Деловой код Империи. Сводка объявлений. 22

«Деловой код Империи. Сводка объявлений № 22»


(ОБЪЯВЛЕНИЯ в «Правительственном Вестнике» № 22 от 28 января 1900 г.)

 
Редакция и анализ: Андрея Меньщикова.

________________________________________

«Согласно заявлению жены действительного статского советника Марии Феодоровны Хрущовой,
залоговое свидетельство, выданное 21-го марта 1889 г., за № 113, старшим нотариусом с.-петербургского окружного суда на недвижимое имение ее, Хрущовой, состоящее С.-Петербургской губернии, в городе Петергофе, в квартале за Гербом, по С.-Петербургской улице, под № 5, утрачено, вследствие чего, все присутственные места, казенные управления и лица, к коим это относится, имеют сделать свои возражения в установленный законом годичный срок, по истечении которого запрещение, наложенное при выдаче упомянутого свидетельства, будет снято старшим нотариусом.
(342)»

Потерянная бумага Марии Хрущовой
Представь себе Петергоф, конец января 1900 года. За окнами роскошного особняка на Санкт-Петербургской улице крутит январская метель. В комнатах тепло, пахнет дорогим табаком и духами. И тут хозяйка дома, почтенная супруга действительного статского советника (между прочим, генеральский чин, фигура заметная!), бледнеет у секретера. Пропала бумага. Да какая!
Целых одиннадцать лет — с самого марта 1889 года — залоговое свидетельство под несчастливым номером 113 лежало себе спокойно. Под него, возможно, когда-то брались солидные деньги на обустройство этого самого имения «в квартале за Гербом». И вот — сквозь землю провалилось. Обыскали всё: от комодов карельской березы до лакейских сундуков. Нету.
А без этой бумаги престижная усадьба в элитном пригороде столицы будто связана по рукам и ногам — на ней висит вековое нотариальное «запрещение». Ни продать, ни в наследство передать без хлопот.
И вот Марии Феодоровне приходится инициировать огромную бюрократическую машину Империи. Подается заявление старшему нотариусу. Строгие клерки в Петербурге макают перья в чернильницы и отправляют текст в «Правительственный Вестник».
Теперь вся деловая Россия — от банковских дельцов до казенных палат — предупреждена. Запущен огромный невидимый таймер ровно на 365 дней. Целый год Марии Феодоровне придется ждать, пока тикают эти часы, и молиться, чтобы из какого-нибудь петербургского банка не вынырнул старый кредитор с претензией. И только в январе 1901 года, если всё будет тихо, нотариус взмахнет пером, снимет оковы с петергофской усадьбы, и генеральша сможет вздохнуть спокойно.

________________________________________

«УПРАВЛЕНИЕ НИКОЛАЕВСКОЙ ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГИ

доводит до сведения гг. нефтепромышленников, что в пятницу, 11-го февраля 1900 года, в совете управления Николаевской ж. д. (Петербург, Знаменская площадь, вокзал дороги) будет конкуренция на поставку с 1-го марта 1900 г. по 1-е июня 1901 г. — 5.000.000 пуд. нефтяных остатков для отопления паровозов.

Желающие могут заявить цены на поставку нефтяных остатков в таком же количестве и на два или на три периода, т. е. к 1-му июня 1902 г. или к 1-му июня 1903 года.

Подробные условия сдачи подряда на означенную поставку можно получать во все присутственные дни, с 10-ти часов утра до 4-х час. дня, в конторе материальной службы Николаевской ж. д. (С.-Петербург, вокзал, новое здание).

По желанию подробные сведения о предстоящем заподряде будут высланы заявителю почтой.
1-(344)-3»


Черное золото для стальных коней

Знаменская площадь в Санкт-Петербурге (нынешняя площадь Восстания), февраль 1900 года. К Николаевскому вокзалу стягиваются солидные господа в тяжелых шубах с бобровыми воротниками. Под мышками у них — запечатанные сургучом пакеты. Это «гг. нефтепромышленники» — бакинские нефтяные короли или их столичные поверенные.

Сегодня Управление Николаевской дороги устраивает не просто тендер, а «конкуренцию» — так тогда официально называли торги.

На кону стоит фантастический куш. Дороге нужно 5 миллионов пудов нефтяных остатков (мазута). Если перевести в понятные нам меры — это без малого 82 тысячи тонн топлива! Главная магистраль Империи, связывающая две столицы, вовсю переводит свои паровозы с дров и угля на жидкое топливо. Мазут эффективнее, чище и технологичнее.

Обрати внимание на размах имперского планирования. Дяденьки в Управлении мыслят стратегически. Они хотят законтрактовать мазут не просто до лета 1901 года, а закидывают удочку сразу на «два или три периода» вперед — аж до лета 1903 года! То есть они готовы гарантированно выкупать огромные объемы, фиксируя цены на годы вперед, чтобы никакие кризисы не остановили движение поездов.

Интересна и логистика. Никакого интернета, разумеется, нет. Если ты бакинский магнат и сидишь у себя на промыслах в Каспийском море, изволь либо прислать человека в «новое здание» вокзала на Знаменской площади, либо отправить запрос, и тебе «заподрядные» условия вышлют старой доброй почтой. Время — деньги, а имперская почта работает как часы.

А внизу скромно притаился наш индекс: 1-(344)-3. Цифра «1» означает первую публикацию (всего их, судя по всему, будет три, о чем говорит тройка в конце), а «344» — это номер входящего объявления в регистрационной книге Вестника. Государство бдительно следит, чтобы условия торгов были открытыми и честными — настоящий «деловой код» в действии.

________________________________________

«ПРАВЛЕНИЕ ЮЖНО-РУССКОГО ЛЕСОПРОМЫШЛЕННОГО ОБЩЕСТВА,

на основании § 50 устава, имеет честь пригласить гг. акционеров в обыкновенное общее собрание, назначенное на 29-е февраля 1900 г., в 2 ч. дня в Киеве, в помещении правления (Б. Подвальная № 33).

Предметы, подлежащие рассмотрению, следующие:

1. Выслушание докладов правления и ревизионной комиссии.
2. Рассмотрение и утверждение отчета и баланса на 1-е ноября 1899 г., а также распределение прибылей.
3. Утверждение сметы расходов и плана действий на 1899–1900 год.
4. Избранные, согласно § 25 устава, двух директоров правления и кандидата, а также членов ревизионной комиссии.
5. Заявление душеприказчика по духовному завещанию М. Я. Гребена и предложение правления об уменьшении основного капитала общества на 500.000 рублей.
6. Разрешение правлению кредитоваться.
7. Рассмотрение и решение инструкций правлению и решение других вопросов, которые могут быть предложены правлением общему собранию.

В случае неприбытия в собрание требуемого § 59 устава числа акционеров, вторичное общее собрание назначается на 15-е марта, в 2 ч. дня, в том же помещении и таковое будет признано законносостоявшимся, не взирая на число явившихся в оное акционеров.
(349)»



Киевский лесной узел и завещание господина Гребена

Представь себе дождливый зимний Киев. Улица Большая Подвальная, дом 33 (сегодня это улица Ярославов Вал — самый центр, у Золотых ворот). К роскошному зданию съезжаются кареты. На повестке дня — не просто рутинный подсчет прибылей от продажи древесины, а исторический перелом в жизни огромной компании.

Самое интересное здесь скрыто в пункте 5. Пахнет детективом! Скончался один из крупных акционеров или основателей общества — господин М. Я. Гребен. На сцену выходит его душеприказчик (исполнитель завещания). Похоже, покойный завещал изъять свою долю или направить её на благотворительность. Из-за этого правление вынуждено пойти на радикальный шаг — уменьшить основной капитал компании на колоссальную сумму — 500 000 рублей!

Чтобы понять размах: полмиллиона царских рублей в 1900 году — это цена примерно 50 породистых имений или годовой бюджет небольшого города. Лесопромышленники теряют огромный кусок оборотных средств. Неудивительно, что следующим пунктом 6 идет экстренное требование: «Разрешить правлению кредитоваться». Компании срочно нужны банковские вливания, чтобы перекрыть эту полумиллионную пробоину и продолжать рубить и продавать лес.

А еще обрати внимание на дату — 29 февраля 1900 года. 1900 год — первый год нового века, и он високосный. Акционеры собираются в этот редкий день, словно подчеркивая исключительность момента.

Но директора — тертые калачи. Они прекрасно знают лень столичных и местных инвесторов. Поэтому в конце объявления они элегантно страхуются. Если 29 февраля ленивые акционеры предпочтут рестораны на Крещатике и не соберут кворум, то 15 марта собрание состоится при любом количестве явившихся. И тогда оставшиеся в меньшинстве решат судьбу этих полумиллиона рублей как им вздумается.

Юридический код Империи здесь безупречен: устав превыше всего, права наследников соблюдены, но и бизнес останавливать из-за одного покойного миллионера никто не собирается.

________________________________________

«УТЕРЯННУЮ КВИТАНЦИЮ

гг. И. В. Юнкер и К°, за № 97.805, на принятый ими в залог от г. А. В. Мешкова, 18-го февраля 1899 г. — за сто пятьдесят рублей, сроком 18-го мая 1899 г. — один 5% закладной со выигрышами лист Государственного дворянского земельного банка с майским 1899 г. купоном серии 8.697, № 10 — просят считать недействительной.
(104)»


Фатальная забывчивость господина Мешкова

Давай перенесемся в февраль 1899 года на Кузнецкий Мост в Москве или на Невский проспект в Петербурге. Именно там располагались роскошные конторы знаменитого банкирского дома «И. В. Юнкер и Ко» — одного из главных финансовых китов империи.

В банк заходит господин А. В. Мешков. Ему срочно нужны живые деньги — 150 рублей (сумма приличная, средняя зарплата рабочего за полгода). Но просто так под честное слово Юнкеры денег не дадут. И Мешков оставляет в залог ценную бумагу — выигрышный лист Дворянского земельного банка под купонный доход в 5%.

Это был не просто залог, это был лотерейный билет высшего госуровня! Такие листы регулярно участвовали в тиражах, и по ним можно было выиграть целое состояние — до 200 тысяч рублей.

Банкиры забирают лист, выдают Мешкову 150 рублей и выписывают квитанцию за внушительным номером 97 805. Договор короткий — всего на три месяца, до 18 мая того же 1899 года. Мешков должен был вернуть долг с процентами, предъявить квитанцию и забрать свою ценную бумагу (и, что важно, получить по ней майские дивиденды!).

И вот тут начинается самое интересное. На дворе уже конец января 1900 года. Срок договора истек еще прошлым летом! И все эти месяцы Мешков, скорее всего, безуспешно искал злополучную квитанцию. Без нее Юнкеры залог не отдают — порядок есть порядок. А ну как бумага попала в руки мошенников, те придут, заберут лист, да еще и выигрыш по нему сорвут?

В итоге банкирский дом Юнкера теряет терпение (или сам Мешков умоляет о помощи) и дает объявление в «Правительственный Вестник». Этот шаг намертво аннулирует потерянный клочок бумаги. Квитанция № 97 805 отныне — просто мусор. Мешков наконец-то сможет закрыть свой затянувшийся долг, а банк обезопасил себя от судебных исков. Деловая гигиена превыше всего!

________________________________________

«ПРАВЛЕНИЕ ЮЖНО-РУССКОГО ПРОМЫШЛЕННОГО БАНКА

доводит до всеобщего сведения, что товарищ директора банка г. Л. Т. Фельдзер по болезни оставил службу, вследствие чего подпись его прекращается.
3-(337)-3»


Внезапная «болезнь» господина Фельдзера

Давай разберем эту лаконичную записку. На первый взгляд — обычный больничный. Ну, приболел человек, с кем не бывает, уволился по состоянию здоровья. Но зачем трубить об этом на всю Российскую Империю через «Правительственный Вестник»? Да еще и трижды (о чем нам говорит тройка в начале и конце индекса 3-(337)-3)?

Дело в должности. Л. Т. Фельдзер — не рядовой клерк, он «товарищ директора». В переводе на наш современный язык — первый заместитель председателя правления банка. Человек с правом первой подписи, который мог легким росчерком пера переводить миллионы рублей, одобрять гигантские кредиты и подписывать ценные бумаги.

И вдруг — бах! Подпись прекращается.

