Два билета на троих и упрямая бабушка

(прочитать этот рассказ с иллюстрациями можно на моём Дзен-канале здесь: https://dzen.ru/a/aoRtaszm7SHDpGnJ)

Наша бабушка сошла с ума. Какая досада.

Нет, так будет непонятно. Что за бабушка? Что за ум? Почему она с него сошла? Сперва надо пояснить, что этому предшествовало.

А было то, что мы с бабушкой ехали в поезде. Путешествие получилось захватывающим. С нами ехал шпион, который оказался не шпион. Они дрались в тамбуре с бабушкой, а меня чуть не высадили, потому что мой билет был поддельный. А потом…

Вот ёрики-туёрики, опять непонятно. Ладно, придётся с самого начала, иначе вы не поймёте, почему бабушка Инга Викторовна сошла с ума.

Мы взяли два билета на поезд с плацкартными вагонами. Бабушка просила две нижних полки, но дали верхнюю и нижнюю. Однако, когда мы нашли свои места, на нижней полке вовсю сидел какой-то дяденька. Бабушка назвала его «австралопитек». Я решила, что это фамилия, и удивилась, откуда она всех знает?

- Что за рейдерский захват? Извините, это наша полка! – сказала бабуля австралопитеку и показала билет.

- Извините, девушки, но это моя полка! – возразил тот и показал мне язык.

Мне пять лет, а бабушке Инге сорок девять. Девушки должны быть где-то посередине. Хотя… если сложить наш возраст и поделить пополам, каждой выйдет по двадцать семь. Против этого возраста я ничего не имела. И бабушка, кажется, тоже.

Произошла неразбериха. Австралопитек предъявил свой билет – выяснилось, что у него то же место, что и у нас! Нижняя полка, купе номер три. По идее днём на нём должна ехать бабушка, а ночью – я. Присутствие австралопитека в нашем билете не оговаривалось.

Вызвали проводника, тот проверил билеты и тоже завис.

- Ошибка вокзального кассира! – сказал он. – Надо звать бригадира, но до отправления одна минута. Состав задерживать нельзя. Ждите. Может, найдём свободную полку.

Проводник ушёл, а мы остались втроём на два места. Сосед по несчастью представился Григорием. Подмигнул бабушке и добавил, что симпатичным девушкам дозволено звать его Португалец. Это прозвище – от фамилии Португалов.

Баба Инга сразу его невзлюбила. Сухо ответила, что симпатичных девушек тут нет, не считая меня, и она надеется, что скоро проводник переведёт Португальца в другое место. А ещё лучше – отправит пешком с чемоданами в родную Португалию.

Для окружающих у бабушки есть два термина. Хороший человек – «обаяня», плохой – «некомильфец». Австралопитек попал во вторую категорию. Типичный некомильфец. Занял чужой лежак, сидит и выступает!

Ехали тесно, но весело. Два других местах тоже занимали пассажиры, но они терялись на фоне неунывающего Португальца. Гриша-австралопитек оказался большим выдумщиком. Вырывал листы из блокнота и сгибал из бумаги разные фигурки (я знаю, это называется оригами). В том же блокноте одним взмахом нарисовал сначала меня, потом бабу Ингу. Вышло похоже. Вручил нам портреты, затем уговорил бабушку на партию в карманные нарды. Скромно подчеркнул, что он признанный чемпион всего полушария и любому даст фору в две шашки.

Перед нардами баба Инга не устояла. Разделала хвастливого Португальца в капусту со счётом 3:0.

- Давай я угадаю? – спросил меня Португалец, когда бабушка ушла к проводнику выяснить насчёт билетов. – Твоя баба Инга – военная? И второй вопрос: сдаётся мне, она не замужем.

- Она работает в исправительной колонии для австралопитеков! – поправила я. – Капитан внутренней службы. Мою маму и дядю Серёжу баба Инга растила одна. Дедушку я никогда не видела.

- Обожаю! – закричал Гриша. – Женщины из исправительных колоний – самые неисправимые!

От восторга он сделал на столике гимнастическую стойку на руках. Неужели так обрадовался, что бабушка служит в зоне? Или всё-таки тому, что она не замужем?

