Контрактура Дюпюитрена. Рассказы о болезнях

        Когда-то давно я впервые познакомился с контрактурой Дюпюитрена. Отец показал мне уплотнение, подкожный узелок на своей правой ладони и сказал, что зимой этот безымянный палец разгибается хуже, чем летом при этом узелок над сухожилием сохраняется постоянно. Не имея тогда ещё четкого представления об этом заболевании я и не мог дать конкретных рекомендаций по его лечению. Годами позднее я как-то заметил скрюченный палец у моего двоюродного дяди, спросил, что это за шрамы. Он оптимист по жизни, как всегда улыбаясь сказал, что его это вполне даже устраивает теперь удобно вставлять черенок тяпки и полоть на любимом огороде, или держать руку на руле автомобиля. Рассказал, что, когда они жили на Сахалине его прооперировали, но этого хватило всего лет на семь как, впрочем, и обещал хирург, а потом снова образовалось жесткое полукольцо из рубцовой ткани и рецидива контрактуры. Он всегда очень много работал физически,хотя и был инженером. Так что тут уже просматривалась явная генетическая предрасположенность. В подтверждение этого еще у троих родственников по этой линии я потом находил контрактуру в том числе у троюродной сестры на обеих ладонях.  Одно из придуманных названий данной патологии это болезнь викингов, но у нас, насколько мне известно, скандинавов в роду замечено не было ну ни с какого бока, однако на всякий случай я внимательно осмотрел и прощупал и свою ладонь и вроде бы даже нашёл едва заметные втяжения на коже. Вскоре убрал их своими методами и стал серьезно и основательно изучать эту проблему.
        Дюпюитрен увековечил и украсил своим именем очень многие медицинские термины, в том числе и контрактуру ладонного апоневроза.  И хотя не он первым описал эту болезнь, но дал ей полную характеристику именно как хирург. А хирург он был просто замечательным и богатым настолько, что даже предлагал финансовую помощь французскому королю Карлу Х, на что тот правда ответил вежливым отказом.  Но не спешите завидовать богатству Дюпюитрена он и трудился в операционных самоотверженно как раб на галерах, делая в год тысячи операций.
Ладонный апоневроз под кожей предоставляет возможность двуногим созидать иль воровать, не особо перегружая сухожилия, идущие от мышц и, хотя непосредственно в пальцах по схеме построения человека мышцы не предусмотрены, они усердно работают в ладони. Подкожная фиброзная пластина оберегает и кожу удерживая от чрезмерного смещения.  Поэтому зачастую даже запредельная нагрузка не гарантирует дебют болезни Дюпюитрена.

   Мой институтский приятель здоровый в юности как бык, мог с похмелья, с папиросой в зубах и без всякой разминки и переодевания бросать спортивную гранату на физкультуре дальше мастера спорта, которого и легко мог бы уложить в борьбе, причем не шахматиста, а именно борца. И хотя кожа на ладонях была как у ухоженной бабы, он мог без перчаток орудовать тяжеленным ломом целую смену, пил до, отливал после и курил вовремя при этом ни капельки усталости и не одного мозоля на ладонях! Вот это генетика!!  Стройный кудрявый атлет, по-мужски красивый умный и даже благородный - сразу столько достоинств. Такие гены надо было сохранять в банке ну или хотя бы в шприце, но, разумеется не все.  Про таких я молча говорю: Эх, подшить бы его, да кастрировать тогда можно сразу и в президенты.  Однако, с возрастом он уже стал не таким взаимным для восторженных женщин, мораль хоть и с трудом, но всё же одолела потенцию, и Аполлон больше не пытается размножаться… А вот с водкой тут дела обстоят нормально до сих пор, навык только лишь крепчает. Как говорится, мастерство не пропьёшь! Строил олимпийские объекты, теперь весьма достойно обслуживает престижный санаторий.  Пью и работаю в городе Сочи, по-прежнему браво рапортует он.  Но похоже с массовым тиражированием его генов для создания идеального ладонного апоневроза человечество теперь уже явно опоздало…
   
