142

- Барыня, там Александру Ильиничну нашли, - запыхавшаяся горничная поспешила с новостью, как только коляска Лидии въехала во двор.
Сердце страшно застучало.
- А Иван Алексеевич?
- Тама, - махнула рукой в сторону дома.
Лидия ещё с утра поняла, что все неприятности по поиску пропавшей женщины возьмёт на себя доктор, молча и без просьб с её стороны, просто для того, чтобы облегчить её участь. Она догадалась, что как только они с Таней скроются за воротами, поиски начнутся. Лидия старалась об этом не думать, лишь перед выездом из поместья велела слугам выполнять указания врача.
И вот – он нашёл.
Не спеша сошла с коляски. К ногам будто мельничные жернова прикованы. Чтобы их передвигать, требовались немалые усилия. Как пережить ещё и это?
- Где она… была?
- Под полом, барыня. Связанная…
- Под каким полом? В доме?
- Да… Прямо под вашей комнатой.
Муженёк никогда не забывал про неё. Редкая минута обходилась без сюрпризов. Вот и очередной. Или этот будет последним? Вряд ли.
С тех пор, как он исчез, прошло несколько часов. Иван Алексеевич послал слуг в сторону города. Возможно, и оттуда уже есть новости.
Да уж… Как бы ни было теперь непривычно Тане в крестьянской избе, там всё же лучше, чем здесь. В их шикарном доме сейчас невыносимо.
Переступила порог. Остановилась.
- Где она?
- Доктор приказал отнести её в ту же комнату, где она была и раньше. Только он велел теперь туда никого не впускать.
- Почему? – Лидия всё ещё нерешительно стояла у порога.
- Он кости обратно в голову вправляет… - горничная в ужасе прижала ладони к щекам.
- Так она… жива?
- Чуть только… Едва дышит. А уж голова вся как есть разбитая… Дуня свечу держала, пока доктор… эта… кости назад засовывал… Да долго не смогла - сомлела, позвали Данилу… Он до сих пор там… Светит, должно быть.
Лидия почувствовала, как от таких новостей закружилась голова и у неё. На минуту закрыла глаза.
- Хорошо… Ступай…
Медленно пошла к комнате гостьи. Села на стул у двери. Замерла. Теперь за этой дверью решается многое.
Иван Алексеевич вышел лишь несколько часов спустя. Руки, рубаха, лицо, всё было в красных пятнах.
Увидев его, Лидия поднялась с места.
- Как?..
- Трудно…
- Пойдёмте, Иван Алексеевич, поужинаем.
- Сейчас… Помоюсь… Вот переодеться не во что. Надо послать за одеждой… Я тут у вас, Лидия Ивановна, думаю, что задержусь… Надеюсь на это. Хотя… всё может быть. Жизнь этой женщины висит на тонком волосе. Кажется, что даже от недоброго дыхания может оборваться.
- От недоброго дыхания…
Лидия Ивановна вспомнила смеющееся красивое лицо Александры.
Обиды и злости не было. Была бесконечная печаль. Как глупо потратить свою молодость и красоту на чужого мужа. Неужели она так любила Сергея, что забыла о своей чести, о своей дороге, о своём счастье? И всё это время пыталась вырвать чужое.
Вечером вернулся слуга с первыми новостями о беглецах.
В городе Сергей взял карету напрокат. Заплатил втрое дороже её стоимости. Дальше, на первой почтовой станции, его следы терялись. Учитывая, что у него не было подорожной, скорее всего он нанял вольного ямщика. И тот наверняка повёз его окольными путями, минуя крупные станции.
- А мадмуазель Эмили? С ним? Про неё что-нибудь известно?
Слуга отвёл смущённый взгляд.
- Да она как будто… с ним… Ямщик, у которого они взяли карету, сказал, что девка всё жалась к нему… Хоть и с побитою личностью, но боялась, что он её бросит… Боялась, что не возьмёт с собою…
После ужина Лидия Ивановна и Иван Алексеевич разошлись.
Доктор пошёл к больной, Лидия села за письма.