Ценою жизни Толля, Колчак стал крутым полярником

Пошагово экспедицию Толля, с участием Колчака, я описал в публикации «Колчак вернулся из экспедиции Толля, а Толль нет». Но куда пропал Толль – никто не знает. Зато – все знают, что на основании исследований Карского моря и моря Лаптевых в районе  полуострова Таймыр и прилегающих к нему островов, Колчак написал фундаментальную научную работу «Лед Карского и Сибирского морей». Оказалось, что Толль пропал, а его дневники и документация с результатами полярных исследований, собранными экспедицией – нет. Почему-то, часть документов он оставил во временном жилище на острове Беннета, когда не дождался Колчака, обязанного забрать главу экспедиции, прибыв на остров на шхуне «Заря». А, согласно, предварительным планам, будущий адмирал был включён в состав группы Толля, направлявшейся на остров Беннета и, странное дело - остался на шхуне. Якобы, Толль не решился оставить команду судна без офицера. Казалось бы – это логично. Но как офицер Военного-морского флота мог быть включён в состав полярной экспедиции  Императорской Академии наук, не имеющей к Военному Флоту никакого отношения? Оказывается, приказом по Морскому ведомству, лейтенанты Колчак, Матисен и Коломейцев были официально назначены в состав Русской полярной экспедиции 1900–1902 годов. Мало того – большинство матросов шхуны были военными моряками. А почему? Военные моряки и офицеры не могут отказаться от выполнения поставленной задачи - они подчиняются приказу. Барон Толль лично купил китобойное судно в Норвегии переименовав его в "Зарю", а экипаж набрал из военных, назначив командовать шхуной лейтенанта Коломейцева. Барон считал, что являясь начальником экспедиции и приобретателем шхуны, имеет право командовать экипажем не только гражданских, но и военных моряков. Но Коломейцев предложил разделить полномочия, где Толль руководит научными исследователями, а управление кораблём и моряками – это сфера деятельности командира шхуны. Он, даже предлагал ходатайствовать о присвоении судну официального статуса военного корабля и подъеме над ним военно-морского флага. Конфликт был настолько эмоциональным, что 5 апреля 1901 года, лейтенант Коломейцев самовольно покинул вверенную ему «Зарю» и, преодолев вместе с каюром Степаном Расторгуевым за 40 дней 800 километров на собачьих упряжках, добрался до Гольчихи (Енисейская губа). В апреле, температура окружающей среды на Таймыре, варьируется от минус 15 днём, до минус 35 ночью. Но это не главное препятствие при его отъезде на материк. Коломейцев был офицером Российского Военно-морского Флота и, без приказа об отзыве из экспедиции, покинуть исследовательское судно и вернуться на Флот, не имел права. То есть – случилось что-то экстраординарное, что давало ему право нарушить приказ командования Военно-морским Флотом. А это могла быть смерть начальника полярной экспедиции Толля, в подчинение которому он был официально передан. При таком трагическом стечении обстоятельств объясняется нахождение Колчака на шхуне «Заря», где экипаж, на самом деле, не остался без командования. После убытия Коломейцева, там оставался его заместитель – лейтенант Матисен. Теперь, проанализируем дальнейшие, официально заявленные события. Толль, 23 мая 1902 года, уходит на остров Беннета с двумя каюрами и астрономом Зеебергом на трех нартах, захватив с собой запас продовольствия чуть больше, чем на два месяца. Он ожидает, что Колчак с Матисеном заберут его оттуда на приобретённой им, для исследования северных широт, шхуне. Тогда, как они могли условиться о месте, где Толль оставит записку с сообщением о проблемах, по которым он может не оказаться на острове? Вот информация об этом: «4 августа высадились на острове Беннетта и начали поиски следов группы Толля. На мысе Эммы Колчак нашёл бутылку с запиской и планом острова, которую Толль оставил здесь, как условились перед расставанием на зимовке». Спрашивается: «Какой чёрт понёс Толля на остров Беннета, если он был уже открыт Джорджем Вашингтоном Де-Лонгом в 1881 году»? Ведь, Колчак даже знал где мыс Эммы, названный в честь жены этого Вашингтона. И этот Джордж установил, что мыс Эммы на острове, который назвал в честь спонсора своей экспедиции. Значит, план острова Беннета уже был и до Толля? На основании изложенного, можно сделать вывод - начальнику российской полярной экспедиции и астроному, не было особой нужды, в 1902 году, посредством собачьих упряжек добираться, покрывая двести километров по льду, на уже открытый американцами остров. Ещё более странно ведут себя Колчак и оставшийся за Коломейцева Матисен. Эти морские офицеры, стартуют с места зимовки, не дождавшись начала навигации. Они взрывают лёд, но пробиться к «чистой воде» не могут, так как старт дан 1 июля, а в 1901 году навигация в этом районе началась 15 августа. То есть «чистой воды» надо было ждать ещё полтора месяца. А результат? Шхуну затёрло льдами. Чистую воду моряки увидели лишь 8 августа. Но это не значит, что она распространялась до острова Беннета. Поэтому, в борьбе со льдами, был израсходован почти весь уголь, а шхуна получила критические повреждения от частых столкновений со льдинами. С трудом удалось добраться до бухты Тикси, которая тогда не была оборудованным портом, и посадить шхуну на мель. То есть – Толль мог и не обследовать остров Беннета. А обследован он был Колчаком, возглавившим спасательную экспедицию, где он, якобы,  нашёл всю документацию исследований Толлем острова и не только, почему-то оставленную начальником экспедиции на месте пребывания. Получается, что Толль был уверен в своей гибели и не взял документы с собой, а оставил Колчаку? А, может быть, удалённый от материка остров, начальника экспедиции вообще не интересовал? Но доказательством научных исследований на острове Беннета Толлем и его командой является записка, оставленная тем, кто будет интересоваться его судьбой. Записка заканчивалась словами: «Отправляемся сегодня на юг. Провизии имеем на 14—20 дней. Все здоровы. 