Стерлитамак. Не катя, а катастрофа

История о молодости, дружбе и людях, которых годы не стирают из памяти

Автор: Александер Наилевич Арсланов

Иногда меня спрашивают, зачем я пишу о людях из прошлого.

А я и сам порой об этом думаю.

Наверное, с годами начинаешь совсем по-другому относиться к памяти. То, что когда-то казалось обычным и даже не заслуживающим особого внимания — встреча на автовокзале, поездка в машине, разговор друзей, чей-то смех, — через десятилетия вдруг становится дорогим.

В молодости мы ведь не знаем, что проживаем будущие воспоминания.

Нам кажется, что времени впереди — вагон.

Ещё увидимся.

Ещё поговорим.

Ещё куда-нибудь съездим.

Ещё посидим вместе.

Ещё посмеёмся.

А потом однажды оглядываешься и понимаешь: годы-то прошли.

И оказывается, что самые обычные дни были совсем не обычными. Просто тогда мы этого не понимали.

Один из таких людей моей молодости — Катерина из Стерлитамака.

Иногда мы с ней созваниваемся. Узнаём, как дела, вспоминаем общих знакомых, какие-то истории. Иногда один начинает рассказывать, второй поправляет:

— Да не так всё было!

— А как?

— А вот так!

И начинается.

Спорим, смеёмся. И уже не так важно, кто из нас правильно помнит события многолетней давности. Важно другое: нам всё ещё есть что вспомнить вместе.

А иногда открываю нашу группу и вижу голосовое сообщение от Кати.

Нажимаю.

И слышу знакомое:

— Братиш… как ты?

Всего три слова.

Но сколько в них всего.

Наверное, поэтому мне и захотелось написать про Катю.

Не биографию. Не перечисление дат, фамилий и событий. Просто рассказать несколько историй о человеке, которого знаю много лет.

Тем более что начиналась эта история весьма необычно.

Можно даже сказать — с первой маленькой катастрофы.

КАТЯ В ПРЯТКИ ИГРАЛА

Катя тогда была совсем маленькой.

Настолько маленькой, что в прятки она ещё толком играть не умела.

Хотя, как оказалось, это ей совершенно не мешало.

Однажды Катя в прятки играла так, что искали её всем домом.

Правда, сама Катя об этой игре даже не подозревала.

У её дяди были проводы в армию.

Дом был полон гостей. Смех, разговоры, песни, праздничная суета. Женщины накрывали на стол, мужчины что-то переносили, переставляли мебель, дети бегали по комнатам.

А маленькая Катя спокойно спала на кровати.

Кому-то понадобилось переложить большую пуховую перину с одной кровати на другую.

Взяли перину.

Перенесли.

И никто не заметил, что вместе с ней совершенно незаметно «переехала» и Катя.

Праздник продолжался.

Разговоры, песни, гости.

Через некоторое время наступил час кормления.

— А где Катя?

Сначала спросили спокойно.

Посмотрели на кровать.

Нет Кати.

В другой комнате посмотрели.

Нет.

Под кровать заглянули.

Нет.

За дверь.

Тоже нет.

— Кто Катю видел?

— Кто её брал?

— Куда ребёнок делся?

И вот тут уже стало не до праздника.

Ещё несколько минут назад дом гудел от разговоров и смеха, а теперь ребёнка искали все.

Представляю, что творилось в тот момент со взрослыми.

Кто-то бегал из комнаты в комнату. Кто-то спрашивал гостей. Кто-то уже, наверное, представлял самое страшное.

А главная виновница переполоха в это время спокойно спала.

Под пуховой периной.

Наконец кому-то пришло в голову её поднять.

Подняли.

А там — Катя.

Раскрасневшаяся от жары, сонная, живая и здоровая.

И, похоже, единственная во всём доме совершенно не понимавшая, из-за чего вокруг столько шума.

Вот так Катя впервые сыграла в прятки.

Не пряталась.

Не убегала.

Даже правил игры не знала.

А выиграла у всех взрослых сразу.

Сначала, конечно, было не до смеха. Все перепугались. Потом выдохнули.

А спустя годы эта история превратилась в семейную легенду.

Наверное, уже тогда судьба решила немного намекнуть окружающим:

— Какая ещё Катя?

Не Катя, а Катастрофа!

СТЕРЛИТАМАК НА КАРТЕ И В ПАМЯТИ

Есть города, названия которых произносишь строго, как написано на дорожном указателе.

А есть Стерлитамак.

У нас в компании с ним всегда было веселее.

