Нюра

Нюра не отвечала на смс. Нюра молчала, упорно игнорируя вспыхивающий экран. В недрах мобильного мессенджера статус отправки замер, словно сообщение растворилось в пустоте. Поддавшись импульсу, он перехватил чужой телефон — аппарат своей хорошей знакомой — и быстро набрал новый текст. Представиться в спешке позабыл. Ответная реакция последовала незамедлительно. Сначала оглушительный, требовательный звонок, а следом — лаконичное, резкое, как пощечина, сообщение: «Кто это?».

У моего героя были с Нюрой дела, хлопотливые, но неизбежные. В такие минуты невольно вспоминается пронзительная повесть Валентина Распутина «Живи и помни», где сквозь текст явственно проступает трагическая мольба: «Господи, поверь мне, мы одиноки».Пожалуй, это щемящее чувство тотального одиночества сильнее всего бьет именно по таким «нюркам». И все же парадокс их натуры в том, что именно вера в чудо, манящая эстетика неизведанного и смутное предчувствие грядущего триумфа раз за разом вдохновляют их на отчаянные, часто опасные подвиги.