Как поймать зайца

У каждой птички - свои привычки.
Алиса
 
Несколько лет назад, когда я был моложе и, соответственно, хуже лучше, у меня было великое множество привычек, Сейчас, спустя годы, в жизни многое изменилось и часть из них отсохли, другие отпали сами собой, освобождая место для новых, ещё одна часть завяла ввиду отсутствия почвы их питающей, но кое что осталось и продолжает цвести пышным цветом. Некоторым из вас, насколько я знаю, стало интересно, а зачем эти манечки вообще нужны в таком количестве? Отвечаю.
 
Философски говоря, великое удивляет нас, ничтожное отталкивает, а привычка примиряет и с тем и с другим. Такшьт их наличие у себя сейчас я могу объяснить единственно тем, что всякий человек - носитель вести, которую ему вручает открытие двусложности, а привычка позволяет нанести сокрушительный удар голове сомнению и скепсису окружающего нас мира, как воли и представления.
 
Например было время, когда я сушил носки феном . Включал гаджет,  одевал на него правый носок и ждал пока высохнет, потом такой же кульбит проделывал с левым. Или вот ещё - при чтении книг я никогда не загибал страниц и не пользовался закладкой, полагаясь на свою несовершенную память. Эта привычка у меня сохранилась до сих пор. А ещё в лунные ночи я обыкновенно любил сидеть на пoдоконнике, свесив босые ноги вниз, а в безлунные - завертываться в одеяло и висеть под пoтолком, вцепившись когтями в люстру.
 
Отсюда напрашивается вывод, что для того чтобы жить, человеку нужны привычки, как электричество лампочке. Всё равно какие привычки. Дорогие или никчемные, суперважные или нелепые, вредные или не очень - все они просто энергия для ярких светодиодов нашей жизни.
 
Так я и жил, как паук в паутине своих традиций и ничего не предвещало беды. Пока однажды я не встретил её. И не просто её, а ЕЁ, поскольку она была единственной женщиной за столом. Она сидела, несколько сутулясь - так бывает у всех, кому оллах послал большие сиськи и, присосавшись к соломинке, с какой-то детской быстротой понижался уровень жидкости в бокале. И только когда у нее на дне забулькало и запищало и она языком отставила соломинку, только тогда я наконец поймал ее взгляд и был сражен наповал. После чего расстояние, отделяющее Вселенную от энтропии, сократилось до критического. Мы танцевали в рюмочной, целовались с языком, дурачились под звёздами в машине, ходили в магазины и гуляли на Борисовских прудах , держась за руки, словно брейгелевские слепцы. Хотя, если чесно - я не дурачился.
 
Как сказал один ленивый философ (вы его не знаете) - мы жили долго и счастливо, а потом встретились...
 
Что поделаешь - любовь - зло.
Спустя некоторое время с 16 этажа мы по ее настоянию переехали на третий. Она избавилась от люстры, зато развесила по стенам итальянские бра в виде небольших тусклых полужопий. После этого часть моих привычек утратила усякий смысл. (Здесь надеюсь все заметили, как я изысканно два раза подряд употребил слова начинающихся на букву "у" - эта форма поэтизации текста называется в филологии ассонансом. Я знаю. Все мои прежние жены были виолончелистками.)
 
И вот  - стоит только вдуматься: этой женщине я отдал три лучших дня своей жизни!!!!!
 
Однако, другие привычки, несмотря на мою любовь и её способности к глубинному сверлению, у меня все же остались. Возможно поэтому некоторым людям со мной интересно общаться, а остальные от общения со мной сходят с ума. А так как не все меня выносят, много времени я провожу один. Гуляю по лесу. Там я разговариваю с деревьями.
 
Деревья в свою очередь поют мне песни. Иногда хором, иногда поодиночке. У дубов приятный баритон, а вот березы пищат, пытаясь взять верхнее "до" в припеве "айлюлилюлилюли" к русской народной песне "Во поле березонька стояла".
 
Для лесных прогулок я держу в своем гардеробе специальную прогулочную обувь: ботиночки-лoдoчки, ботиночки-бригантинoчки и ботиночки-канoнерки с aлыми пaрусaми.
 
