4

Ника и Шона отвели в самый центр деревни и усадили на небольшое возвышение, устланное серыми циновками.
Им наперебой подавали самые разнообразные блюда. Каждый старался протолкнуться поближе к гостям и предлагал свою часть угощенья, и казалось, для серых аборигенов не было большего счастья, когда Ник или Шон что-то брали с их тарелок.
— Осторожнее с едой, Ник, — Банкаби улыбался и приветливо раскланивался на все стороны, — мы отравимся даже самой полезной для местных пищей.
— Да, понимаю, — Ник заметил старушку, одетую, в отличие от остальных, в длинный серый балахон, которая никак не могла подойти к нему. — А она не из местных, — шепнул Ник.
— Похоже на то, — согласился Банкаби, — по крайней мере, по одежде. А вон те четверо (на десять часов), — он заметил относительно одетых крепких мужчин, стоящих в стороне, — ее сопровождающие. Судя по тому, как взмокли и до сих пор не отдышались, они долго бежали, чтоб старушка смогла встретиться с нами. Что-то в этом… — Шон не договорил, снова раскланиваясь и принимая угощенья.
В образовавшейся очереди старушку не толкали, но постоянно кто-то более резвый и молодой обгонял. Ник отчетливо чувствовал ее растущее отчаяние, ему вдруг стало очень жаль старушку. Он встал и, подойдя к ней, протянул руку, подражая аборигенам, открытой ладонью вверх, потом с широким жестом проводил ее на холм и посадил рядом с собой. Толпа аборигенов вдруг с радостным ликованием зашумела.
— Сдается мне, это был экзамен, — заметил Шон, — не так-то и прост этот народ. Но ты его сдал на «отлично», судя по их радости.
— Кажется так, но за кого они меня принимают?
Старушка протянула Нику плетеное блюдо с какими-то зернами.
Он с благодарностью поклонился ей и взял блюдо.
Старушка, что-то говорила, жестами предлагая Нику еду:
— …кушай, звездный н'ари, — договорила она, по особому прищелкнув языком.
Ник замер.
— «Глория»! — сообразил Банкаби, — Переводчик заработал. Мы в радиусе ее действия!
Ник облегченно вздохнул:
— Большое спасибо, эна, — ответил он.
— Н'ари, мы так долго ждали тебя, — продолжала старушка. — Но как ты сможешь нас всех забрать на такой маленький корабль?
Ник моргнул и покосился на изумленного Шона.
— Похоже, не первый контакт, — шепнул тот.
— Э-э,.. это не корабль, эна, — ответил Ник, — только флаер. Лодка, — указал он, заметив их на берегу.
Старушка поняла и радостно закивала:
— Это только лодка, — довольно объявила она всем. — А твой звездный корабль, н'ари, в небе? — указала она пальцем.
— Ну… да. Эна, можно узнать, как к вам обращаться?
— Я — Ха-Ава, Мать н'ари.
«Она главная на планете, приплыла в лодке с противоположного берега», — отчетливо услышал Банкаби мысль Ника. — Очень приятно, эйна, — произнес он вслух. — Я — Ник, а это Шон.
— Твой хранитель, — старушка внимательно посмотрела на Банкаби.
— Друг, — поправил Ник, но Ха-Ава не поверила. — Он заботится обо мне и переживает, как бы со мной не случилось плохого, — пояснил он.
— Ты важнее его, — прищурилась старушка.
— Нет, — решительно не согласился Ник. — Шон, тенарх  Банкаби, главный инженер на «Глории», нашем корабле. Он намного, намного важнее меня.
Ха-Ава почти ничего не поняла из титулов Шона:
— Он не н'ари, но очень любит тебя, — лишь заключила она.
— Да, Шон лиртиец, и мы друзья. Эна, Ха-Ава, — осторожно спросил Ник, — а что такое «нари»?
— Ты — н'ари. В глазах, темных, как космос, — она ласково приподняла лицо Ника за подбородок, — звездная ночь светится, когда ты рад. И вещи малые и великие повинуются воле твоей.
— Инари! — понял Ник.
Старушка прислушалась к его произношению и согласно кивнула:
— Мы тоже были н'ари, — горестно вздохнула она. — Наши предки не хотели слушать Мистру Л'анри. Они поверили к’ахи, а те обманули наших предков, обещая лучшую жизнь. Они привезли и бросили нас в мире, где молоко залило небо так, что нет ни звезд, ни солнца. И мы умирали здесь от болезней. А кто выжил, сами стали, как молоко. Глаза, не видя звезд, утратили свет, кожа, не видя солнца, стала серой, как тень. Мы жили долго, как Л'анри, но теперь жизнь скоро совсем угаснет в нас.
— Мистру Ланри… Магистр Лан-Ром! Я знаю его. Виделся всего месяц назад.
Старушка изумленно подняла белые редкие брови:
— Как возможно?! Мы уже десятое поколение живем тут.
— Да, ему 562 года.
— Но выглядит он отлично, — вставил слово Шон. — Я тут подумал: нари — инари, мистру — магистр, а кахи, уж не наши ли «друзья» кархане?
Старушка внимательно посмотрела на него, чувствуя сильное противоречие между словом «друг» и эмоциями Банкаби.
— Они и вам сделали беду, притворяясь друзьями? — спросила она.
— Не то слово, — кивнул Шон.
Ник выпрямился. Удивительная встреча взволновала и отвлекла его, но теперь:
— Что-то не так, — с возрастающей тревогой выдохнул он.
Н'ари вмиг замолчали и замерли, прислушиваясь к его чувствам.
— О чем ты? — насторожился Шон.
— Кархане, — в глазах Ника полыхнул огонь страха. — Они возвращаются!
— К звезде? — упавшим голосом договорил Банкаби, — неужели они решатся вновь повторить свой жуткий эксперимент?