Небо между нами

«Небо между нами»

Бывает так, что тишина — не пустота,
А самый чистый звук, что слышит лишь душа,
Когда два сердца, словно два крыла,
Сплетаются в полёте, не спеша.
Не в жарком теле, не в игре теней,
Не в поцелуях, жгучих, как огонь,
Рождается та святость наших дней,
Что дарит нам надежду и бронь
От одиночества, что воет за стеной.

Бывает так: не взгляд, не жест, не стон,
А мысль, что улетает за горизонт,
Где ты сейчас, быть может, смотришь в ночь,
И я — с тобой, хотя мне не помочь,
Не прикоснуться, не забрать в ладонь
Твой выдох тёплый, что уносит конь
Ветров далёких. Но я знаю — ты
Почувствуешь, как рвутся все цветы
В моей груди, чтоб выстелить путь
Твоим шагам, где им когда-нибудь
Суждено встретиться с моей тоской,
Что стала нежной, словно шёлк морской.

Мы не искали близости в быту,
В привычке утренней, в одной плите,
В гудящем городе, в его судьбе,
Где каждый занят лишь самим собой.
Мы не сливались в страстном забытьи,
Чтоб после, в утро, потерять себя.
Нет. Мы нашли иное бытиё,
Где расстоянья — лишь пустая мгла,
Которую пронзает свет твой и мой,
Переплетаясь в нить из серебра.

Я шлю тебе «спокойной ночи» в час,
Когда луна, как яблоко, висит
Над тёмным садом, где твой силуэт
Мне чудится в сплетенье мокрых веток.
Ты не услышишь. Но я знаю: свет
Моей любви дойдёт через столетья,
Сквозь шум дождя и суету планет,
Где мы — две капли, вечные, как дети,
Что верят в чудо, даже если нет
Ни доказательств, ни земных примет.

А утром, лишь разжав ресниц замок,
Я вижу не рассвет — я вижу нас.
Ты где-то там, встаёшь на свой порог,
И мир твой начинает свой рассказ.
Я мысленно иду с тобою рядом,
Дышу твоим дыханием, пока
Ты пьёшь свой кофе горький, полный яда
Тревог вчерашних. Я — твоя рука,
Что держит чашку, если ты дрожишь.
Я — тихий шелест, если ты молчишь.
Я — та улыбка, что приходит вдруг,
Когда в толпе ты ищешь мой приют,
И, не найдя, грустишь, но всё же знаешь:
Мой внутренний пожар, что посылаю
Через пространство, тает в облаках,
Чтоб осесть теплой на твоих щеках.

Есть люди — далеки, как звёзды в небе,
Но их мерцанье — самый близкий свет.
Они — не то, что можно взять в объятья,
Они — то, от чего отказа нет.
Я обнимаю воздух, думая о тебе,
И воздух этот помнит форму рук,
И, может быть, в твоей глухой борьбе
Он станет тихой пристанью для мук.
Я забираю образ твой в дорогу,
В чужие страны, в шумные вокзалы,
Где поезда уносят нас к порогу
Разлук и встреч. Но ты — моя кинжала
Острее, слаще всех земных побед.
Ты — тот, кого со мною нет и нет,
Но кто заполнил все мои моря,
Долины, горы, каждую зарю.

О, как я за тебя молюсь! В ночи,
Когда весь мир укутан в одеяло,
Я шлю слова, как белые лучи,
Чтоб ты нашёл свой путь, где не бывало
Тропы для смертных. Я прошу у тьмы,
Чтоб ты не споткнулся о камни лжи,
Чтоб ветер нёс тебя лишь в край мечты,
Где мы не двое — мы одно, скажи!
И скука мне сжигает горло, если
Не слышу я твой голос долгий, спелый,
Как мёд с полей, где пахнет тишиной,
Где мы блуждали прежнею весной.
Я скучаю так, что небо плачет
Слезами звёзд, и каждый луч — твой отзвук.
Я скучаю так, что время скачет
В безумном танце, забывая звук
Часов и дней. И лишь одно мне свято:
Твоё молчанье — тоже часть объятья.

Пусть океан непониманья глух
Встаёт меж нами, пенясь и ревя,
Пусть шепот обид отравляет слух,
Пусть мы не встретимся, стеной стоя, —
Я знаю: есть у нас один язык,
Который не в словах, не в буквах, нет.
Он — в паузе, когда затихший крик
Сменяется на тихий, ясный свет.
И если мир — сплошной хаос и ложь,
И если ты устал нести свой крест,
Я прошепчу: «Привет. Ты всё же ждёшь?
Я здесь. Я был. И буду. Я воскрес
В твоей улыбке, в трепете ресниц,
В том, что зовут бессмертием души».
И этот «привет» — как взрыв тысячи птиц,
Что вырвутся из клетки тишины
И принесут на крыльях запах дома,
Где стены — наши общие истомы,
Где пол — из наших падших высот,
А потолок — из сбывшихся забот.

