Сонеты осени

Утром выглянуло солнышко, а потом небосвод постепенно помутнел, и закрапал сначала мелкий, а потом дружный, шумливый дождь.
Дождь лил, как из ведра целых два часа, потом тучи растянуло ветерком и дождь прекратился. Снова выглянуло солнышко. День октября разгуливался.  В лесу остро пахло дождевой водой, палыми листьями, багульником, грибами. Солнечный свет неровно растекался по сосняку.  Под ногами шуршали, звучали сонеты осени - палые листья, как классическая музыка. Мелодии шуршащих листьев хорошо было в глубокой тишине слушать, берёзам хорошо ронять в тиши свои золотые листья, солнцу хорошо греть последним теплом остывающие воды озера Киндер.   
С ближнего топкого болота доносились трубные крики журавлей, тонкие берёзки, как по какой- то команде, сменили зелёные косынки на жёлто - рыжие полушалки. Слабо пахло брусникой, её перебивал острый запах багульника. 
Разрезая воздух крыльями, со свистом пролетели утки к лесному озеру Киндер.
На болотных кочках алела созревшая клюква. Пение птиц не раздавалась совсем, лишь синичка тонко - тонко попискивала в орешнике. Где - то недалеко крикнул дятел:" Пик....пик...". Вдруг хрустнула ветка, зашелестели жёлтые листья орешника, послышался чеё - то глубокий вздох. Лось рядом кормился, обглодал сосну.
Сыроежки, подберёзовики попадались всюду, а вот подосиновики в мелколесье. Когда я нёс очередной толстяк - подосиновик, застрекотали сороки. Часовые на посту.
В торфяной канаве с тёмной водой, деловито крякая, плескались утки. Звонкий голос сойки прозвенел в тиши тревожно. Глушь нарастала.
Я по топкой тропе подхожу к берегу озера Киндер: примыкающие к нему заросшие мелкой берёзкой, кустами багульника, брусничные кочки и клюквенные островки с изумрудными коврами мхов уходят к глухим сосновым опушкам - горельникам.
сейчас лес вокруг вырубили, остались одни гари, где валяются обугленные сучья, стволы, коренья, огромные пни, как знак забвенья.
Серые сумерки сгущались. Смеркалось. По луговине потянулся полосами сиреневатый туман. В вечернем небе тихонько щебеча, вытянувшись тремя нитками, летела гусиная стая на юг.