3

Шон проснулся от какого-то неприятного скрипа над ухом. Он разлепил один глаз и подпрыгнул, не увидев рядом Ника.
— Я здесь, — успокоил тот и пересел ближе к Банкаби, но даже так Шон видел его мутно сквозь туман, — утро, я думаю.
Серые сумерки нисколько не посветлели, но живность в лесу начала просыпаться, свистеть, кряхтеть и шуршать.
— Надо же, туман стал еще плотнее, — Шон потер лицо руками, — о, прям, умылся, — стряхнул он с ладоней обильный конденсат, — и вся одежда промокла насквозь. — Банкаби взглянул на часы, — ого, три часа проспал!
— Шон, — Ник прислушивался к чему-то, — они такие интересные.
— Аборигены?
Ник кивнул:
— У них… — он задумался, ища подходящее описание, — это не телепатия. Они не умеют читать мысли друг друга… А! Эмоции! — понял Ник. — Они очень хорошо различают тончайшие эмоциональные оттенки, некоторые даже… Ой-ой! Они учуяли чужаков.
— Нас? — поморщился Шон.
Ник, поджав губы, кивнул:
— Что нам делать?
— Мы никак не сможем сойти за своих? — без надежды спросил Банкаби.
— Нет, — Ник вызвал визуализацию мысли.
Перед ними возник худой, очевидно, мужчина с пепельно-серой кожей, желтыми радужками глаз и длинными прямыми молочно-белыми волосами, стянутыми на макушке в конский хвост. Он был почти голым, в одной лишь набедренной повязке из каких-то перьев. К нему подошла не больше одетая женщина, протянув длинную палку с заостренным концом. За перья ее повязки цеплялся голенький малыш.
— М-да, — потер подбородок Банкаби, — за своих точно не сойдем. Это он за нами собирается?
— Угу, — кивнул Ник, — и другие мужчины из деревни.
Шон оглянулся по сторонам, но куда бежать от почти телепатов? Да и флаер, выделяющийся в тумане мутной темной горой, не спрятать.
Он, вздохнув, покачал головой:
— Прощай, «Первый Закон».
— Здравствуй, первый контакт, — не очень весело продолжил Ник.
Через полчаса послышался легкий треск веток.
— Быстро они, — шепнул Ник, — тут больше трех километров по прямой.
— Хоть бы туман рассеялся, — так же тихо ответил Шон. — Ты их видишь?
— Чувствую, — кивнул Ник. — Одни вышли к флаеру, рассматривают с любопытством. А вот и другие.
Серые аборигены осторожно подошли к термоодеялам и уставились на вставших Шона и Ника. Они не угрожали и не прятались.
— Как-то не очень они удивлены видом инопланетян, — шепнул Банкаби, не сводя с них глаз и на всякий случай держа руку на бластере.
— Верно, — медленно ответил Ник, прислушиваясь к чувствам аборигенов. — Они ждут.
— Чего?
— Наших эмоций. В нас нет страха и агрессии, они отвечают тем же. Мы рассматриваем их, они нас. Их особенно изумляет необычный покров наших тел, — едва сдержал улыбку Ник и, пару секунд подумав, обратился, — Шон?
— Что?
— Я есть хочу.
— У тебя же… — Банкаби сообразил, что Ник специально вызвал чувство голода.
В ответ самый старший из аборигенов улыбнулся Нику и, раскрыв ладонь, широким жестом указал в сторону, откуда они появились. Ник не шелохнулся, и старший повторил жест, а за ним и остальные начали улыбаться и так же указывать.
— Зовут нас с собой? — спросил Шон.
— Угу.
— У них «камня за пазухой нет»?
— Нет, — Ник улыбнулся им в ответ. — Они почувствовали, что я голодный, и зовут на завтрак, очевидно.
— Все так просто? — Шон по-прежнему не убирал руку с бластера.
— Осторожнее с недоверием, они его чувствуют.
— Ну, уж пусть простят. Мне твоя безопасность важнее.
— Моя? — Ник с удивлением посмотрелся на Банкаби.
