Личный агент императора. Роман. Глава 26

Глава 26. Непотопляемая Анна Ивановна.
        Конечно, самым ценным рубином в короне русской военной разведки на тот момент времени, был бывший министр иностранных дел Франции, великий камергер, князь Талейран Перигор. По большому счёту, Талейран был не столько «завербованным агентом», сколько выгодным партнёром. Как бы сказали сегодня, он был «инициативником». Он сам искал каналы, чтобы подстраховаться на случай падения Наполеона, и деньги за сведения брал вполне открыто, не играя в благородство. Это был положительный, и одновременно и отрицательный момент. Играя на опережение с тремя партнёрами, он небыл верен ни одному из них. Он играл, исключительно на себя. И это заставляло императора Александра всегда сомневаться в искренности, а зачастую и в правдивости, той информации которую передавал Талейран.
    Александру Ивановичу естественно было известно, что экс-министр иностранных дел князь Талейран является личным тайным агентом Александра I, которому он направлял свои секретные донесения. В них освещались важные вопросы внешней политики и экономики Франции, содержались прогнозы развития военно-политической обстановки в Европе, а также конкретные советы по противодействию планам Наполеона. Но сам Талейран как агент был на связи у другого доверенного лица императора, - Несельроде. Секретарь посла Карл Несельроде был умным добросовестным и исполнительным чиновником, но,… Несельроде небыл военным! Он не мог объективно оценить важность тех сведений, которые относились к армии и военной мощи Франции на тот момент времени. Да, император Александр понимал, что Талейрану выгодно сотрудничество с русскими, не из-за денег. У него были более далеко идущие планы, простирающиеся далеко за пределы нереальных наполеоновских мечтаний. И все же, информация Талейрана ввиду ее чрезвычайной важности требовала перепроверки, которая и была поручена Чернышеву, располагавшему обширными связями в политических и военных кругах.
    Ротмистр Чернышев довольно хорошо был осведомлен о «талантах» сиятельного князя: о его коварстве, беспринципности и чрезмерном корыстолюбии. В общем, направляясь на первую встречу с высокопоставленным агентом «Анной Ивановной», Чернышев знал, с кем ему предстоит иметь дело.
    У бывшего министра иностранных дел Франции был свой особняк в Париже, назывался H;tel de Talleyrand (Отель де Талейран). При этом изначально здание было известно как H;tel de Saint;Florentin (Отель де Сен;Флорантен) - по имени первого владельца, графа де Сен;Флорантена. Его построили в 1768 году, а позже особняк приобрёл Талейран, и за домом закрепилось его имя. Вот на 2 rue Saint;Florentin, в приватной обстановке, и состоялся разговор.
    - Граф, я боюсь, что Петербург слишком далеко и не видит тех опасностей, которые возникают здесь буквально каждый день! Я знаю, император Александр сделал ставку на умиротворение, но это ошибка! Очень грубая ошибка! Поверьте мне, я был рядом с этим человеком многие годы. Он упрям и целеустремлён. Его женитьба ничего не решит! Для этого, изначально требовалось принять за основу другую стратегию, но Его Величество Александр отмёл этот вариант. Если бы Наполеон женился на русской принцессе, он бы готовился к походу в Индию, имея в союзниках Россию. Но теперь, … теперь он может идти только в Россию!
«Если даже Талейран, это прожженный циник, знающий цену всем этим словам, вслед за французским императором считает меня «графом», значит Наполеон в чем-то был прав. Наверное, скоро телега сдвинется и меня хотя-бы заметят на этом месте. Только вот звездочки на эполетах восходят как-то уж робко», - подумал ротмистр, слушая излияния обер-камергера Его Величества. Всё это он знал и без напоминания Талейрана, но таковы правила. Сначала Талейран должен довести ситуацию до общего понимания, после чего радостно вложить в голову ротмистру свою точку зрения, которую он считает уникальной и единственно верной.
