Дашины сны

«Только между нитками пледа всегда есть дыры, 
И это - двери для самых холодных ветров,
Все те, кого хотя бы единожды испепелили,
Почему-то всегда жаждут песен у новых костров…»

(Дарья Полякова)
               



 С любовью и уважением,                Даше Поляковой
(1987 -2013)
от автора.



                ПРОЛОГ.


Дешёвый гостиничный номер в одном из приморских городков Краснодарского края стеклянным  черепом окна скалился на катящуюся за полночь планету.
Она не хотела задёргивать шторы.
Гирлянда фонарей щедро омыла белизной обшарпанный столик и лежащий на нем исписанный  в столбик лист. Рядышком, примостился родимый iPhone настроенный на последний концерт «BLACK  LIGHT BURNS» и воняла кислым давно переполненная окурками пепельница.
Ей показалось что пора.
Неохотно спустив ноги с кровати, она вытащила из-за её спинки  походный рюкзак и достала  овальный мутного цвета флакон. 
 Рукояткой ножа размельчила таблетки и высыпала порошок в приготовленный заранее стакан с водой, затем,  быстро выпила адскую смесь и закрыв глаза , начала шептать стихи. Свои стихи. 


Моя биография - ничем не наполнена.
Про меня не снимут фильм.
Это голый финал.
Я выйду в тираж.
Мой тираж равен нулю.
Последний этаж.
Апрель.
Стремящийся хаос по внутреннему
календарю.
Я горю.
Я горю...


«BLACK  LIGHT BURNS» уносили лодку её сознания в океан вечности. Она засыпала….

- Даша! Дашенька, открой! Я знаю, что ты там! Открой, пожалуйста! Даша!!

«Зачем это?»
 
Какой-то посторонний звук -удары с наружной стороны в дверь -  не давали ей уйти. И этот голос…очень знакомый голос. Она помнит его. Но сейчас поздно. Поздно…
Луна коснулась её век своим холодным лбом…




        1.Двумя месяцами ранее.



Конечно Энску  было далеко до Питера. Небольшой патриархальный «заповедник» на берегу Финского залива, был также сравним с городом  «Трёх революций» как семейный магазинчик с огромным супермаркетом, но близость ко второй (а по мнению коренных петербуржцев –первой ) столице страны, лишал его обычной провинциальности и скукоты.

А что касается молодёжи…только очень придирчивый критик, мог бы заметить между питерскими и энскими заметную разницу. Один ритм, одни кумиры, одни тараканы в модностриженных головах и одни места для встреч.

Клуб «Сдвинутый Павлин»  считался  особенным. И не потому, что здесь очень часто тусовались местные «мажоры», а на входе был строжайший «фэйс-контроль» , а потому что свободный ( без преувеличения) устав «Павлина» позволял каждому выкладываться по полной: хочешь- кричи, хочешь - танцуй, хочешь -просто отрывайся как умеешь. Главное - без членовредительства и драк. И без приёма тяжёлых наркотиков (лёгкие –разрешались). А ещё - клуб был круглосуточным : open 24 hours. Шикарно!


Сегодня самая шумная «тусня» наблюдалась  ближе к правой стороне центрального зала, под висящей на скрюченных проволочках пиратской шхуной, выполняющей роль «Летучего Голландца», где кроме удобных, присаженных столиков, было несколько мягких кожаных диванов и свой собственный минибар , который оплачивался сразу на весь вечер.
Молодой, чернявый парень, в прикиде «а-ля байкер», перекрикивая всех, поднял обе руки вверх и помахал ими требуя внимания.

- Тише! Да тише вы!! Заткнитесь пожалуйста! Вовик – shut up!» Так понятнее?

Когда волна гула спала, байкер  обернулся  к молодой девушке с ярко-рыжей, «апельсиновой» головой и подмигнул:

- Давай Дашуня! Per aspera ad astra! Звездани им по тупым отросткам мозга…ну, если у кого остался, конечно.

