Парадоксы антимира Глава 15

Глава 15 АНГАР

Именно нелепость, ситуации и безупречный русский язык Денис почему-то убедили его в реальности произошедшего, или в реальности перехода в иную реальность.

Внутренне он был готов к переходу всегда, только не активно и осознано, а скорее предположительно. Как он не мог понимать тогда сердцем, или шестым чувством, но теперь он знал точно, что он всегда был… приёмником, антенной или устройством, которое всегда настроено на приём потусторонних посланий. И, Марина, без сомненья, находится на той же волне.

То, что она является руководителем проекта, его не смущало. По-другому и быть не могло. Только она могла ввести иглу абстрактной идеи в ткань квантового пространства. Так, витиевато изъяснялся, обычно, Николай. И именно в его манере рассуждал сейчас Феликс, совершенно не отдавая себе отчёта, просто переключившись на другую волну.

Это звучит невероятно, но такое переключение происходит не совсем осознано. Ты просто становишься свидетелем чего-то. Вот тебя подвели к проходу, и…

«Что за мысли у меня такие? Разве я могу так думать сам? Кто руководит моим сознанием? Кто создал бога? Где существует кристаллическая жизнь? Почему растёт частота Шумана?» - эти, и многие другие вопросы возникали и теснились в его сознании, как надписи на стенах, звучали одновременно в ушах, вкрадчивыми голосами…

Именно встреча с Денис Джоплинн и стала поворотным моментом в его окончательном решении, участвовать в проекте лично. Внутренне-то он был готов давно. Вся его жизнь, потерявшая прежний блеск, подводила его к этому решению. И, разумеется, Марина.  Её участие в проекте, её новое место в его сердце.

Но только, Денис, подмигнув и высунув язык, заставила принять решение окончательно. Собственно, внутренне он был готов давно. Оставались какие-то сомнения финансового порядка, но проблемы подобного свойства уже не цепляли его за филейные места его натуры, как было ещё совсем недавно.
 
Феликс сразу понял, что вложения потребуются немалые и как деловой человек он долго взвешивал все за и против. При этом он прекрасно сознавал, что он давно и безоговорочно ПРОТИВ.  Против хвастовства, чванства, пошлости и прочих атрибутов шоу бизнеса. Находясь в самой гуще событий, он постепенно дистанцироваться от него. И он почувствовал, как процесс ускоряется.

А вот, насчёт ЗА… Это означало вложение своих кровных миллионов, а во что? В совершенно фантастический проект? В проект, как он понял, полулегальный. В который раз он пустился в детальный анализ, но потом остановился. Сколько уже можно, ведь все варианты уже перебраны многократно.

И опять, он в который раз погрузился в обрывистые воспоминания о своих астральных похождениях, нет, скорее, экскурсий, находясь в каком-то неопределённом состоянии, которое он называл сновидениями. Просто более подходящего определения он не нашёл.

Он явственно осознавал границу между мирами, невидимую и непреодолимую, ощущал нечто находящееся по ту сторону, видел Денис прямо перед собой… Было ли это проявлением антимира? Вполне возможно… Как странно всё это! Его посещали видения, которые, несмотря на твёрдую реальность, можно оценить, лишь, как чудный сон. Может ему подмешали чего-нибудь в кофе? Вздор! Ведь кофе пил не он один. Пил и сам Николай, пила и Марина, правда в меньших количествах. Так что вряд ли… слишком просто и банально.

А не банально, это то, что его энергетический двойник в реальном сновидении был в Антимире, точнее, наблюдал его через невидимый экран. Там же, за экраном он был, увидев своего двойника, должен был возникнуть контакт с ним. Точнее, с самим собой, своей половиной, о которой до сей поры и не подозревал. Как не подозревают о том, миллионы и миллиарды людей на земле. Чудны дела твои, Господи! Значит, стоит ли такое рандеву семи миллионов долларов?



Техническая часть проекта «Парадоксы Антимира» стартовала. А стартовав, стала быстро ускоряться, благодаря, кипучей энергии Николая и деньгам Феликса. Сервера были закуплены в кратчайшие сроки, а пока их, по мере поступления, складировали в надёжном, охраняемом месте. Но работы шли полным ходом помимо закупки серверов.

Одновременно, и очень энергично, начались строительные работы на заброшенном кукурузном поле бывшего совхоза «Красный серп». Когда в арендованный склад стали поступать первые контейнеры, на поле уже была забетонирована площадка-фундамент к которой была проложена грунтовая дорога, подсыпанная щебнем, которая другим концом выходила на старую дорогу, что шла по полям вдоль линии электропередач.

Пока застывал фундамент, на площадку завозились и другие стройматериалы, брус и доски для будущего ангара. Одновременно был воздвигнут добротный домик на две комнаты для охраны и обслуги, туалет в углу участка. Сам участок по периметру был огорожен металлической сеткой.

