Вира для веры

Вира для веры

А может перестать выставлять самому себе счета? Андрей Притиск

Бытуют слова, которые настолько давно живут в языке, что их восприятие замыливается, перестаёт замечать их образное устройство, хотя, иногда, достаточно немного повернуть слово, чтобы вместе с ним повернулось и привычное понимание того, что мы считали давно о нём известным. Вера - как раз относится к таким словам, потому что мы привыкли видеть в ней убеждённость, надежду, доверие к чему-то невидимому, тогда как рядом с ней, почти забытая, стоит другая часть смысла, гораздо более земная и потому гораздо более интересная: вира - как плата, как то, что необходимо отдать за возможность удерживать определённую реальность в собственном восприятии.

Получается, что вера никогда не бывает бесплатной, хотя человек чрезвычайно любит считать именно так. Можно верить в Бога, в судьбу, в любовь, в успех, в собственную несостоятельность, в неизбежность поражения, в то, что тебя никто не понимает, в то, что однажды всё обязательно станет хорошо, и каждая такая вера будет потреблять энергию, потому что любое устойчивое убеждение необходимо поддерживать вниманием, эмоцией, памятью, ожиданием и постоянным подтверждением его правильности, иначе оно постепенно начнёт рассыпаться, как плохо сложенная конструкция, которую слишком долго удерживали руками.

Вот поэтому, вира для веры становится не просто красивой игрой слов, а вполне практической вещью, поскольку за каждую веру человек платит собственной энергией, причём зачастую даже не замечает, куда именно эта энергия уходит. Тот, кто верит в собственное невезение, ежедневно оплачивает эту веру поиском подтверждений, тот, кто верит в опасность окружающего мира, расходует силы на постоянное обнаружение угроз, а тот, кто свято уверен в собственной неизменности, вынужден тратить немалую часть жизни на то, чтобы не позволить себе стать кем-то другим, ведь тогда придётся признать, что прежняя версия себя была не законом природы, а всего лишь хорошо оплаченной привычкой.

Человек вообще удивительно щедр, когда речь идёт о содержании собственных убеждений, потому что на страх, обиду, ревность, чувство вины, необходимость быть правым и бесконечное доказательство собственной правоты энергии почему-то хватает почти всегда, хотя на самое простое действие, которое действительно могло бы изменить положение вещей, её внезапно становится недостаточно. Здесь возникает своеобразная внутренняя бухгалтерия, в которой человек одновременно является кассиром, клиентом и должником, сам себе выставляет счёт за содержание старой картины мира, сам его оплачивает и затем удивляется, почему к вечеру опять нет сил.

Особенно дорого обходится вера в то, что мир обязан оставаться таким, каким мы его однажды увидели. Для поддержания этой веры приходится постоянно сравнивать настоящее с прошлым, отбрасывать всё, что не совпадает с привычной картиной, объяснять неудобные обстоятельства случайностью и защищать собственные выводы от любого опыта, который способен их поколебать, поэтому, человек нередко устаёт не от самой жизни, а от непрерывной работы по сохранению её старой версии.

Становится заметно, что энергия, которую человек ищет снаружи, очень часто уже занята внутри, потому что она расходуется на обслуживание тех конструкций, которые он когда-то принял за себя, за мир и за истину. Страх требует энергии для своего существования, обида требует энергии для продолжения, прошлое требует энергии для постоянного воспроизведения, а убеждение в собственной ограниченности требует ещё больше энергии, поскольку его приходится подтверждать каждым новым отказом от возможности.

Поэтому вопрос «во что я верю?» далеко не так интересен, как вопрос «за что я плачу своей энергией?», потому что ответ на него показывает не красивые убеждения, которые человек готов назвать вслух, а настоящую архитектуру его жизни. Можно сколько угодно рассказывать о свободе, но если вся энергия уходит на защиту страха, свободе просто нечем будет воспользоваться; можно говорить о новом пути, но если вся внутренняя сила занята сохранением старого, новый путь останется красивой декорацией, которой можно любоваться до самой старости.

В этом смысле, вера становится не столько убеждением, сколько направлением энергии, и здесь появляется возможность изменить сам принцип её работы. Можно верить в заранее известный результат и годами расходовать силы на поддержание образа этого результата, а можно доверить энергию самому движению, не требуя от неизвестного немедленно предъявить паспорт, справку о благонадёжности и письменное обещание, что всё закончится именно так, как нам хочется.

Последний вариант значительно интереснее, потому что тогда вера перестаёт быть попыткой заставить реальность соответствовать ожиданию и становится готовностью позволить восприятию расшириться настолько, чтобы заметить то, чего раньше в нём вообще не было. Человек не обязан заранее знать, что получится, ему достаточно перестать тратить всю свою энергию на доказательство того, что ничего не получится, поскольку иногда именно это доказательство и является самым дорогим товаром, который он всю жизнь приобретает за собственные деньги, только деньги эти называются энергией.

Вира потому и оказывается платой за веру, что всякая вера что-то удерживает, а удержание требует силы. Пока человек продолжает кормить вниманием старую картину мира, она будет казаться живой и естественной, но стоит перестать постоянно поставлять ей энергию, как выясняется, что многие убеждения обладают удивительной самостоятельностью только до тех пор, пока кто-то ежедневно оплачивает их содержание.

Возможно, поэтому изменение реальности начинается не с поиска новой веры, а с обнаружения старой, за которую мы слишком долго платили. Не обязательно спорить с ней, уничтожать её или срочно заменять противоположной, поскольку противоположное убеждение, купленное на те же деньги, очень быстро становится таким же дорогим; достаточно увидеть, сколько собственной энергии уходит на поддержание этой конструкции, и тогда часть энергии впервые оказывается свободной от необходимости продолжать старую оплату.

И вот здесь происходит самое интересное: освобождённая энергия не исчезает, она возвращается в восприятие и действие, а вместе с ней появляется возможность увидеть больше, сделать иначе, выбрать то, что прежде даже не попадало в поле внимания, потому что вся внутренняя мощность была занята обслуживанием уже принятой версии мира.

Поэтому вира для веры оказывается не наказанием и не платой за ошибку, а мерой того, насколько дорого нам обходится собственная убеждённость. Иногда человек обнаруживает, что всю жизнь платил энергией за право оставаться тем, кем уже давно перестал быть, и тогда самым разумным поступком становится не поиск ещё одной истины, а прекращение платежей по старому договору, который никто, кроме него самого, никогда и не подписывал.

Потому что вера может создавать реальность только тогда, когда энергия движется через неё, а не застывает внутри неё. Если энергия направлена в страх, реальность будет собираться вокруг страха, если она направлена в ожидание поражения, восприятие будет услужливо находить подтверждения поражению, а если энергия освобождается от необходимости постоянно поддерживать старое, у реальности наконец появляется возможность оказаться больше той, которую человек так долго оплачивал.

Вот почему иногда полезно не спрашивать себя, во что ты веришь, а посмотреть, куда ежедневно уходит твоя энергия, потому что именно там, а не в красивых словах, находится твоя настоящая вера. И если обнаружится, что слишком большая её часть уходит на поддержание того, от чего ты давно хотел бы избавиться, возможно, пришло время не менять веру, а перестать платить за неё.

Потому что самая дорогая вера та, которая требует от тебя всю жизнь оставаться прежним. А самая свободная начинается там, где энергия перестаёт быть платой за старое и снова становится возможностью для нового.

По вере вашей да будет вам.

Андрей Притиск (Нагваль Модест) ©