Высокий и сильный , он  легко подхватил довольно крупную, но удивительно изящную, в своей крупности, девушку и поставил её прямо на стол.

Та с  минуту молчала, собираясь с мыслями, а потом медленно , но с каждой строчкой ускоряя темп начала :

Мы рождены в двадцать каком-то веке
Потерянное поколение,
Брошенное, распятое
Погрязшее во флешбеке
Застрявшее в войнах
Между пепси и колой
Америкой и азиатами

Мы читаем Бредберри,
Чака Паланика...
Молимся Курту Кобейну
Как Иисусу
Поколение,в жилах которых
Утопия, рок и паника
И эта смесь по статусу и по вкусу…..


-  Чё за слабоумная? –  темноволосая красавица, сидевшая по-соседству в компании брюзгливого парня и шатенки с модными,  тёмно-синими прядями в волосах,  презрительно кивнула в сторону поэтессы. - Новая звезда этой помойки?

- Ага…- лениво процедила шатенка, звякнув топазовым браслетиком на запястье - Типа того. Игумнова Дашка…дочка Игумнова,  вице-мэра…

- Дочка с пенёчка. – мерзко скривился брюзга и плюнул прямо в стакан с виски, где уже размокала затушенная сигарета. - Игумнов ей не родной. Отчим. Мамулька её шустрая – окрутила парнишку и Дашульку пристроила…

- А тебе-то что? - Ну и окрутила…- неожиданно огрызнулась шатенка. - Завидно? Так у тебя папик тоже, вроде, не столяр…

-Угу. Не столяр, эт-ты точно. А был бы столяр нас бы сюда и на пушечный выстрел не подпустили . Родная, -«мажор»  насмешливо скривил губы и наклонился к самому уху синепрядной, - если тебе рабочий класс нравится больше- чеши отсюда, там у них при заводе дискач новый открыли….

Девушка фыркнула, затушила в том же стакане где была его сигарета свою и стремительно, не оглядываясь,  пошла к выходу.

- Давай-давай, в дверной косяк не промахнись, нищебродка! - прокричал ей вслед «мажор», но в издевке слышалась явная досада.


-…мы поколение, на которое никто не поставит ставок,
Режущее вены столовым лезвием
Отыскавшее друг друга среди геев и лесбиянок
Рожденное под исчезнувшими
Созвездиями...

Поколение переростков и горе-смертников
Оценившие деньги, как цель для существования
Поколение сплошь из эстетов и кинестетиков,
Сумасшедших талантов и гениев без призвания

Мы рождены в двадцать – а, к черту –веке
Поколение бьющее (o dich, Herr!)
Под самый дых!
Погрязшее в некрологах, наркотиках,
Мантрах о человеке
И последнее из живых….


- Эй!  Хорош чушь пороть, «последняя из живых»… а то облеваться можно. – накрученный уходом подружки  брюзга развернулся к компании Игумновой и страдальчески сморщился.

В установившейся внезапно тишине отчётливо простучали каблуки ковбойских ботинок.

- Блевать в приличном месте не разрешается. – со страшной мягкостью, укорил «мажора» чернявый, подойдя вплотную. - А не провоцировать рвотные позывы – легко. Просто пореже смотри на себя в зеркало.

- Чего? Чего ты сказал??? Да я тебя, с твоей байстрючкой…

- Все свидетели? –  «байкер» весело оглянулся . - Хамло оскорбило даму….

«Мажор» хакнул и неожиданно нанёс подлый  удар в грудь, а точнее –попытался нанести. «Байкер»  уклонился, и ловко перехватив руку противника, загнул ему её за спину. После чего, резко отступив в сторону и набрав скорость, пустил «мажора» головой вперёд. Сшибая все стоящие на пути столики , под  женский визг и поднявшуюся вокруг  суматоху,  тот , набирая ускорение пролетел несколько метров и закончил неслабым ударом о барную стойку.

 Как в сказке про джиннов , словно из под земли выросла охрана клуба и,  толкаясь и смеясь, весёлая поэт-компания Даши и чернявого, вывалила на улицу.