Когда бригада плотников принялась возводить ангар, Феликс появился на участке лично. Для этого он «оседлал» старенький микроавтобус «Тойота Хайс». Феликс вышел из машины и, довольно долго, стоял, оглядывая строительную площадку, поражаясь энергии и организаторским способностям Николая.

Итак, на месте многолетнего пустыря шла энергичная и спорая работа. На расчищенной площадке уже готов основательный фундамент, на котором возводилась конструкция, в виде огромного сарая, собранного из бруса. Солидный каркас венчала добротная крыша.

В глубине сарая-ангара появилась фигура Николая. Он безмятежно улыбался Феликсу, вытирая руки ветошью.

— Ну, вот! – сказал он торжествующе. – Каркас для будущего проекта уже практически готов. Остаётся набить его электронными мозгами и нажать клавишу – пуск!

— И? – спросил Феликс.    

— Что, и? – не понял (или прикинулся) Николай.

— Дальше что происходит?

— Что происходит дальше? – промурлыкал Николай. – А дальше происходит создание квантового поля. Невероятного пространство, описать которое можно только одним словом – неописуемое! Вот такой вот каламбур.

Тут Феликс каким-то задним умом понял простую вещь: если тебе удалось смоделировать, сформировать квантовое поле, считай, что ты создал, даже не новый мир, а неописуемое число миров и возможностей. Именно это «неописуемое число» поразило его воображение. Ник прекрасно это понимал. Он щёлкнул пальцами и заявил с самодовольным видом:

— Будущее можно рассчитывать, экстраполируя предыдущие события. Фазовые переходы рассчитать сложнее, но определённый контроль возможен. Зная предысторию процесса, можно предсказать, что будет в будущем. Так устроена природа – грядущее уже запрограммировано. Но человек может изменить будущее. Здесь надо провести различие между грядущим и будущим. Грядущее, это близкая перспектива, будущее – дальняя. Так вот, грядущее – прогнозируется. Будущее – прогнозируется плохо.

Закончив на этой странной фразе, Николай глубоко вздохнул и горделиво выпрямился.

— Из этого ангара будет дан старт машины времени. Понимаю, звучит помпезно и даже глупо. Время, это природный способ, не позволяющий, чтобы всё происходило одновременно. А пространство не позволяет, чтобы это происходило именно с тобой. Так острил кто-то из нобелевских лауреатов, а, впрочем, не важно. Это всё о времени и пространстве третьего измерения. Опять же вопрос: как выйти за его пределы? А выходить никуда не надо. Оставаясь на месте, ты проникаешь туда, скажем, абстрактно, сначала на короткое время. Потом всё чаще и продолжительней. Но ментально ты продолжаешь оставаться в трёхмерном теле двоичного восприятия. Или полярного восприятия. Но двоичность мироздания не прихоть нашего материального мира. Всё существует одновременно – и материя, и дух. И вещество, и поле завязаны между собой накрепко и нераздельно. И на макро, и на микроуровне.

— Слушай, профессор, хватит уже лекций. Давай уже к делу. Этот сарай, как я понимаю, что-то вроде черепа, и осталось вставить в него электронные мозги, которым предстоит решить фантастическую задачу, родившуюся, пока что, только в вашем воспалённом воображении. Ведь так?

Николая в изумлении вздёрнул брови, так, что подпрыгнули очки.
         
 — Ну, ты даешь, Флякс! Выдал, просто класс, одним словом – артист!

— Да, завязывай уже, притомил! – с раздражением отрезал Феликс. И уже деловито и озабочено, — значит здесь, во чистом поле, мы установим кучу серверов на миллионы долларов?

— Не всё обстоит так всё мрачно! – возразил Николай. – Вон, видишь рабочие уже строят флигель для охранников и техникков по обслуживанию. Площадка будет хорошо освещена и огорожена сетчатой оградой.

Он остановился, вытянулся во фрунт и посмотрел на Феликса, как фельдфебель на генерала. – Можно собаку завести, в конце концов.

Феликс отмахнулся от него, мол, достал уже, и решил сам обойти участок. Везде чувствовался порядок и организованность, а приглядевшись к деталям, он увидел отлаженный идеально механизм. И это его успокоило.

Вся площадка была полностью очищена от травы и кустов. Строительные материалы сложены с одного края площадки и не мешают работе. В уголке душевая и биотуалет.  До ближайшего столба электропередачи, проложен, на треногах из прочного бруса, высоковольтный кабель.       

Всё надёжно и добротно. Феликс понял, что делать тут ему больше нечего. С Николаем он может обсудить, что потребуется, в более благоприятной обстановке.

