На заре далекой юности

... На заре далекой юности вспоминается один день...
 
Как он проснулся ранним утром от ощущения непередаваемого счастья. Спрыгнул с кровати, быстро оделся и подошёл к окну. Через дорогу в доме напротив краснел телефон - автомат, из которого он вчера звонил ей.
Они договорились встретиться сегодня вечером. Он пригласил её в театр и кафе, она согласилась, повергнув его в невероятное волнение.

Это волнение продолжалось до сих пор, заставило его выпрыгнуть из кровати, двигаться, действовать! Он был счастлив уже тем, что живёт, тем, что любит и, кажется, любим.
Весь день прошёл в предвкушении встречи. Он отгладил себе костюм и рубашку, вызвав удивление и понимающую улыбку мамы. Начистил ботинки, приготовил свежие носки.
Сбегал в парикмахерскую, специально съездил на рынок, чтобы купить самые красивые розы.

Ближе к вечеру, нарядный и красивый, с букетом роз, он появился в скверике, где они договорились о встрече.
Она пришла в лёгком летнем платье, так красиво облегающем стройную фигуру, как будто было сшито специально для неё. С обвожительной улыбкой приняла цветы и на мгновение зажмурилась, вдыхая их аромат, от чего у него перехватило дыхание. Бывают моменты непередаваемой красоты, которые запечатываются в памяти навечно. Они иногда стоят целой жизни, и это был один из тех моментов!

Он не помнил пьесу, которую они смотрели, спектакль был довольно скучным и однообразным. Помнил только её плечо рядом, прикасаясь к которому он чувствовал её всем телом, её дыхание, её взгляд, устремленный на сцену, стремящийся вникнуть и понять происходящее. Красные розы, лежащие у неё на коленях...
Помнил, как хотел двинуть парню, сидящему справа, который всё время косился на неё через его плечо, но сказал только сдержанно:
- Смотри на сцену!

После спектакля было кафе, шампанское и пирожные. Они болтали о пустяках, она игриво смотрела него из-за вазы с цветами. И вообще вела себя весело и непринуждённо, как игривый зверёк, кувыркающийся в лучах солнца.
Он проводил её до подьезда.  Долго смотрел в её каре-зелёные глаза, излучающие солнце. Она весело смеялась, подтрунивая над ним, ещё больше вгоняя его в краску. Наконец быстро поблагодарила, поцеловала в щёку, и исчезла за дверью подъезда, унося  с собой розы и аромат счастья...

Он долго бродил по улицам, светясь, как безумный, улыбкой от распирающего его счастья.
Долго не мог уснуть, вспоминая её облегающее платье, обезоруживающую улыбку, аромат её духов и плечо рядом.
И конечно, тот невинный поцелуй, так обжегший щёку нежными губами...

Все, что было потом, сейчас, через толщу времени, уже не важно. Разочарование от того, что, как оказалось, она просто играла с ним, как маленькая девочка играет игрушками, которых у неё много, и каждый день игрушка новая. И боль отчаяния, и глубина страдания от безысходности и собственного бессилия, и даже мысли о смерти, как об избавлении... Всё это сейчас кажется таким далёким и несущественным, как выцветший осенний лист по сравнению с яркими красками лета.
Как хочется остаться в этом дне навечно, чтобы только он не прекращался никогда! Так много готов бы отдать, чтобы вернуться туда...