Дача в придачу

 
– Да будь она трижды проклята! – в сердцах воскликнул Иван Иванович и резким движением затушил «Приму» без фильтра, от чего чуть было не обжег себе пальцы. Затем, сделав короткую паузу, уже тихо, почти шепотом, добавил себе в бороду: «Да, будь оно все трижды проклято!»

Вот уже битый час он стоял на выезде из Москвы и практически не трогался с места. В субботу, в самое время, когда народ ехал на дачи, на трассе южного направления чинили путепровод. Десятилетней давности «Жигули» жадно глотали бензин, а цифры на придорожной заправке АИ-92 – 22.40 вызывали страшное раздражение. Что дорогая нефть, что дешевая, для России все едино: бензин всегда был, есть и будет дорогим. Будет дорогой и солярка. Как начало посевной или уборочной, так производители как нарочно поднимают цену, объясняя это традиционным сезонным спросом на топливо, хотя, казалось бы, все должно быть наоборот. Сзади усиленно коптил небо большой черный, путешествующий от заправки до заправки, «пятилитровый» джип с аэрографией на капоте в виде тигра, оскалившегося над обнаженной блондинкой. Обладатель внедорожника злобно светил дальним светом и надрывно гудел то ли гудком, то ли пожарной сиреной, когда Иван Иванович в целях экономии и дабы не перегреть двигатель глушил, а потом снова заводил мотор, отчего проезжал очередные два с половиной метра с трехсекундным опозданием. Из джипа неслось однообразное драм-энд-бэйсовское туканье, пумканье и дзиньканье, вырывались клубы дыма дорогих сигарет и вперемежку с визгами и писками представительниц слабого пола матерные слова крепких парней. Время от времени, затонированные до состояния камерунских ночей, стекла автомобиля опускались больше, чем наполовину, и на обочину летели пустые бутылки из-под пива и бумажные пакеты с эмблемой «Макдональдс».

– Жрите, жрите эту гадость, – злобно подумал Иван Иванович, – быстрее загнетесь. – То ли дело я. У меня уже почти все свое. Все лето ели свой салат из огурцов и помидоров. Картошки вон 40 килограмм выкопали, а всего-то под «второй хлеб» 75 «квадратиков» отвели. Если бы не колорадский жук и жара, то было бы еще больше. Одной клубники в этом году собрали 32 килограмма! А еще смородины с восьми кустов 25 кг, по килограмму ягод с каждого из четырех кустов крыжовника, малины 5 килограмм, 6 сливы, 5 кг бесценной облепихи! Яблок вообще было, как грязи: пришлось раздавать всем желающим. Спасибо соседу Михалычу, попросившему присмотреть в этом году за садом и разрешившему в благодарность за это забрать урожай. Наши деревья, которые мы посадили этой весной, когда еще вырастут. Вот кабачки почему-то не заладились. А так: морковь, капуста, перец, лук…  ---

- Слышь, мать! – а мы неплохо поработали на участке, – обратился Иван Иванович к супруге, не оборачивая головы и, поймав себя на мысли, что его офисный лексикон уступил место простонародным словечкам. – Я тут как-то прикидывал, если все выращенное покупать в магазине, то пришлось бы потратить 19035 рублей! Это, правда, с соседскими фруктами. Но даже и без них – 10 845 рублей, – тоже немало. А через пару лет у нас у самих будет полноценный сад.

От неожиданности Татьяна Ивановна вздрогнула. Восклицание мужа заставило женщину выйти из полукоматозного состояния, в которое ее вогнала жара и многокилометровая пробка.

 – Я считала наши расходы, дорогой. Одна только разбивка огорода обошлась нам в 23 770 рублей! На бензин ушло 11000! Конечно, если бы помимо выходных тебе не приходилось бы мотаться к нам еще и посреди недели, то денег ушло бы гораздо меньше. Но ты сам знаешь, что нам без тебя на даче страшно. К тому же, я не умею обращаться с печью: иногда бывает холодно и просто необходимо подтопить. Надо было купить хорошие электрические батареи и вставить двойные стеклопакеты. А купить и привезти продукты в нашей глухомани, и вовсе целая проблема. К тому же, Ванечка постоянно требует внимания и говорит, что поход в местное сельпо для него не развлечение и отказывается туда ходить даже за мороженым. Вокруг одни старики, словом перекинуться не с кем. Теперь еще и соседи не приехали. Так он мог бы хоть с Сонечкой поиграть. А у него в друзьях только Мурка, которая тоже кушает, кстати, немало, и в последнее время признает только «Вискас» с овощами и кроликом. Говорила же тебе, не надо ее приучать к этому, потом нормальную еду вообще есть перестанет. Где это видано, чтобы кошка не ела сметану и рыбу?