- Дарья Геннадьевна,  -  из стоящего на парковке «мерседеса», вышел человек и, подойдя к Даше, почтительно произнёс ,  - ваша мама просила меня заехать за вами…

- Опять три на девять…я что, грудничок? Езжай домой Рома! – недовольно скривила губки девушка с «апельсиновой» головой. - Меня Костик подкинет…

Она схватила за руку чернявого, которого оказывается звали Костя,  и, смеясь, уселась позади него на  шикарный, настоящий, офигительный  «Харлей-Дэвидсон».

Мотор взревел и, через секунду, на память охраннику Роману, осталось только облачко удушливого дыма.

- Дашка! –чуть повернув лицо к девушке и почти не следя за дорогой прокричал чернявый,

-  А давай в Питер махнём? А?

-Нет! Не хочу! Далеко!  - но тут же легкомысленно передумала. -  А хотя – давай! Почему бы и нет?

- Для моей птички,  пятнадцать-двадцать минут полёта…

Косте вздумалось  шикарно развернуться  на встречной , но, заливая всю улицу безумным воем гудка и, слепя целый мир фарами, на скорости, прямо в бок «Харлея», ударило тупое рыло «джипа».



2.



Даша открыла глаза и увидела белое.

Всё белое : потолок, стены, кроватный пододеяльник и торчащая вверх её собственная, покрытая гипсовым панцирем, нога. «Вот чёрт! Всё-таки сломала…» Она обиделась. Никогда не бывает без приключений! Почему не уехала с Романом? А сейчас лежи тут как пушка…

Внезапно, из  коридора накатило шумом и в палату ввалилась целая компания :мама, Сергей Александрович - её отчим, брат Максим и две подруги - Алёна и Наташа. Запахло свежими цветами и цитрусовыми.

- Дашуня, ты нас так напугала! – из общего гула голосов сразу выделился мамин: - Я же послала за тобой Романа. Но ты, как всегда, не послушалась. ( она вздохнула) С детства ты такая, девчушка -непослушка.

- Я и сама не знала, что здесь переночую…- Даша удивилась, как хрипло у неё это вышло.
– Прости, а?

- Мне когда сказали, что ты в аварию попала, я сразу  начала звонить во все больницы…-мамочка по бабьи пригорюнилась с укоризной глядя ей в лицо.

«Свинья я, свинья… я знаю!»,  - честно ответили глаза дочери.

- Ага…мы ж не знали куда тебя отвезут…-Алёна, приземистая пухлощёкая  блондинка, кивнула в сторону высокой, интересной брюнетки с модельной фигурой. -Спасибо хоть Наташка сказала.

- Я случайно узнала – замялась брюнетка. –Костя позвонил, а я сразу вам…

- Мам…я больше не буду. Правда. Обещаю! – тихо, только для мамы,  прошептала Дарья.

- Сказала взрослая двадцатипятилетняя девушка…

- Ну, правда, мамуль… а как Костя?

- Говоря языком полицейских протоколов - «отделался лёгким испугом». – прокашлявшись взял слово  отчим. Он всегда чувствовал некоторую неловкость в общении с приёмной дочерью. - Когда «джип» вас стукнул, основной удар пришёлся на сторону пассажира, а Костю просто выбросило на дорогу. Пара ушибов и синяков. Ничего страшного.

- Я рада.

- А вот я – нет! –необычно сурово припечатал Игумнов. - Получит твой Костя за лихачество по полной! Пока под домашний арест отпустили - но возможно, этим всё не ограничится.

- Дать бы твоему Косте, чтобы быстрее мотоцикла бегал…- подхалимски ввернула и Алёнка.

- Дядь Серёжа, это я виновата. – «Ну не могла она назвать его папой!» - Если бы, не я
– он бы не стал на «встречке» разворачиваться!
Я закомандовала!