«М-да, «недолго сказка сказывается, да долго дело делается». От штабс-ротмистра до ротмистра, чем удостоил государь недавно, считай, более верст, чем от Парижа до Петербурга. Ротмистр же, как известно, в пехоте всего-навсего капитан. Конечно, полковничьи эполеты придут, и в этом нет никаких сомнений. Но такми темпами, можно как папенька, до пенсии ждать генерала. Как говорит любимая сестра Наполеона: «Вон какие плечи у тебя, флигель-адъютант императора, на таких плечах впору сидеть не только полковничьим, а генеральским знакам отличия». К счастью, Полина не может влиять на решения русского императора, а иначе, в Петербурге смотрели на это с подозрением. А Чернышеву только этого и не хватало сейчас. И так под большим подозрением в Париже, да и неприятелей скрытых вокруг императора он себе уже наплодил, воз и маленькую тележку. Однако, как там говорил известный греческий философ? «На том стою, и не могу иначе»!
    - Дорогой князь! Всё это так, но не мне вам рассказывать о незыблемых родовых правилах. Вы и сами прекрасно в них разбираетесь! Наполеона, это про карьеру сегодня! А правила остаются и после Наполеона. И вы прекрасно понимаете, что рано или поздно Франция вернётся на круги своя. И возможно, не без вашей помощи! – Чернышев пристально посмотрел в глаза Талейрана. Тот ничем не выдал своего неудобства, но глаза слегка изменили фокус, что указывает на реакцию.
    - Рад что в этом вопросе мы единомышленники друг мой, - ответил спокойно Талейран, улыбнувшись одними глазами.
    - В таком случае, давайте перейдём от пролога, к сути, - кивнул ему Чернышев.
Князь Талейран изложил Чернышеву политическую стратегию, которой, по его мнению, должна придерживаться Россия в предвидении войны с Францией, причем Талейран даже назвал примерное время ее начала - апрель 1812 года.
    - Я полагаю друг мой, что России следует сосредоточиться.
    - Это проще сказать, чем сделать, князь. Вы же понимаете, что во внешней политике империи, у нас засилье франкофилов. Есть подозрение что, и доклады и документы Его императорскому Величеству поступают уже причесанные, смягчающие всю ситуацию, в интересах как раз «партии франкофилов». Именно исходя и этой ситуации, Его Величество Александр Павлович и попросил меня встретиться с вами так сказать тет-а-тет. Мы должны из первых рук получить объективную информацию, перед тем как принять такие ответственные международные решения!
     - Да, вы правы, здесь требуется ответственное решение, потому что совокупность фактов, говорит о наступлении серьёзных событий! – кивнул удовлетворённый Талейран. Только что, Чернышев, искусно разыграл стратегию «своего», для подталкивания князя к максимальной открытости и искренности.
    - В таком случае, нам нужны ответы на два вопроса: что кроме словесных убеждений может подтвердить правоту вашей позиции? И что в этом случае, вы могли бы посоветовать императору, во внешней политике, для подготовки к событиям?
    - Друг мой, стратегия на само деле очень простая: необходимо срочно заключить мир с Турцией; создать союз с Австрией и Пруссией, нейтрализовать Швецию как возможного союзника Наполеона, и отказаться от Тильзитского мира!
    - М-да, проще сказать, чем сделать! – задумчиво отреагировал Чернышев. – Касательно Турции, - вопрос очень сложный, поскольку Кавказская армия добилась блестящих побед над турками, а наша армия в Валахии, достаточно сильна чтобы нанести Турции поражение. Впрочем, цели взять Константинополь у нас нет, так что, в целом задача решаемая. Вот только в каких временных рамках?
Что касается наших «союзничков», в лице Австрии и Пруссии, вы и сами понимаете насколько они верны своему союзническому долгу, и как быстро они нас предадут, если Наполеон им предложит выгодную сделку!