2.
Лао-Цзы говорит: "Делая за один раз по шагу, можно пройти тысячу миль".
 
Сегодня я не готов с ним спорить.
Все дело в том, что Лао-Цзы слишком на меня похож. В основном обувью. А кроме того Он тоже вместо того, чтобы умереть от любви, пропал на Юге. И теперь никто на свете не знает где мы находимся. Мы с ним потерялись. Возможно потому что обычно смерть забирает самых лучших... но с нами на этот раз ей не повезло и она  промахнулась.
 
3.
На Юг попасть очень просто. Сначала надо некоторое время идти на Север всё дальше и дальше, и в результате ты вскоре пересечешь Северный полюс и начнешь двигаться строго в нужном направлении. Когда ты на Севере - у тебя везде Юг.  Дверь сюда всегда открыта. Дверь - это пустота и любой может пройти её насквозь, совершенно не испытывая сопротивления, никакого препятствия нет.
 
На Юге жить легко. Особенно если ты - будда.
 
А все потому, что быть буддой - это не трудная работа. Это не какие-то достижения, за которые вам дадут Нобелевскую премию. Это самая легкая вещь в мире, потому что она уже случилась без нашего ведома. Будда уже давно дышал в нас.
 
Для нашего имманентного будды нужно немножко одобрения, немножко Юга, немножко обратиться внутрь, - и это не может быть сделано насильственно. Если бы мы делали все в жизни насильственно, мы потеряли бы смысл, нить существования. Быть буддой - очень деликатное пустяковое дело. Мы вглядываемся внутрь легкомысленно, со смехом, играя, несерьезно.
 
Будда - это пустяк. Легкомысленный пустяк лишенный всякого содержания.
Потому что пустяки - самое важное в жизни.
 
Вот что Лао-Цзы имеет в виду, говоря: "Принимай события легко". Не принимайте ничего серьезно. Существование очень неприхотливо. Мы получили нашу жизнь без каких-либо усилий, и мы живем жизнь без каких-либо усилий.
 
Мы дышим и нам не надо напоминать, что надо дышать; наше сердцебиение продолжается даже во сне, так легко дается нам существование! Оно стало для нас праздником и осталось праздником навечно, навсегда. Но вы, северяне, воспринимаете существование совсем по-другому.
 
У вас слишком сжаты кулаки.
 
Вы хотите, чтобы все было достижением. Вы не хотите на Юг.
Вы думаете, что существует только Север. Только Север без признаков Юга. И вот она причина, по которой я тут перед вами мерцаю гранями словно проктолог-иллюзионист. Я хочу поделиться своим равнодушием. Его у меня опять избыток, его у меня опять чересчур.
 
4.
Пока пишу за окном пошел дождь. У нас на Юге это обычное дело - дождь за окном по вечерам.
Дождь - это повод порадоваться и выпить. Самое время достать из погреба бутылку лафита или бургундского с отпечатками пальцев кардинала Ришелье и следами его любопытных зубов на пластиковой пробке и распить её с товарищами по атараксии.
 
Дождь нужен для праздника. Для того, чтобы отражать в ночных лужах   тяжелые звезды, а утром искриться на листьях в теплых лучах второго слева ложного солнца. В третьем ряду.
 
Ведь все равно к обеду на склонах высоких гор зацветут желтые и розовые рододендроны, а вечером юные пейзанки принесут из долины с дальних виноградников плетеные ивовые корзины до верха наполненные темными кистями муската и бастардо, и поставят их на землю возле наших столов.
 
Ивовые корзины - это всегда грустно. Ведь ива - символ разлуки.
 
А корзина - символ шляпы, которая в свою очередь по мнению Фрейда обозначает хер. И поверьте - я здесь ни при чем. Метафору ивы придумал в 10 веке поэт Су Ши прозванный за изысканность своих сочинений Дунпо. А с доктора Фрейда вообще взятки гладки.
 
Су Ши (Дунпо) очень интересовался кулинарией, изготовлением вина и дегустацией чая и стал мастером в этих делах, ну точно как я. Говорят, что однажды он пригласил несколько добрых друзей насладиться чаем. После трех чаепитий их посетило озарение и они начали вдохновенно читать стихи, чтобы похвастаться своими литературными талантами.
 