    Кисть Хомо сапиенса это само совершенство, природой ей определено развивать всё сугубо человеческое, включая изящные искусства. Правда и тут возможны варианты, так сжатая в кулак рука в мордобойных видах спорта, с размаху бьёт оппонента по роже, а в ответ её ловко выкручивают и выламывают и всё это на радость зрителям. Штангисты рвут собственные суставы чтоб заработать на рекордах, а в тренажерном зале недоспортсмены, вообще непонятно зачем таскают неподъёмные для себя тяжести, да ещё и платят деньги за то чтобы разворотить собственные позвонки, связки, сухожилия и так далее по списку. А поскольку любое подобное представление начинается с ладони, то и апоневроз не калечится лишь только у слабых и безвольных: держащих кисть художника, дирижерскую палочку, перо поэта и прочих, им подобным, включая и самого Ромео, робко исследующего анатомию Джульетты на первом же свидании.
    Как и для многих болезней, у контрактуры Дюпюитрена расписана стадийность. Первая это когда ты еще почти здоров, ну а последняя - палец совсем уж скрючился. Помню, лежал я как-то в больнице, по другому поводу, предварительный диагноз оказался неверным, но это выяснилось уже на операции. Во время утреннего обхода к обычным нашим врачам хвостом присоединялась целая процессия чужих и несколько неухоженных и помятых врачей, повышающих здесь свою квалификацию. Такие съезжаются с разных мест, подолгу живут в общаге, познают новшества медицины, ну и друг друга, разумеется.  Двигались они по нашей многоместной палате по часовой стрелке, я получался последним на выходе и заведующий, не притормаживая всегда бросал одну и ту же фразу: «А вот здесь мы ошиблись с диагнозом!», и каждый проходящий мимо, почему-то смотрел на меня с каким-то неодобрением.  У прочих же кроватей задерживались с обсуждением. Всё что там говорили уже давно нам всем было известно, лежа в сборной палате мы уже сто раз слыхали что у кого и почему. Но после обхода вновь комментировали что доложил про них лечащий врач, именно сегодня. Один мужичок, узнав в толпе свою врачиху из области, недовольно отвернувшуюся от него, возмущённо и одновременно радостно воскликнул потом: она мне сразу хотела палец отрезать, говорила, что без этого уже никак нельзя, а здесь вот они ещё решили сделать пластику.  У него надо полагать и была та самая четвертая стадия контрактуры Дюпюитрена.    
 
   Под действием провоцирующих нагрузок у людей с генетической предрасположенностью (а мы получается, что все и каждый, хоть к чему-то, но предрасположены) нарушается выработка коллагенов в правильном соотношении что и приводит к таким последствиям.
Но если пальцы согнулись, то неплохо бы их и разогнуть. А то значительный прогрессирующий дискомфорт: и работать и обслуживать себя становится сложнее, ведь при умывании палец сразу тычет в глаз, руку не засунуть даже в собственный карман или куда там ещё, как Ромео, например. Безусловно, главным методом лечения стал и остается хирургический, ну а как же иначе, Дюпюитрен ведь был замечательным хирургом.
   
    Современные его последователи оказывают реальную помощь пациентам, удаляя измененный переродившийся апоневроз в необходимом объёме. Открывают доступ к пораженным участкам или тычут иголкой сквозь кожу, разрезая тяжи не глядя, каждый как умеет в силу своих способностей, рискуя нарушить главную заповедь врача: не навреди. Рецидивы, к большому сожалению, весьма вероятны в любом случае и каждый повторный, становится более сложным для лечения. Воскресшая было рука в радостных глазах пациента, постепенно угасает и возвращается на свой исходный уровень, на котором порой не задерживаясь проскакивает в явный минус. Быстрый результат требует потом длительной реабилитации и ограничений во всём. Понятно, что такое лечение не воссоздает руку заново и даже не устраняет исходную причину. Иногда добавляют или используют как самостоятельное лечение инъекции коллагеназы, ну да, она что-то белковое действительно разрушает и это помогает на определенное время. Но и в этом методе естественно, существуют противопоказания. А лечить-то надо всех, но как?! Я не волшебник и даже не аферист поэтому у меня к сожалению, нет желанной таблетки для исцеления от такого недуга. Но уверен, что на правильном пути. Необходимо ведь не только рассекать тяжи, но и улучшать трофику окружающих тканей пытаться вернуть исходное состояние в надежде на определенную регенерацию. Надо разрывать порочный круг: выросло-отрезал-снова выросло-снова отрезал. Те методы, которые консервативно могут сработать при первичном лечении при повторном, особенно после операций, дают уже не столь быстрые и ощутимые результаты. Разработанные мною методики трансдермального воздействия с помощью водных и липидных композиций позволяют размягчать кожу и создавать подкожное депо препаратов. Тогда и физиотерапия в сочетании с действием индивидуальное подбираемых композиций даёт весьма ощутимые результаты, и рука начинает заметно лучше работать, при этом гимнастика для пальцев из обычных попыток лишь временного растяжения становится вполне реальной лечебной процедурой.
   
