Заимка

Предисловие.
Давно это было, ещё в начале восьмидесятых. Бродили  мы как-то по тайге в поисках добычи, ну и наткнулись на полянку. Красота необыкновенная. Я и предложил тогда Ивану с Семёном поставить здесь заимку или небольшой домик, как получится. Те согласились. Место красивое,  внизу ручей бежит, с холодной водицей, вода изумительная, живая. Слева три богатыря, три могучих кедра стоят, неподалёку расположились ёлочки подружки, а с права сосны, с красной корой, тоже как и кедры столетние. И у самого ручья расположились  пихточки молодые, запашистые. Саму же поляну облюбовал иван-чай, с ярко- розовыми цветами. И такой запах стоит вокруг, такой аромат, ну ни в сказке сказать, ни пером описать. Так вот на этой поляне мы и остановились на привал. Отдохнули мы тогда по царски. Съели по бутерброду, водицы из ручья напились, с собой ещё набрали во фляжки, воздухом надышались и часочик прикимарили, благодать.

1 глава. Гости.
Вчера лёг поздно, ворочался всю ночь, будто что-то не давало спать. Скорее всего непогода. Опять будет дождь,  крутилось в голове. Эх, что ж такое. Проснулся от того, что крутило ноги, всё-таки будет дождь. Встал походил по дому, чтобы ноги немного успокоились, забрёл на кухню, выпил прохладного травяного чая и пошёл обратно в спальню, надо было поспать, завтра день будет трудным. Лёг, успокоился, закрыл глаза. Эх, что ж такое. Фонарь на крыльце начал поскрипывать, видать поднялся ветерок. Ну точно будет дождик, подумал я, ветер что-нибудь принесёт на своих крыльях. Посмотрел на часы было уже половина четвертого, через час начнёт светать. В тайге светает поздно, вековые сосны и кедры не дают солнечным лучам пробраться до низу. Но пока ещё темно, надо поспать. Уткнулся в подушку и уснул.
Проснулся я от того, что кто-то стучал по крыше. Птица какая то что-ли, подумал я, но глаза не открывались,  да нет не может быть скорее всего дождь барабанит. Прислушался, так и есть, дождик, лёгок на помине. Фонарь перестал скрипеть, видать дождик смазал петлю и теперь он просто раскачивался и разбрызгивал капли дождя подальше от себя. Светало. Поспал то всего ничего, но глаза не открывались, возраст однако. Снова подмял подушку под себя , уткнулся и хотел уснуть, но не тут-то было. Послышались шаги на крылечке, половицы заскрипели, кто-то видать грузный приехал или с тяжёлой ношей идёт. Дёрнули за ручку, дверь заскрипела, надо вставать, подумал я, но так тяжко, когда не выспишься, а то незваные гости всё перевернут. В сенях включился свет и послышались голоса. Так и есть, друзья приехали поохотиться, Иван и Семён. Только они могли в такую рань приползти ко мне на заимку, да ещё и в дождь.
Иван Иваныч и Семён Васильевич были старыми моими друзьями. Они знали, где я могу пропадать, если нет меня в городе и я не отвечаю на звонки. Они знали, что двери  у меня всегда открыты и в любое время можно было приехать и я буду там, на заимке, в тайге, где вечнозелёные могучие кедры и пахучие пихты окружали всё вокруг. Где было всегда спокойно и хорошо, где ничто не мешало поохотиться, отдохнуть и поговорить за жизнь. И я конечно буду им всегда рад.

