Платоническая любовь и таинственная полусфера

   Я служила в драматическом театре звукорежиссёром. Руслан - молодой, недавно пришедший в этот театр актёр, не герой-любовник, а скорее харАктерный. Ролей у него было много, но в основном эпизодические. Только в одной комедии Руслану дали главную роль. Вёл он себя скромно, был трудолюбив, верил в Бога, соблюдал православные посты, был вегетарианцем, не курил, не употреблял спиртного, даже на банкетах, что само по себе большая редкость в мире искусства. Поговаривали, что он был девственником и что ему нравятся женщины много старше. Актрисы и костюмерши подкатывали к Руслану, но он был неприступен и в связь ни с кем не вступал.

   Я была старше Руслана лет на двадцать, а то и больше. Со мной он был подчёркнуто любезным и внимательным. На одном из банкетов по случаю премьеры я услышала, как Руслан исполняет под гитару песни собственного сочинения. Таланты барда он не выпячивал, с гитарой его видели редко. Своим выступлением он произвёл на меня впечатление. Я предложила Руслану записать ему альбом в моей профессиональной студии. Разумеется, всё бесплатно. От такого предложения у Руслана закружилась голова. А у кого не закружится?

   Для начала нужно было обговорить репертуар, отрепетировать, и я пригласила Руслана к себе в кабинет в один из вечеров после спектакля. Театр почти опустел, когда по коридору послышались шаги. Походкой вразвалочку, копируя Высоцкого, вошёл Руслан с гитарой в руках.

   Я ждала его в каком-то странном волнении, какого никогда ранее не испытывала. Это было стрессовое состояние, время замедлилось и стало тягучим. Тембр моего голоса изменился и приобрёл новый обертон, я не узнавала сама себя. Руслан тоже был взволнован, как будто играл новую роль. Завязался разговор ни о чём и обо всём на свете. Потом он пел для меня одной свои песни. Нам никто не мешал, театр уже закрылся. Перевалило за полночь, а мы всё сидели, и он пел и рассказывал. Обоим стало понятно, что домой мы уже не попадём.

   В два часа ночи Руслан вдруг вспомнил, что ему надо позвонить. Я проводила его в соседнюю комнату, где стоял аппарат, параллельный с телефоном в студии, и сразу вернулась. Прошло минут пять, Руслан всё разговаривал с кем-то в ночи. Почему так долго? Во мне стало просыпаться любопытство. С кем это он? Я сняла трубку и услышала голос Руслана:

   - Скажи, Дашка, я хорошо целуюсь?

   - Да, Руся.

   Я тотчас положила трубку. У него, оказывается, есть девушка! В театре об этом никто не знал. Любопытство, переходящее в ревность, взяло верх, и я осторожно вновь сняла трубку.

   - А она какая?

   - Она… - голос Руслана обрёл невыразимую нежность, и он почти шёпотом проговорил, - она удивительная, она такая… Такая… У неё причёска каре. Она похожа на Чурикову.

   При этих словах я чуть не рухнула со стула. Это про меня! Уже не раз я слышала сравнение с великой актрисой, но это мне ничуть не льстило, а наоборот. У той оскал лошадиный, а я всё же посимпатичней. Я продолжала подслушивать. Даша вдруг спросила упавшим голосом:

   - Ты с ней спишь? - Последовала бесконечно длинная пауза. Любой на месте Руслана принялся бы протестовать, отрицать и так далее. Но он молчал. Почему? Хотел, чтобы Даша ревновала?

   Их отношения, видимо, ещё не зашли далеко, и у Даши были основания подозревать, что у Руслана в театре есть опытная любовница. Да кто же? Она, начальница радиоцеха, конечно! Вопрос девушки застал Руслана врасплох, и он растерялся, так как подсознательно желал именно этого, боясь признаться самому себе, не то что Даше. В любом случае он был не против, чтобы его девушка поверила, что он в самом деле спит с женщиной, которая ему в матери годилась. Пусть поревнует. Это иногда бывает полезно   в отношениях. О, коварный осетин! Или украинец? Руслан был полукровкой: мать осетинка, отец украинец. Этакая смесь украинского лукавства, замешенного на осетинских дрожжах. Он так и оставил вопрос бедной Даши без ответа и перевёл разговор на другую тему.

   Я осторожно положила трубку, переживая только что услышанное. Руслан вернулся минут через десять, отведя душу сполна, и мы продолжили общение. К четырём часам утра Руслан выразил желание пойти поспать перед утренней репетицией и удалился в свою гримёрку. Я устроилась на диванчике в кабинете.

   В десять часов Руслан был свеж, как всегда. Подоспела к репетиции молодая, ещё никому не известная, актриса, которая спустя несколько лет станет кинозвездой всероссийского масштаба. Они с Русланом как наиболее трудолюбивые были поставлены разучивать чечётку в новом спектакле. Увидев меня, выходящую из кабинета, и Руслана, забежавшего пожелать мне доброго утра, актриса понимающе улыбнулась. На вахте будущей кинозвезде доложили, что Руслан уже здесь, потому что никуда не уходил ещё с вечера. С этого дня по театру поползли слухи, что между мной и Русланом что-то есть.