В банковском мире сто лет назад (впрочем, как и сейчас) это означало одно: экстренный отзыв цифрового ключа. Правление банка буквально кричит на всю страну: «Господа! Если этот человек принесет вам вексель или чек от нашего имени — не верьте! Его подпись больше не стоит ни гроша!».

Формулировка «по болезни» в таких случаях часто бывала лишь элегантной ширмой. Возможно, за ней скрывался грандиозный внутренний аудит, подозрение в растрате или жесткий конфликт акционеров. Банку нужно было мгновенно обезопасить себя от «прощальных» финансовых махинаций уходящего топ-менеджера.

Обрати внимание, как сурово и прямолинейно работал «деловой код» эпохи: вчера ты вершитель судеб в Южно-Русском промышленном банке, а сегодня твоё имя печатают в газете с черной меткой — «подпись прекращается». Бескомпромиссная финансовая гигиена.

________________________________________


«СОСТОЯНИЕ СЧЕТОВ С.-ПЕТЕРБУРГСКОГО ЧАСТНОГО КОММЕРЧЕСКОГО БАНКА
на 31-е декабря 1899 года.

Основан в 1864 году.

Уплата дивиденда производится: в правлении банка, в С.-Петербурге; в московском отделении (Ильинка, д. Хлудова); в ростовском-на-Дону отделении.
Складочный капитал: 10.000.000 руб. (40.000 акций по 250 руб.)

АКТИВ (в рублях и копейках)

• Касса:
— В С.-Петербурге: 457.780 руб. 93 коп.
— В Москве: 373.821 руб. 13 коп.
— В Ростове-на-Дону: 59.061 руб. 73 коп.
— ВСЕГО: 890.663 руб. 79 коп.

• Текущий счет в Государственном банке:
— В С.-Петербурге: 569.440 руб. 50 коп.
— В Москве: 458.944 руб. 60 коп.
— В Ростове-на-Дону: 7.751 руб. 31 коп.
— ВСЕГО: 1.036.136 руб. 41 коп.


• Текущие счета в частных банках:
— В Ростове-на-Дону: 69.326 руб. 04 коп.
— ВСЕГО: 69.326 руб. 04 коп.

• Учет векселей (имеющих не менее двух подписей):
— В С.-Петербурге: 8.366.013 руб. 23 коп.
— В Москве: 2.728.296 руб. 75 коп.
— В Ростове-на-Дону: 1.290.281 руб. 02 коп.
— ВСЕГО: 12.384.591 руб. — коп.


• Ссуды под залоги:
— Государственных и правительственных ценных бумаг: всего 36.032 руб. 20 коп.
— Паев, акций и облигаций, правительством не гарантированных: всего 111.165 руб. — коп.
— Ссуды до востребования (on call) под гарантированные ценные бумаги: всего 490.443 руб. 72 коп.
— Ссуды до востребования (on call) под негарантированные ценные бумаги: всего 4.450.460 руб. 59 коп.

• Золото и серебро (в монете и слитках):
— ВСЕГО: 82.142 руб. 80 коп.


• Ценные бумаги, принадлежащие банку:
— Государственные и правительством гарантированные: всего 470.216 руб. 69 коп.
— Паи, акции, облигации и закладные листы, не гарантированные: всего 1.474.566 руб. 19 коп.

• Принадлежащие банку тратты и векселя на заграничные места:
— ВСЕГО: 73.065 руб. 78 коп.


• Корреспонденты (Итого по их счетам Loro и Nostro):
— Кредиты под обеспечение ценными бумагами и товарами: всего 9.380.511 руб. 49 коп.
— Банковские кредиты: всего 3.370.404 руб. 40 коп.
— Свободные суммы в распоряжении банка и векселя: всего 2.636.171 руб. 09 коп.

• Счет отделений: 4.727.506 руб. 15 коп.

• Просроченные ссуды: 17.300 руб. — коп.

• Протестованные векселя: 25.230 руб. 41 коп.

• Текущие расходы: 442.844 руб. 23 коп.

• Расходы, подлежащие возврату: 41.567 руб. 80 коп.

• Недвижимое имущество: 290.000 руб. — коп.

• Переходящие суммы: 256.396 руб. 20 коп.


ИТОГО АКТИВ: 44.385.277 руб. 26 коп.


ПАССИВ (в рублях)

• Складочный капитал: 10.000.000 руб. — коп.
• Запасный капитал: 5.681.647 руб. 42 коп.

• Капитал и фонды, поступающие в распоряжение гг. акционеров: 61.060 руб. 26 коп.

• Вклады:
— На текущие счета: всего 6.088.514 руб. 27 коп.
— Срочные: всего 3.218.344 руб. — коп.

• Переучтенные векселя: всего 588.714 руб. 47 коп.

• Корреспонденты:
— По их счетам (Loro): всего 7.737.751 руб. 85 коп.
— По счетам банка (Nostro): всего 4.845.274 руб. 31 коп.

• Счет отделений с правлением: 3.727.506 руб. 15 коп.

• Недвижимое имущество А.: 460.000 руб. — коп.

• Невыплаченные по акциям банка дивиденды: всего 9.634 руб. 99 коп.

• Полученные проценты и комиссия: 1.719.577 руб. 22 коп.

• Неоплаченные переводы: 31.223 руб. 12 коп.

• Переходящие суммы: 216.029 руб. 20 коп.

ИТОГО ПАССИВ: 44.385.277 руб. 26 коп.
(326)»



Имперский аудит на Английской набережной

Давайте на секунду представим масштаб. 31 декабря 1899 года. Повсюду звенят бокалы, Империя готовится встретить ХХ век. А в доме № 18 на Английской набережной (элитнейшее место, бок о бок с иностранными посольствами и дворцами великих князей) допоздна горит свет. Бухгалтеры С.-Петербургского частного коммерческого банка сводят годовой баланс. И цифры тут крутятся астрономические!

Общий баланс банка — без малого 44 с половиной миллиона рублей. Чтобы перевести это на современный вес золота — это миллиарды долларов.

Посмотрим, как красиво разложена география имперского бизнеса. У банка два мощных крыла: Москва (офис на финансовой передовой — Ильинке) и Ростов-на-Дону — южные ворота Империи, через которые шло зерно, уголь и колоссальные потоки экспорта.

Самая живая деталь — «Учет векселей» на 12 миллионов рублей. Это значит, что банк буквально питал кровью торговлю Империи, выкупая долги купцов и промышленников. А графа «Ссуды on call» (до востребования) почти на 4,5 миллиона под негарантированные бумаги говорит о том, что банк активно играл на бирже и кредитовал крупных спекулянтов. Рисковые были ребята, с размахом!

Но и консерватизм на высоте: в подвалах на Английской набережной и в отделениях лежит чистого золота и серебра на 82 тысячи рублей — весомый металлический аргумент стабильности.

Изящный штрих в пассиве — «Невыплаченные дивиденды за 1893–1897 годы». Кто-то из акционеров уехал в Париж, кто-то банально забыл, а банк педантично, до копеечки, годами хранит эти невостребованные рубли. Деловой код чести в действии: баланс сошелся копейка в копейку — 44.385.277 рублей и 26 копеек. Банк вступает в ХХ век абсолютным титаном.

________________________________________

«ПРАВЛЕНИЕ БОГОСЛОВСКОГО ГОРНОЗАВОДСКОГО ОБЩЕСТВА

сим доводит до общего сведения, что оплата купона срочного 1-го февраля сего года по 5% облигациям общества, а равно и капитала по вышедшим в 3-й тираж погашения облигациям, согласно условий выпуска сих облигаций, будет производиться в России банками: Волжско-Камским коммерческим, С.-Петербургским международным коммерческим, С.-Петербургским учетным и ссудным и Русским для внешней торговли и их провинциальными отделениями; в Германии — в Берлине, у гг. Роберт Варшауэр и К°; во Франции — в Париже, в отделении Русского для внешней торговли банка.
1-(110)-3»


Уральский металл на берегах Сены и Шпрее

Представь себе заснеженный, суровый Богословский горный округ на Северном Урале. Там, среди тайги, дымят гигантские заводы, плавится медь, льется сталь, стучат рельсопрокатные станы. Богословское общество — это промышленный монстр, которым владеет знаменитая Надежда Половцова (дочь барона Штиглица). Металлургический бизнес требует колоссальных денег на модернизацию.

Где их взять? Ответ в объявлении — на международном рынке капитала через выпуск 5% облигаций.

И вот наступает 1 февраля 1900 года — день выплаты процентов (купонов) и возврата основного капитала по облигациям, которые попали в «3-й тираж погашения». Часть долга общество честно закрывает. И посмотри, какая невероятная глобализация!

Российские держатели облигаций — от купцов до чиновников — идут в лучшие банки страны: Волжско-Камский или Международный коммерческий. Но самое интересное происходит за границей. В Берлине немецкие инвесторы, поверившие в уральский металл, стройной очередью идут в престижный банкирский дом «Роберт Варшауэр и Ко». А в Париже французские буржуа, шурша чеками, заходят в парижский филиал Русского банка для внешней торговли.

В 1900 году русский рубль — твердая, обеспеченная золотом валюта, желанная в любой европейской столице. И уральские заводы исправно платят по счетам золотым дождем дивидендов, подпитывая доверие европейских бирж. Настоящий триумф «делового кода» и экономической экспансии России накануне нового века.

________________________________________

«ПРАВЛЕНИЕ ТОВАРИЩЕСТВА АЛАТЫРСКИХ ПАРОВЫХ И ВОДЯНЫХ МЕЛЬНИЦ

покорнейше просит гг. пайщиков пожаловать в чрезвычайное общее собрание в субботу, 26-го февраля 1900 года, в 11 часов утра, в помещение правления, в Москве, на Варварке, в дом страхового общества «Якорь» для обсуждения вопроса о покупке недвижимой собственности.
(103)


Мукомольные короли на Варварке

Перенесемся в глубь Империи — в Симбирскую губернию, старинный город Алатырь. Там, на берегах Суры, шумят огромные мельницы Товарищества. Они уже давно не те патриархальные деревянные домики из сказок: здесь вовсю свистят паровые машины, крутятся новейшие вальцовые станки, перемалывая миллионы пудов поволжского зерна в первосортную муку.

Но где бьется финансовое сердце этого поволжского мукомольного гиганта? Разумеется, в Москве!

В субботнее утро 26 февраля 1900 года господа пайщики (владельцы долей) чинно съезжаются на Варварку. Это самый центр делового Китай-города. Они направляются в роскошное, ультрасовременное здание — доходный дом страхового общества «Якорь» (оно и сегодня украшает Варварку). Именно там провинциальные промышленники арендуют престижные офисы для своего правления.

Повод для встречи экстренный — «чрезвычайное общее собрание». Мукомолы Алатыря выросли настолько, что им тесно в старых границах. На повестке дня стоит важнейший шаг — «покупка недвижимой собственности».

Что это? Новые земли под склады в Москве? Земля под расширение элеваторов на Волге? Или покупка еще одной крупной мельницы у конкурентов? В любом случае, это экспансия. Алатырские купцы и инвесторы съезжаются, чтобы проголосовать рублем за расширение своей хлебной империи. Деловой код Поволжья и Москвы сплетается в этой короткой записке в единый узел торгового роста.

________________________________________

«ПРАВЛЕНИЕ ОДЕССКОГО УЧЕТНОГО БАНКА

имеет честь довести до сведения гг. акционеров, что обыкновенное годичное общее собрание назначено на воскресенье, 20-го февраля 1900 г., в 1 час пополудни, в помещении банка.

На обсуждение гг. акционеров будут предложены следующие предметы:

1. Утверждение отчета за 1899 г. и предложенного правлением способа распределения прибыли.
2. Утверждение сметы расходов для банка и отделений в Кишиневе и Николаеве на 1900 год.
3. Выборы одного члена правления.
4. Выборы одного кандидата в члены правления и
5. Выборы одного депутата.

Если это собрание не состоится, то назначается вторичное на 26-е марта 1900 года.
(348)»


Южные горизонты Одесского банка

Представьте себе воскресный полдень 20 февраля 1900 года в Одессе. Город живет торговлей, порт шумит, а на Ришельевской или Пушкинской улице к величественному зданию Учетного банка съезжаются господа акционеры. Воскресенье выбрано не случайно: деловая жизнь Одессы настолько стремительна, что ради важнейшего годового отчета купцы, зернотрейдеры и банкиры готовы пожертвовать законным выходным.