Вечером, вернувшись домой, он обнаружил в квартире Марину. Как-то так повелось в последнее время, что одной ногой она перебралась к нему. В общем, случалось так, что Марина жила у него какое-то время, потом опять исчезала. По такому случаю она, ненавязчиво, разместила к него свой небольшой гардероб, который умещался в одном чемодане. Поэтому у неё был свой ключ. Такая ситуация, когда его девушка переехала к нему домой, хоть и временно, была немыслима, до сегодняшнего дня, но всё меняется в этом мире…  Теперь она, как ни в чём ни бывало, вышла из кухни. Они обнялись. После долгого поцелуя Марина сказала:

— А что ты не спрашиваешь, куда я уезжала?

— Я думал спросить об этом завтра, — с деланным безразличием отозвался Феликс.

— Дурак! – Марина сняла с плеча полотенце. Судя по всему, она время даром не теряла, и из кухни истекали изумительные запахи. Вечер обещал быть томным и уютным. К такому вечеру прилагаются и другие приятные добавки в виде вина, вкусных блюд и, конечно, любви. Такой вот пышный букет человеческих удовольствий, с претензией на изысканность. А на деле тривиальный сюжет романтического вечера на двоих. Вдруг Марина, как бы вспомнив, всплеснула куками.

— Ах, да! Я же хотела показать тебе любопытный документ, касающийся лично тебя… — она замолчала, интригующе поигрывая бровями. Феликс некоторое время, молча смотрел на неё, а потом медленно произнёс:

— И окажется, что всё это время сканировали мой мозг?

— Не весь, а только маленькую, но немаловажную часть – гипоталамус. Слышал о таком? – и, не дожидаясь ответа, продолжила. – Тем более, ничего мы не сканировали. Снимали точечные показания, так будет корректнее. Ну, это всё не важно. Главное здесь то, что активировался твой гипоталамус, крохотный участок в самом центре мозга.

— И, что это означает?

Вместо ответа она долго смотрела на Феликса. Губы её, при этом, подрагивали, а глаза светились подозрительным восторгом. Тут она быстро вскочила, порылась в своей сумочке и извлекла из неё сложенный вчетверо листок бумаги.

— Вот! – сказала она, — я распечатала основной график работы гипоталамуса в режиме альфачастот. И вдруг частота резко возрастала. Не скачком, а такой вот синусоидой. – Взгляни! – она развернула листок. – Видишь эту горизонтальную линию? — Феликс кивнул. – Вот она ритмично колеблется в узком диапазоне. Это норма. А вот происходит всплеск.

И, правда, на графике изображён скачок, в виде крутой волны.

— Такой всплеск возникает у тебя периодически. Значит действие его кратковременно. Но есть тенденция, что эта частота может перейти в новое качество.

— И, что это означает? – Опять такой общий вопрос. Она снова долго смотрит не него, но теперь глаза её были темны.

— Это значит, что ты становишься магом, дорогой! – спокойно и серьёзно закончила она.

Феликс открыл, было, рот, но вопрос где-то застрял, а может, никакого вопроса не было. Потом он понял, что надо спросить что-то, чтобы не выглядеть глупо, спросил:

— Это что, такая затейливая аллегория?

- Нет. Всё вполне конкретно. Термины типа; магия, магический, представь себе, вполне востребованы в научном сообществе, точнее, у некоторой её части и мы решили ничего не выдумывать. — Она замолчала, как бы ожидая вопроса, но Феликс словно онемел.

— Ты маг, дорогой, который и не подозревает об этом. Печальное положение, это если рядом нет никого на кого можно опереться.

Она положила ему на плечо сомкнутые руки и прижалась к ним щекой.

— Но я ничего не ощущаю, — неуверенно произнёс Феликс.

— Всплеск происходит очень быстро, практически мгновенно. Затем частота таких всплесков ускоряется, и скоро ты почувствуешь, как меняется твоё осознание. Сейчас ты уже что-то ощущаешь, но это происходит так быстро, что пока остаётся на уровне подсознания…

Феликс слушал, мало что понимая. Казалось, она говорит о ком-то другом. Похожем на него, как две капли воды, до последней клетки. И всё-таки… Он поднял голову.

— Скажи честно! – произнёс он с трагической дрожью в голосе, — ты специально заманила меня, как исследуемый объект?

Вопрос, конечно, глупый, но задан он был предельно серьёзно и, казалось, должен вызвать замешательство, но Марина, конечно ответила сразу, без паузы, словно давно ждала его.

— И, да. И, нет. Вот такой ответ на квантовом уровне. Наши с тобой орбиты пересеклись, и в этом нет ни случайности, ни закономерности. Это происходит просто. Так вселенная играет сама с собой. Твоя галактика, и моя, просто игрушки в космической песочнице. Скажешь туманно и неопределённо? А иначе и быть не может. Там, где ничему нет пределов, не ищи определённости.

Феликсу на миг стало жутко от таких слов. Но Марина уже рядом. Она целует его. Целует нежно, и он постепенно успокаивается.

(продолжение следует)