   Первой, у кого в глазах читался вопрос, обращённый к мне, была народная артистка, наставница Руслана: «Как ты сумела сделать с мальчиком то, что мне не удалось за годы учёбы?» В глазах другого преподавателя, заслуженного артиста, я читала: «Он стал-таки мужчиной? Несмотря на все мои домогательства?» Я спокойно смотрела им в глаза, мне нечего было стыдиться.

   Однокурсник Руслана, хитро подмигнув и отпустив какую-то сальную шуточку в адрес нас с Русланом, сразу смолк, видя, как тот взял меня за руку и гордо удалился вместе со мной. Рука у него всегда бывала шершавая и влажная, что являлось каким-то нехорошим признаком, но я старалась в это не вникать.

   Актриса, неоднократно пытавшаяся совратить Руслана, пошла ещё дальше. Заглянув в мой кабинет, она бросила взгляд на коврик перед диваном и отчётливо проговорила:

   - Так вот где у вас всё происходит? Хорошенький коврик…

   Я сделала вид, что не поняла её сарказма, а сама подумала: «Это ты на ковриках, а у меня есть диванчик».

   Перед утренними репетициями Руслан часто забегал ко мне, чтобы поздороваться и  приложиться к её губам. Это был поцелуй бабочки. Такими поцелуями он одаривал меня при встрече каждый раз и часто на глазах у всех, как будто нельзя было просто чмокнуть в щёку.

   Мы продолжали обсуждать будущий альбом, иногда по ночам. Через неделю началась запись в студии, где Руслан пел свои песни, аккомпанируя на гитаре, и декламировал стихи под музыку разных композиторов, подобранную вместе со мной. Это были незабываемые дни творческого единения. Запись песен, само собой, происходила по ночам, когда театр пуст и устанавливается тишина.
 
   Я стала смотреть все спектакли с участием Руслана по нескольку раз и заметила, что он начал играть намного лучше, чем прежде. Он раскрепостился вследствие повышающейся самооценки, и всё благодаря моему вниманию.

   Через пару месяцев запись была закончена. На презентацию альбома собрался узкий круг: актёры, друзья Руслана и Даша, скромная, тихая, симпатичная девушка, без претензий на оригинальность и не актриса. К этому времени в театре уже знали, что у Руслана есть девушка, и сплетни о нашей интимной связи постепенно угасли. Нашему творческому тандему теперь завидовали актёры, которые тоже писали стихи и были бы не прочь заиметь свой альбом. Но на такие проекты у меня уже не было сил ни физических, ни эмоциональных. Подобные подвиги я могла совершать только по большому желанию, а вернее, по большой любви. В данном случае по любви платонической.

   В июле театр ушёл в коллективный отпуск. Я скучала по Руслану, от него не было никаких вестей. Хоть бы позвонил разочек. Но молодой человек был занят личной жизнью.

   А меня вдруг осенило: я могу делать свой альбом со своими стихами в собственном исполнении. Под голос подложила музыку Баха, Вивальди, Вангелиса, Джона Серри в традициях литературно-музыкальной композиции. Голос звучал выразительно, напевно и чувственно.

   На обложку альбома я поместила своё фото, сделанное несколькими годами ранее. На снимке возле лица проявилось полусферическое белое пятно. Я спрашивала фотографа, откуда оно взялось? Но фотограф понятия не имел, что это такое. Сейчас много говорят, что на снимках часто бывают видны плазмы из параллельного мира, типа призраков или ещё какая-то чертовщина. Меня интересовал этот вопрос, но ответа получить ни у кого не могла.

   По окончании отпуска я устроила презентацию своего альбома для друзей. Пришли и Руслан с Дашей. Альбом произвёл впечатление на гостей. Мой голос завораживал и вводил в состояние медитации. Один из слушателей воскликнул:

   - Это должны услышать многие!

   Другой подхватил:

   - Альбом нужно продвигать…

   Но я была лишена амбиций и не стала нигде показывать запись, несмотря на то, что у меня оставались связи на радио и телевидении. Лишь десятку друзей я подарила компакт-диски.

   Через четыре года у Руслана и Даши родилась дочь. А ещё через пять лет Руслан оставил Дашу с ребёнком и женился на актрисе, отец которой был известным режиссёром. При встрече я задала вопрос Руслану:

   - Почему вы разошлись с Дашей? Как же так?

   В ответ Руслан вздохнул, поник головой и с едва скрываемой улыбкой произнёс:

   - Это жизнь…

   Вскоре я уволилась из театра и больше с Русланом никогда не виделась.

   Прошло двенадцать лет или двадцать два года с момента записи альбома «Она зажигает Радугу». На полке передо мной красовался мой компакт-диск, напоминая о днях, наполненных стихами, песнями и любовью. Таинственная полусфера на обложке альбома по-прежнему интриговала и раздражала.

   В тот же год мой молодой друг из США, услышав записанные мною стихи, восхитился и стал по собственной инициативе создавать клипы на запись, пролежавшую десятилетия без дела.


2022 год