Рыбак и ведьма

Давным-давно это случилось. Да в такие стародавние времена, что люди еще видели древних богов, которые грозными и молчаливыми тенями блуждали среди них. Однажды пасмурным, летним утром из прибрежной деревушки, носившей название «Доброславы», вышел на лодке в море рыбак Ростислав. «Море отчего-то сегодня спокойное, должно быть наловлю много рыбы», - подумал он, закидывая сеть. И стал ждать. Но ожидание длилось недолго и в следующее мгновение он вытянул сеть, наполненную бычками. Даже лодка накренилась от такого небывалого изобилия. И Ростислав поспешил к берегу, желая поскорее выложить рыбу, и отправиться за новым уловом. Лодка причалила и он неожиданно увидел на берегу одинокого мальчугана, испачканного сажей.

— Дядя-дядя, дай пожалуйста бычков. Дом сгорел вместе с папкой и мамкой, да сестрицей, а кушать нечего, — жалобно пролепетал мальчонка.

«Да известен ли ему тяжкий труд рыбака, что так запросто осмеливается просить поделиться с ним уловом? Знает ли сколько долгих часов и терпения требуется, чтобы выловить хоть одну захудалую мойву? Тоже мне страдалец! Да меня дома изголодавшаяся семья заждалась», — подумал Ростислав, не на шутку возмущенный такой откровенной наглостью и молча отчалил в море.

Долго-долго он плыл, пока снова не пристал к берегу. Но тут же вдруг заметил ослепшего старика, ковылявшего прямо к нему.

— А ты случаем не рыбак? — хриплым голосом спросил тот, легонько стукнув своей клюкой в борт лодки.
— Рыбак, — коротко отвечал мужчина.
— Сынок, дай пожалуйста, немного рыбы. Прости мне эту дерзость, я ведь тоже всю свою жизнь был рыбаком, знаю какой это нелегкий труд. Да только, как ослеп, сразу в море перестал выходить и голод стал моим единственным спутником.

И стало Ростиславу внезапно жаль этого старичка, протянувшего к нему костлявую, трясущуюся руку, но в тот же миг он вспомнил о своей жене и двух сыновьях, что с пустыми желудками смиренно дожидались его возвращения и поэтому, не проронив ни слова вновь отплыл к другому берегу. Чернеющими тучами заволокло небо и нависшую тишину разрывали раскаты грома, когда он наконец вышел из лодки. Но не успел рыбак перевести дух, как неожиданно к нему подбежал немой юноша, который начал оживленно указывать на рыбу и умоляюще складывать руки, очевидно выпрашивая ее.

— А ну, проваливай! — тотчас рявкнул Ростислав.

Испугавшийся юноша подпрыгнул на месте, недовольно промычал что-то невнятное и выхватив одного бычка, устремился прочь. И в то же мгновение мужчина обезумел от гнева. Он схватил весло и пустился следом за ним.

— Стой, проклятый вор! — завопил он и метнул весло, словно копье, которое с грохотом ударилось в спину немого юноши, свалившегося с ног.

И с остервенением выхватив из его руки рыбину, Ростислав устремился назад. И опять вышел в море. Он долго высматривал безлюдный берег, пока его внимание не привлекла женская фигура, облаченная в белоснежное платье, струившееся на ветру пышными волнами. Женщина вкрадчиво поманила его рукой, нежно перебирая пальцами по воздуху, словно по струнам арфы. И не колеблясь ни секунды, он ринулся к ней, с особым усердием загребая веслами, даже несмотря на всю свою усталость. Мужчина выбежал из лодки и затаив дыхание, рухнул на колени, мгновенно околдованный красотой ее огненных волос и взглядом глаз, напоминавших цветом два сиявших изумруда. «Что за дева! Неужели сама морская богиня явилась мне?» — вскружила голову мысль. Но он не знал, что перед ним стояла Ярослава, злокозненная ведьма и хитроумная обольстительница, лишившая рассудка многих несчастных, одним лишь своим присутствием. И неотрывно глядя на нее, одурманенный проснувшимся вожделением, Ростислав напрочь позабыл о семье и рыбе. В тот момент он всей душой желал прикоснуться к этой изящной шеи и поцеловать розовевшие, словно утренняя заря, губы.

— Как вижу ты рыбак, Ростислав, — проговорила она своим сладким, упоительным голоском.

Не смея открыть рот, он лишь кивнул в ответ.

— Тогда отдай мне всю рыбу, что ты успел выловить.
— Конечно, я отдам. Все, что есть отдам, — с этими словами, охваченный непонятным фанатичным пылом, он притащил к ее стройным ножкам переполненную сеть и снова пал на колени.
— Надо же, какой послушный. Пожалуй, я тебя вознагражу… Приходи вечерком туда и жди меня там, - томным, соблазнительным голосом прошептала девица, указав в сторону покосившейся избушки, стоявшей на утесе прибрежной скалы и ласково погладила его по щеке.
— Да, как скажешь.
— А теперь поспи прямо на этом мягком песке. Ты слишком изможден. Позволь себе расслабиться и закрыть глаза.

И с безропотной покорностью Ростислав подчинился ее словам, ставшими в одночасье для него непоколебимым законом. Погрузившись в глубокий, безмятежный сон, он не чувствовал дождя и не слышал чавкающих звуков и злорадного хохота, с которыми Ярослава пожирала сырую рыбу вместе с потрохами, словно ненасытный зверь. Мужчина проснулся уже холодной ночью и сразу же впился взглядом в ту старенькую избенку. Заметив в крошечном окне яркий свет полыхавшей свечи, он несказанно обрадовался. И вновь захлестнувшая бесстыдная похоть привела его к дверям. Ростислав не опечалился, когда никого не обнаружил внутри, но напротив, уселся на лавочку и принялся терпеливо дожидаться той очаровательной незнакомки.

И вот прошел день. А за ним бесконечной вереницей мелькали дни, недели и месяца. В толстую щель в двери то залетала опавшая пожелтевшая листва, то капли дождя, то снег, сменявшийся звонким пением птиц и невыносимым зноем. Но Ярослава все не приходила. А он ждал. И жизнь окропленного сединой рыбака, давно переставшего бороздить морские просторы и окончательно осевшего в той избе, превратилась в непрерывное ожидание таинственной девушки. В конце концов, одолеваемый испепеляющей тоской, он скончался.

— Обманула меня… — успел с горьким разочарованием прошептать Ростислав прежде, чем испустить дух.

И хоть те имена давно развеялись порывистыми ветрами, но история о человеке, не решившимся поделиться малым и потерявшим все, еще звучит в песнях старожил той деревушки «Доброславы».