Один из гостей Сы Магуан в шутку спросил у Су Дунпо:
«Лучший чай - белый, а лучшие чернила - черные. Лучший чай ощущается тяжелым,
а лучшие чернила ощущаются легкими. Чай должен смаковаться свежим,
а чернила улучшаются со временем.
Почему вы любите эти две вещи, столь отличные друг от друга?»
 
Су Дунпо отложил кисточку, хлебнул изрядный глоток виски чая и ответил:
«Лучший чай и лучшие чернила имеют свои ароматы, в этом их достоинство;
они оба устойчивы, в этом их характер. Так же, как достойные люди могут иметь
различный цвет кожи, от темного до светлого, они могут быть красивыми
или уродливыми, но их достоинство и поведение - те же».
 
Сразу видно, что Су Дунпо совершенствовался в дзэн-буддизме и участвовал в изготовлении алхимических пилюль бессмертия. Он любил шутить и редко был серьезен.
 
Он говорил: «Никто не достигнет просветления, будучи унылым гавном по жизни».
 
Спустя некоторое время он собрал в узелок все свое имущество, а именно: пол кило белого чая, квитанцию о штрафе за провоз в багаже двух карликов, валетом, палочки для еды, которые предварительно просверлил внутри, так что с их помощью можно было не только есть, но и пить,кадило с годовым запасом елея, надел на голову ивовую корзину - символ разлуки, повесил узелок на палочку, палочку положил на правое плечо, ушел к нам на Юг и тоже пропал.
 
С тех пор его никто не видел.
Не волнуйтесь.
С ним все в порядке.
 
Из его наиболее известных высказываний люди Севера чаще всего вспоминают это:
"Если вы спокойны, а вокруг вас в панике с криками бегают люди - возможно, вы ни *** не поняли..."
 
А еще сохранилась запись беседы Су Ши с шестым патриархом дзэн Хуэйнэном
Хуэйнэн спросил Дунпо:
- Как поймать зайца?
- Надо встать за дерево и издать звук морковки, - ответил поэт и ударил патриарха Хуэйнэна палкой по спине. Шестой патриарх обиделся, но промолчал.
 
Однако, спустя некоторое время поддавшись вдохновению Су Дунпо написал стихотворение:
 
Я склоняю свою голову перед Небесами под небесами
Длинноволосые лучи освещают Вселенную
Восемь ветров не могут сдвинуть меня,
Когда я недвижно сижу на пурпурно-золотом лотосе.
 
Cу Дунпо показал стихотворение Хуэйнэну.
На следующий день он нашел на дверях своего дома листок рисовой бумаги. На нем было начертаны рукой патриарха изящные иероглифы:
 
Восемь ветров не могут сдвинуть меня,
А одно пукание перенесло через реку.
 
Так Су Дунпо понял высоту ума своего друга.
 
5.
Однако я отвлекся от списка своих утраченных привычек, описание которых могло бы занять ещё несколько страниц. Просто очень тороплюсь. У меня номерок на прием к доктору Живаго на шесть часов. А сейчас скоро семь. Время еще есть. Но немного. как раз столько чтобы наврать с три короба и успокоиться.
 
Ведь когда-то у меня тоже были идеалы и я верил в любовь и верность, не смотрел рекламу, чистил зубы три раза в день, думал что нежики это  люди, был уверен, что таблица Менделеева сначала приснилась Пушкину, но он ни хрена не понял, и мне хотелось делиться со всем миром своим бесконечным счастьем.
 
А потом меня разлюбили. Точнее отправили в запас. Метафорически говоря, послали куда подальше.
 
Но вместо того, чтобы идти туда, куда говорили я раскрыл томик Лао-цзы и, руководствуясь подсказками, пошел по нему на Юг, и, когда я пришел сюда, я сразу понял, что человек - есть то, что он потерял, что веселье и гнев, печаль и радость, надежды и раскаяние, перемены и неизменность, благородные замыслы и низкие поступки - как музыка, исторгаемая из пустоты, как грибы, возникающие из испарений, как день и ночь, сменяющие друг друга перед нашим взором.
 
И никому неведомо, откуда все это?