- Хитрюга ты, Даша! Ладно, разберёмся. – вице-мэр украдкой посмотрел на часы. -  Мне уже пора. Совещание у нас  на 14.00 назначено. Отпускаешь?

- Конечно. А то без тебя весь город рухнет.

- Ну, давай. Выздоравливай. –он поцеловал её в щёку и подмигнул. - Если что нужно - звони мне прямо на работу, угу?

- Угу.

- Дашуня, мы наверно, уже  поскачем. – извиняющимся тоном сообщила Наташа. - Обеденный перерыв кончается. Завтра как штык - у тебя!
Они с Алёнкой  наклонились к Даше и  расцеловались.

- Пока! Выздоравливай!

И наконец,  в палате наступила спокойная тишина.

- Я говорила с главврачом, Дмитрием Семёновичем. Сказал, что тебе крупно повезло, – мама старалась говорить серьёзно. Наверно думала,  что так будет более внушительно. «Смешная!»,  - немного правее и кость была бы раздроблена, а так, ты отделалась обычным наклонным переломом.

- Ага. Я ваще по жизни – везуха!

«Опять не получилось убрать эту чёртову иронию!»

- «Дашуха- непослуха» . Вот кто ты.

- Я, наверно, тоже побегу, а Даш? – нетерпеливо  крутнулся на стуле брат. -Не обидишься? Секция скоро…

- Да и мне пора, дочур. – теплая ладонь  виновато погладила её по щеке. - Не скучай тут, ладно?

« А вот ухода мамы она точно не хочет!»

- Посиди ещё немного, а? –попросила она, проводив взглядом скрывшегося за дверью Максима. -  Ну, пожалуйста!

- Что-то новенькое? – мефистофельским  взглядом проникла в её душу мать.

- Ага…

- Читай.

Секунду помолчав, старясь точнее принять поступающие из космоса сигналы, Дарья начала: 


-Я чертила тебя,
но выходили
только лишь
прочерки.

Брошенной
ночью
шла по дороге
заброшенной.

Будь моим небом,
кровом,
домом, где
я смогу скрыться от
непогоды.

Будь
мне не мужем,
ненужным,
запруженной
мятной
свободой.
Точка….



 Пауза была необычайно долгой. И необычайным был последовавший за ней мамин вопрос:

- Ты любишь его?

- Кого?

Даша вздрогнула. «Нет, она, правда, видит меня насквозь! Как же так? Я ведь так хорошо маскируюсь!»

- Костю.

- Не знаю. – честно призналась «непослуха». - Иногда мне кажется что да. А иногда что нет. А как ты думаешь, моему отцу, настоящему отцу, Костя бы понравился?

В этот момент, в дверь палаты осторожно постучали, и сначала блеснул разноцветьем шикарный букет из роз, а потом показалась улыбающаяся Костина физиономия. Заметив, что его любовь  не одна, он немного смутился:

- Извините, Елена Сергеевна! Я думал, все ушли…

- Ничего. Мне всё равно давно уже пора. - Она повернулась к Даше, наклонилась, поцеловала и произнесла загадочную для Кости фразу, вызвавшую на лице дочери улыбку:

- Понравился бы. Обязательно бы понравился!





3. Примерно месяц спустя




Пот едко стекал по шее, вызывая неприятный зуд.
Хотелось в душ.
Немедленно!

Но мешали  Наташкины ноги  тесно переплетённые с его ногами - это почему-то сильно раздражало.
До безумия.

«Странно, - подумал Константин, - пять минут назад  все казалось  самым желанным на свете, а сейчас –ничего. Даже противно…да и сам этот гостиничный люкс- тоже противен, с запахом секса и вины.»

Он достал сигареты и, стараясь отвлечься от невесёлых мыслей, закурил.

- Тебе было хорошо? – ласково погладила его по щеке партнёрша. Потом приподнялась на локте, пытаясь поймать восхищённый мужской взгляд. – Правда, хорошо?

- Да. – кивнул Костя. - Мне всегда с тобой хорошо…ты же знаешь.

