Скучайте. Это музыка борьбы

«Скучайте. Это музыка борьбы»

Я помню свет, что не горел в очах,
А лишь струился, ласковый и пьяный,
Когда еще не ведал сердце страх,
Когда я верил в росчерки-обманы
Людских улыбок, в жестов теплоту,
В слова, что пахнут мёдом и полынью…
Я был – река, бегущая в мечту,
Где даже ночь казалась мне святыней.

Но вы скучали по себе, скажите,
По той, чей смех не ведал тишины?
По той, что шла босая по стерне
И видела лишь отблески волны,
Не зная, что волна – это ловушка,
Что бриз соленый – это соль измен,
Что за спиной у краешка опушки
Уже стоит безмолвный, дикий плен?

По той, что в зеркало глядела без опаски,
Не ища морщин у собственных веков,
Которая читала в людях сказки,
Не зная подоплеки их грехов.
Она не знала, что слова – протезы
Для душ, изъеденных ржавчиной обид,
Что комплименты – это лишь завесы,
За коими пустой, холодный быт.

Я был тем утром, что не знает полдня,
Я был хрустальным шаром на ветру,
Пока чужие руки, негодуя,
Не превратили душу в золу.
Я был тем запахом забытого цветка,
Что не знаком с увядшею травою,
Я был строкой, что не была жестка,
И не была написана рукою,
Что держит нож в обманчивом тепле,
Что режет правду на куски для фарса.

А вы скучали? В тишине, во мгле,
Когда фонарь мигает, словно нарцисс,
И тени пляшут дикий танец масок?
Скучали вы по той, чей голос чист,
Без примеси фальшивых, медных красок?
По той, что доверяла, как дитя,
Не чуя за спиной кинжала вздоха,
По той, что жизнь, не думая, пила
Из родника, не ведая про плохо?

Она не знала слова «боль» и «скука»,
Она не ведала, что мир – это театр,
Где зритель – это главная разлука,
Где даже бог – лишь призрачный режиссер.
Она любила дождь за то, что он – вода,
А не за то, что смывает наши лица,
Она прощала глупые года,
Не ведая, что вскоре превратится
В ту, что считает каждый шаг врага,
В ту, что боится собственного взгляда.

О, эта боль – проснуться и понять,
Что та, другая, – лишь мираж на дне,
Что невозможно заново сыграть
Ту партию, что снилась лишь во сне.
Её убили не враги – друзья,
Её стерли не бури – тишина,
Её предал не путник у ручья,
А та же мысль, что нынче солона.
Она ушла в тот вечер, когда я
Впервые не заплакал над страницей,
Когда привык я к холоду огня
И перестал бояться быть в темнице.

Скучаете? Я знаю этот вкус –
Горчащий привкус собственной утраты.
Когда ты сам себе – ненужный груз,
И все мосты тобою же сожжены когда-то.
Ты смотришь в небо: там ни облаков,
Лишь пустота, что дышит в унисон
С твоей душой, где больше нет оков,
Но нет и крыльев – только черный сон.

Та девочка в веснушках у пруда,
Что запускала в небо голубей,
Теперь живет в желудке у суда
Собственных мыслей, полных диких фей.
Она смеется надо мной сейчас
Из своего хрустального далека,
Шепча: «Ты предала нас сто раз,
И нет теперь ни друга, ни стрелка,
Чтоб указал дорогу в тот проём,
Где я живу – нетленная, как вечность».

А я стою и слушаю дождём,
Как капает моя же бесконечность.
Я стал мудрей? Быть может. Но ценой
Той лёгкости, что весит меньше пуха.
Я стал сильней? Но что мне быть стеной,
Когда внутри – сплошная глухота и рух?
Я променял жемчужный свет зари
На тусклый блеск заученных аксиом,
И вот стою, смотрите – посмотри,
С мешком обид за собственным плечом.

Скучайте. Это сладкая отрава,
Что помогает жить среди камней,
Но помните: та девочка не права,
Что плачет в глубине твоих очей.
Она ушла не потому что слаба,
Она ушла, чтоб ты смогла родиться
Заново. Жестче. Проще. Без раба
В собственной голове. Чтоб не молиться
На зеркала, где рябь – её следы,
Где ты теперь – лишь отблеск той погоды.

Скучайте, но не плачьте. Этот свет –
Лишь стартовая точка для восхода.
Той девочки давно уже нет,
Есть ты – итог непройденного года.
Есть ты, что знаешь цену тишины,
Есть ты, что улыбаешься натужно,
Но если б не было той первой волны,
Ты не стоял бы здесь так жутко нужно.

Я не зову её назад. Пусть спит
В своих полях, где вечно длится лето.
Моя душа – разорванный гранит,
Но в нем горит алмазная примета
Того, что я жива. И этот крик –
Не о потере, нет – об исцелении.
Я стал сложней, я стал другим на миг,
Но в этой сложности – мое спасение.
Я стала той, кто видит подлость лиц,
Но кто умеет все же верить в чудо.
Я стала той, кто больше не девица,
Но я – есть я. И этого не будет
Отнять у смерти или у судьбы.

Скучайте. Это – музыка борьбы.
Скучайте. Это – высший дар из дара.
Но помните: та, первая, рабыня
Лишь той мечты, что стала явью стара.
Она ушла, оставив мне права
Быть этой – жесткой, сильной и простою,
И в тишине, где мерзнут слова,
Я говорю: «Спасибо, что со мною
Ты не осталась. Там, в дали веков,
Ты – мой маяк, что светит мне из рая».
И если ты скучаешь – будь готов,
Что это лишь дорога в никуда, но святая.

Ведь мы скучаем по себе, когда
Нам кажется, что мы недолюбили,
Но та, что мы – есть лучшая звезда,
Что мы зажгли на собственном корабле.
И пусть она – лишь рябь на воде,
Пусть растаяла, как утренний туман,
Она живет в нас, в нашей глубине,
Как вечный, неподвластный времени план.