ТАМ НЕТ МЕНЯ

               

Я свободен, словно птица в небесах.
Я свободен, я забыл что значит страх.
Я свободен с диким ветром наравне
Я свободен наяву, а не во сне!
Так пел Кипелов. Так теперь пою я.

Это история про женщину, которая училась быть свободной. Даже когда внутри все кричало о другом. О том,  как она не сломала крылья. Даже тогда, когда казалось что земля уходит из-под ног.

Солнечный летний день. Женщина идет по улице. Она старается держать ровно спину. Боль и тоску, которые поселились в её теле, но пока ещё не проросли корнями в самое сердце, выдают плечи и опущенные ресницы.
Женщине холодно. Она не замечает,  как лучи солнца отражаются в  дождевых капельках, как скользят по листьям, а те в ответ тянутся к солнцу, создавая игру света и тени, целуют веснушки, ласкает руки и обнаженные плечи. Лето жаркое, неистовое и немного сумасшедшее. Истома и нега во всем.
Женщина всё идёт и идёт, как ослик по кругу, которому кажется — конец пути, а на самом деле только начала.
Ей плохо и одиноко. Она увидела, что  произошла самая большая ошибка её жизни. Хотя нет, если быть более точной, она произошла намного раньше, как только Она его увидела. Вошла в комнату, и увидела его сидящем за  обеденным столом. Она влюбилась как девчонка. Любовь свалилась на нее, как снег на голову в жаркий день. Не красавиц, не высокий, даже скорее всего маловат ростом, но с большим эго. Но про эго потом. Сейчас Она увидела серо-голубые глаза, нос аккуратной картошкой, очень сексуальный нос. Светлая окладистая борода и усы. Короткая стрижка, а волосы с легким рыжим оттенком. Она смотрела и думала на кого больше похож — на Николая второго или всё же на доброго лесовика. Небольшой животик. Он он его совершенно не портил.
Но было в его образе что-то очень притягательное, чувственное, а мужская сила била из всех потаенных мест, из каждой клеточки его тела. А ещё запах, который сводил с Её ума и действовал на  миндалину — центр эмоций и удовольствий, а её гиппокален запомнил его, оценил и отреагировал: «Вау. Это круто. Это то, что мне сейчас нужно.»
Земной шар с каждой минутой убыстрял свой бег. Как же он хорош, обаятелен, а его глаза — это бескрайнее небо, целая вселенная в которой кружатся , двигаются  все  звезды в созвездиях, кометы мчащиеся к своей гибели, но в начале произойдет столкновение и мощный взрыв.
Она смотрела на него и мечтала, фантазировала, додумывала, дорисовывала его образ. Лепила из предложений, обрывков фраз и сияния его глаз, вплетая в свои чувства.
Та, прежняя жизнь, казалась ей теперь неважной, неинтересной, а нынешняя вселяла надежды на будущее счастье. В ней проснулась женщина, которая все восемь лет пребывала в летаргическом сне. Она считала, что время её уходит безвозвратно, а страсть и безумие это уже не для неё. Нет, не возраст, а та жизнь, которой она жила последние  восемь лет говорила — ты мертва.
В ней проснулась жажда жизни,  вспомнила, что  Она красивая и умная женщина истосковавшаяся по вниманию и ласке, по мужским рукам и губам. Её тело охватило желание. Она мечтала, жаждала этого,  от человека, на первый взгляд ничем не приметного человека. Она хотела его . Эта страсть захватила ее в плен.
Не сработали условности приличия, а вдруг узнаю, осудят, заклеймят. Ей было всё равно. Она мечтала.
Её заметили, и даже возможно оценили. Оценка произошла со знаком плюс.
Потом. Что было потом. В начале просто неосознанное желание просто видеть, слышать голос, ловить на себе лукавый взгляд. А затем, как-то неожиданно они стали разговаривать. Редко, а потом все чаще и чаще. В свое свободное время она стала приходить к нему в кабинет, и они вели беседы обо всём на свете. Оказалось что у них очень много общего, даже на многие вещи они смотрели одинаково, увлекались одним и тем же. Бросали друг на друга  взгляды, по которым можно было все прочитать. Они хотели друг друга. Ох уж эти гляделки. Просто дети какие-то. Но взгляды всегда красноречивее  всех сказанных и несказанных слов.
Её глаза говорили «Я хочу тебя, возьми меня. Наполни сосуд живительной влагой». Его глаза отвечали: «Хочу. Дай мне испить твой родник. Напои меня. Дай мне жизнь».
