Читеры

- Сама са-адик я сади-ила, сама бу-уду поливать…
- Идут! Иду-ут! Идут, батя!
- Вижу, - буркнул недовольный Батя, отставил лейку и гаркнул на сыновей: - Ну, что вылупились? По местам!
Детины торопливо пристроились по левую и правую руку отца.
- Около сотни пехотинцев, около полусотни всадников в броне, - доложил запыхавшийся сын.
- Около, около… Что? Считать разучился?
- Так я…
- Да какая разница. Сотней больше, сотней меньше, - сплюнул под ноги второй сын.
Батя и два его сына вглядывались в распростёртую под их ногами долину. Люди внизу тоже заметили их, перестроились из походного порядка в боевой, и под рёв горна и ритмичный бой барабанов, два геометрически правильных четырёхугольника, сверкая на солнце металлом, двинулись к горе.
- Красиво идут.
- Интеллигенты…
- Ну, - Батя хлопнул по плечу сына, что стоял по левую руку: - Давай, младшой.
Младшой гордо посмотрел на брата, закатал рукава, сунул два пальца в рот.
От свиста согнулись молоденькие деревца, улетело с горы несколько камней, строй пехоты помялся и отступил, но когда обессиленный Младшой прекратил, прямоугольники выравнялись.
- Это что? – спросил Батя: - Кто-то пукнул? Или чихнул?
Младшой насупился.
- А ну, давай, старшой, порадуй отца.
- Хе-хе-хе, - Старшой вышел чуть вперёд, потёр ладони, что было мочи дунул в четыре пальца.
Пешие воины внизу, прикрываясь щитами, бежали и катились назад. В атаку пошла кавалерия.
- Клином идут.
Старшой поднапрягся. Физиономия его стала приобретать багровый оттенок. Несколько дружинников выпало из седла, но, когда Старшой смолк, остаток отряда всё же преодолел половину долины.
- Эхе-хех, - почесал щёки Батя: - Хорошо дед ваш не дожил до такого позора…
- Я это…
- Последний раз показываю, - Батя сунул в рот всю пятерню. Через минуту долина была пустой.
- Здорово!
- Класс, батя!
- Не щеками работать следует, а нутром! Диафрагма. Главное в этом деле – диафрагма! И си- бемоль! Пошли, бестолочи.
- Ой, глядите! Глядите! – Младшой запрыгал, показывая рукой вниз.
Один из всадников продолжал медленным шагом подниматься к пещере.
- А-а… Вот так всегда. Обязательно вот такой хрен непробиваемый попадётся…
- Щас я его мигом! Дозволь, батя!
- Дозволь мне! Си-бемолью!
- Но-но-но! Осади. С этими лучше не связываться. Вишь у него под шлёмом шапка-ушанка и на щите муди с сердечком нарисованы? У этих завсегда какая-нибудь приблуда припасена: меч-кладенец, или копьё-самотык, дудка-самогудка, или ещё чего получше. Плавали, знаем. Богатырь называется. Житья от них нет. Всё. Концерт окончен. Уходим от греха.
- Но, батя?!
- Уходим, говорю! В лесу у дяди Кондратия пока перекантуемся. Собирайтесь.
Мужчины побрели в пещеру.
Младшой обернулся, посмотрел на упрямо приближающегося на коренастом битюге здоровяка с дубиной:
- Тьфу! Читеры…, - и завершил фразу идиомой, отражающей общее неудовольствие сложившейся ситуацией.

21 август 2026