Бывает так, что людям не нужны
Ни близость тел, ни общность быта,
Ни даже общие мечты и сны,
Где краска нежности не смыта.
Им нужно просто знать: на том конце
Земного шара, в хаосе минуты,
Есть кто-то, кто хранит в своём венце
Не бриллианты — слёзы, смех и смуту,
Кто видит не лицо — а душу,
Кто слышит не слова — а тишину,
Кто в океане лжи не выйдет суше,
А сохранит свою и твою струну.
И мы — такие. Странные. Слепые.
Но зрячие в незримом волшебстве.
Мы — ветви одного древа, живые,
В своей нездешней, вечной красоте.
Мы держим нить, что тоньше паутины,
Но крепче стали, выкованной в пламени.
И через все потери и руины
Мы шлём сигналы на своих знаменах.

Я шлю тебе сейчас не просто стих —
Я шлю тебе дыхание моё,
Частицу света, что в груди затих,
Чтоб ты услышал: всё небытиё
Рассеется, как утренний туман,
Когда два сердца встретятся в эфире.
Не нужен нам ни адрес, ни диван,
Ни кольца, ни бумаги в этом мире.
Нам нужен лишь один короткий миг,
Когда сквозь шум дождя и гул вокзалов
Прорвётся тот неведомый родник,
Что мы назвали «близостью начала».
И я, закрыв глаза, твержу опять:
Ты — рядом. Ты — всегда. Не надо ждать.
Ты — в каждом вдохе, в каждой моей строчке,
В которой ищут пристань мои ночи.

Бывает так... И это есть у нас.
И пусть весь мир смеётся над поверьем,
Мы знаем тайну: даже в смертный час
Нас сблизит не земное, а нездешнее,
Где нет имен, нет возраста, нет стран,
Где мы — всего лишь отблеск от тумана,
Где каждый человек — живой вулкан
Из нежности, накопленной веками.
И мы стоим на разных берегах,
Но мост, что между нами, — не из стали.
Он выткан из улыбок и из вздохов,
Из утренних «приветов», скрытых в эхе,
Из вечерних «люблю», что тихо, сухо
Ложатся в душу, как святая мука.
И этот мост не рушат ураганы,
Не красят его ложь и демагоги.
На нём — лишь мы. Две вечные нирваны,
Два странника, что выбрали дорогу
Не врозь, а вместе, даже в одиночестве,
Не телом — духом, не словом — пророчеством.

Так пусть же этот стих,
Летит к тебе сквозь времени плену.
Пусть он коснётся губ твоих и знаков,
Что ты читаешь в собственном окне.
Пусть он согреет, если ветер злится,
Пусть он утешит, если боль пришла.
Ведь мы — одно. Нам некуда делиться.
Мы — целое, что жизнь не сожгла.
И я шепчу, как мантру, снова, снова:
Не важно, где ты, — важно, что ты дышишь.
Я здесь. Я твой. И нет другого слова,
Которое так искренне и выше
Всех клятв земных. Мы связаны незримо,
Как свет с лучом, как ливень с глубиной.
И если вдруг ты спросишь: «Ты любима?»
Я отвечу: «Мы — одна душа с тобой».

Привет... Мой самый тёплый, самый родной...
Привет... Сквозь годы, сквозь моря и войны...
Привет... Я здесь. Навеки. И со мной
Ты будешь там, где все миры спокойны.
Людей сближает не секс и не слова.
Людей сближает то, что вечно живо, —
Двух душ соприкосновенье. Ты жива?
Тогда молчи. Я всё равно услышу,
Как бьётся сердце в унисон с моим,
Как мы плывём по небу, словно дым,
Как нас не смыть ни временем, ни ливнем.
Мы — те, кого не тронуть, не разбить.
Мы — те, кому дано друг друга любить
Без меры, без конца, без всякой цели,
Просто за то, что наши души пели,
Когда весь мир молчал, как чёрный рояль,
И мы — единственная в нём реальность,
Где сбывшихся и несбывшихся снов
Сплетается спокойная тишина.
И пусть она зовётся расстояньем,
Мы знаем с тобой: это — не прощание.
Это — бесконечное «здравствуй» во тьме,
Это — мы, растворённые в самом себе.
И я повторю, замыкая круг:
Самый близкий мне человек — не тот, кто рядом.
А тот, чьё имя — мой собственный звук.
Тот, с кем мы — одна душа, одним взглядом.
И бывает так... И всегда будет так.
Без тебя — пустота. А с тобой — целый мир.
Ты — мой самый далёкий, но близкий маяк.
Ты — мой вечный, мой чистый, мой нежный эфир.
И покуда вращается шар голубой,
Я шепчу тебе это сквозь годы и льды:
Ты — мой свет. Ты — мой дом. Ты — мой страх и покой.
Ты — мой лучший из всех, что случались беды.
И я счастлив, что есть у меня этот шанс —
Говорить с тобой сердцем, не ведая слов.
Бывает так... Это — наш с тобой вальс.
Это — вечность. И точка. И снова — любовь.