- Тогда почему не на мне женишься? –мягкой кошечкой замурлыкала Наташа. - Что такого в этой «оранжевоголовой» инфантилке?

- Тебе не понять.

Он сам не знал, почему ответил именно так.

- Да где уж мне! – резко, как будто в неё плеснули кипятком, отодвинулась в сторону любовница. - Я графоманствовать не умею. Карандашиком по бумажке корябать. Или она уже «комп» освоила?

Костя сел, спина благодарно заныла, приняв вертикальное положение.

«Наконец-то она убрала свои ноги!»

- Давай эту тему закроем, а? Не против?

- Ага. Закроем.  – будто почувствовав холодный ветерок пробежавший между ними, брюнетка   зябко повела плечами. - К святому прикасаться - низззя! А для траханья- и Наташка сгодится.

- Ты первая начала. Я от тебя ничего не скрывал. Сама же говорила- «Давай, в последний раз…никаких обязательств…красиво попрощаемся…» А теперь, зачем ты всё это?

- А ты зачем? Ну ответь - чем она так тебя приворожила?  - Наташа почти кричала. И это тоже раздражало. - Ни рожи ни кожи и руки как грабли. Ты видел её руки? Как у фермерши из «Даун стоуна»! А?  Стишки сочиняет, да? Красуется своим интеллектом? А может тебе в семейку пролезть хочется? Ты скажи! Хочется?

Костя внезапно встал, натянул трусы, собрал разбросанное по полу бельё девушки и бросил его на кровать.

- Уходи!

- Да уйду, уйду. –она  вскочила и стала торопливо одеваться, пряча злые слёзы. -  Думаешь, ты мне нужен? А что если я твоей «Цветаевой» расскажу, как мы с тобой здесь кувыркались? Как ты думаешь, захочет она выходить за тебя после этого?

- Не расскажешь. – он угрюмо раздавил в пепельнице окурок.

- Почему же?

- Потому что ты дура, но не сука.

- Ну, наверно…- от неожиданности  она даже растерялась. Молча одела туфли и открыла входную дверь. Помедлив-таки обернулась и уже почти просительно произнесла :

- Может, всё-таки скажешь? Что в Дашке такого, особенного?

- Тебе не понять. - Снова повторил Константин и плотно закрыл за ней дверь.


********



Даша обожала воскресенье.

В воскресенье, в их огромном особняке, расположенном в элитной части  Энска (или местной «Рублёвке», как называли этот район завистники) было по-семейному тихо.

Без прислуги, без гостей, без той рабочей суеты, которая присуща будням.

Только мама и она.
На кухне вдвоем.
Самые близкие друзья и родные друг другу люди. Канун перед свадьбой!

Какая невеста не волновалась в такие дни!

Но Дарья чувствовала скорее недоумение и страх от быстроты принятого решения, и почему-то  почти совсем не ощущала радости.
 Она была рада, что мама здесь, что можно спросить что-то очень по-женски важное и хотя бы немного ощутить волну того счастья о котором жужжат все подруги мечтающие о замужестве. 

- Даже не верится! – Елена Сергеевна словно угадала её мысли - Ещё каких-то пару недель - и моя девочка сама станет женой и хозяйкой. А потом – и матерью…

- Мам, давай пока не будем. И вообще – я себя матерью - не представляю! Я – и мама! Туве Янсон какой-то…

- Никаких Туве Янсонов, внуков хочу, понятно? – родная рука притворно строго потрепала её по рыжей как солнышко, голове.

- Мам…- прижалась щекой к маминому плечу Даша. - А мой отец…Настоящий отец – он какой был?

Плечо едва заметно вздрогнуло, но ответ был на удивление спокойным:

- Он? Он был храбрый. И любил тебя очень.

- Расскажи про него немного, а? И про меня…- по детски заканючила Дарья.

- Когда он возвращался из плавания, -глядя куда-то вдаль говорила Елена Сергеевна, -   он всегда первым делом бежал к тебе…Я даже ревновала! (она улыбнулась) И кричал на весь дом-« Дашуля-капитуля- пираты из рейса вернулись! С добычей!» И осыпал тебя подарками. И только потом –вспоминал обо мне.

