», которые производили самолеты для фронта. В советское время стал директором ЦАГИ и преподавал в МВТУ теорию воздухоплавания.

4. Евгений Леопольдович Николаи (1880–1951)

Статус: Профессор баллистики, офицер-артиллерист старой армии.
Роль: Один из главных создателей внутренней баллистики (науки о движении снаряда внутри ствола орудия) в России. После революции остался преподавать в МВТУ и Артиллерийской академии РККА. Он заложил теоретическую базу для создания советских систем артиллерийского вооружения.

5. Владимир Григорьевич Шухов (1853–1939)

Статус: Великий инженер, не имел военного чина, но выполнял стратегические военные заказы Империи.
Роль: Создатель первых российских нефтепроводов и гиперболоидных башен. Во время Первой мировой войны его заводы перекрывали потребности фронта в мостовых конструкциях и резервуарах. В Бауманском училище он вел курс строительной механики, воспитывая инженеров фортификационного профиля.

Военная кафедра МВТУ (период формирования):
Согласно историческим данным военной кафедры университета, костяк преподавательского состава в 1920-е и 1930-е годы составляли именно бывшие полковники и генералы Генштаба:

Петр Михайлович фон Зигель: Полковник императорской артиллерии, начальник кафедры военно-промышленного дела (1930–1933 гг.).
Евгений Евгеньевич Шишковский: Выпускник Николаевской академии Генштаба (1908 г.), полковник, начальник кафедры «Военное дело».
Иван Семенович Калюжный: Бывший полковник Генерального штаба царской армии, возглавивший военную подготовку студентов после эвакуации училища в Ижевск в 1941 году.

Эти люди обеспечили преемственность научной школы: от имперских разработок в области тяжелой артиллерии и кораблестроения к советским ракетным двигателям, танковой броне и авиационным пушкам времен Великой Отечественной войны.

ЛТИ (г. Ленинград), а ныне БГТУ "ВОЕНМЕХ" им. Д.Ф. Устинова
История формирования преподавательского состава и научной школы Военмеха (Ленинградского механического института, ныне БГТУ «Военмех») неразрывно связана с дореволюционной артиллерийской школой Российской Империи.

Хотя институт был официально основан декретом СНК в 1930 году на базе ремесленного училища, его фундамент был заложен профессурой Михайловской артиллерийской академии и Николаевского инженерного училища еще царских времен.

Ключевые фигуры из числа бывших офицеров и генералов Императорской армии, составившие костяк научно-педагогической элиты Военмеха:

П.Ф. Лесгафт — Профессор, ученый-физиолог. Основоположник биомеханики. Хотя не был строевым офицером, его научные труды легли в основу физической подготовки РККА.

В.М. Трофимов — Генерал-лейтенант артиллерии. Выдающийся ученый-артиллерист. Один из создателей теории лафетов и баллистики. Руководил кафедрой в ЛМИ (Ленинградском механическом институте).

И.П. Граве — Полковник. Изобретатель первой в мире ракеты на бездымном порохе. В СССР стал профессором, действительным членом Академии артиллерийских наук.

Д.А. Вентцель — Генерал-майор. Специалист по внешней баллистике. После революции остался преподавать, заложив основы советской школы стрельбы дальнобойной артиллерии.

В.И. Романовский — Генерал-майор. Преподаватель тактики. Перешел на сторону большевиков, занимался подготовкой командных кадров в начале 1920-х годов.

МГТУ им. Н.Э. Баумана (в 1930–1943 годах — Московский механико-машиностроительный институт, МММИ) к началу Великой Отечественной войны являлся главным «поставщиком» инженерных кадров для оборонной промышленности СССР.

К 1941 году выпускники и преподаватели Военмеха составляли костяк конструкторских бюро, занимавшихся танковой, авиационной и артиллерийской техникой.

Ключевые фигуры и их вклад:

Борис Львович Ванников (выпускник) — хотя он не был конструктором в узком смысле, как нарком вооружений (а затем боеприпасов) он обеспечивал технологическую базу. Под его руководством были организованы производство полковых пушек ЗиС-3, реактивных минометов «Катюша» и массовое внедрение автоматической сварки по методу Евгения Патона.

Жозеф Яковлевич Котин (выпускник 1929 г.) — главный конструктор Кировского завода в Ленинграде. Создатель тяжелого танка КВ («Клим Ворошилов»), который до появления «Тигров» практически не пробивался немецкой противотанковой артиллерией. Под его руководством создавался легендарный танк ИС-2.
Николай Алексеевич Астров (выпускник 1929 г.) — ведущий разработчик легких танков. Именно под его руководством созданы танки Т-50, Т-60, Т-70 и самоходная установка СУ-76. Последние стали «рабочими лошадками» советской пехоты на протяжении всей войны.

Семен Александрович Гинзбург (выпускник 1928 г.) — начальник отдела одного из главных управлений Наркомата тяжелой промышленности, а позже заместитель наркома танковой промышленности. Главный куратор создания танка Т-34 на Харьковском паровозостроительном заводе (ХПЗ). Считается одним из «отцов» самого массового танка Второй мировой войны.

Михаил Ильич Кошкин (выпускник заочного отделения 1934 г.) — начальник КБ завода № 183 (Харьков). Руководитель разработки танка Т-34. Несмотря на то что формально во время войны он уже не работал (скончался в 1940-м), именно его школа проектирования определила облик советского танкостроения вплоть до конца войны.
Алексей Иванович Шахурин (выпускник 1924 г.) — Народный комиссар авиационной промышленности (1940–1946). Хотя он не был чертежником, именно он организовывал эвакуацию авиазаводов на восток и запуск конвейеров штурмовиков Ил-2.
Владимир Яковлевич Климов (выпускник 1916 г.) — академик, создатель двигателей серии ВК (М-100, М-105, М-107). Эти моторы устанавливались на истребителях Як-1, Як-3, ЛаГГ-3 и бомбардировщиках Пе-2. Без климовских моторов победа в небе была бы невозможна.

