Зеркало Дианы 22. И начались неурядицы

   - Арис, кинжал ему в зубы, пусть клинок закусит...Только зубы не поломай, дорогой Пуплес! Гер, давай шины... А ты, Винитар, держи его ногу здесь...Девочки, Глорис, Элин...Бинты мне...

   Великий гаруспик, глава  этруской общины авгуров лежал с поломанной ногой на  узком  твёрдом ложе . Перелом был закрытый, это Антир сразу определил. Но первая помощь необходима, и это наложение  на ногу шины, - плоские  длинные досочки, которые принесли расторопные слуги Публия Крейса, его мальчики. Братья понимали, что  пострадавший с трудом переносит адскую боль. А улыбается и..ругается. Это надо же, так обрадовался прибытию божественных близнецов да еще  с  женами, что ногу сломал!

               * * *
...А было-то несколько иначе.

   Публий Крейс в своей любимой библиотеке, где стеллажи поднимались на два с половиной человеческого роста, искал нужный ему трактат по истории Ассирии.  Нет, чтобы позвать помощника, чтобы он поднялся к полке стеллажа, что располагалась  под потолком, - сам туда залез. А стремянка была старенькая, как и он.
Он бы справился, доставая толстый фолиант. Тут неожиданно в молчаливое царство книг и свитков   вбежал виллик. И заорал, испугав Публия, взбудораженный и вспотевший от радости:

- Сыновья Дия, оба! Близнецы...- Он не успел закончить фразу, как старик , не удержав тяжёлую книгу, упал со стремянки вслед за ней. Да так неловко, что подвернул ногу. Виллик, охая, поспешил помочь господину подняться. Но, увы. 

   Стать на ногу Публий Крейс не смог - боль рассыпалась в глазах искрами.
             * * *
...  Конечно, операция «Хвостик» названа с легким юмором. Но в душе ее участников царили смятение и тяжесть. А тут не до юмора.

   Семеро человек, из них три женщины, переоделись в римские столы, туники. Тогу нацепили на Винитара, как старший он мог изобразить из себя консуляра, или сенатора, а сбросив столу дорогой ткани с красными полосами, оставшись в набедренной подвязке - превратиться в гладиатора.

  Герострат , слуга у двоих господ, был в черном, -  что означало в иерархии рабов высокое положение.

  Братья никого не изображали, просто  оделись в легкие туники с отличительными красными полосами, что говорило о их аристократическом статусе; ведь уже в Риме им предстояло сменить туники на  женские столы и плащи с капюшонами. Украшений минимум. У мужчин их именные обереги, по одному кольцу со снотворным в коронке. У женщин неброские ожерелья и обручки, а у Фемисты перстень, имевший под карбункулом какое-то зелье.

   Чтобы не привлекать внимание чем-то необычным для Рима, дамы взяли паланкин, который обязались нести четверо ракханасов. Вместо погибшего  Вриши заступил на пост охранника  Эвмел, он поражал своими  бицепсами и увесистыми кулаками.

   У мужчин под седлами были Бругрус, любимец Антира, Дракон у Арианта, и для Винитара и Герострата вороные. Взяли сменную одежду, кое какие нужные вещи, мечи и кинжалы сложили в паланкине так, чтобы не мешали сидеть дамам.

   Аулия Велиана так и не нашедшая своего мужа Савлия осталась  в Караниу. И Савлий здесь не причем.  Для Аулии шили бальное платье, которое приходилось примерять. К тому же она жаждала помогать Вирджинии присматривать за двойняшками. Пока же девочки еще спали, не подозревая - их родители в Риме!
            *  *  *

   Неурядицы начались с момента перехода Пространственного Порога.

  Раньше никто не задумывался как Колаису удаётся сгладить два смежных пространства буквально впритык? А весь фокус в том, чтобы детально представить тот уголок местности,  у которого хотел бы оказаться.  Колаису остаётся только  увидеть своим мысленным взором картинку человеческого сознания и ее проекцию воплотить в действительность. Словом, что задумал, то и получил.

   Дий, руководивший отправкой сыновей в  Рим, представил себе не дорогу, ведущую на виллу Публия Крейса, по которой путешественники должны  приехать как обычно, а сам двор виллы. Вот въелся  в его мозги этот мозаичный двор, идеально чистый, благодаря строгому виллику, кто всегда гонял дворню, заставляя убирать даже незначительный мусор.

   Появление из ниоткуда паланкина и всадников перепугало «мальчиков» Публия Крейса. Они по инерции попрятались в подвал, куда  скатились, сбивая  друг друга. В подвал этот прятались в случае  нападения врагов или при природных катаклизмах. Обычно от шквального огня пожаров, вызванных ветром.

   Гости сами были в трансе: всадники, не успев стегануть   коней, тут же их и осадили, заржавших и взмывших свечкой. Бедолага Герострат  не удержался в седле, - свалился на  головы  мальчиков Цецины. А охранники, исполнявшие роль  носильщиков, едва не попадали, еле удержав паланкин.

 Спасибо Антир-саю, он успел слететь с седла и поддержать падавшего на  колени телохранителя Агни. И накренившиеся носилки выпрямились, когда и остальные гости: Ариант и Винитар подхватили их на плечи. Женщины, болтавшие в паланкине за закрытыми занавесками , даже не поняли, что могли рухнуть на землю. А это привело бы к травмам.

   Но все - таки от неурядиц не спаслись - Публий Крейс, хозяин виллы, главный гаруспик - сломал голень ноги.