Одесский учетный банк — это мощный финансовый мотор юга России. Обрати внимание на пункт 2: банк утверждает смету не только для головного офиса, но и для своих ключевых отделений — в Кишиневе и Николаеве.

Это гениальная топография «делового кода» региона! Николаев — это крупнейший кораблестроительный и портовый узел, откуда уходят миллионы пудов экспортного зерна. Кишинев — сердце богатейшего аграрного и винодельческого края. Одесские банкиры фактически контролируют и питают деньгами весь товарооборот Юго-Западного края Империи: от бессарабских виноградников до николаевских верфей и портовых терминалов.

Интересны и выборы загадочного «депутата» в пункте 5. В те времена это был специальный представитель от акционеров (или от биржевого купечества), который следил за прозрачностью действий правления и отстаивал интересы крупных вкладчиков. Настоящая корпоративная демократия!

И снова классическая имперская страховка на случай купеческого разгула: если 20 февраля кворум не соберется (мало ли, затянулся завтрак в ресторане «Фанкони»), то через месяц, 26 марта, решение примут в любом случае. Южный бизнес ошибок и простоев не прощает.

________________________________________

«СОВЕТ ЦАРИЦЫНСКОГО ОБЩЕСТВА ВЗАИМНОГО КРЕДИТА

имеет честь известить г.г. членов общества, что на основании § 32 устава, очередное общее собрание назначено на 24-е февраля сего 1900 года в 6 1/2 часов вечера в собственном доме. В случае же неприбытия установленного числа членов, второе собрание имеет быть 27-го февраля в те же часы.

Предметы занятий общего собрания следующие:

1. Рассмотрение и утверждение отчета за 1899 год и распределение прибыли.
2. Об утверждении сметы расходов по содержанию правления о-ва на 1900 год.
3. О дополнении устава общества относительно допущения учета векселей на срок до 9-и месяцев.
4. Об ассигновании сумм на перестройку надворных служб при доме общества.
5. О выборе товарища управляющего делами о-ва вместо И. И. Чиркина, выбывающего по жребию, согласно § 43 устава, измененного господином Министром финансов, вследствие ходатайства прошлогоднего очередного собрания членов.
6. О выборе трех членов совета, вместо выбывающих по очереди М. С. Майорова, М. Д. Свечина и Е. П. Штыкова.
7. О выборе кандидатов в члены совета.
8. О выборе членов и кандидатов ревизионной комиссии для поверки отчета за 1900 год.

Выписка из устава общества.

§ 35. Каждый член общества имеет один голос и может располагать еще одним голосом по доверию; более же двух голосов никому в общем собрании не предоставляется. Уполномочия даются в форме письма, которое должно быть заявлено за 3 дня до общего собрания управляющему делами.
(352)»


Интриги и жребий на волжских берегах

Представьте себе Царицын, вечер 24 февраля 1900 года. За окнами собственного роскошного каменного дома Общества взаимного кредита гудит волжский ветер, а внутри собираются местные тузы: лесопромышленники, купцы-рыботорговцы, владельцы пароходств и огромных нефтехранилищ Нобеля. Время детское — половина седьмого вечера, ведь днем все заняты на пристанях и биржах.

Это объявление — настоящий кладезь для понимания живого «делового кода» провинциальной России. Давайте разберем самые сочные детали.

Во-первых, пункт 3: общество хочет разрешить себе «учет векселей на срок до 9-и месяцев». До этого, видимо, кредитовали на более короткие сроки. Зачем им 9 месяцев? Это чистая специфика Волги! Навигация на реке длится с весны по осень. Купцу нужно весной взять деньги под залог товара, обернуть его за лето, продать по осени и только тогда вернуть долг. Банкиры Царицына чутко подстраивают свои финансовые инструменты под ритм таяния льда и движения барж.

Во-вторых, корпоративный детектив в пункте 5. Свою должность покидает товарищ управляющего делами И. И. Чиркин. И уходит он не просто так, а «по жребию»! В те времена, чтобы избежать кумовства и застоя в правлении, уставом предписывалось регулярно обновлять состав руководства. Кому уходить в этом году — решал слепой случай, вытягивание бумажки из серебряного кубка. Причем эту систему лично утверждал сам Министр финансов Империи (в 1900 году это легендарный Сергей Юльевич Витте!). Представляете уровень? Уездный Царицын напрямую завязан на министерские кабинеты Петербурга.

В-третьих, бытовая деталь в пункте 4: «перестройка надворных служб». Общество взаимного кредита богатеет, каретный сарай или конюшни во дворе собственного здания уже не вмещают экипажи съезжающихся миллионеров. Пора расширяться и строить новые каменные службы.

И напоследок — железная финансовая демократия в выписке из устава. Никакой олигархии! Будь ты хоть трижды миллионером и владельцем половины царицынских заводов, у тебя на собрании ровно один голос. Ну, максимум два, если сосед по купеческой гильдии выписал тебе официальное «письмо-доверенность». Один человек — один голос. Так имперский закон защищал мелких и средних предпринимателей от поглощения крупными хищниками.

________________________________________

«ПЕТРОПАВЛОВСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО БАНКА

публикует о недействительности двух росписок петропавловского отделения, выданных на имя казака Егора Афанасьевича Захарова в приеме от него на хранение, по росписке за № 1057 одного 5% билета 2-го внутреннего с выигрышами займа на номинальную сумму 100 р., и по росписке № 1310 — 3 лист. 4% государственной ренты на номинальную сумму 1600 р., взамен которых выданы дубликаты за № 1516 и 1517.
(373)»


Сибирский капитал казака Захарова

Представьте себе Петропавловск начала 1900 года. Это важнейший узел строящейся Транссибирской магистрали, центр бурной торговли скотом, кожей и сибирским маслом. И среди этой суеты в солидное каменное здание Государственного банка уверенным шагом заходит казак Егор Афанасьевич Захаров.

Казачество в массовом сознании — это кони, шашки и охрана границ. Но «деловой код» Империи раскрывает нам совсем другую сторону. Казак Захаров — это зажиточный, грамотный и очень расчетливый инвестор.

Он не прячет деньги в кубышку под пол. Он несет их в Государственный банк и покупает серьезные государственные бумаги. У него на руках был выигрышный билет на 100 рублей (тот самый азартный элемент, который мы уже видели у столичного господина Мешкова) и — внимание! — листы государственной ренты на колоссальную сумму 1600 рублей. На эти деньги в Сибири тогда можно было купить целое стадо или построить добротный просторный дом. Казак обеспечил себе и своей семье безбедную жизнь на годы вперед за счет стабильных государственных процентов.

Но случилась беда — казак потерял банковские «росписки» (квитанции о приеме бумаг на хранение). Без них он не может получить свои проценты.

И посмотри, как трогательно и мощно работает государственная машина. Главный банк Империи не отмахивается от провинциального казака. Информация о его беде летит в Санкт-Петербург, в «Правительственный Вестник». Государство официально аннулирует старые квитанции под номерами 1057 и 1310, чтобы никто другой не смог забрать деньги Егора Афанасьевича. Взамен казаку прямо там, в Петропавловске, выдают новенькие дубликаты. Капитал сибирского казачества под надежной защитой имперской короны.

________________________________________

«200 руб.

стоит самая усовершенствованная американская ПИШУЩАЯ МАШИНА

«ПИТТСБУРГ».

у ГАЛЬ и К°, Марсово поле, 7.

Машина доставляется на испытание.
(106)»


Американский хай-тек на берегах Невы

Представьте себе Санкт-Петербург, конец января 1900 года. На пороге нового века делопроизводство Империи буквально захлебывается в бумагах. Писаря в министерствах и банках стирают пальцы о гусиные и стальные перья, выводя каллиграфические строчки. И тут торговый дом «Галь и Ко», угнездившийся в самом сердце столицы на Марсовом поле в доме № 7, выбрасывает на рынок технологическую бомбу.

Они предлагают купить не просто пишущую машинку, а «самую усовершенствованную американскую» машинку «Питтсбург» (Pittsburg Visible). В США в это время бум изобретений, и эта модель — вершина инженерной мысли: у нее открытый шрифт, то есть машинистка наконец-то видит, что именно она печатает прямо в процессе, а не после поворота вала!

Цена вопроса — 200 рублей. Сумма огромная. Для сравнения: на эти деньги можно было купить четыре хорошие коровы или дважды заглянуть в банк к Юнкеру, чтобы выручить залог Мешкова. Но для крупной конторы, банка или нотариальной конторы Хрущовой это инвестиция в будущее. Американский «Питтсбург» заменяет троих писарей, не просит обеда и делает документы безупречно читаемыми.

Но самый сок делового кода здесь — в последней строчке: «Машина доставляется на испытание». Это же чистой воды современный тест-драйв! Торговцы из «Галь и Ко» прекрасно понимают консерватизм русских бюрократов. Они не заставляют покупать кота в мешке. Наш курьер привезет этот чугунный агрегат прямо к вам в офис, покажет, как нажимать на клавиши, и оставит на пару дней. Попробуйте этот глоток ХХ века на вкус, а потом попробуйте от него отказаться. Гениальный маркетинговый ход, который напрочь ломает старую купеческую привычку торговаться у прилавка.

________________________________________

«ПРАВЛЕНИЕ С.-ПЕТЕРБУРГСКОЙ КОМПАНИИ «НАДЕЖДА»

объявляет, что свидетельство на наложенный платеж, выданное астраханским агентством компании за № 997.295 — 1897 г., по заявлению владельца этого свидетельства утерянное, считается недействительным.
(101)»


Каспийский след компании «Надежда»

Давайте перенесемся в душную, пахнущую солью и рыбой Астрахань — южные морские ворота Империи. Город бурлит: здесь отгружают черную икру, бочки с осетриной, персидские шелка и бакинскую нефть. Чтобы везти всё это богатство вверх по Волге или по железным дорогам в столицу, купцы идут в местное агентство знаменитого страхового и транспортного товарищества «Надежда».

«Надежда» — это дореволюционный аналог крупнейших современных логистических и страховых компаний.

В 1897 году некий купец отправляет через Астраханское агентство товар и оформляет ультрасовременную для того времени услугу — отправку с наложенным платежом. То есть покупатель в условном Петербурге получит груз только тогда, когда заплатит за него деньги. А страховая компания «Надежда» выдает астраханскому отправителю ценную бумагу — «свидетельство на наложенный платеж» за внушительным номером 997.295. Это свидетельство — фактически чек, по которому купец должен прийти в банк и забрать свои кровные деньги, когда товар доедет до места.

И вот, три года спустя, в январе 1900 года, это свидетельство объявляется утерянным. Три года! Возможно, купец случайно зашил его за подкладку старого сюртука, или ценный бланк залило каспийской волной во время шторма.

Без этой бумаги «Надежда» не может выплатить деньги — порядок строгий. И снова питерское правление компании запускает бюрократическую машину через «Правительственный Вестник». Объявление намертво аннулирует старый бланк, отсекая от него любых мошенников. «Деловой код» Империи в очередной раз демонстрирует свою главную фишку: абсолютную прозрачность и защиту прав собственности, даже если дело касается утерянного клочка бумаги на другом конце страны.

________________________________________

«УПРАВЛЕНИЕ МОСКОВСКО-КУРСКОЙ ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГИ

сим объявляет, что свидетельство о наложенном платеже, за № 44.006, на груз по отправке Москва тр. к-ра — Тверь, за № 45.653, от 1-го декабря 1899 г., по заявлению наследников С. Д. Ширяева — утеряно, а потому следует считать таковое недействительным.
(359)»


Наследство купца Ширяева

Представьте себе Первопрестольную в самом начале зимы — 1 декабря 1899 года. Известный купец С. Д. Ширяев отправляет со станции Московско-Курской железной дороги крупный груз в Тверь через транзитную контору («Москва тр. к-ра»). Товар уходит по системе наложенного платежа. Железная дорога выдает Ширяеву ценный бланк — свидетельство № 44.006. По нему купец должен получить в Москве живые деньги, как только тверской покупатель заберет и оплатит свой груз.

Но жизнь вносит свои суровые коррективы. Не успевают колеса вагонов достучать до Твери, как купца Ширяева не становится. Возможно, подкосила внезапная простуда или подвело сердце.

На дворе конец января 1900 года. Родственники покойного Ширяева вступают в права наследства. Они перебирают купеческие конторские книги, шкатулки с ценными бумагами, но важного свидетельства наложенного платежа нигде нет. То ли сам купец в предсмертной суматохе его перепрятал, то ли бумага затерялась при разборе вещей.

