Кобылица Молодая

    Давно уже сижу перед компьютером и иногда смотрю в окошко и мечтаю. Грустно мне и мечты мои, такие же, грустные. Как то в мечтах моих, Захотелось денег. Не очень много. Может я бы и долг успел отдать, надеюсь жить долго.
    Обратился я к мужчине молодому, успешному. Прошу у него. Дай мне денег. Может долги, и отдать успею. Не успею если, то возьмёшь тем, что останется после меня.
    Спросил у меня друг мой бывший. Зачем Михалыч тебе деньги в твои не малые годы. Я, не задумываясь, ответил. Староват я уже,  стал. Ночами сам себе рассказываю о жизни своей, иногда пою, песни вспоминаю  прошлые, иногда, грустя, пою песни свои на мелодии старые. Слова, ни где, не записаны, и потом быстро забытые, но блин ведь и песни с мыслями с чувствами и с настроением. Раньше ведь и подумать не мог, в рифму, что то сказать.
    В мечтах моих захотел я построить на перекрёстке больших дорог ресторанчик может быть или забегаловку. Как хочешь, назови. Может быть, кабак. Название придумаю, а может, какой посетитель или она, зашедшая отдохнуть душой от жизни серой. И вкусившая и с душой открытой, что то такое заветное выдала, и я заказал вывеску с тем именем. И путники потянулись и однажды посетившие, и утолив голод свой, и песни послушавшие и сами что то рассказавшие или спевшие то, что ранее ни кто не слышал и потрясённо глядел в себя. И думал. Ведь я это и без него знал давно, чуяла душа моя. Но не умел я рассказать это, даже спеть так, чтобы душа всплакнула.
    Приехал он снова. Не по пути, от куда то. Приехал, вспомнил, что в тяжёлый вечер заехал, отдохнул душой и друзей познал новых. Друзей не по работе, не соседей. Друзей по душе. Жизнь, познавших, и жить хотевших, и в душу его заглянувших.
Постепенно появился круг людей, хотевших побывать там, где можно посидеть, послушать и в хорошей беседе участвовать, самому сказать своё слово. В душе его давно созревшее и Друзья, и вольные слушатели задумаются. И слово его долго будут люди помнить. Не в театре, выучил артист умное слово. А от души сказал, так же, как и я, посетитель.
    Я и сам в среде постоянных посетителей, и с о случайными, отдохнуть в пути пожелавшими, умыть лицо и руки свои, вкусно покушать и неожиданно послушать, как красиво поёт у меня стройная, молодая цыганка. С азартом, чувствами и движениями своего прекрасного тела, поющая песню про кобылу вороную и гнедого, молодого коня, которого она с радостью оседлает. Бурно будет хлопать. Послушает ещё кого то с песней, но кобыла вороная не покинет его и он, взберётся на маленькую сцену, где ужился уникальный ансамбль инструментов, музыка от которых долго не смолкает в душе. И громко скажет. Можно я тоже про цыган спою. Гневно вскрикнет его жена. Он шёпотом, что то скажет оркестру, и Оркестр вдруг грянет. А он грустно и торжественно запоёт.
    А запрягай ка батька лошадь
   А серую лохматую,
   А я сяду и поеду
   Цыганочку засватаю.
   Оп я парамела,
   Оп я чипурела,
   Гоп самбили толи я.
    Хорошая старая добрая песня. Люди радовались и хлопали. За соседним столом, солидный, дядько сказал жене певца. А ты переживала. Да у тебя мужик, поискать ещё. Она, смущаясь.
- Да он ни когда не пел вообще. А тут такое и люди радуются.
-Не было кому петь, а тут люди, и он, душа его не утерпела, и он
Рассказал, что
- Папка лошадь запрягает,
-А мамка вожжи подаёт.
-А папка мамку поцелует,
-А мамка козырем пойдёт.
    Я поставлю в скромном углу столик себе. И вечерами буду сидеть, смотреть и слушать. Изучать людей. Людей хороших и плохих. Плохие ведь тоже будут заходить. Некоторые захотят, свою плохость выразить обществу. Думаю, что хорошее общество не промолчит, и печать свою поставит. Ну а если, дебош. То у меня будет такой Ваня. Честно сказать, он у меня уже есть. Приходит ко мне иногда, беседуем. Он и спрашивает. Когда мы людьми любоваться будем. Я отвечаю, что ещё не нашёлся такой, хороший чудак, который рискнёт и пожертвует деньги на хорошее дело.   Славик