Робкая попытка Ивана Ивановича что-то возразить супруге осталась почти что незамеченной, и Татьяна Ивановна продолжила перечислять расходы в свойственной ей неторопливой и несколько занудной манере.
– Если хочешь знать, инвентарь и тот стоил 1430 рублей, ну, и 200 рублей за пользование общим водопроводом. Да, еще 300 рублей за мазь для твоей спины, когда ты с непривычки надорвал ее на прополке. Еще не считали расходов на электричество, которое постоянно растет в цене, и, кстати, неизвестно, каким будет налог на землю в этом году. Налоговые службы почему-то не могут рассчитать его без нашего участия, но ты до сих пор не съездил с документами в местный кадастр. Я понимаю, не хочется делать чужую работу, тратить на нее время и силы, но нас могут записать в должники. И доказывай потом, что ты не верблюд… Короче, денег потрачено – 36700 рублей. Целое со стояние! Теперь вычти отсюда то, что ты насчитал, свои 10845. Итого, 25 855 рублей убытка!

 – Слышь, ты, кормилец, долго ты тут будешь сопли жевать? Водитель черного джипа вынес свое упитанное тело на потрескавшийся асфальт и завис рядом с окном Ивана Ивановича, который был буквально парализован окончательными расчетами.
 – Я сейчас, извините, задумался, – ответил Иван Иванович, и, отпустив сцепление, проехал освободившиеся два с половиной метра. Мысли лихорадочно заносились в его голове.
– Ну, знаешь ли. Ты берешь в расчет только голые цифры. А чем измерить собственное здоровье. Ведь все выращенное нами на участке не содержит никакой химии или, что еще хуже, гм-компонентов. Все что в магазинах, почти все из Европы, Америки да из Израиля. А что у них там хорошего. Ничего! Специально народ травят, все сюда шлют. Сами свою дрянь есть не хотят. Заботятся о здоровье нации, понимаешь ли. Сначала напалм делали, чтобы жечь партизан во Вьетнаме, а потом картошку на чипсы стали выращивать. Да еще рекламируют ее со всякими завлекалочками для детей. А помидоры, которые не портятся месяцами, потому что они скрещены с каким-то там геном акульего плавника. И, кстати, лосось, который ест свои собственные какашки, если ему вовремя не подсыпали тех же самых гм-кормов. Фу-у, гадость… А ароматизатор дыма в копченостях! Это же вообще бред коптить не на ольховой стружке, а при помощи электричества и свинца. И вообще, купил латвийские шпроты – помог ветеранам СС! А белковое мясо и куры, кормленые рыбной мукой и с еще какими-то там уколами в ляжку… Скоро вообще ничего нельзя будет есть. Мы и так уже на 70% зависим от западных сельхозпродуктов. Нет, не зря батя, царство ему небесное, не поддавался на мои уговоры продать эти несчастные шесть соток вместе с хлабудой. К квартире оставил и дачу в придачу. Прав был, говоря, что человек должен жить на земле и что, в жизни всякое может случиться, особенно в России. Вот и председатель Союза Садоводов России Андрей Туманов говорит, что по результатам проведенных исследований было установлено, что дачники живут на 6 лет дольше не дачников. И есть основания верить сказанному. Просто мы еще начинающие и все прихо дится делать с нуля, а так бы обошлись почти без убытков. А если бы дача располагалась поближе, ну хотя бы верст на пятьдесят, то удалось бы даже заработать. В следующем году надо все хорошенько продумать.

Ваня остервенело давил на телефонные клавиши. Вообще-то ему очень давно хотелось собаку. Родители были не против, но где ее держать после окончания дачного сезона. Кто будет ее кормить и гулять с ней? К тому же, во дворе давно снесли отцовскую ракушку, за которой все окрестные кобели и случайные прохожие справляли малую, а иногда и большую нужду. Но мечта о верном мохнатом друге и защитнике все равно оставалась. На даче только и слышишь: «Ваня, принеси лейку, Ваня, принеси ведро! Иди, подержи корзину». Все дети, как дети, кто на море уехал, кто в дом отдыха. Там-то в грядках ковыряться не надо. Да и какая у нас дача: друзей из Москвы пригласить стыдно. Все какое-то старое, в комнатах тесно. Места нет даже для телевизора, который стоит высоко на прабабушкином буфете, и чтобы что-нибудь посмотреть приходится то и дело задирать голову. Правда, на участок приходит еще совсем молодая кошка и резво прыгает по деревьям, демонстрируя свою ловкость и как бы приглашая поиграть вместе с ней. Иногда Мурка ловит мышей и гордо тащит их так, чтобы все видели ее добычу, намекая, что я и в доме могла бы очень как пригодиться. Но в дом Мурку не берут по тем же причинам, что и не заводят собаку. К тому же, мама говорит, что она обязательно принесет котят, и что тогда с ними делать? Ваня тяжело вздохнул.