Ситуация патовая: товар железной дорогой выдан, деньги от тверского покупателя получены и лежат в кассе Управления дороги, но выдать их наследникам без бумажки строгие имперские ревизоры не имеют права.

Наследники пишут экстренное заявление. И вот Управление Московско-Курской дороги через «Правительственный Вестник» официально аннулирует потерянное свидетельство. Этот шаг — спасательный круг для семьи Ширяева. Теперь старый бланк мертв, мошенники не смогут прийти в кассу и забрать купеческие деньги. Наследники наконец-то получат законное отцовское золото, а Московско-Курская дорога снимает с себя юридические риски. «Деловой код» Империи безупречно защищает семейный капитал даже в случае внезапной трагедии.

________________________________________

«ПРАВЛЕНИЕ СТРАХОВОГО ОБЩЕСТВА «РОССИЯ»

сим объявляет, что выданные коллежскому советнику Василию Ивановичу Долгову свидетельство на звание агента общества в гор. Чистополе, Казанской губ., от 4-го августа 1881 г., за № 2.555 и нотариальная доверенность на получение почтово-телеграфной корреспонденции от 30-го апреля 1891 г., за № 255, утрачены и считаются недействительными.
2-(100)-3


Старый след чистопольского агента

Давайте перенесемся в Казанскую губернию, в богатый купеческий город Чистополь на Каме. Это был один из крупнейших центров хлебной торговли в Поволжье. Именно туда в далеком 1881 году — еще при Александре II! — правление знаменитого страхового общества «Россия» отправляет своего человека. И не кого-нибудь, а коллежского советника Василия Ивановича Долгова (серьезный гражданский чин 6-го класса, равный полковнику).

Долгову выдают солидное свидетельство за № 2.555, дающее ему право страховать баржи с зерном, склады и каменные дома чистопольских купцов от имени компании «Россия». Спустя десять лет, в 1891 году, ему дописывают еще и нотариальную доверенность № 255 на получение всей почты и телеграмм общества в местной конторе. Василий Иванович становится полновластным хозяином страхового дела в регионе.

И вот на дворе конец января 1900 года. С момента выдачи первой бумаги прошло девятнадцать лет!

Что же случилось? Возможно, почтенный коллежский советник Долгов ушел на покой по старости или скончался. А может, страховое общество решило провести тотальную ревизию своих старых провинциальных гнезд. И выяснилось: документы, которые почти двадцать лет верой и правдой служили представительству на Каме, бесследно исчезли из сейфов чистопольской конторы.

Для страхового общества «Россия» (а это, на минуточку, крупнейшая империя с активами в миллионы рублей) — это колоссальная угроза. Старое агентское свидетельство и доверенность на почту — это идеальное оружие в руках любого афериста. С такими бумагами можно собрать с доверчивых чистопольских купцов тысячи рублей за «страховку» хлебных барж и скрыться в неизвестном направлении.

Правление «России» реагирует жестко и молниеносно. Публикация в «Правительственном Вестнике» намертво сжигает старые мосты. Документы из прошлого века официально превращаются в прах. «Деловой код» Империи неумолимо зачищает пространство от старых призраков, обеспечивая железную безопасность капитала в новом ХХ веке.

________________________________________

«ПРАВЛЕНИЕ СТРАХОВОГО ОБЩЕСТВА «РОССИЯ» В С.-ПЕТЕРБУРГЕ

доводит до всеобщего сведения, что полисы за № 79.339, от 24-го июля 1896 г., и за № 79.452, от 26-го июля того же года, на сумму первый полис в 5.000 руб., а второй — 1.000 руб., выданные на имя купца Ицека Маера Виленберга и Мошека Клейнгауза в Макове, утеряны.

В случае, если полисы эти не будут представлены в правление общества «Россия» в течение шести месяцев со дня последней публикации, то на основании § 7 «Общих условий по страхованию на дожитие», они будут считаться уничтоженными и взамен их будут выданы дубликаты за прежними номерами.
1-(111)-3»


Страхование на дожитие в городе Макове

Перенесемся в жаркий июль 1896 года в город Маков Ломжинской губернии (это территория современной Польши, тогда — часть Российской Империи). Два местных предпринимателя, купец Ицек Маер Виленберг и его компаньон Мошек Клейнгауз, делают очень серьезный и прогрессивный шаг. Они не просто страхуют товар от пожара. Они оформляют редкий и дорогой финансовый продукт — «страхование на дожитие».

Что это такое? Это дореволюционный аналог накопительной пенсии или долгосрочного инвестиционного вклада. Купцы внесли в общество «Россия» огромные суммы (полисы на 5000 и 1000 рублей — на эти деньги можно было открыть целую фабрику!). Суть контракта: если компаньоны доживут до определенного почтенного возраста или даты, страховая компания выплатит им этот колоссальный капитал с процентами. Это была гарантия спокойной старости и защиты семейного дела.

Проходит три с половиной года. Январь 1900 года. Роскошные бланки с водяными знаками и гербами страхового общества «Россия» бесследно исчезают. Возможно, в купеческом доме в Макове случился переезд, или бумаги банально съели мыши в конторском архиве. Без этих полисов купцы не смогут получить свои накопления.

И посмотри, как красиво прописан юридический код этой процедуры. Общество «Россия» не просто аннулирует бланки. Оно запускает шестимесячный невидимый таймер («в течение шести месяцев со дня последней публикации»). Государство и страховщики дают полгода любому человеку в Империи, у кого эти полисы могли оказаться (например, в качестве тайного залога или кражи), чтобы предъявить их в Петербурге.

Если за 6 месяцев никто не придет с оригиналом, старые бланки официально объявят уничтоженными, а Виленберг и Клейнгауз получат в Макове законные дубликаты. Имперский финансовый механизм работает как швейцарские часы, защищая долгосрочные инвестиции граждан на любых окраинах страны.

________________________________________
«УПРАВЛЕНИЕ ЮГО-ЗАПАДНЫХ ЖЕЛЕЗНЫХ ДОРОГ

сим объявляет, что на ст. Плетеный Ташлык утерян бланк дубликата местного сообщения малой скорости, с выпиской и корешком, за № 2030, а потому просит считать таковой недействительным.
3-(288)-3»


Пропавший бланк на станции Плетеный Ташлык

Давайте перенесемся в затерянную среди бескрайних южнорусских полей Херсонскую губернию (ныне Кировоградская область). Январь 1900 года, небольшая, но стратегически важная станция Плетеный Ташлык Юго-Западных железных дорог. Через эту станцию местные помещики и купцы миллионными пудами везут на экспорт в Одессу знаменитый украинский хлеб и сахарную свеклу.

На станции ЧП — пропала не просто бумажка, а строгая государственная отчетность: «бланк дубликата местного сообщения малой скорости, с выпиской и корешком».

Что это значит на языке имперского «делового кода»? «Малая скорость» в те времена — это грузовые поезда (в отличие от пассажирских и почтовых «большой скорости»). А утерянный документ — это важнейшая накладная на перевозку огромной партии груза. Самое опасное, что бланк пропал целиком — вместе с «выпиской и корешком».

Для понимания: это дореволюционный аналог пустой гербовой накладной с печатью и подписями. Если этот чистый, но уже пронумерованный (№ 2030) бланк попадет в руки местных мошенников или конокрадов, они смогут вписать туда любой несуществующий груз (например, три вагона первосортной пшеницы), предъявить его в Одесском порту или крупном банке, получить под этот «воздушный» залог реальное золото и скрыться.

Железнодорожное ведомство реагирует мгновенно. Новость о потере на маленькой степной станции летит в Санкт-Петербург. Публикация в «Правительственном Вестнике» выходит трижды (индекс 3- в начале и -3 в конце), намертво аннулируя номер 2030 по всей стране. Государство жестко бьет по рукам потенциальных аферистов, доказывая, что даже на самой дальней тупиковой станции имперский порядок и учет контролируются из столицы до последней запятой.

________________________________________

«МИНСКИЙ ГУБЕРНСКИЙ РАСПОРЯДИТЕЛЬНЫЙ КОМИТЕТ

объявляет, что в соединенном присутствии минской казенной палаты и сего комитета 17-го февраля 1900 года будут производиться изустные, со допущением и запечатанных объявлений, торги и через три дня переторжка на отдачу с подряда поставки дров на варку пищи и печение хлеба нижним чинам и на лагерные офицерские кухни частей войск, которые будут расположены в 1900 г. в Скобелевском лагере (под Барановичами, Новогрудского уезда) и на 1, 2, 3 и 4 года на варку пищи и печение хлеба нижним чинам 40-го летучего артиллерийского парка в гор. Несвиже, Слуцкого уезда.

• Примерная лагерная потребность дров для войск в Скобелевском лагере составляет 700 саж. трехполенной меры.

• Годовая потребность дров для 40-го летучего парка в гор. Несвиже — 20 саж. такой же меры.

Залог потребуется в размере одной третьей части годовой подрядной суммы. Желающие участвовать в торгах должны соблюсти все формальности, установленные законом, как при личной явке на торги, так и при подаче запечатанных объявлений.

Объявления о допущении к изустным торгам будут принимаемы в дни торга и переторжки до производства таковых, запечатанные же объявления должны быть подаваемы или присылаемы, согласно 171 ст. полож. о каз. подр. и пост., только до 12 часов дня торга, т. е. 17-го февраля 1900 г.

Подробные кондиции на поставку дров могут быть рассматриваемы желающими в минской казенной палате ежедневно с 10 часов утра до 2 часов пополудни кроме праздничных и табельных дней.

Минск губ. гор. января 22-го дня 1900 г.
(343)»


Тыловой пульс Минских губернских торгов

Давайте снимем шапки — перед нами документ государственной оборонной важности. Конец января 1900 года. Минский распорядительный комитет совместно с Казенной палатой (финансовым сердцем губернии) объявляет грандиозную «конкуренцию» на обеспечение армии. На кону — тепло, горячая еда и свежий хлеб для тысяч солдат и офицеров Российской Императорской армии.

География здесь — чистый исторический восторг. Фигурирует Скобелевский лагерь под Барановичами — знаменитый огромный полигон, названный в честь «Белого генерала» Михаила Скобелева. Туда летом на маневры стекаются десятки полков. И им нужно колоссальное количество топлива — 700 саженей «трехполенной меры» дров! Сажень трехполенная — это особая кубическая мера укладки крупных дров для армейских печей и походных кухонь, огромный лесной массив.

А в старинном Несвиже (родовом гнезде князей Радзивиллов) на постоянной основе расквартирован 40-й летучий артиллерийский парк. Летучий парк — это мобильное подразделение, которое везло за артиллерией снаряды и порох. Им дрова нужны круглый год, поэтому Комитет готов заключить стратегический контракт сразу на срок до 4 лет! Поставщик, который выиграет эти торги, обеспечит свой лесозаготовительный бизнес гарантированной государственной монетой на годы вперед.

Но имперская казна — не благотворительный фонд. «Деловой код» здесь суров и завязан на знаменитую 171-ю статью Положения о казенных подрядах.

Во-первых, нужен гигантский залог в 1/3 от всей суммы подряда. Нет свободных денег для залога — к армии тебя не подпустят.

Во-вторых, процедура торгов — это настоящее искусство. Будут торги «изустные» (когда купцы выкрикивают цены в зале Казенной палаты, сбивая её в пользу государства) и «запечатанные» (когда секретные конверты со своими минимальными ценами нужно подать строго до полудня 17 февраля). А через три дня — «переторжка», финальный раунд, где можно сделать последнее, самое выгодное предложение.

Государство завязывает бизнес в жесткие правовые рамки («кондиции»), гарантируя, что солдатский хлеб в Скобелевском лагере будет испечен вовремя, а казенный рубль не уйдет в карман мошенникам. Настоящий оборонный заказ эпохи парадного расцвета Империи.