26 октября 1902 г.». Это при том, что 23 мая 1902 года, Толль взял продовольствия на два месяца, а через пять месяцев у него осталось продуктов ещё на две-три недели. На этом информация о местонахождении Толля и его компаньонов была исчерпана. А Колчак со спасателями вернулся на «Большую землю» переждав становление льда на острове Котельном: «27 августа с трудом, в условиях сильного снегопада и мороза, достигли Котельного острова. Сентябрь и октябрь ждали становления льдов и промышляли охотой. За время экспедиции были обследованы все берега Котельного, Земли Бунге, Фаддеевского острова и Новой Сибири. 16 ноября тронулись в путь по ещё не окрепшему льду». Это значит, что Колчак со товарищи, к концу поисковой экспедиции, находясь в ещё более суровых климатических условиях, чем полярник Толль покидавший остров Беннета в октябре, смогли вернуться живыми и невредимыми. Почему этого не смог полярный исследователь с гораздо более серьёзным стажем, остаётся загадкой. А результатом полярной экспедиции Толля стал научный труд Колчака. И не Толль, а Колчак получил Константиновскую медаль. Он стал четвёртым из полярных путешественников, получивших эту почётную награду. До него этой медали удостаивались лишь три знаменитых полярных исследователя. И первый из них знаменитый на весь мир полярник Ф. Нансен. Что это значит? Научная полярная экспедиция  Императорской Академии наук, возглавляемая Толлем, превратилась в научную экспедицию Российского Императорского Флота, которым командовал генерал-адмирал, великий князь Алексей Александрович Романов. Со всеми, вытекающими отсюда последствиями... Косвенным подтверждением того, что барон Толль погиб, является факт продажи находящейся в аварийном состоянии "Зари" Матисеном, от имени Императорской Академии Наук. Приобретателем судна стала якутская судоходная компания купчихи Анны Ивановны Громовой. Но выйти ещё раз в море легендарной шхуне было не суждено - в 1915 году она сгорела до ватерлинии, а то, что осталось в воде, медленно разрушалось до середины двадцатого века.
Казалось бы, Колчак и команда шхуны, под руководством Матисена, приложили огромные усилия, чтобы забрать Толля с острова до того, как у возглавляемой им группы полярных исследователей не закончится продовольствие. Они рвались на остров Беннета, взрывая льды и рискуя собственной жизнью. Однако, даже дилетанту в области навигации в зоне полярных льдов понятно, что имеющихся на борту "Зари" запасов взрывчатки не хватит на то, чтобы взорвать цельный лёд и проложить в нем канал длиной в двести километров. Они, ведь, вышли с места зимовки в бухте острова Котельный, взрывая её ледяной покров. А чем дальше на север, где по отношению к Котельному находится остров Беннета, тем позже тает лёд. То есть - вся эта бурная деятельность была совершенно бесполезна, и её результат был предсказуем. Очевидно, что взрывчатка быстро кончилась и судно оказалось замурованным льдами в нескольких милях от острова Котельного. Потом его понесло морским течением среди плотного слоя льдин, а к 8 августа появились просветы открытой воды, но при попытке продвижения на север к острову Беннета, оказалось, что там ледяные нагромождения, на преодоление которых было потрачено много времени и угля. А в результате столкновения с огромными льдинами сильно пострадал корпус судна и уже нужно было спасаться самим и торопиться причалить к материку. Казалось бы спешка была оправдана тем, что исследователи острова Беннета умрут с голоду, но спасательная экспедиция Колчака, возвращаясь на материк, два месяца промышляла охотой на острове Котельном, ожидая становления льда. Да и в записке Толля сообщается, что они уходят с острова имея солидный запас продуктов. Странно, что Толль не уточнил каким маршрутом они собираются возвращаться, поэтому район поиска занимал большую площадь - берега островов Котельного, Земли Бунге, Фаддеевского острова и Новой Сибири. Это при том, что уходя на далёкий остров, Толль сказал офицерам "Зари" - "Ребята, информацию о судьбе моей группы ищите в пустой бутылке на мысе Эммы!", а в эту бутылку положил записку - "Еды навалом! Идем на юг!". А "юг" понятие растяжимое. Это вам не бухта и не мыс, какой ни будь. То есть поисковая экспедиция превратилась в географические исследования островов и особенностей ледяного покрова, что позже отразилось в научной работе Колчака. А не кажется ли вам, что попытка прорыва на "Заре" через льды к острову Беннета - это не желание забрать с острова группу Толля, а отвлекающий манёвр демонстрирующий, что забрать их было невозможно? Это в том случае, если Толль там был.