Было только одно единственное препятствие на их пути к друг другу — оба они состояли в браке, которые, на тот момент, исчерпали себя, превратились в рутину и висели камнем на шее.. Но они держались за брак, как старая бабка не может выбросить на помойку вещь, которая пришла в негодность, а вдруг еще пригодиться.
- Приглашаю тебя на чай к себе домой.
- А как же жена?
-  Её не будет, она в отъезде.
Она все поняла, но ничего не ответила. Это предложение пришлось ей не по-душе. Она ничего не хотела афишировать, но и грязь не хотела впускать в свою жизнь, а приглашение на квартиру — это была та самая грязь, после которой никогда не отмоешься.
Она промолчала, а он не стал возвращаться к теме про приглашение.
«Слава Богу, - подумала она, - пусть уж потом как-нибудь все по-другому получиться. Не нужно торопить время. Ей очень хотелось чтобы и потом Он инициативу  взял на себя.
День за днём они встречались, разговаривали и играли в гляделки, косвенно намекали на секс, мол пора, время настало. Но дальше так и не двигалось.
Но  за это время они лучше узнали друг друга, делились своим сокровенным и тайным. Зарождалась дружба и доверие. Ещё немного и, все преграды рухнут.
Дни шли, но ничего не менялось, они не придвинулись ближе. И тогда она решилась на отважный шаг.
Приходи ко мне чай. Я буду совершенно одна. На этаже тоже никого нет, все разъехались. Я тебе приготовила небольшой подарок.
Она надеялось, что когда они будут наедине, и не будет посторонних глаз, он будет более решительным, поймет что время настало.
Пришел с конфетами. Но разговор не задался и то, о чем она мечтала не произошло. Подарила брелок с кошечкой символом богатства.
Но он всё испортил. Вдруг почему-то о граблях на которые он не хочет наступать в третий раз, что чай у него есть и в машине, если хочешь, можем как-нибудь попить его.
Она подумала и спросила:
Послушай, - ответила она, - при чем здесь грабли. Я совершенно не собираюсь ими быть. Это просто чай. Пей себе спокойно. Я заварила как ты любишь. Постой, а  если я соглашусь на чай в машине, что будет потом?
Секс. Что же ещё.
И тут она поняла — её обесценили, превратили в доступную, покорную. Она вся его и безропотно согласиться на чай в машине и секс на заднем сиденье. И еще, он хотел всю ответственность за последствия переложить на мои плечи. Это мол она сама. Мало ли что я сказал. Ведь чай в машине, это просто чай. Это она все потом дорисовала и придумала Ничего не сказала, но перешла к действию. Заблокировала его телефон, вацап и телеграмм канал. Обезопасила себя, чтобы не звонить и не писать ему. Да и чтобы он не мог до нее дотянуться.  Она себе цену знала, она не дешевка.
На счастье у него на рисовался двухнедельный отпуск. Это просто замечательно. Мне хватит времени, чтобы забыть, вычеркнуть его из своей жизни.
Действительно, она успокоилась, пришла в себя и даже воспрянула духом. Всё встало на свои места — работа, работа и ещё раз работа.  Потом наступили праздники, и она была дома, продолжала отдыхать.  Всё, Рубикон взят, Она одержала победу над своими чувствами. Они теперь не руководят ее головой, не заставляют вибрировать тело от страсти, руки больше не хотят его обнимать, а взгляд отказывается тонуть в его оливковой глубине. Она перешла свой Рубикон не в шумной  битве, не с криками и флагами, а в кромешной звенящей тишине, когда в ее душе что щелкнуло, съехало, и уже больше никогда не встанет на место.
Теперь Она сама выбирала — с кем быть, когда уйти, где жить. Она отпустила иллюзию, что именно этот мужчина может быть центром всей её жизни. Ей тогда казалось что она стала центром собственной жизни. Все что есть и будет стала воспринимать не как набор падений и взлетов, а как путь к самой себе. Она поняла, что не нужно никому доказывать свою ценность. Она всегда об этом знала.
Но это было только начало ее пути к самой себе. Очередная черная дыра. В которую на проваливалась.  Надежда, которая не имеет опоры в реальности, превращается не свет, а чёрную дыру. Она затягивает, лишает силы, искажает время, не дает дышать. Она всё сильнее затягивала и затягивала, обманывая и превращая в ничто, в никак и в никогда.