Валентин Петрович Глушко (выпускник 1929 г.) — основоположник жидкостного ракетного двигателестроения. К 1941 году разрабатывал двигатели для ракетоплана РП-318 и крылатой ракеты «212». Его работы заложили фундамент для будущей космической программы СССР.

Уникальность школы МГТУ ("Бауманка") Особенностью подготовки было сочетание глубокой теоретической физики с практикой на заводах. Студенты старших курсов работали мастерами цехов. Это позволило выпускникам сразу включаться в работу без долгой адаптации. Именно бауманцы спроектировали противооткатные устройства для орудий БМ-13 («Катюша»), лафеты для зенитных пушек и механизмы заряжания для морской артиллерии.

В 1941 году вклад выпускников и преподавателей ЛВМИ (Ленинградского военно-механического института, ныне БГТУ «Военмех») в оборону страны был колоссальным. Поскольку институт с момента основания готовил кадры именно для оборонной промышленности, его выпускники составляли элиту советского ВПК.

Ключевые фигуры и их вклад в 1941 году:

Фёдор Фёдорович Петров (выпускник 1931 г.) — выдающийся конструктор артиллерийского вооружения. Под его руководством на заводе № 172 в Мотовилихе (г. Пермь) были изобретены и поставлено на конвейер легендарные гаубицы.
122-мм гаубица М-30 образца 1938 года. Признана одним из лучших образцов своего класса в мировой истории.
152-мм гаубица-пушка МЛ-20 образца 1937 года. Мощное орудие корпусного звена..
К концу 1941 года эти пушки начали массово поступать в войска, став  массовым советским орудием войны. Данные орудия сыграли одну из ключевых ролей над разгромом 6 армии Паулюса в Сталинградской битве.

Михаил Николаевич Логинов — выдающийся советский конструктор артиллерийского вооружения (создатель зенитных пушек и 45-мм противотанковой пушки образца 1937 года, 37-мм автоматическая зенитная пушка образца 1939 года (61-К), 85-мм зенитная пушка образца 1939 года (52-К), — учился в обоих ведущих технических вузах страны ("Бауманка" и "Военмех"), но диплом получил именно в Ленинграде.

Пётр Абрамович Тюрин — конструктор артиллерийских систем. Один из создателей советской противотанковой артиллерии. Участвовал в разработке 57-мм противотанковой пушки ЗиС-2, которая начала производиться перед войной и стала грозой немецких танкистов в 1941–1942 годах.

Иван Ильич Иванов — видный конструктор авиационного стрелкового вооружения. Выпускник механического факультета. Работал над созданием скорострельных авиационных пулеметов и пушек (в том числе ШКАС и УБ), которые устанавливались на истребители Як, ЛаГГ и штурмовики Ил-2.

Аркадий Григорьевич Костиков — инженер-конструктор, специалист по реактивным двигателям. Хотя пусковые установки «Катюша» (БМ-13) разрабатывались в НИИ-3, костяк инженеров-двигателистов состоял из специалистов Военмеха. Костиков руководил разработкой пороховых ракетных двигателей, обеспечивших залповый огонь гвардейских минометов.

Выпускники-контрукторы боеприпасов. Огромная часть студентов предвоенных лет распределялась на заводы Наркомата боеприпасов. Именно они налаживали производство взрывателей, гильз и снарядов в условиях эвакуации заводов на Урал и в Сибирь летом-осенью 1941 года.

Институт в годы войны: Когда началась война, преподаватели и студенты «Военмеха» не просто ушли на фронт добровольцами (ушло более 600 человек), но и превратили мастерские института в цех по производству оружия. Уже в сентябре 1941 года, несмотря на начало блокады, учебные мастерские выпустили первую партию корпусов мин и миллионы гильз для Ленинградского фронта прямо из стен вуза.

В советской историографии и государственной пропаганде периода позднего сталинизма (1945–1953) доминировал тезис о том, что победа в Великой Отечественной войне была одержана исключительно благодаря «мудрому руководству» И.В. Сталина и монолитному единству советского народа вокруг Коммунистической партии.

Согласно этой концепции:

Партия выступала как «единственный вдохновитель и организатор разгрома врага». Роль ВКП(б) рассматривалась не просто как политическая или идеологическая, а как непосредственно военно-стратегическая.
Победа трактовалась как триумф социалистического строя. Утверждалось, что только плановая экономика СССР смогла выдержать столкновение с промышленностью всей Европы и обеспечить армию вооружением лучшего качества («танк Т-34 — лучшая машина войны», реактивная артиллерия).
Подчеркивалась роль партийной агитации: именно коммунистическая идеология объявлялась тем моральным стержнем, который позволил советскому солдату выстоять в 1941 году и дойти до Берлина.
Любые успехи приписывались гению Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина. В этот период формировался культ личности, где победа представлялась результатом его личного полководческого таланта, а поражения начального этапа списывались на внезапность нападения и объективные трудности перебазирования заводов.

Таким образом, в сталинский период история войны подавалась не как подвиг народа сам по себе, а как результат безошибочного управления страной со стороны партии большевиков под руководством вождя.

Победа СССР в разгроме над национал-СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ Германией (Адольфа Гитлера) была бы невозможна без использования опыта и кадров выходцев Русской Императорской армии («военспецов») и старой инженерной школы, и, тем самым, следует отвергнуть миф о том, что большевики строили армию «с нуля» из рабочих и крестьян.