Веретено

Когда хоронили Любомиру, Тихон стоял у самого края могилы и всё время смотрел на её руки. Они лежали сложенные на груди — маленькие, сухие, с тёмными пятнами у ногтей. Такими он их и помнил: за работой, в муке, в земле, на старом деревянном веретене, которое она почти никогда не выпускала из рук.
После похорон вещи Любомиры разобрали между соседями, и Тихону досталось веретено.
Он принёс его домой и поставил на полку над столом. Дерево было тёмным от времени и гладким там, где его много лет касались пальцы, а возле верхнего края виднелась короткая насечка.
Через несколько дней Тихон заметил на нём белую нить.
Он снял её и положил возле свечи. Нить была тонкая, почти невесомая, но не рвалась, сколько бы он ни тянул. Наконец Тихон смотал её и убрал в ящик.
Утром нить снова была на веретене.
Тихон не стал её трогать.
Так продолжалось несколько дней. Нить появлялась всякий раз одна и та же — с маленьким узлом посередине, который Тихон уже узнавал. К вечеру она исчезала.
Однажды он спросил об этом Акулину, знавшую Любомиру с детства.
— Она давно не пряла? — спросил Тихон.
Акулина немного помолчала.
— Давно.
— А веретено?
— До самой смерти.
Тихон хотел спросить, зачем Любомире понадобилась пряжа в последние дни, но Акулина уже смотрела в окно.
В тот вечер Тихон заметил, что нить на веретене будто движется обратно.
Он снял веретено с полки и при свете свечи нашёл её конец.
Потянул.
Нить вышла из-под его пальцев.
Тихон сразу отпустил её.
На коже ничего не было.
Утром он увидел нить на своей рубахе. Она проходила от плеча до запястья, будто была пришита изнутри. Тихон разрезал её ножницами и снял рубаху.
На коже ничего не осталось.
Только возле старой насечки появилась ещё одна короткая черта.
Тихон провёл по ней пальцем.
Дерево было тёплым.
В тот же день он отнёс веретено Акулине. Она даже не взяла его в руки.
— Оставьте у себя, — сказала она.
— Почему?
Акулина посмотрела на него, словно хотела что-то сказать, но отвернулась.
— Любомира тоже сначала приносила его мне.
— И что было потом?
Акулина долго молчала.
— Потом она перестала приносить.
Больше Тихон ничего не спросил. Он забрал веретено и снова поставил его на полку.
Прошло три дня.
На четвёртый утром старая насечка стала глубже. Рядом появилась новая.
Белая нить снова была натянута.
Один её конец исчезал в дереве, другой лежал у Тихона на ладони.
Он долго смотрел на неё, потом медленно поднял руку.
На большом пальце была маленькая белая петля.
Тихон потянул её.
Веретено медленно повернулось в его руке.
Вечером Акулина пришла к нему.
Тихон молча сидел у окна.
Она подошла к столу.
На веретене появилась ещё одна насечка.
Акулина пересчитала их и только после этого посмотрела на Тихона.
— Где рубаха?
Он не ответил.
Акулина открыла сундук.
Рубаха лежала сверху, сложенная так, будто её только недавно сняли.
На левом рукаве была маленькая белая петля.
Акулина медленно закрыла сундук.
На полке тихо повернулось веретено.
Белая нить натянулась.




Ивица Трайкович Вук