________________________________________

«ВЫШНЕВОЛОЦКАЯ УЕЗДНАЯ ЗЕМСКАЯ УПРАВА,

ввиду окончания в 1900 году трехлетия избрания в гласные уездного земского собрания, приглашает всех лиц, владеющих в Вышневолоцком уезде недвижимою собственностью, согласно с требованием ст. 16 и 24 Высочайше утвержденного, 12-го июня 1890 года, положения о земских учреждениях и примечания к ним, заявить о том управе до 10-го марта сего 1900 года, для внесения их в избирательные списки. При этом управа просит точно обозначить имя, отчество и фамилию и в особенности звание владельца; так как списки должны быть составлены двух родов: а) для дворян потомственных и личных и б) для прочих сословий. Составление списков должно быть окончено к 1-му апреля.
3-(333)-3»


Вышневолоцкий избирательный ценз

Давайте перенесемся в Тверскую губернию, в Вышний Волочёк. Конец января 1900 года. Земская управа — местный орган самоуправления, который ведал дорогами, больницами, школами и развитием торговли в уезде — готовится к большим выборам. Закончился очередной трехлетний цикл работы местных депутатов, которых тогда уважительно именовали «гласными» (имеющими право голоса).

Это объявление раскрывает нам жесткий, но абсолютно прозрачный политический код эпохи Александра III, ведь выборы проходят по «Высочайше утвержденному Положению о земских учреждениях от 12 июня 1890 года».

В Империи не было всеобщего избирательного права. Чтобы решать, куда тратить земские деньги, ты должен был обладать имущественным цензом — то есть владеть землей, лесом или фабрикой в уезде. Управа призывает всех местных собственников прийти и заявить о себе до 10 марта.

Но посмотри, какая ключевая деталь скрыта в тексте: управа требует «в особенности звание владельца». Почему? Потому что имперский избирательный закон строго делил граждан на сословные курии. Списки составлялись «двух родов»:

• Род А: потомственные и личные дворяне.

• Род Б: «прочие сословия» (сюда входили богатые купцы, мещане и зажиточные крестьяне-собственники).

Дворянская курия имела огромные преимущества и гарантированное большинство в земствах, так как самодержавие видело в дворянах главную опору порядка. Но «прочий» купеческий и крестьянский капитал Вышнего Волочка тоже получал свой легальный политический голос. Деньги и статус конвертировались в право управлять уездом. Земская машина Тверской губернии начинает свой строгий трехлетний отсчет, сверяясь с буквой имперского закона.

________________________________________

«ПРАВЛЕНИЕ КОСТРОМСКОГО ГОРОДСКОГО ОБЩЕСТВЕННОГО БАНКА

объявляет, что, на основании 144 ст. нормального полож. о город. общ. банках, в присутствии оного 9-го марта сего 1900 г. будут производиться публичные торги на продажу заложенного в оном и просроченного недвижимого имения, принадлежащего костромскому купеческому сыну Павлу Васильевичу Колодкину, состоящего гор. Костромы, 1 ч., в прянично-овощном ряду, под № 18, заключающегося в каменной лавке о двух растворах под одной аркой на городской общественной земле, — за неплатеж долга банку 2.000 руб.

Торги начнутся с суммы долга банку с присоединением к нему расходов по продаже имущества, просрочки, пени и других недоимок, ко дню торга оказавшихся. Торги будут производиться устно, или посредством запечатанных объявлений, которые должны быть согласны с правилами, указанными в прилож. к 144 ст. пол. о город. общ. банках § 7. Желающие торговаться устно, или через поверенных, или посредством запечатанных объявлений, должны представить в банк надлежащий задаток: первые до начала торга, а вторые накануне дня торга, особо от запечатанных объявлений; имение продаваться будет в полном его составе.

Вся бумаги и документы, относящиеся до продаваемого имения, желающие торговаться могут рассматривать в правлении банка. При неуспешности этого торга, назначается второй и окончательный торг 16-го марта месяца сего 1900 года.

Торг начнется с 12-ти часов дня, заемщику дозволяется внести недоимку до дня торга, после чего торг отменяется.

Января 22-го дня 1900 года.
3-(339)-3»


Банкротство в пряничном ряду

Представьте себе Кострому, конец января 1900 года. Знаменитые Костромские торговые ряды — грандиозный каменный лабиринт, бьющееся сердце волжской коммерции. В Прянично-овощном ряду под номером 18 стоит добротная, на два «раствора» (двери-ворота) каменная лавка под тяжелой аркой. Еще недавно здесь бойко торговали мёдом, костромскими пряниками и сушеными овощами. Владел этим местом купеческий сын Павел Васильевич Колодкин.

Но дела у купеческого сына не заладились. То ли конкуренты обошли, то ли подвел волжский неурожай, но Колодкин взял в Костромском городском общественном банке кредит и... не смог его вернуть. Сумма долга по тем временам солидная — 2000 рублей.

Банк долго ждать не стал. Имперский финансовый код суров: за задержку платежей на Павла Васильевича тут же накрутили пеню, штрафы и судебные расходы. И вот Костромской банк выставляет родовую купеческую лавку на публичные торги. Продавать её будут целиком — «в полном ее составе».
Посмотрите, как детально прописан механизм торгов 9 марта. Купцы со всей губернии могут торговаться «устно» прямо в банке или прислать тайные конверты («запечатанные объявления»). Но банк страхуется от пустых обещаний: каждый участник обязан сначала выложить на стол весомый денежный задаток.

Но самое человечное в этом сухом объявлении притаилось в конце. Государство и банк оставляют несчастному Колодкину последний, призрачный шанс на спасение. Если до полудня 9 марта купеческий сын найдет деньги, прибежит в банк и полностью закроет недоимку — торги мгновенно отменят, и лавка под аркой останется в семье. Если нет — молоток аукциониста стукнет в 12 часов дня, и Пряничный ряд обретет нового хозяина.

________________________________________

«ПРАВЛЕНИЕ ОБЩЕСТВА ЮГО-ВОСТОЧНЫХ ЖЕЛЕЗНЫХ ДОРОГ

доводит до сведения гг. акционеров, что за непредставлением в указанный § 65 устава срок требуемого тем параграфом количества акций, назначенное на 4-е февраля сего года чрезвычайное общее собрание состояться не может и потому, на основании того же параграфа устава, назначается на 18-е февраля сего года, в 1 час пополудни, в помещении правления (Бассейная, 40), вторичное общее собрание, решения которого признаются окончательными, не взирая ни на число явившихся в собрание акционеров, ни на количество предъявленных акций.

Подлежащие представлению в правление акции общества или особые удостоверения правительственных мест и должностных лиц, у коих акции хранятся залогом по обязательствам с казною, а также Государственного банка, его контор и отделений и частных кредитных учреждений, действующих, на основании утвержденных в установленном порядке уставов о том, что акции находятся у них на хранении и не будут выданы до дня, следующего за днем общего собрания, с обозначением в сих удостоверениях номеров акций, будут приниматься в правлении, на основании § 65 устава, по 11-е февраля включительно, кроме воскресных и праздничных дней, от 11 до 12 часов пополудни.
3-(102)-3»


Бойкот акционеров на Бассейной улице

Давай перенесемся в Санкт-Петербург, конец января 1900 года. Улица Бассейная, дом 40 (ныне это улица Некрасова). Здесь, в роскошном здании, располагается Правление Общества Юго-Восточных железных дорог — гигантской транспортной сети, связывающей хлебное Черноземье, угольный Донбасс и кавказские направления.

В правлении назрел серьезный кризис. Было назначено экстренное, чрезвычайное собрание на 4 февраля. Но случилось то, чего директора боялись больше всего: крупные акционеры... просто проигнорировали встречу. Они банально не принесли свои акции в правление для регистрации в установленный срок. Кворум сорван. Назначенное собрание официально признано несостоявшимся.

Почему инвесторы повели себя так лениво или скрытно? Ответ кроется во втором, тяжелейшем абзаце объявления.

«Деловой код» Империи требовал: чтобы твой голос на собрании что-то весил, ты должен был физически сдать свои ценные бумаги в сейфы правления на Бассейной улице либо предоставить железные, нотариально заверенные справки. А где в это время находились акции Юго-Восточных дорог? Они крутились в сложнейших финансовых схемах!

Многие магнаты заложили свои акции в Государственный банк, чтобы получить миллионные кредиты на новые проекты. Другие отдали их в министерства в качестве «залога по обязательствам с казною», чтобы выиграть новые государственные подряды. Ценные бумаги были «связаны» в частных кредитных учреждениях. Чтобы вытащить их оттуда или получить специальное «удостоверение» о том, что банк обязуется не продавать их до конца собрания, нужно было пройти все круги бюрократического ада. И господам акционерам, сикающим на биржах, просто не хотелось тратить на это время.

Директора железной дороги идут на таран. Ссылаясь на суровый § 65 устава, они объявляют повторный сбор на 18 февраля. И выставляют жесткий ультиматум: «Господа, теперь нам все равно! Вторичное собрание признается законным, даже если придет всего три человека с одной акцией на двоих. И мы решим все чрезвычайные вопросы без вас!».

И чтобы дать ленивым миллионерам последний шанс, они открывают двери кассы на Бассейной всего на один час в день — строго с 11 до 12 часов утра до 11 февраля. Корпоративная машина Империи включает режим жесткого принуждения к порядку.

________________________________________

«СОСТОЯНИЕ СЧЕТОВ С.-ПЕТЕРБУРГСКОГО УЧЕТНОГО И ССУДНОГО БАНКА

на 31-е декабря 1899 года.

Нарицательная цена акций: 250 руб.

Правление помещается в С.-Петербурге (Невский пр., 30).

Дивиденд уплачивается в помещении правления.

АКТИВ (в рублях и копейках)

Касса:

В С.-Петербурге: 782.137 руб. 01 коп.
В Таганроге: 116.620 руб. 71 коп.
ВСЕГО: 898.757 руб. 72 коп.

Текущие счета:

1. В Государственном банке: 2.169.116 руб. 13 коп. (в С.-Петербурге), 168.851 руб. 98 коп. (в Таганроге)
2. В Волжско-Камском банке: 35.610 руб. 86 коп. (в С.-Петербурге)
3. В Азовско-Донском банке: 1.000 руб. 00 коп. (в Таганроге)
4. В Таганрогском обществе взаимного кредита: 1.000 руб. 00 коп. (в Таганроге)
ВСЕГО: 2.375.589 руб. 97 коп.

Учет векселей (имеющих не менее двух подписей):

В С.-Петербурге: 8.152.791 руб. 25 коп.
В Таганроге: 898.352 руб. 13 коп.
ВСЕГО: 9.051.143 руб. 38 коп.

Учет вышедших в тираж ценных бумаг и текущих купонов:

В С.-Петербурге: 932 руб. 80 коп.
В Таганроге: 5.260 руб. 00 коп.
ВСЕГО: 6.192 руб. 80 коп.

Ссуды под залог процентных бумаг до востребования (on call):

Государственных и гарантированных бумаг: 1.420.133 руб. 09 коп. (в С.-Петербурге), 65.402 руб. 65 коп. (в Таганроге)

Паев, акций и облигаций негарантированных: 13.025.120 руб. 41 коп. (в С.-Петербурге), 294.356 руб. 28 коп. (в Таганроге)

Срочных денежных обязательств: 705.226 руб. 36 коп. (в С.-Петербурге), 31.176 руб. 72 коп. (в Таганроге)

ВСЕГО по разделу on call: 15.541.415 руб. 51 коп.

Срочные ссуды под залог процентных бумаг:

Государственных и гарантированных бумаг: 381.112 руб. 00 коп. (в С.-Петербурге), 27.232 руб. 80 коп. (в Таганроге)

Паев, акций и облигаций негарантированных: 558.106 руб. 00 коп. (в С.-Петербурге), 1.730 руб. 00 коп. (в Таганроге)

ВСЕГО по срочным ссудам: 968.180 руб. 80 коп.

Ссуды под залог товаров (долгосрочные):
В Таганроге: 155.100 руб. 00 коп.

Принадлежащая банку иностранная монета:

В С.-Петербурге: 49.612 руб. 78 коп.
В Таганроге: 3.197 руб. 87 коп.
ВСЕГО: 52.810 руб. 65 коп.

Ценные бумаги, принадлежащие банку:

Государственные и гарантированные: 1.372.946 руб. 49 коп. (в С.-Петербурге), 28.546 руб. 58 коп. (в Таганроге)

Паи, акции и облигации негарантированных: 1.991.057 руб. 52 коп. (в С.-Петербурге), 21.524 руб. 74 коп. (в Таганроге)

ВСЕГО: 3.414.075 руб. 33 коп.

Принадлежащие банку тратты и векселя на заграничные места: 413.042 руб. 82 коп.

Счет банка с отделением: 262.756 руб. 09 коп.