Григорий куда-то отлучился, а бабушка вернулась и велела мне достать из сумки умывальный набор. Сумка Португальца тоже стояла наверху, она была похожа на нашу, и я по ошибке влезла в неё. Не разобравшись, я обалдела, сколько странных вещей мы с собой напихали! В сумке ехала мужская одежда, какие-то книги, запчасти…

- Бабушка! – сказала я. – Зачем в твоём багаже мужские семейники?

Вагон засмеялся. Бабушка отчитала меня, чтоб не рылась в чужих вещах. Но, закрывая котомку Григория, я увидела ещё кое-что важное. Спустившись вниз, я шепнула:

- У нашего попутчика в сумке пистолет!

Сложив два и два, я поняла, что Григорий – замаскированный шпион. Возможно, португальский. Всё сходится. Билет у него липовый. В багаже пистолет, а в бабушке издали распознал офицера.

- Может, и шпион, но точно несудимый! – проворчала баба Инга. – Наш спецконтингент я за версту чую.

Сюрприз оказался в другом. Когда бригадир проверил билеты, то оказалось, что неверный – мой! Получалось, законные места положены бабушке и Португальцу, а я еду зайцем.

- Ничего подобного! – сказал Григорий. – Зайцем поеду я!

- Руки бы этим кассирам оборвать! – ругался бригадир. – Мужчина, скоро освободится полка в седьмом купе. Придётся вам ехать отдельно от жены и внучки…

Этой оговорке Гриша обрадовался как ребёнок. Сразу полез целовать запястья бабе Инге.

- От супруги я никуда! – говорил он. – Буду спать на полу возле её ног!
 
- Уйди, некомильфец! – кричала бабушка. – Какая я ему жена? Я капитан внутренней службы! У меня двое детей и внучка!

- А кто сказал, что я не люблю детей? – Португалец нацелился в бабушку пальцем. – Безумно люблю! Особенно то, что им предшествует…

Кстати, пистолет он показал нам сам. Бабушка определила: оружие спортивное, да к тому же неисправное. Ничего шпионского в нём не было. Я решила, что спортивный – чтобы стрелять в спортсменов.

Проводник нашёл Португальцу спальное место, но тот до того обжился, что все двое суток ехал с нами, развлекая байками и фокусами. С бабулей они сто раз поссорились и помирились. Когда бабушка зачем-либо лезла на верхнюю полку, Григорий замирал, смотрел в упор на бабушкину тыльную часть, переставал дышать и шептал:

- Тишина в обсерватории! Восторг переполняет массы. Настало время полнолуния!

Бабушкин тыл и вправду походил на луну. Она смущалась и злилась, хотя была в лосинах, а не в платье. Но надо уточнить, что этому предшествовало. Когда бабушка отправилась за кипятком, Португалец утянулся за ней. Наверное, они подрались в тамбуре, потому что бабушка вернулась красная и сердитая, нервно вытирая рот.

- Баба, а где кипяток? – напомнила я. – И что с твоим лицом? У тебя помада поплыла.

Баба Инга схватилась за голову и убежала умываться. Давно я не видала её такой рассеянной. Оглядываясь, прошёл проводник. Сказал в пространство:

- Они целовались в тамбуре! Как дети малые! Для хорошего дела я бы их и в служебное купе пустил…

***

Приехав домой, бабушка рассказала, что встретила в поезде австралопитека Гришу, но замуж за него не пойдёт! А мама заявила, что бабушка сошла с ума! Как можно не выйти за Гришу? Это безобразие на старости лет.

Погодите. Я всё перепутала. Баба Инга сказала наоборот: хочу замуж за Португальца Гришу! Он настоящий обаяня, хоть и распущен донельзя. А мама ответила, что она сошла с ума. Бабушкам нельзя выходить за Гриш, когда у них на носу пятидесятилетний юбилей.

Такие вот ёрики-туёрики. Если Португалец и был шпионом, то баба Инга умело его обезвредила, женив на себе. И теперь вы знаете, что этому предшествовало.