Обед в монастыре

Это было в тот замечательный период, когда мне очень  нравились поездки в паломничество.

И вот однажды поехали мы  с дочкой  и с  кумой автобусом в Святогорскую Лавру в Донецкую область. Красота там  - цветы,  чистота кругом, речка, мостик, огромный ( как мне показалось тогда) собор, басовитый голос  большого колокола. Ой, мне понравилось!.. А я очень впечатлительная. В самом соборе мне несколько раз дух захватывало, когда пели монахи, когда все пели символ веры, когда « святое возношение в мире приносити…» и  великое «Отче наш». Я думала – мы сейчас взлетим под купол собора!

 По окончании службы прогулялись по территории, посетили многочисленные иконные лавки. И увидели, как люди поспешили на обед – далековато, в сторону от собора. Пошли и мы.
 
Я увидела грубо сколоченные  длинные столы, поставленные типа буквой П. К этим столам монахи-мужчины несли огромные кастрюли с едой и пирожками.

 Но то ли от голода, то ли от бездуховности, многочисленные паломники устроили дикую давку. Настолько сильно стиснули меня, что я не могла поднять сумку до уровня груди. С горем пополам я таки притянула сумку, хотела что-то  из неё достать. Но замок-молния заклинила. Я несколько раз  с силой дёрнула за кольцо замка. Кольцо вдруг разжалось, и мой кулак с силой ударил стоящую рядом тощенькую бабулю прямо в спину. Дочь пырснула смехом, кума тоже.  Бабуля вскрикнула. Я принялась извиняться, пыталась объяснить, что это нечаянно. Но при этом давилась смехом, потому что в целом при таких обстоятельствах это выглядело комично.

А монахи стали раздавать еду. Толпа  всей массой ринулась на столы,  двинула один  - разлили борщ.

 Монахи орут:
- Люди, что вы делаете!!!! Люди, отступите!!! Люди-иии!!!!

Та где там…Кто-то из паломников дотянулся до пирожков и  стал бросать пирожки просто в толпу. Ой, что тут началось!!! Это были не люди, а кишащая масса…
Какой-то пирожок прилетел и  мне в лицо. Я успела его схватить, и мы с дочкой вырвались из толпы, которая продолжала бушевать.

 А я смеялась со слезами, вспоминая удар в спину бабуле. И смешно, и одновременно было очень стыдно перед бабулей и жалко её, поэтому выбило слёзы.

 Более позорного обеда я не наблюдала никогда.