Хотя, в виде лакомого кусочка, черная дыра подкинула, совсем ненадолго, на короткое мгновение, на маленький миг, то о чём она мечтала. Чёрная дыра подарила Его, её мечту, её надежду на возражение.  Но подарок оказался пшиком. Он её еще сильнее подтолкнул в самую кромешную глубину черной дыры, в крах, в безумия, ужас обесценивая, Она смотрела в эту дыру и говорила себе, она его оправдывала, она понимала его, но при этом забыла саму себя. Забыла что она живая, и что боль принесли только ей. Разбили ее на мелкие осколки. А теперь все что было в ней хорошее, данное ей Богом, рассыпалось у ее ног. Как дальше идти, пути нет. Вот она — точка не возврата, когда мозг перестал правильно оценивать ситуацию, когда внутри сплошной хаос. Она уже не могла понять кто прав, а кто виноват и что делать дальше. Идти вперед - это как закрыть собой амбразуру, принять грудью  все пули и умереть не как героиня, а как сломленная женщина, которая уже перестала ценить себя как личность, как единицу мироздания, как ребенка Бога. Это конец жизни.
Сработал инстинкт самосохранения. Возможно это был только маленький толчок из самого потаенного уголка ее души. «Спаси меня. Я еще живая». Её душа плакала горькими слезами, ей было трудно дышать, она молила о помощи. Ангел услышал крик ее души, увидел всю ее огромную, ни с чем на сравнимую боль, и ему стало жалко эту женщину. Он нежно взял её на руки и вынес из чёрной дыры.
Она побывала на дне. Она прошла через унижения, через обесценивая. Она видела смерть, но выбрала жизнь. Пусть тяжелую, трудную, возможно снова рутинную, но жизнь, которую она раскрасит цветными карандашами, как в детстве. Снова научиться дышать  и не тонуть в глубине оливкового цвета.  Дышать, когда все сжимается внутри, не смотреть в его сторону, не прокручивать все, когда-то сказанные и не сказанные предложения, позволить себе плакать, но не утонуть в слезах, не позволить своему страху взять в плен. Но это все будет потом, а пока, титанический труд по возвращению к самой себе. Чтобы потом оглянуть назад и понять, что черная дыра превратилась в кляксу на страничке. Посмотреть и удивиться, как могла эта клякса управлять. Эта мерзкая, гадкая клякса стала только частью страницы. Она перевернет ее, и все останется в прошлом, но не как страшный сон, а как новый урок, новый экзамен, который Она выдержала. Чтобы сказать себе или пропеть себе песню новой жизни.
 Надо мною тишина,
Небо полное дождя.
Дождь проходит сквозь меня,
Но боли больше нет.
Странная Любовь. Любишь не за что-то, не вопреки, а просто так, за то что кто-то просто есть на белом свете, со всеми его закидонами, страхами, трусостью, с тараканами, которые устраивают забеги. Любишь всего человек, с ног до головы, всего без остатка. Но что поделаешь, не случилось ничего, был только один миг, одна вспышка. Но в этом наверно сакральный смысл жизни. Ты обвинил меня не стабильности,непредсказуемости, я для тебя стала ненадежной. Ты сказал, а я даже на мгновение в это поверила. Но это неправда.  Теперь я понимаю почему. Это была твоя защита для оправдания своего ухода, свою холодность и грубость. Переложил свои страхи, чтобы самому чувствовать себя нормально и спокойно, чтобы совесть не мучила, что сломал жизнь человеку, растоптал душу.
Она ушла, тихо спокойно, сказала только на прощание всю правду и ушла. Она больше не хочет быть для него импульсом — та от которой нужно защищаться и та которая дает удовольствие. Жизнь столкнула Её с человеком, который не может быть честным даже с самим собой. Он показал свою неспособность к зрелым отношениям. Слабый мальчик, который так и не вырос, не превратился в зрелого мужчину.

А ты живи дальше на своем болоте, как раненный, одинокий кулик. Тешь свое Эго,  живи со всей своей исключительностью и непонятностью. Возможно, когда-нибудь  поймешь, что жизнь тебе дала шанс возродиться как птице Фениксу. Но ты им не воспользовался.
Она ушла с любовью и верой в себя. Она не оставила за спиной врага или жертву. Она оставила за спиной человека, которому желает добра, но больше не хочет быть его частью.
Она родилась заново.