Стоило кому-нибудь сказать:

— Еду в Стерлитамак…

как обязательно находился шутник:

— Куда-куда? В Стерлик? В Стерлитамах?

И начиналось.

За годы разговоров название города пережило столько дружеских сокращений, переставленных букв и придуманных вариантов, что можно было составить отдельный словарь.

Но тут важно правильно понять.

Мы никогда не смеялись над самим городом и тем более над его жителями.

Это были обычные шутки друзей.

Наверное, так и происходит с местами, которые постепенно становятся своими. У них появляются домашние названия, связанные с ними истории, знакомые лица.

Для меня Стерлитамак давно уже не просто точка на карте.

Это люди.

Друзья.

Поездки.

Встречи.

Молодость.

И, конечно, Катя.

АВТОВОКЗАЛ

Катерина выросла.

В её жизни появился Александр Щеглов.

Они полюбили друг друга, создали семью. Были молодыми, строили планы, мечтали о будущем.

Мне самому доводилось видеть их счастливыми.

Особенно хорошо помню наши поездки на автовокзал.

Мы с Сашкой приезжали встречать Катю, когда она возвращалась из Стерлитамака.

Автобуса ещё нет, а Сашка уже смотрит вдаль.

Ждёт.

Вот появляется автобус.

Подъезжает.

Открываются двери.

Начинают выходить пассажиры.

И появляется Катя.

Надо было видеть в этот момент Сашкины глаза.

Лицо сразу менялось. Появлялась улыбка.

Такие вещи невозможно сыграть.

Я был рядом и видел это своими глазами.

Так смотрят на человека, которого действительно ждали.

Потом мы садились в мою «восьмёрку», ВАЗ-2108.

Я — за рулём.

Сашка с Катькой — пассажиры.

И едем домой.

А они всю дорогу разговаривают.

Смеются.

Перебивают друг друга.

Рассказывают новости.

Видно, соскучились и пытаются за короткую дорогу наговориться обо всём сразу.

А я кручу баранку и слушаю их.

Сейчас вспоминаю и думаю: какие же мы всё-таки были молодые.

И ведь никуда не торопились стареть.

Нам казалось, что впереди ещё бесконечно много времени.

Что ещё будут сотни таких поездок.

Сотни встреч на автовокзале.

Сотни разговоров.

Сотни поводов увидеть друг друга.

Мы тогда не знали простой вещи.

Иногда самые обычные минуты спустя годы становятся самыми дорогими.

Автовокзал.

Автобус из Стерлитамака.

Сашка, который ждёт Катю.

Моя «восьмёрка».

Я за рулём.

Они рядом.

Казалось бы, что здесь особенного?

А вот прошло столько лет — и помню.

СЕМЬЯ

У Катерины и Александра родился сын Сергей.

Ребёнок в молодой семье меняет всё.

Появляются новые заботы, радости, бессонные ночи, тревоги. А вместе с ними приходит такое чувство, которое, наверное, невозможно объяснить человеку, пока он сам не станет родителем.

Сергей рос.

Шли годы.

Из мальчишки постепенно становился самостоятельным человеком.

А потом выбрал серьёзный путь — поступил в кадетское училище.

Для матери это непростой момент.

Вроде бы понимаешь: сын взрослеет, у него начинается своя жизнь, свои решения, свой характер.

А материнское сердце всё равно говорит:

— Маленький ещё…

Наверное, для родителей дети вообще никогда окончательно не становятся взрослыми.

Сколько бы им ни было лет.

Но наступает момент, когда нужно отпустить.

Не перестать любить.

Не перестать переживать.

А просто дать человеку идти своей дорогой.

Катя отпустила.

И гордилась сыном.

У СУДЬБЫ СВОИ МАРШРУТЫ

Жизнь редко идёт точно так, как мы когда-то придумали.

В молодости кажется: вот сейчас всё сложилось, значит, так будет всегда.

Но у судьбы свои маршруты.

Со временем дороги Катерины и Александра разошлись.

Так бывает.

Я вообще не люблю судить чужие семейные истории.

Особенно спустя годы.

Мы никогда до конца не знаем, что происходит между двумя людьми. У каждого своя правда, свои переживания, свои ошибки, свои причины.

И не обязательно искать виноватого.

Два человека могут пройти вместе большую и важную часть жизни, а потом продолжить путь отдельно.

Но разве от этого исчезает то хорошее, что между ними было?

Нет.

Не исчезают прожитые годы.

Не исчезает сын.

Не исчезают фотографии.

Не исчезают воспоминания.

