Тайное рядом с нами

  Наш теплоход Константин Симонов причалил к туристической деревне Мандроги, когда жаркое июльское солнце поднялось над прибрежными соснами и заиграло золотистыми лучиками в набегающих волнах теплохода. Лёгкий завтрак на борту и вот мы уже в автобусе, который повезёт нас в Свято-Троицкий Александра Свирского мужской монастырь на экскурсию. Село Мандроги находится в Ленинградской области на берегу живописной прозрачной реки Свирь. А сам монастырь расположен в пятидесяти минутах езды от села. По пути экскурсовод рассказывает о достопримечательностях этого края, о жестоких боях и героизме наших воинов и мирных граждан в годы второй мировой войны. Неожиданно дорогу перебежал косолапый мишка и скрылся в зарослях. В автобусе громко стали обсуждать это необычное для нас появление медведя, но экскурсовод сказала, что здешние леса изобилуют разной живностью, и медведь здесь не редкость. По хорошей дороге автобус быстро едет вдоль реки Свирь. Несмотря на будний день на реке довольно много рыбаков. Но рыбы, со слов экскурсовода, в реке стало меньше после постройки двух гидроузлов выше по течению. Вот впереди показался разводной мост через реку. Необычность его в том, что при прохождении больших судов, средняя часть моста поднимается и корабли свободно проходят под мостом. Таких мостов на реке Свирь два. Незаметно пролетело время поездки и вот мы прибыли в Свято-Троицкий мужской монастырь. Хочу теперь рассказать о необычном явлении, которое мне пришлось наблюдать в Преображенском соборе монастыря. То, что я увидел собственными глазами, может, некоторым, а, возможно, и многим показаться выдумкой, но это действительно произошло. В соборе нет окон и освещение только свечами, поэтому в храме полутемно. Иконостас в таком полумраке особенно красив и притягивает взгляд. Лики Святых, горящие свечи и вдоль стены под стеклом плащаница Иисуса Христа. Это не оригинал, а точная копия, их было сделано несколько в Европе и вот одна из них здесь. Фотографировать в соборе запрещено, он действующий, но туристов пускают с соблюдением всех требований к одежде. Экскурсовод негромко рассказывал историю появления плащаницы в соборе, а я смотрел на плащаницу, потом перевёл взгляд на экскурсовода. Она стояла спиной к плащанице и вокруг её головы отчётливо виднелась аура. Она как лёгкая дымка слегка белёсого цвета меняла форму, как бы дышала. Так продолжалось с минуту, пока шёл рассказ и аура не исчезала. Я заворожённо смотрел на ауру пока экскурсовод не повела группу дальше. Я с надеждой спросил её можно ли сделать снимок внутри храма, хотя понимал, что этого делать нельзя. Мне очень хотелось запечатлеть ауру на фото. В своей жизни я несколько раз видел ауру других людей, но происходило это не по моему желанию, а неожиданно, будто сам Господь разрешал мне увидеть это таинство и аура начинала светиться, потом исчезала. Думаю, в этот раз это произошло по воле Господа. Конечно, найдутся те (и их много), которые скажут:” Он всё выдумывает, если я ничего такого не вижу, то как он может видеть какую-то ауру, это его выдумка”. Переубеждать таких людей пустое занятие, да и ни к чему всё это. Настанет такое время, когда человек будет свободно созерцать Тонкий мир, но до этого ещё далеко потому, что сознание человека очень слабо развито. В этот раз я видел цвет ауры слегка молочный, но не белый, скорее похожий на утренний туман над рекой. Однажды Господь показал мне жёлтый цвет ауры с тёмными вкраплениями-пятнами. Это было когда я работал на заводе конструктором. Аура появилась неожиданно над головой и вдоль спины одного из наших сотрудников. Я засмотрелся на эту ауру, но он как бы почувствовал, что я наблюдаю его сокровенное. Он резко обернулся, посмотрел на меня и тут же вышел из кабинета. Видел также один раз ауру бледно зелёного цвета, но непродолжительное время, будто Господь даёт мне эту возможность и тут же окно закрывается. И я понимаю, что это исходит не по моему желанию. Весь обратный путь я находился под впечатлением от увиденного, которое забыть невозможно. Теплоход покидал село Мандроги и уходил всё дальше вверх по течению. Я стоял на палубе, смотрел как исчезают за поворотом реки последние домики села, запомнившегося мне на всю жизнь.