Корреспонденты по их счетам (loro):

Кредиты под обеспечение гарантированными бумагами: 6.659.851 руб. 22 коп.

Кредиты под обеспечение негарантированными бумагами: 10.570.551 руб. 79 коп. (в С.-Петербурге), 46.850 руб. 00 коп. (в Таганроге)

Торговые обязательства: 2.927.420 руб. 63 коп. (в С.-Петербурге), 333.951 руб. 47 коп. (в Таганроге)

Бланковые кредиты: 2.201.821 руб. 64 коп. (в С.-Петербурге), 493.376 руб. 89 коп. (в Таганроге)

ВСЕГО по счетам Loro: 23.233.823 руб. 64 коп.

Корреспонденты по счетам банка (nostro):

Свободные суммы в распоряжении банка: 2.411.769 руб. 39 коп. (в С.-Петербурге), 174.115 руб. 72 коп. (в Таганроге)

Векселя у корреспондентов: 876.080 руб. 16 коп. (в С.-Петербурге), 148.881 руб. 11 коп. (в Таганроге)

ВСЕГО по счетам Nostro: 3.610.846 руб. 38 коп.

Просроченные ссуды: 94.730 руб. 00 коп.

Текущие расходы: 454.249 руб. 49 коп. (в С.-Петербурге), 41.997 руб. 62 коп. (в Таганроге)


Расходы, подлежащие возврату: 35.686 руб. 71 коп. (в С.-Петербурге), 760 руб. 00 коп. (в Таганроге)

Переходящие суммы: 381.846 руб. 85 коп. (в С.-Петербурге), 27.971 руб. 48 коп. (в Таганроге)


Недвижимое имущество: 1.340.000 руб. 00 коп.
Векселя, принятые на комиссию: 2.378.143 руб. 50 коп. (в С.-Петербурге), 221.852 руб. 26 коп. (в Таганроге)

ВСЕГО БАЛАНС АКТИВА: 65.002.222 руб. 89 коп.

ПАССИВ (в рублях)
Складочный капитал: 10.000.000 руб. 00 коп.

Запасный капитал: 3.333.333 руб. 34 коп.

Капитал и фонд дивиденда акционеров: 1.300.000 руб. 66 коп. (капитал), 3.500.000 руб. 00 коп. (фонд)

Особый резервный капитал: 100.000 руб. 00 коп.

Вклады:

На текущие счета: 11.565.999 руб. 35 коп. (в С.-Петербурге), 852.019 руб. 19 коп. (в Таганроге)

Бессрочные вклады: 628.210 руб. 00 коп. (в С.-Петербурге), 1.300.000 руб. 00 коп. (в Таганроге)

Срочные вклады: 3.390.200 руб. 00 коп. (в С.-Петербурге), 532.796 руб. 88 коп. (в Таганроге)

ВСЕГО ВКЛАДЫ: 16.970.525 руб. 42 коп.

Корреспонденты по их счетам (loro):

Свободные суммы в распоряжении корреспондентов: 21.430.418 руб. 16 коп. (в С.-Петербурге), 1.682.412 руб. 44 коп. (в Таганроге)

Векселя на комиссии: 2.126.912 руб. 44 коп. (в С.-Петербурге), 254.591 руб. 95 коп. (в Таганроге)

ВСЕГО по счетам Loro: 25.494.334 руб. 99 коп.

Корреспонденты по счетам банка (nostro):

Суммы, оставшиеся за банком: 4.855.322 руб. 04 коп. (в С.-Петербурге), 51.960 руб. 82 коп. (в Таганроге)

ВСЕГО по счетам Nostro: 4.907.282 руб. 86 коп.

Счет банка с отделением: 262.756 руб. 09 коп.

Акцептованные тратты: 465.000 руб. 00 коп.

Невыплаченный по акциям банка дивиденд: 18.929 руб. 60 коп.

Проценты, подлежащие уплате по вкладам: 5.097 руб. 00 коп. (в С.-Петербурге), 771 руб. 91 коп. (в Таганроге)

Полученные проценты и комиссия: 1.702.597 руб. 61 коп. (в С.-Петербурге), 124.977 руб. 64 коп. (в Таганроге)

Переходящие суммы: 601.355 руб. 83 коп. (в С.-Петербурге), 69.026 руб. 65 коп. (в Таганроге)

ВСЕГО БАЛАНС ПАССИВА: 65.002.222 руб. 89 коп.

(354)»


Таганрогский узел на Невском, 30

Давайте вчитаемся в эту финансовую симфонию. Перед нами не просто отчет, а паспорт подлинного гиганта. Баланс С.-Петербургского Учетного и Ссудного банка на рубеже веков перевалил за астрономические 65 миллионов рублей! Для сравнения: это в полтора раза больше, чем у Частного коммерческого банка, который мы разбирали до этого.

Штаб-квартира этой империи находится по шикарному адресу — Невский проспект, дом 30. Это знаменитый дом Общества потребителей (в будущем — Малый зал Филармонии), самый эпицентр деловой и культурной жизни столицы.

Но посмотрите, какая здесь потрясающая география! У питерского банка всего одно, но невероятно мощное крыло — Таганрогское отделение. Казалось бы, почему Таганрог, а не Москва или Одесса?

В 1900 году Таганрог — это колоссальный южный насос по выкачиванию богатств Империи на экспорт. Это крупнейший порт Азовского моря, через который уходят миллионы пудов донского и кубанского зерна, угля и железа из бурно растущего Донбасса. Банк на Невском держит руку на пульсе южной хлебной и угольной торговли.

Обратите внимание на графу в Активе: «Ссуды on call под негарантированные бумаги — 13 миллионов рублей» в Петербурге! Банк рисковый, он агрессивно кредитует биржевых игроков и спекулянтов на столичной бирже, прокручивая гигантские суммы.

И вишенка на торте в графе Пассива: «Запасный капитал — 3.333.333 рубля и 34 копейки». Бухгалтерский перфекционизм столетней давности поражает — они высчитали эту красивую дробную цифру ровно до копеечки, чтобы баланс сошелся идеально — 65.002.222 рубля и 89 копеек. Чистый триумф капитализма!

________________________________________

«АНОНИМНОЕ ОБЩЕСТВО КОЧКАРСКИХ ЗОЛОТЫХ ПРИИСКОВ

Отчет, баланс и решения общего собрания акционеров от 14-го ноября 1899 года.

1. ДОКЛАД КОМИТЕТА ПРАВЛЕНИЯ

Милостивые Государи.

Вы вызваны ныне на обыкновенное общее собрание во второй раз со времени учреждения общества, для того, чтобы выслушать доклад комитета правления, который имеет представить вам отчет по делам, произведенным за время последнего истекшего операционного года, — от конца июня 1898 года и по конец июня 1899 года.

Мы говорили вам в прошлом году, что все усилия наши будут обращены к довершению работ оборудования, которые должны были дать нам возможность определить, какое есть на глубине содержание золота в многочисленных жилах, разведанных на поверхности.

Шахты Юг и Центр действительно достигли горизонта капитального квершлага, имеющего присоединить эти обе шахты, и к основным работам которого приступлено было в предыдущем операционном году через внутренний забой Гаврило-Архангельской шахты. От дна каждой из этих двух первых шахт был проведен капитальный квершлаг и к концу июня 1899 года выработано было длиною в общем 400 метров, в трех ветвях, коими пересечены были семь (7) жил; восьмая жила, так называемая красная жила, встречена после конца операционного года, была уже исследована до этого времени на 39 метрах глубины посредством маленького грейфера.

Эти разные жилы разведаны горизонтальным штреком на горизонте 70 метров, на котором и проходит капитальный квершлаг.

При этих разведочных работах утвердилось, что гранитные породы, заключающие в себе жилы, не представляют на глубине те самые свойства и разложения, что в верхних слоях, и что в гранитах не разложенных содержание золота оказывается меньше, по крайней мере в тех жилах с небольшою мощностью, которые были ими встречены.

Не следует заключать из этих разведок, которые требуют более обширных исследований, особенно на жилах более значительной толщины, как некоторые из тех, которые были пересечены, что следовало бы отказаться от всякой надежды производить добычу на глубине; наоборот, могут служить примером такие случаи, когда породы встречались при благоприятных условиях и на глубине значительно больше той глубины, до которой дошли наши работы; но можно сожалеть о том, что в тот момент, когда мы рассчитывали на возможность установить порядочную добычу руды и увеличить наши финансовые средства, полученными от этой добычи результатами, мы вынуждены сократить наши работы, так как недостаточный оборотный капитал, с которым мы учредили свое дело, не позволяет нам продолжать эти работы с целью добиться полного познания направления наших жил.

При этих условиях и в ожидании мнения, могущего быть вами высказанным, мы сочли благоразумным прекратить некоторые работы и сохранить лишь только работы в шахте Юг, ведущиеся для разведки красной жилы, которая была выработана с успехом ближе к поверхности на значительное пространство.

Эти меры имели последствием уменьшение накладных расходов в пределах совместимых с сохранением возможно правильного устройства существующих служб. Такое уменьшение не может быть заметно ранее, как с текущего операционного года, так как упомянутые нами выше меры были приняты нами в это самое время.

К сожалению, в числе накладных расходов есть некоторые, к коим ни какая убавка не может быть применяема; а именно расходы, законом поставленные, как-то расходы по содержанию церкви и школ, постоянные налоги и подати, достигающие вместе сумму 80.000 франков приблизительно в год.

За время операционного года наши работы велись с наибольшей деятельностью; наши шахты и штреки проходились со всей желательной поспешностью; толчея была закончена; установление электрических бурильных машин готово к действию; цианистый завод обработал с успехом старые эфеля, которые, несмотря на низкое их содержание золотом и высокий процент, из них шламов поставляли драгоценный металл на условиях достаточно благоприятных, благодаря способности нашего технического персонала, который между тем не мог утилизировать завод в зимний сезон, когда замерзание эфелей препятствует обработке их. Все работы для сосредоточения разных служб на центральном пункте, на Воскресенском прииске закончены, за исключением механической и починочной мастерской.

Одновременно с производством этих разных работ по оборудованию шахт и новым постройкам, добыча золота производилась посредством старательских работ и промывания песков, добытых при подготовительных работах в грунтовых штреках, как равно и выработке эфелей.

В усмотренном нами операционном году, добыча золота достигла 357.219 граммов против 454.309 граммов за предыдущий операционный год, то есть получается разность минус в 97.090 граммов, которую разность следует приписывать тому, что старатели доставили меньшее количество золота (361.257 граммов в 1898 году против 282.530 граммов в 1899 году; итого 78.727 граммов менее), остальное количество до 357.219 граммов, добытых в 1899 году, происходит от листов амальгамации в количестве 16.935 граммов и от обработки эфелей цианистым процессом в количестве 15.835 граммов.

Одна из причин, поводящих к меньшей добыче песков со стороны старателей и следовательно меньшему количеству получаемого золота, лежит в состоянии дорог, которые в начале зимы были непроходимыми вследствие переменности морозов и оттепелей, что воспрепятствовало подвозке песков.

Общее количество добытого в течение операционного года золота составляет валюту в 1.022.641 франк 36 сантимов. В предыдущем операционном году добыто было на сумму 1.329.062 франка 62 сантима.

Такая убыль в производстве приписывается не одной вышеизложенной причине, но также еще тому обстоятельству, что верхние слои жил ныне исчерпаны старателями, которые за неимением средств для откачивания встречающейся на известной глубине воды, не бывают в состоянии далеко заглубляться, и также к тому обстоятельству, что расстояние между старательскими работами и фабриками, где промываются добытые ими пески, все более увеличивается. Такое неудобство может быть устранено только перемещением фабрик на другие места или же возведением новых фабрик на тех приисках, на которых жилы представляются на благоприятных для выработки условиях.

Такова программа действий, которую было бы логично применить, вспомоществуя притом всеми возможными способами старателям для выработки участков, занятых многочисленными приисками общества.