Кое-как встал, протёр глаза, потянулся и для порядка, чтобы Иван с Семёном слышали, громко сказал, кого там леший в такую погоду приволок. Послышался смех, а догадайся с трёх раз, раздался голос из сеней. Надев штаны и ещё раз потянувшись я сунул ноги в тапки , встал с кровати и пошёл встречать дорогих гостей, будь они не ладны.  А ты как всегда на своём рабочем месте, когда непогода, сказал  Семён и засмеялся. Да не сердись ты, Иван словно услышал, что я подумал про себя, соскучились мы, соскучились. Целое лето не видались с тобой, уже и забыли как ты выглядишь дорогой. Я вышел в гостиную. Семён включил свет и теперь их можно было разглядеть. Два здоровых бугая приехали поохотиться, оба с бородою, почти похожи друг на друга, как братья. Обнялись, похлопали по плечам друг друга. А, что у тебя чайник ещё не горячий?- спросил Семён. Я не понял, ты задал вопрос или спросил - в ответ парировал я, ставя чайник на плиту, главное чтобы генератор выдержал. И тут же добавил, не маленькие и сами справитесь и все троём рассмеялись. Мы вообще то голодные приехали, дальше продолжал Иван, давай чем нибудь покорми наши тощие желудки и засмеялся, садясь за стол. Стол был большой, круглый, я бы даже сказал старинный. Четыре точёные ножки поддерживали столешницу, сама же она была тяжёлая, из толстой доски сделанная. Я конечно немного подреставрировал его, чтобы он ещё немного прослужил, хотя бы лет пятьдесят. Но ему уже было лет пятьдесят - шестьдесят, но выглядел он моложаво. Нам он нравился. Мы и ели за ним и в карты играли, и в домино. Он нас притягивал к себе чем то, а вот чем, история об этом умалчивает. Ну да ладно, отвлёкся немного от сути.
Семён - будь другом, посмотри в погребе, а то я староватый для лазаний в подземелье стал, проскрипел я хриплым голосом, должно что-то там быть, может быть подойдёт вам, усмехнулся я, уже открывая хлебницу и доставая оттуда булку чёрного ржаного хлеба. На днях ходил в деревню, в магазин, она тут недалече, в километрах десяти будет, прикупил кое какой провизии себе. Хлебница у меня была сделана из бересты, сам сделал, надо же чем то заниматься в тайге, когда у тебя выходные дни. Я вообще то, почти всё что на заимке, сделал своими руками. Мне нравится что-нибудь мастерить, да и ребята всегда помогут. Так и живём потихоньку да помаленьку.
Чайник вскипел, на столе уже всё стояло, что было в погребе. А в погребе было, что бог послал. Банка солёных огурцов с помидорами, квашеная капуста и солёные грузди, с прошлого года осталось. Шмат сала. Это откуда такой кусок поросёнка у нас, не громко спросил я. Проезжали мимо деревни, ну и деревенские угостили нас, дед Федот тебе привет передовал, не забывает тебя. Бутылочка водочки, холодненькой и селёдочка. Пока суть да дело, Иван растопил печь и намыл картошку, нашёл у меня в сенях кастрюлю, сложил туда картошку и поставил на печь. В мундире поедим, а то в городе не такая она вкусная, как здесь, в тайге, на свежем воздухе. Сели за стол и как говорится завели разговор. За морем житьё не хуже, есть такое в свете чудо, начал Семён. Всё опять засмеялись. По гостиной пошло тепло от растопленной печки и так стало хорошо на душе и тепло, что невольно вырвались слова из меня, мужики, как хорошо, что мы все вместе.
Пока Иван нарезал селёдку на кусочки Семён занимался огурцами с помидорами, доставал из банки содержимое и раскладывал по тарелкам. На печке загремела кастрюля, от кипящей воды крышка начала подпрыгивать и греметь, а вот и картошечка подоспела, уже погромче сказал я, снимая кастрюлю с печки и ставя её на стол. Аромат картошки заполнил всю гостиную. Ну, давайте все к столу и по маленькой, позавтракаем, предложил Семён и налил всем по стопочке. Завтрак удался на славу. За разговором и поглащением пищи время потекло незаметно. Эх, что ж это такое. Жизнь прекрасна, как говорили великие люди.
Заморгала лампочка, затрещала, не иначе генератор барахлит. Ребята, извините, пойду схожу посмотрю генератор, не иначе бензин кончается. Я встал из-за стола и пошёл в сени, на вешалке, в самом углу висел мой дождевик, оделся и вышел на крыльцо. Было уже около десяти, но было темновато для этого времени. Тучи, будь они не ладны, пробормотал я и направился к сараю, где у меня стоял генератор. Ну так и есть, бензина было совсем чуть-чуть, на донышке. Заглушил генератор, открыл бачок, взял канистру и стал наливать бензин. Едкий запах ударил в нос, хороший бензин. Налив полный бачок, убрал канистру на стеллаж, закрыл бачок крышкой и направился обратно в дом. Только я открыл двери сарая, как прямо передо мной появилась косуля. Молодая самка стояла прямо возле дверей. Я просто онемел, я не мог ничего сказать и ни пошевелить руками. Не знаю сколько времени прошло, но около минут трёх мы смотрели прямо в глаза друг другу, боясь оба пошевелиться. Я начал отходить первым. Набрался смелости и протянул свою ладонь к её морде. Она не испугалась, а на оборот, подошла ближе, понюхала ладонь и лизнула её своим маленьким шершавым языком. Я был в восторге, ещё наверное никому не удавалось за три - пять минут приручить дикое животное. Но всё это продолжалось недолго. Она посмотрела, что в руке ничего нет, повернулась и спокойно пошла в лес. Эх, что ж это такое. Я смотрел ей вслед, а сам потихоньку закрывал двери в сарай. Потом спокойно пошёл в дом. И поднимаясь на крыльцо вспомнил, что не включил генератор. Эх, из-за дурной головы ногам покоя нет. Пошёл обратно в сарай включать генератор. Возвращаясь в дом, немного задержался на крылечке, взялся руками за перила, как будто сто лет не держался за них. Своими руками деланые, обтёсаные, обструганые, шлифованные, маслом пропитаны, долго стоять будут. Нравится мне наша заимка и земля наша нравится и люди. Лес, тайга, деревни, озёра, это всё наше русское и оно так мило сердцу. Стареем друже, стареем, а душа всё равно молодой остаётся.
Задержался что-то я, да и мужички мои меня заждались.
Что там, что-то серьезное, не успел я открыть двери, как услышал голос Ивана. Тебя не было минут пятнадцать, мы уж тут без тебя свечку нашли, продолжал он, а то темновато. Да нет, всё в порядке, ответил я. Косуля приходила, поговорили немного о своём, да и разошлись с миром. Ну ты даёшь, поддержал разговор Степан, ты ещё и с животными говоришь. А то, парировал я, со всеми надо уметь говорить.

08.08.26.  продолжение следует.