– Что у тебя там, опять третий уровень не прошел? – спросил Иван Иванович. – Да, нет, тут другое, – ответил Ваня, и чуть было не ударился о переднее сиденье: только что было тронувшийся с места автобус, резко затормозил. Джип тут же отреагировал ослепительным дальним светом, пожарной сиреной и угрожающим жестом из окна в виде поднятого вверх среднего пальца. Слов Иван Иванович не расслышал, и о чем говорит обладатель «пожирателя бензина», мог только догадываться. К тому же, сменивший драм-энд-бэйс, рэп заглушал все вокруг и вместо привычных русскому уху выражений в округе разносились совсем другие слова: «Она была белой, как снег, а я черным, как ветер. Она любила его, а я любил ее. Но ей это было совсем не понятно, так как она вообще не думала обо мне. Она просто не знала, что я есть. Но я знал, что все будет ништяк». В общем, что-то в таком духе. Дословно эту белиберду невозможно было запомнить. Даже Татьяна Ивановна, будучи учительницей начальных классов, терялась в догадках, где здесь текст-описание, а где текст-повествование, разницу между которыми она ежегодно предлагает прочувствовать второклашкам. От нечего делать Татьяна Ивановна стала вспоминать правило, которое по программе обучения тоже предлагается учить наизусть. «Текст, в котором описываются свойства, признаки, черты предмета, человека, животного, явления природы, – это текст-описание. Текст, в котором сообщается, рассказывается о чем-либо (о ком-либо), – это текст-повествование». «Бредятина какая-то!» – подумала Татьяна Ивановна и чуть было не заплакала от отчаяния. Только теперь смысл поговорки «учитель тебе болвану одно и тоже три раза объ яснил, уже сам все понял, а ты еще нет» дошел до нее окончательно. Но было гораздо хуже: она поняла, что и сейчас ничего не понимает.

Пейзаж со среднеазиатскими рабочими в оранжевых жилетах сменился мелькающими деревьями. После затяжной пробки их бег был сравним разве что с кинохроникой времен гражданской войны. Иван Иванович изо всех сил продолжал давить на газ, но машина все равно не шла больше 120-ти, двигатель натужно урчал, намекая на неотвратимую переборку, и резонировал со звуками пустого желудка. Хотелось есть, пить и спать одновременно. Впереди оставался только один пост ГИБДД, где местные ребята, глядя на раскрасневшееся лицо Ивана Ивановича, напрочь откажутся верить в то, что он не принимал никаких спиртных напитков именно за рулем, а не то, чтобы до того, как сесть за него. «Ты наркоман», – как-то раз сказали они ему, не найдя в своем алкотестере никаких признаков опьянения. «Да, я даже не знаю, как они выглядят эти наркотики!» «Скоро узнаешь», – пригрозили ему блюстители законности и порядка.

Этот короткий диалог Иван Иванович запомнил надолго и еще до появления стеклянной будки в зоне видимости человеческого глаза, начинал дрожать крупной дрожью. На этот раз повезло. Петрович и Валентиныч увлеченно ходили вокруг красной «Мазды», за рулем которой сидела молодая вызывающе накрашенная девица. Конечно же, краем глаза они видели хорошо знакомые «Жигули», но скромного помахивания палочкой, означающего то ли требование остановиться, то ли обычную милицейскую забаву, на этот раз не последовало. «Уф-ф! – выдохнул Иван Иванович – пронесло!» и колеса весело загрохотали по мосту через некогда полноводную реку. Дальше дорога привычно понеслась с горы в гору и снова с горы. Еще один поворот – мимо заболоченного пруда с камышами и лягушками запетляла проселочная – и вот она до боли знакомая калитка. Медленно сгибая затекшие ноги, почти вприсядку Иван Иванович вышел из машины, провернул ключом в старом заржавленном замке и откинул це почку. Свежий воздух и запахи трав моментально вскружили голову. На небольшой, обнесенной камнями клумбе, пышно цвели и благоухали георгины, набирал цвет физалис и нежнел пастельными тонами очиток. Буквально через минуту, почуяв присутствие еды и возможных хозяев, пришла Мурка и ласково потерлась о Ванину ногу.

 – Хорошо! – не сговариваясь хором, сказали Ивановы, и последний слог эхом уплыл через макушки деревьев ближе к багровому блину заходящего солнца.

Мастер-класс из книги Вадим Пересветов «Журналистика: секреты успеха-2». (Издательство «Тровант», 2010)