Учиненные в течение операционного года расходы на разные устройства подразделяются следующим образом:

• Постройки на Воскресенском прииске для сосредоточения служб (дома для директора, для служащих, казармы для рабочих, конторы): 144.375 франков 81 сантим.
• Работы по оборудованию шахт: 421.743 франка 23 сантима.
• Довершение цианистого завода: 13.293 франка 89 сантимов.
• Толчея: 92.147 франков 46 сантимов.
• Машинный и инструментальный инвентарь: 46.707 франков 04 сантима.
• Мебельный и конторский инвентарь: 7.332 франка 61 сантим.
• Подъездные дороги и подвижной состав: 19.683 франка 73 сантима.
• Установка бурильных машин: 75.563 франка 28 сантимов.
• Водопроводные устройства: 8.320 франков 96 сантимов.
• Увеличение запасов: 73.128 франков 00 сантимов.

ИТОГО РАСХОДОВ: 902.296 франков 01 сантим.

Эти затраты были покрыты средствами, находящимися в наличности в начале операционного года в сумме 1.402.176 франков 73 сантима; по заключению операционного года наличность равняется лишь только 483.250 рублям 20 копейкам, то есть что разность представляет приблизительную сумму, затраченную на разные устройства, из чего вытекает, что все расходы по эксплуатации, причиненные добычей золота, включая в них и всякого рода накладные расходы как на приисках, так и в Париже и Брюсселе, коих итог простирается до 445.911 франков 93 сантима, были почти покрыты стоимостью добытого золота, причем убыток сравнительно ничтожный.

Из рассмотрения этих цифр следует заключить, что если с одной стороны сократить расходы по устройствам и работы по оборудованию, а с другой стороны, если сократить накладные расходы, то должно получиться в результате, допуская притом, что добыча золота удержится в нормах, по сей день осуществленных, возможность сбережения существующего оборотного капитала и получения некоторой прибыли по эксплуатации, ограниченной по большей части одними старательскими работами.

Следует притом заметить, что правильное управление делом требует, чтобы годовые погашения применялись к валютам некоторых счетов, причисленных к активу по балансу, поэтому мы сочли долгом в нынешнем году употребить на эту операцию сумму в 117.969 франков 46 сантимов, оставшуюся по вычету суммы убытка за настоящий операционный год равный 49.419 франков 38 сантимов с прибыльного сальдо предыдущего операционного года равного 167.387 франков 84 сантима, которая сумма была перенесена заново, согласно постановленного вами в прошлом году решения и которые вследствие произведенных погашений выключаются из баланса.

Вследствие вышеизложенного покорнейше просим вас утвердить употребление этой суммы в 117.969 франков 46 сантимов на частное погашение для следующих счетов и следовательно отказаться от переноса заново остатков от прибыли предыдущего операционного года:

• Разные постройки: 50.000 франков 00 сантимов.
• Оборудование шахт: 50.000 франков 00 сантимов.
• Машинный и инструментальный инвентарь: 11.000 франков 00 сантимов.
• Мебельный инвентарь: 3.000 франков 00 сантимов.
• Расходы по исследованиям при учреждении общества: 3.969 франков 46 сантимов.

ИТОГО НА РАЗНЫЕ ПОГАШЕНИЯ: 117.969 франков 46 сантимов.


Представленный вам сим баланс, милостивые государи, не дает таким образом в остатке ни прибыли, ни убытка, и наши счета на франки составлены были по законному курсу рубля, то есть по курсу 8 франков равняется 3 рублям, или 2 франка 666 тысячных равняется 1 рублю.

Трое из членов комитета правления заявили нам об отставке, а именно гг. Де-Куадра, Рембелинский и Жиллибер. В настоящее время мы предложим вам утвердить лишь только назначение г-на маркиза Де-Верну-Боннель.

Г-н Тарагоне, член ревизионной комиссии, подает в отставку. Нет причины к замене его, так как число остающихся членов ревизионной комиссии достаточно, согласно нашего устава.

Главные имеющиеся от вас поступить решения суть следующие:

Утверждение баланса и счета прибылей и убытков, сведенных к 30-му июня сего года.

Принятие заявления об отставке трех членов комитета правления.

Утверждение назначения г-на маркиза Де-Верну-Боннель членом комитета правления.


2. ДОКЛАД РЕВИЗИОННОЙ КОМИССИИ

представленный обыкновенному общему собранию от 14-го ноября 1899 года.



Милостивые Государи.

Честь имеем представить вам сим отчет о том, как мы исполнили возложенную на нас обязанность членов ревизионной комиссии за операционный год 1898-1899.

Мы производили рассмотрение конторских книг при месте пребывания общества в Брюсселе и могли удостовериться в том, что бухгалтерия ведется в полном порядке, и что цифры представленного вам баланса вполне согласуются с записями конторских книг общества. Один из нас ездил в Кочкарь и производил на месте поверку инвентарей. Материальный магазин, равно как и книги содержатся с большим порядком. Касса, равно как и золото из наличности оказались верными.

Мы думаем, что в данном нам поручении заключается также обязанность вызвать особое внимание акционеров на будущность общества. Ход эксплуатации и финансовое положение дают действительно, как кажется, повод к серьезному рассмотрению дела и к принятию новых мер.

Брюссель, 14-го ноября 1899 года.

Подписали: Ф. Буасселло, Л. Гаффарэ, Авг. Жиллон, Е. Тарагоне.


3. БАЛАНС, СВЕДЕННЫЙ ПО 30-Е ИЮНЯ 1899 ГОДА

АКТИВ (в франках и сантимах)

• Прииски: 8.000.000 франков 00 сантимов.

Разные постройки:

• Старые постройки (предшествующее сальдо 573.151,07 минус погашение 50.000): 523.151 франк 07 сантимов.
• Новые постройки: 233.582 франка 10 сантимов.
• Всего постройки: 756.733 франка 17 сантимов.
• Дом в Кочкаре: 48.000 франков 00 сантимов.
• Итого по разделу построек: 304.733 франка 17 сантимов (с учетом внутренних вычетов).

Обстановка горных работ:

• Старая обстановка: 368.256 франков 32 сантима.
• Оборудование шахт (764.034 минус погашение 50.000): 714.034 франка 00 сантимов.
• Итого по разделу обстановки: 1.082.290 франков 32 сантима.

Фабрики:

• Старые фабрики: 311.900 франков 82 сантима.
• Химический завод: 79.277 франков 28 сантимов.
• Толчея: 92.147 франков 46 сантимов.
• Итого фабрики: 503.325 франков 56 сантимов.

• Школы и церковь: 152.000 франков 00 сантимов.
• Больница и принадлежности к ней: 74.666 франков 66 сантимов.
• Механическая мастерская: 55.536 франков 00 сантимов.

Основные расходы:

• Расход по учреждению: 116.531 франк 59 сантимов.
• Расход по исследованию (предшествующее сальдо 18.504,42 минус погашение 3.969,46): 14.534 франка 96 сантимов.
• Накладные расходы: 249.801 франк 26 сантимов.
• Итого основные расходы: 350.868 франков 81 сантим (с учетом внутренних вычетов).

• Инструменты и снаряды (после погашения 11.000): 106.318 франков 13 сантимов.
• Лошади и конюшенное имущество: 24.200 франков 00 сантимов.
• Мебель и конторское имущество в России (после погашения 3.000): 23.831 франк 20 сантимов.
• Мебель и конторское имущество в Брюсселе: 2.380 франков 30 сантимов.
• Откаточные дороги и подвижной состав: 19.683 франка 73 сантима.

Разные устройства:

• Водопроводы: 8.320 франков 96 сантимов.
• Электрические бурильные снаряды: 75.563 франка 28 сантимов.
• Итого устройства: 83.884 франка 24 сантима.

Запасы:

• Материальный магазин: 297.529 франков 46 сантимов.
• Припасная лавка: 16.901 франк 09 сантимов.
• Химический завод: 3.121 франк 72 сантима.
• Лаборатория: 266 франков 66 сантимов.
• Итого запасы: 317.818 франков 93 сантима.

Вспомогательные службы:

• Механическая мастерская и литейная: 4.623 франка 70 сантимов.
• Порубка лесных делянок: 12.942 франка 03 сантима.
• Кирпичное производство: 3.200 франков 00 сантимов.
• Итого вспомогательные службы: 20.765 франков 73 сантима.

Золото:

• Наличность при управлении: 61.020 франков 53 сантима.
• В С.-Петербургском монетном дворе: 13.475 франков 94 сантима.
• Итого золото: 74.496 франков 47 сантимов.

• Руда в наличности: 364 франка 37 сантимов.

Финансовое отделение:

• В Брюсселе, в брюссельском банке: 38.237 франков 00 сантимов.
• В Париже, в марсельском кредитном обществе: 876 франков 25 сантимов.
• В Париже, в лионском кредите: 194.812 франков 80 сантимов.
• В России, в кассе при управлении в Кочкаре: 94.399 франков 38 сантимов.
• В России, в сибирском торговом банке: 82.058 франков 61 сантим.
• Итого финансовое отделение: 410.384 франка 04 сантима (с учетом внутренних вычетов).

Разные дебиторы:

• В Бельгии: 959 франков 76 сантимов.
• В России: 120.210 франков 53 сантима.
• Итого дебиторы: 121.200 франков 29 сантимов.

• Акции на хранении: 345.000 франков 00 сантимов.


ВСЕГО БАЛАНС АКТИВА: 12.603.747 франков 95 сантимов.

ПАССИВ (в франках и сантимах)

Капиталы:

• 120.000 привилегированных акций по 100 франков: 12.000.000 франков 00 сантимов.
• 80.000 обыкновенных акций.
• Резервный фонд, согласно уставу: 8.369 франков 39 сантимов.

Кредиторы разные:

• В Бельгии: 148.510 франков 67 сантимов.
• В России: 101.837 франков 89 сантимов.

• Законный залог гг. членов комитета правления и ревизионной комиссии и акции на хранении: 345.000 франков 00 сантимов.

ВСЕГО БАЛАНС ПАССИВА: 12.603.747 франков 95 сантимов.

4. СЧЕТ ПРИБЫЛЕЙ И УБЫТКОВ, СВЕДЕННЫЙ НА 30-Е ИЮНЯ 1899 ГОДА

ДЕБЕТ (Расходы)

• Накладные расходы в России: 336.685 франков 41 сантим.
• Убытки по инвентарям в России: 15.462 франка 85 сантимов.
• Накладные расходы в Париже и Брюсселе: 109.226 франков 52 сантима.
Погашения по следующим статьям:
• Разные постройки: 50.000 франков 00 сантимов.
• Оборудование шахт: 50.000 франков 00 сантимов.
• Инструменты и снаряды: 11.000 франков 00 сантимов.
• Мебельный инвентарь: 3.000 франков 00 сантимов.
• Расходы по исследованиям: 3.969 франков 46 сантимов.
• Итого по разделу погашений: 117.969 франков 46 сантимов.
ИТОГО ДЕБЕТ: 579.343 франка 24 сантима.


КРЕДИТ (Доходы)

• Предшествующий сальдо (прибыль прошлых лет): 167.387 франков 84 сантима.
• Доходы по эксплуатации в России (от добычи золота): 366.293 франка 22 сантима.
• Процентных, учетных и комиссионных во Франции и Бельгии: 45.662 франка 18 сантимов.
ИТОГО КРЕДИТ: 579.343 франка 24 сантима.


5. РЕШЕНИЯ, ПОСТАНОВЛЕННЫЕ ПО ПОРЯДКУ ДЕЛ ОБЩЕГО СОБРАНИЯ АКЦИОНЕРОВ

• Баланс и счет прибылей и убытков утверждены.
• Собрание отказывается принять отставку гг. членов комитета правления де-Куадра и Рембелинского. Отставка г. члена комитета правления Жиллибера принята. Г-н маркиз де-Верну назначен членом комитета правления единогласно.
• Собрание постановляет, что г. Тарагоне, член ревизионной комиссии, заменен не будет.

(332)»



Закат «Золотого Эльдорадо» на французские деньги

Перед нами исторический документ — момент, когда транснациональный «золотой пузырь» начинает сдуваться, столкнувшись с реальностью русской географии. Рассмотрим детали этого отчета, составленного в Брюсселе в ноябре 1899 года.

Диспозиция такова: Кочкарские прииски на Урале. Французские и бельгийские инвесторы вливают значительные средства — 12 миллионов франков уставного капитала. На эти деньги в уральской тайге возводят масштабную инфраструктуру: монтируют электрические бурильные снаряды, строят современный цианистый завод для извлечения золота из отходов (эфелей), возводят кирпичное производство, больницы, школы и дома для служащих.

Управление осуществляется из Брюсселя и Парижа. Финансовые средства хранятся в крупных европейских банках, а в совете директоров заседают представители европейской аристократии во главе с вновь назначенным маркизом де-Верну-Боннель.