    Болезнь Дюпюитрена, кроме непосредственно контрактуры ладонного апоневроза, порой сочетается с аналогичными патологиями. Болезнь Леддерхозе -  подошвенный фиброматоз, хотя встречается достаточно редко и обычно не оперируется, но тем больным у кого она есть причиняет значительный дискомфорт и неудобства.  При надавливании стопой на педаль автомобиля, при  ходьбе босыми ногами возникает боль (когда наступают, к примеру, на гальку) да и пальцы ног страдают тоже.
При болезни Дюпюитрена нередко возникают и подкожные бляшки на оболочке пещеристых тел полового члена, в ту же сторону и искривляющие главное достоинство мужчины. Это уже болезнь Пейрони, названная по имени известного французского хирурга и анатома, жившего во времена Людовика XV. Его заслуги обязаны помнить хирурги всего мира. Он впервые ввел хирургию в число медицинских специальностей.
 
    Имеются научные публикации что фибрин может избыточно разрастаться и во внутренних органах, вызывая соответствующую патологию, и даже обуславливает развитие некоторых форм рака. Так что, в идеале, требуется не только симптоматическое лечение контрактуры ладонного апоневроза, но и комплексное лечение различных проявлений болезни, имеющей возможно и аутоиммунную основу. И лечение ладонного гиперкератоза помимо хирургического лечения и последующей реабилитации с физиотерапией, требует насколько это возможно обеспечение адекватной трофики поврежденных тканей и восстановление нервно-сосудистого пучка. И на сколько это возможно, следует пытаться лечить консервативно незапущенные формы. Было бы целесообразно всех мужчин отметивших полувековой юбилей профилактически обследовать на предмет контрактуры хотя бы ладонного апоневроза. Статистика заболеваемости по некоторым странам просто зашкаливает. Не болеют совсем вроде только африканцы, в этой связи было бы весьма интересно изучить как обстоят дела у афроамериканцев и так сказать, афроевропейцев, родившимся вдали от исторической родины, чтобы потом сопоставить и понять только ли генетика или особые условия проживания и какие-то другие факторы.
 
    Прошлым летом я случайно обнаружил возможность лизиса тяжей, неизвестным ранее способом. Метод очень эффективный, правда не всем подходящий и требующий дополнительного изучения.
Вырисовывается следующая картина.  Проблема лечения контрактуры Дюпюитрена весьма актуальна особенно для северных стран Северного же полушария. Много лет тому назад работая на Крайнем Севере, я поглядывал на границу, по другую сторону, совсем рядом была уже Норвегия. Теперь вот я знаю, что там очень много людей с контрактурой, которым уже сейчас можно было бы реально помочь. В настоящее время появилась возможность консервативного лечения контрактуры, в дополнение к хирургическому или в качестве монотерапии. Доклинические исследования проводить непросто, крыс, кроликов или мух дрозофил с такой патологией не отыщешь, да и вряд ли их такими можно сделать.
Неплохо бы попробовать использовать разработанные композиции в сочетании с физиотерапией. Авторские методики работают только в руках автора, это общеизвестно и на начальном этапе - бесспорно.

    При наличии потребности в таком лечении можно на месте обследовать больных с наиболее тяжелой ситуацией, которым не показано хирургическое лечение и попытаться им помочь уже сейчас. Общаться с пациентами можно как по их месту жительства, так и отдыха где, как говорится, сочеталось бы полезное с приятным и  скандинавы, находясь в теплых странах, к примеру, в Тайланде или Каталонии, получали бы там и лечебные процедуры. При решении всех организационных вопросов можно непосредственно приступать к этому. Наверно нашлись бы добровольцы, готовые лечиться сразу и сейчас, а не ждать десятилетия. Есть разработки, есть большое количество больных, осталось обеспечить им такую встречу.