— Конечно. Мне еще отчитываться перед капитаном, что втянул тебя в эту передрягу.
— Ой, Шон, не вини себя. Ну, что? Пойдем в гости?
— Давай, попробуем, — Банкаби слегка поклонился зовущим их аборигенам. — Ник, не отходи от меня ни на шаг, — улыбнулся он хозяевам планеты.
— Уж будьте уверены, тенарх, — ответил Ник, взявшись за его руку.
Аборигены двигались легко и очевидно очень быстро, но теперь соразмеряли свой ход со скоростью гостей.
Туман поредел толи потому, что они углубились в лес, толи наступал день. Стали более отчетливо видны светлые стволы деревьев, серебристо-бархатные листья кудрявых кустарников и широкие размашистые стрелы высокой темно-серой травы, которую аборигены старательно обходили.
Старший указал на нее гостям и что-то сказал, изобразив непонятный жест, но Ник уверенно перевел:
— Ядовитая, прикасаться опасно.
— Хорошо, спасибо, не будем, — кивнул старшему Шон.
По дороге аборигены стали тихо переговариваться, активно жестикулируя, так что даже Банкаби заметил, как они все чаще посматривают и указывают друг другу на Ника.
— Ты им очень нравишься или что? — стараясь сохранить доброжелательность, спросил Шон.
— Не знаю, я чувствую их возрастающее внимание, но не могу понять причины.
— Да? — рука Шона вновь легла на бластер.
— В них нет агрессии, — ответил Ник, — только любопытство и уважение, кажется. С чего бы? — удивился он и вдруг резко встал, почувствовав неудержимую голодную ярость.
Аборигены вмиг испугались, схватившись за колья, но направили их в лес, прикрывая Ника с Шоном и тревожно оглядываясь.
— Что не так? — Банкаби выхватил бластер.
— Там, — почти одними губами ответил Ник, указав в туманную чащу.
Аборигены вмиг перегруппировались.
Через пару секунд из чащи вышло лысое двуногое животное величиной с пару флаеров, потянуло длинным носом, учуяв еду, издало такой рев, что заложило уши, и, ломая деревья и кусты, с алчной радостью ринулось на людей.
Аборигены дрогнули. Ник отчетливо чувствовал их ужас. Но, испуганно переговариваясь, они остались стоять, прикрывая гостей.
— Да, куда ж вы с палками-то, — Банкаби перемахнул через их головы и выстрелил из бластера в миг прыжка зверя.
Тот коротко крикнул и всей массой рухнул на аборигенов, пригнувшихся, выставив колья, и… они замерли, открыв рты. Распростершийся зверь завис в воздухе. Из его пробитой головы струйкой текла кровь. Ник без страха посмотрел на животное и, провожая его взглядом, мысленно аккуратно положил на траву. Аборигены, округлив глаза, наблюдали за необычным мальчиком.
— Ты их поразил, — Шон с улыбкой обнял Ника.
Аборигены, перешептываясь, не сводили с Ника глаз. Наконец, старший, что-то непрестанно говоря, с большим почтением указал Нику путь вперед.
«И опять не слишком удивились, — подумал Банкаби, — что-то тут…»
Четверо аборигенов во главе со старшим, торжественно подняв колья, сопровождали Ника и Шона, а остальные принялись разделывать тушу животного.
— Они предвкушают большой пир, — понял их Ник.
— Еще бы, такой громадины хватит на несколько сотен.
Туман совсем рассеялся, небо стало молочно-белым без признаков солнца.
Вышли на край большой поляны, отлого спускающейся к огромному озеру, на берегу которого была хорошо видна небольшая деревня. Старший, подходя к ней, стал что-то громко выкрикивать. Народ высыпал из домов, встречая гостей и с радостью активно жестикулируя.
— Что это они так? — Ник смутился, чувствуя, что все внимание аборигенов обращено на него.
— Мало того, что прилетел с неба, — широко улыбался им Шон, — так еще и страшилище в легкую поднял. Они уж, бедняги, наверняка с жизнью прощались. Кстати, отважный народ и благодарный, гостеприимный.