Однако на глубине 70 метров горные работы натыкаются на неразложенный уральский гранит. Содержание золота снижается, а оборотного капитала для дальнейшей масштабной проходки становится недостаточно.

В докладе правления падение добычи золота за год почти на 100 тысяч граммов объясняется в том числе состоянием дорог в зимний период из-за перепадов температур, что затрудняло подвозку песков к фабрикам.

Основной проблемой стало истощение верхних слоев золотых жил. Старатели не имели возможности вести работы на большой глубине из-за отсутствия средств для откачки грунтовых вод, а расстояние между местами добычи и фабриками увеличивалось.

Для стабилизации финансовой отчетности правление использовало прибыль прошлых лет (167 тысяч франков), направив её часть на амортизацию стоимости шахт и построек (частное погашение), что позволило свести баланс без явной прибыли или убытка.

Ревизионная комиссия после проверки конторских книг и инвентарей на месте отметила, что финансовое положение предприятия требует серьезного внимания и принятия новых мер. На фоне этих трудностей часть членов комитета правления подала в отставку, однако общее собрание акционеров отклонило некоторые из этих заявлений.

Данный документ представляет собой показательный пример взаимодействия европейского капитала с условиями горнозаводского дела на Урале в конце XIX века.

________________________________________

«ПРАВЛЕНИЕ ОБЩЕСТВА РЯЗАНСКО-УРАЛЬСКОЙ ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГИ

имеет честь уведомить гг. владельцев облигаций общества, что 28-го февраля сего 1900 года в 1 час дня, в помещении правления (С.-Петербург, Мойка, 40) имеют быть произведены: а) пятый тираж 4% облигаций общества выпуска 1897 года и б) второй тираж 4% облигаций общества выпуска 1899 года.
(351)»


Лотерея на набережной Мойки
Представьте себе Санкт-Петербург, конец января 1900 года. Набережная реки Мойки, дом 40. Это великолепное каменное здание в самом сердце столицы, буквально в двух шагах от Дворцовой площади. Именно здесь бьется финансовое сердце гигантской Рязанско-Уральской железной дороги.

28 февраля — снова в редкий високосный день — в залах правления будет людно и шумно. Здесь соберутся не для обсуждения прибылей, а ради проведения тиражей погашения облигаций.

Железнодорожный бизнес конца XIX века требовал колоссальных денег для укладки сотен верст путей через степи к Каспийскому морю. Общество занимало миллионы у публики, выпуская 4% облигации огромными сериями — в 1897 и совсем недавно, в 1899 году.

Для рядового держателя ценной бумаги такой тираж был сродни лотерее. Специальная комиссия крутила колесо с номерами облигаций. Те номера, которые выпадали в этот день, подлежали погашению. Что это означало? Счастливый владелец такой облигации получал назад не просто текущие проценты, а всю номинальную стоимость бумаги чистым золотом прямо в кассе на Мойке.

Капитал возвращался к инвесторам, а железная дорога честно и планомерно гасила свои старые долги перед государством и обществом, подтверждая безупречный «деловой код» имперской транспортной системы.

________________________________________

«ТОВАРИЩЕСТВО ЧАЙНОЙ ТОРГОВЛИ ПЕТРА Боткина СЫНОВЬЯ

Извлечение из отчета с 1-го октября 1898 г. по 1-е октября 1899 года.

Счет прибыли и убытка (в рублях и копейках)

Получено валовой прибыли за 1898-99 год: 591.446 руб. 21 коп.

Исключается жалование, торговые расходы и проч.: 334.167 руб. 24 коп.

Чистой прибыли: 257.278 руб. 97 коп.

БАЛАНС на 1-е октября 1899 года.

АКТИВ

Касса - наличных денег: 94.512 руб. 13 коп.

Московский учетный банк - на текущем счету: 50.000 руб. 00 коп.

Процентные бумаги 181.605 руб. по оценке: 365.421 руб. 81 коп.

Движимость: 212.119 руб. 77 коп.

Недвижимость: 12.389 руб. 81 коп.

Товары в таможнях, амбарах и магазинах: 3.688.465 руб. 77 коп.

Документы: 1.742.617 руб. 70 коп.

Обязательства получаемые: 12.924 руб. 71 коп.

Дебиторы по счетам: 1.432.845 руб. 82 коп.

Сомнительные долги 17.702 руб. 73 коп. за: 2.371 руб. 61 коп.

Комиссионеры в Китае: 677.362 руб. 18 коп.

Залоги процентных бумаг и недвижимости: 1.368.277 руб. 52 коп.

Касса хранения: 35 паев членов правления: 35.000 руб. 00 коп.

Государственный промышленный налог: 4.961 руб. 19 коп.

ВСЕГО АКТИВ: 9.734.302 руб. 02 коп.


ПАССИВ

Капитал основной 1200 паев: 1.200.000 руб. 00 коп.

Капитал запасный: 400.000 руб. 00 коп.

Капитал оборотный: 191.563 руб. 96 коп.

Капитал погашения: 29.700 руб. 25 коп.

Капитал страховой: 14.050 руб. 41 коп.

Государственный промышленный налог: 21.997 руб. 82 коп.

Разные кредиторы: учредители, пайщики и разные лица: 2.268.782 руб. 86 коп.

Процентные бумаги, выданные в обеспечение подписок и специальн. текущ. счетов: 1.380.777 руб. 50 коп.

Пошлина, отсроченная на чай: 1.318.999 руб. 00 коп.

Пошлина, начисленная на чай, неочищенный в таможне: 1.210.178 руб. 14 коп.

Дисконт, начисленный на чай: 305.611 руб. 68 коп.

Акцептованные китайские тратты: 1.139.600 руб. 40 коп.

Документы к платежу: 45.000 руб. 00 коп.

Дивиденд: 173.041 руб. 00 коп.

Паи товарищества: 35 паев членов правления: 35.000 руб. 00 коп.

ВСЕГО ПАССИВ: 9.734.302 руб. 02 коп.

Общим собранием владельцев паев, состоявшимся в Москве, 15 января 1900 года, постановлено: 1) отчет и баланс за шестой операционный 1898-99 год утвердить и из полученной прибыли 257.278 руб. 97 коп. отчислить: в Государственный промышленный налог 23.997 руб. 82 коп., в капиталы: запасный, страховой и оборотный 113.281 руб. 15 коп. и в дивиденд пайщикам 10% - 120.000 руб.; 2) выдачу дивиденда назначить с 14-го февраля сего года в Москве, в правлении товарищества; 3) вместо выбывающего по старшинству вступления директора Петра Петровича Боткина и умершего кандидата Константина Густановича Дункера избраны: директором - Петр Петрович Боткин и кандидатом - Надежда Петровна Остроухова; в ревизионную комиссию избраны: Михаил Петрович Боткин, Анна Петровна Боткина и Софья Михайловна Боткина.
(105)»


Китайский транзит и чайный запах Москвы

Перед нами потрясающий документ, пахнущий дорогим чаем, сургучом и дальними странствиями. Баланс Боткиных — это почти 10 миллионов рублей. Давай вчитаемся, как функционировал великий чайный путь Российской Империи в 1900 году.

Первое, что бросается в глаза в Активе — колоссальная цифра: «Товары в таможнях, амбарах и магазинах — 3,6 миллиона рублей». Чай в те времена — товар стратегический, пьет его вся Россия, от крестьянина до императора. Боткины держат на складах горы чайного листа. И тут же рядом в Активе строчка: «Комиссионеры в Китае — 677 тысяч рублей». Это живые деньги, которые прямо сейчас находятся в Ханькоу или Шанхае, где боткинские агенты закупают свежие урожаи чая у китайских плантаторов.

В Пассиве нас ждет чистая экономическая магия — «Акцептованные китайские тратты на 1,1 миллиона рублей». Тратта — это переводной вексель. Боткины не везут в Китай сундуки с золотом через всю Сибирь. Они расплачиваются международными векселями, которые признают и обналичивают китайские и купцы-посредники.

А посмотрите на государственные пошлины в Пассиве: «Пошлина, отсроченная на чай — 1,3 миллиона» и «Пошлина неочищенная — 1,2 миллиона». В сумме — 2,5 миллиона рублей Боткины должны казне за ввоз товара! Имперский «деловой код» давал крупнейшим купцам огромные налоговые поблажки — чай можно было привезти, положить на таможенный склад и платить пошлину государству постепенно, по мере того, как товар продается в Москве.

Ну и финал — чисто семейный детектив в тексте постановления. Собрание проходит в Москве 15 января 1900 года. Пайщики делят 257 тысяч рублей чистой прибыли (выделяя себе сочные 10% дивидендов). Но в руководстве — траур и кадровые перестановки. Скончался кандидат в директора Константин Дункер. И Боткины превращают компанию в абсолютный семейный клан. В ревизионную комиссию выбирают Михаила, Анну и Софью Боткиных. Семья наглухо закрывает контроль над миллионными потоками от чужих глаз. Потрясающий срез купеческой Москвы!

________________________________________

«РУССКО-КИТАЙСКИЙ БАНК

Состояние счетов в С.-Петербурге и Москве по 31-е декабря 1899 года.

АКТИВ (в рублях и копейках)

Касса, текущие счета: 1.825.792 руб. 73 коп.

Русские векселя: 4.141.364 руб. 55 коп.

Иностранные векселя: 622.166 руб. 10 коп.

Процентные бумаги: 1.059.585 руб. 17 коп.

Корреспонденты: 22.800.362 руб. 43 коп.

Капитал отделений: 13.970.569 руб. 83 коп.

Недвижимое имущество в Китае и Японии: 581.296 руб. 77 коп.

Недвижимое имущество в Восточной Сибири: 88.827 руб. 73 коп.

Текущие расходы: 120.048 руб. 04 коп.

5% Государственный сбор: 23.058 руб. 83 коп.

ВСЕГО АКТИВ: 45.233.072 руб. 18 коп.


ПАССИВ
Складочный капитал: 11.250.000 руб. 00 коп.

Запасный капитал: 804.819 руб. 82 коп.

Оборотный вклад императорского китайского правительства К. Т. 5.000.000, подлежащий расчету в серебряной валюте: 7.039.659 руб. 38 коп.

Запасный капитал императорского китайского правительства: 155.089 руб. 27 коп.

Корреспонденты: 25.928.475 руб. 94 коп.

5% государственный сбор: 9.234 руб. 33 коп.

Переходящие суммы: 45.793 руб. 44 коп.

ВСЕГО ПАССИВ: 45.233.072 руб. 18 коп.
(345)»


Пекинский вклад в русские сейфы

Перед нами потрясающий документ геополитического масштаба. Общий баланс банка превышает 45 миллионов рублей. Давайте вчитаемся в эти цифры, за которыми скрывается борьба великих держав за доминирование в Азии.

Самая феноменальная деталь кроется в Пассиве: «Оборотный вклад императорского китайского правительства... 7.039.659 рублей» и тут же рядышком «Запасный капитал императорского китайского правительства — 155 тысяч рублей».

Вдумайтесь в этот факт! Цинский Китай (Империя Цин), управляемый в то время железной рукой вдовствующей императрицы Цыси, держит свои государственные миллионы в русском банке под управлением чиновников из Санкт-Петербурга. Китайский вклад номинирован в традиционных серебряных ланах (Куапинь таэль — отсюда буквы К. Т. в тексте), но пересчитан в твердые золотые рубли Витте. Это был триумф русской дипломатии и финансов — Пекин фактически софинансировал русскую экспансию на собственных землях.

В Активе масштаб ничуть не меньше: «Капитал отделений — почти 14 миллионов рублей». У банка была уникальная сеть филиалов: Шанхай, Пекин, Ханькоу, Тяньцзинь, Нагасаки, Владивосток, Харбин.

И посмотрите на недвижимость: банк физически владеет зданиями, землей и конторами в Китае и Японии на 581 тысячу рублей, и в Восточной Сибири на 88 тысяч. Это не просто бумажные спекуляции, это основательное, каменное присутствие России на берегах Тихого океана.

Русско-Китайский банк в январе 1900 года — это мощнейший локомотив, который на китайское серебро и русское золото строит города в Маньчжурии, скупает земли в Японии и намертво привязывает экономику Азии к Санкт-Петербургу. Абсолютный пик могущества «делового кода» Российской Империи на Востоке.