    - И здесь мы союзники, дорогой граф, - улыбнулся Талейран. - Я отношусь к этим политическим партнёрам примерно так же, но здесь стоит вопрос войны и мира! Ради того чтобы отсрочить, а лучше совсем ликвидировать угрозу войны, можно закрыть глаза на некоторые несоответствия ваших ожиданий от необязательных и неверных союзников. Да, есть риск что на следующий день после начала войны, союзники переметнутся на другую сторону, но задачу всё равно нужно решать, просто необходимо трезво оценить степень риска.
    - Ну что-ж месье Талейран, я доложу Его Величеству императору Александру вашу позицию и стратегию которую вы полагаете, Его Величество мог бы занять! Но я сразу же,
хотел бы подчеркнуть, что подобная информация, требующая кардинальных решений от российского императора, нуждается в документальном доказательстве! Косвенных фактов и намерений, в этом деле увы недостаточно! Ошибиться во внешней политике легко, тяжело потом всё исправлять!
    - Друг мой! Я рад что вы всё это понимаете, и уверен, что сможете правильно интерпретировать мои мысли и мои идею Его Величеству! Что касается документальных подтверждений, я об этом тоже подумал. – Талейран достал из папки ледащей на столе   несколько листов бумаги скреплённых печатью, и положил перед флигель-адъютантом Александра I в качестве доказательства копию секретного доклада французского министерства иностранных дел в лице министра Шовиньи, специально подготовленного для Наполеона: "Взгляд на дела континента и сближение России с Англией".
В докладе подробно излагался план создания антирусской коалиции с участием Швеции (наступление на Петербург) и Турции (активизация боевых действий на юге России). Вспомогательная роль отводилась Австрии и Пруссии.
    - Полагаю, этого будет достаточно Его Величеству, для удостоверения всей остроты политической ситуации!
Чернышев кивнул, внимательно рассматривая документ.
    - Скажите князь, по вашим данным, или хотя-бы ощущениям, как вы думаете, когда Наполеон начнёт войну? Я уже обмолвился в начале беседы, я считаю, что это скорее всего будет апрель 1812 года.
    - Из каких соображений?
    - Просто к этому времени, будет закончена армейская реформа, и армия Франции наберет самую высокую готовность! К этому же времени, должна быть решена задача сосредоточения частей новой французской армии на границе, в готовности к походу!
    - Хорошо! – кивнул Чернышев, - Что я могу делать с этим документом?
    - Я полагаю, вы имеете возможность его переписать, и описать его состояние. Вы видите его своими глазами, и сможете подтвердить, что документ подлинный, - пожал плечами Талейран.
    - Благодарю князь!
    - Не стоит благодарности молодой человек. Я это делаю в первую очередь в интересах Франции, и своих собственных!
    - Значит, в нашем случает интересы Франции и интересы России совпали!
    - Они и не расходились! Просто всё зависит от воли вождя. А вождь у нас как видите, гений, но однобокий. А империи развиваются по спирали и всесторонне! Мы прошли тот этап который предполагал завоевания, и возвращаемся на следующий круг. А для этой новой парадигмы, требуется другой вождь!
    - Хорошая философия князь, главное, все объясняет! – усмехнулся Чернышев.
Талейран почувствовал эту усмешку, но не стал на неё реагировать. Что они понимают?
    - Ну что-ж, в рамках празднеств которые назначил Наполеон в ознаменовании своей свадьбы, приглашаю вас завтра на торжественный вечер в честь императора и его новой супруги, - саркастически улыбнулся Талейран. - Мероприятие начнётся в семь вечера здесь же, в гостиной отеля, милости просим. Увы, не бал! Балы, … балы для меня уже превращаются в томные вечера, поскольку самой подвижной частью моего тела в этом возрасте стал язык, - рассмеялся Талейран.
    - Ну что вы князь, я бы не сказал, что вы особо изменились за прошедшие годы, - заметил Чернышев.
    - Я, изменился внутренне друг мой, - Талейран встал и поклонился, давая понять, что аудиенция окончена, пора и честь знать.
    На следующий день в Петербург был срочно направлен доверенный курьер Чернышева, со срочным докладом и копией документа.