И уж точно не исчезают моменты, когда люди были по-настоящему счастливы.

Поэтому, когда сегодня я вспоминаю Катю и Сашу, мне почему-то первым приходит в голову не то, что однажды их дороги разошлись.

Я вспоминаю автовокзал.

Подъезжающий автобус.

Сашка ждёт.

Катя выходит.

Он улыбается.

Потом моя «восьмёрка».

Я за рулём.

Сашка с Катькой пассажирами.

О чём-то говорят, смеются.

А мы едем домой.

Вот это почему-то осталось особенно ярко.

СТАРЫЕ ФОТОГРАФИИ

Иногда берёшь в руки старые фотографии и замечаешь удивительную вещь.

Люди на них не стареют.

Вот Катя совсем девчонка.

Вот ещё маленькая.

Вот уже взрослая.

Вот свадьба.

Белое платье, фата, цветы.

Рядом Саша.

В тот день они ещё не знают, сколько всего впереди.

Да никто из нас этого не знает.

На фотографиях время остановилось.

Человек улыбается, а за кадром ещё нет будущих радостей и разочарований, встреч и расставаний.

Есть только этот конкретный день.

Может быть, поэтому старые фотографии с годами становятся всё дороже.

Смотришь на них и вспоминаешь не только тех, кто изображён на снимке.

Вспоминаешь самого себя.

Каким ты тогда был.

О чём мечтал.

Чего боялся.

Над чем смеялся.

Куда спешил.

И кажется, ещё немного — и фотография заговорит.

БРАТИШ… КАК ТЫ?

Сегодня у каждого из нас своя жизнь.

Мы стали старше.

Много чего произошло за эти годы.

Кого-то из тех, кто был рядом в молодости, давно не видели. С кем-то жизнь развела по разным городам. С кем-то неожиданно снова встретились спустя десятилетия.

Но существует какая-то невидимая ниточка, которая тянется из того времени до сегодняшнего дня.

Иногда мы с Катей созваниваемся.

— Ну что, как дела?

— Как жизнь?

А потом обязательно начинаем вспоминать.

Стерлитамак.

Знакомых.

Молодость.

Какие-нибудь истории.

Иногда выясняется, что один помнит совсем не так, как другой.

— Да не было такого!

— Как не было? Я же помню!

— Ничего ты не помнишь!

И смеёмся.

Да и какая теперь разница, кто там был прав много лет назад?

Главное, что есть кому сказать:

— А помнишь?..

Это, наверное, и есть одна из самых больших ценностей возраста.

Когда остаются люди, с которыми у тебя есть общее «помнишь».

А потом проходит несколько дней или недель.

Открываю нашу группу.

Смотрю — голосовое от Кати.

Включаю.

И слышу:

— Братиш… как ты?

И каждый раз улыбаюсь.

Потому что в этих трёх словах для меня помещается целая эпоха.

ЗАЧЕМ Я ЭТО ПИШУ

Наверное, вот ради этого я и пишу такие рассказы.

Не для того, чтобы превратить чью-то жизнь в красивую легенду.

Не для того, чтобы сказать, будто раньше всё было лучше.

И уж точно не для того, чтобы копаться в чужой судьбе.

Я пишу о том, что видел сам, что помню, что осталось со мной.

Потому что люди нашей молодости заслуживают того, чтобы добрые истории о них не исчезали.

Пока мы можем позвонить друг другу.

Пока можем спросить:

— Как ты?

Пока можем посмеяться над старой историей про пуховую перину.

Пока помним автовокзал, «восьмёрку», дороги, свадьбы, встречи и лица тех, кто когда-то был рядом, — наша молодость окончательно от нас не ушла.

У памяти вообще своя география.

В ней расстояния измеряются не километрами.

Годами.

Вместо дорожных указателей там знакомые лица.

Вместо навигатора — старые фотографии.

А вместо обратного билета иногда достаточно нескольких слов.

— Братиш… как ты?

И всё.

Ты уже снова там.

Молодой.

За рулём своей «восьмёрки».

Рядом друзья.

Впереди дорога.

Никто никуда не торопится.

И кажется, что времени у вас ещё целая вечность.

А где-то совсем далеко в прошлом маленькая девочка спит под огромной пуховой периной.

Взрослые бегают по дому.

Ищут её.

Переживают.

— Где Катя?!

А Катя спит.

Она просто в прятки играет.

Причём так, что искать пришлось всем домом.

Вот с такой истории всё и началось.

Катя…

Хотя нет.

Какая Катя?

Не Катя, а Катастрофа!