Ветеран на стоянке

90-е годы. Участник Великой Отечественной войны Николай Петрович, надев своей поношенный костюм с орденскими планками, поехал с супругой на «копейке» на городской рынок. Обычно они делали вылазку раз в неделю, чтобы прикупить натуральные, привезенные из близлежащих деревень, продукты:  яйца, молоко, сметану, творог, иногда мясо птицы или говядину. Припарковавшись  на стоянке, Николай Петрович остался сидеть в машине. Из-за болезни  ног  он не ходил по рынку,.  Его старуха, как он ее называл,  пошла одна по торговым рядам. Недавно прошел мелкий дождь, поэтому Николай Петрович, от нечего делать, протер загрязненные окна своего автомобиля.

Сидя в машине, Николай Петрович наблюдал за  мальчишкой лет 10-12, который ходил по стоянке и протирал окна машин, в которых сидели водители или стояли рядом. У него впереди на ремне висела сумочка, какая обычно бывает у торгашей на рынке.
Наконец, пацан подошел к «Жигулям» Николай Петрович и, не спрашивая разрешения, начал брызгать на лобовое стекло какую-то синеватую жидкость и тереть тряпкой.
— Внучок, мне стекла протирать не надо, я только что это сделал, — сказал мальчику Николай Петрович через приспущенное стекло.
Юнец, не обращая  внимания на старика, продолжал тереть теперь уже заднее стекло.
Николай Петрович вышел из машины.
— Мальчик, я к тебе обращаюсь. Я уже вытер свои стекла и в твоей помощи не нуждаюсь.
Только сейчас, мальчишка, обтерев заднее стекло, спокойно проговорил:
— Дед, с тебя 50 рублей будет.
— Мальчик, а тебе не кажется, что ты загнул цену. Обычно за эту работу ребята просят  не более 10 рублей. Тем более я  тебя не просил этого делать.
— 50 рублей давай! Мне деньги нужны! — уже в грубой форме продолжил пацан.
— А кому они не нужны, мне тоже нужны. Вот тебе 10 рублей и иди с богом, — возмущенно произнес  Николай Петрович и протянул мальчику червонец.
— С тебя 50 рублей! — стоял на своем юнец.
Понимая, что с этим невоспитанным и наглым мальчишкой дальше общаться бесполезно,  старик сел в машину.
Пацан упорно стоял на своем. Он долго стучал кулаком в окошко машины. Николай Петрович приспустил окошко.
— Что тебе еще надо?
— 50 рублей давай! — произнес юнец.
Николай Петрович закрыл окно. Мальчишка стоял еще минут 15, периодически стуча в окно автомобиля. Потом ушел. Минуты через две старик услышал удар и  треск стекла заднего окна своего автомобиля. Николай Петрович выскочил из «Жигулей» и увидел медленно удаляющегося со стоянки того пацана. Стекло сильно потрескалось, но не разбилось на осколки. На багажнике лежал большой камень. Дед пытался догнать мальчишку, но его и след простыл. Сильно расстроенный он сел в машину. Теперь надо заднее стекло менять, это обойдется ему в копеечку. Отдал бы этому оболтусу 50 рублей, если бы знал, что так произойдет.

Минут через пятнадцать к машине Николая Петровича подошли двое накаченных бритоголовых бандита вместе с этим пацаном.
— Вот этот дед отказался платить, — указывая на Николая Петровича, сказал мальчишка.
— Дед, ты, что детей обижаешь?! Он работу выполнил? Выполнил! Но тогда надо с ним рассчитаться! — громко произнес один из бандитов.
— Он слишком много запросил, я знаю, сколько это стоит, — тихо промолвил  Николая Петровича.
 — Здесь таксу мы устанавливаем, и не тебе рассуждать, сколько это стоит.
Старик достал из потрепанного портмоне 50 рублей и, молча, протянул пацану. Юнец забрал деньги и засунул в свою сумочку.
— Теперь я ничего не должен, мы в расчете? — спросил он.
— А за моральный ущерб, кто будет платить. С тебя, дедок, еще 200 рублей.
Николай Петрович, не сказав ни слова, передал бандитам 200 рублей.
— Теперь в расчете, — усмехнувшись, взял деньги один из бандитов.
— А это тебе на будущее, чтобы знал, кто на рынке хозяин, — с этими словами второй бандит с силой ударил битой по лобовому стеклу машины, оставив на ней паутину из трещин.

Они ушли. Общение с бандитами происходило на виду всей стоянки, но никто не заступился за старика. Все боялись. Кто-то вызвал милицию. Подошедший молодой лейтенант записал со слов Николая Петровича показания и, обещав «разобраться», ушел. Старик  понимал, что разбираться никто не будет. Эти бандиты ни от кого не скрывались, а милиция «крышевала»  их на рынке.

Николай Петрович сел в машину и заплакал. Не от того, что машину разбили. И не от того, что не смог дать отпор бандитам. А от того, что  эти подонки на рынке сегодня хозяева жизни. За это ли он воевал когда-то,  чтобы  эти мрази, так унизили его при всех? А это юнец, кто из него выйдет? Такой же  бандит, как эти?
Тут подошла его старуха, и они уехали с рынка. Больше Николай Петрович на это рынок не приезжал.