Талейран ясно видел закат эры Наполеона, но помешать ему не мог. Наоборот, с радостью помогал бывшему гению доломать все конструкции своей империи. Действовал согласно русской пословице: «С паршивой овцы, хоть шерсти клок». И надо сказать, вполне выгодно торговал секретами Наполеона в интересах будущей Франции.
Чернышев это понимал и не играл с князем в шпионы, он просто платил за информацию. Понятно, что режим секретности соблюдался, благо «звезда» была ценна сама по себе. Талейран всегда запрашивал конкретные суммы за разные пакеты сведений. Он был точен, как в аптеке. Например, за данные о женитьбе Наполеона на Марии-Луизе, - 3000 франков, за сведения о перевооружении армии,- 4000.
Для Петербурга это была хоть и дорогая, но полезная инвестиция, позволяющая точно оценивать военные возможности Франции в тот или иной момент времени. Это было важно и с точки зрения дипломатии «сегодня», и готовности к войне «завтра», или готовности к миру на определённых условиях.
Талейрану было важно сохранить контакты с Россией на случай смены власти, а Чернышеву - получать достоверные данные из первых рук. Поэтому отношения были скорее деловыми, чем идеологическими. Это было взаимовыгодное партнёрство двух сторон сделки.

    Чтобы не компрометировать источник, в донесениях в Петербург Талейрана обозначали условным именем «Анна Ивановна». Это позволяло обсуждать его сведения, не раскрывая личность, даже если письма попадали не по адресу. В русской агентурной переписке Талейрана зашифровали под разными псевдонимами - «Анна Ивановна», «Красавец Леандр», «Кузен Анри». Но все они обозначали только один агентурный источник, -Талейрана.  Император очень ценил эти донесения и оберегал канал связи, но император понимал, что любые сведения требуют перепроверки на достоверность. Александр понимал, что Наполеон непрост, и запросто может организовать канал дезинформации, даже на таком высоком уровне. В конце концов, нельзя было отмести и использование Талейрана вслепую.

    Вечер у князя Талейрана, состоялся как было указано. Собственно, и не бал вовсе - небольшое, но изысканное собрание.
Бал, у бывшего дипломата номер один отшумел, надо сказать, в числе самых первых в Париже в честь августейших молодоженов. Талейран знал что за этим будет наблюдать извечный враг – Савари, и обязательно доложит Наполеону!
Сегодняшний же съезд - для узкого круга, особых друзей так сказать. Шутка ли, всякий раз собирать толпы, если император приказал ныне опальному министру давать званые обеды не менее четырех раз в неделю! Дал, иначе говоря, понять: «если не отдаете себя всецело государственному поприщу, так извольте, сударь, служить обществу иным способом, как бы ни было вам от этого накладно».
Чернышеву, ходить на такие мероприятия было удобно, благо в такие моменты добывалось много интересной информации. Иногда всплывали такие секреты, которые знали в империи два, три человека. А всё дело в том, что на такие званые вечера приглашались люди определённого положения в империи. Конечно, кроме домашних и постоянного гостя маршала Бертье, кстати одного из самых полезных секретоносителей, - еще нескольких близких персон, и он, Чернышев. За столом не более двадцати человек.
И вот появляется метрдотель, в руках у которого огромное блюдо и на нем - рейнский лосось невиданных размеров! Человек с блюдом подходит к столу и вдруг, поскользнувшись, падает. Вместе с ним, разумеется, шлепается на пол королевская рыба. Молчание такое, будто рухнул мир! Но неожиданно всеобщее оцепенение прерывает на удивление спокойный голос Талейрана:
    - Будьте добры, принесите другого.
В тот же миг у стола появляется второй слуга, с новым, еще более крупным лососем. Спектакль? Весьма вероятно, а смысл искусно разыгранной пьесы, видимо в том, чтобы дошло до императора: «нет, ваше величество, вы меня не разорите, как бы ни притесняли своими жесточайшими распоряжениями. А ваш Савари пусть задохнётся от зависти».