- А я?

- А ты ещё маленькая была, годика два всего, смеялась-заливалась и с рук у него не слезала…а потом – он рассказывал тебе сказки. Я ему говорю-«Да не понимает она ещё пока!» А он-« Всё она понимает, только болтать просто так не хочет!» Вот так…

Мама замолчала.

Даша тоже молчала какое-то время, но снова не выдержала и тихо-тихо спросила:

- Когда папа погиб… Мне сколько было?

- Три с половиной. – было заметно с каким трудом даётся матери каждое слово. Дарья уже сто раз пожалела, что начала этот разговор.

 «Дура! Просто дура!» -  Он мог бы спастись во время того столкновения, с сухогрузом…но, капитан не может покинуть судно пока на нём есть хоть один человек. А он – он был настоящим капитаном…

- А я даже никогда не была на его могиле. В Туапсе. Мы так ни разу туда и не ездили.

- Нет у него никакой могилы. Его могила - море. Надгробный камень просто в память поставили. Чтобы след на земле остался. Потому и не ездили. Понимаешь?

По последнему «понимаешь», Дарья заключила что хватит. Больно. И маме и ей. Очень больно.

Она кивнула:

- Да. И всё-таки, я бы всё равно туда съездила. Пусть папы и нет в могиле - но душа его точно где-то рядом бродит. Там, где его помнят.

- Чудная ты, Дашка. – улыбнулась мать. - И когда ты уже, наконец, вырастешь?

- Никогда! И не надейся.

Щека мамы была тёплой и душистой.


4



Ничто не пролетает так быстро, как предпразничные дни.

Чем ближе свадьба, тем ближе ощущение разлома, ощущение больших перемен и какой-то внутренней тревоги, но тревоги хорошей.

Даша успокоилась или свыклась - во всяком случае, грядущее событие потеряло свою остроту и освободило голову для новых мыслей.

С самого утра, она забралась сюда , на чердак, убив таким способом двух зайцев: избежала суеты и бестолковости внизу и получила пару тихих часов здесь. Чердак – традиционное место для старых вещей и воспоминаний. Конечно, в особняках такого типа, это нонсенс, но одна старая, даже очень старая вещь тут всё-таки была.

Гардероб.

Красивый, из цельного куска дерева с прихотливой резьбой, и спрятанной в нём тайной.
Дарья осторожно приоткрыла дверь для платья и увидела два старых запыленных чемодана, с допотопными ручками и уголками.

 А на самом верху, на верхней столешнице,  таращилась  стеклянными глазками кукла - её детская кукла! 

-Скучаешь, Маргоша? Сейчас, сейчас я тебе достану…

Даша приподнялась на цыпочки,  но смогла  коснуться игрушки  лишь кончиками пальцев.

Минутку подумав, она решительно вытащила один за другим  оба чемодана, поставила их друг на друга и осторожно забралась на импровизированную подставку ногами. «Ещё чуть – чуть, ещё… Вот!».

Она уже ясно чувствовала мягкость сиреневого платьица охватившего пластмассовое тельце…как – крак! – верхний чемодан просто развалился и незадачливая исследовательница, не выпуская куклу из рук,  покатилась вниз, больно ударив сросшуюся  так недавно после перелома, ногу.

- Ну вот, ещё не хватало сломать тебя снова…- Дарья потерла колено и поморщилась -  И свадебный вальс станцевать на костылях. (кукле) Всё из-за тебя, Маргоша! Не могла найти себе местечко пониже?  Ладно. Сошьём тебе новое платье, почистим – и поедешь ты красивая – красивая на капоте моей машины! Согласна?

Она  хотела  встать, но внезапно увидела, что из-под разломанной крышки, торчат какие-то бумаги.

 Любопытство взяло верх.

 Девушка потянула за кончик желтоватого от времени конверта и вытащила его наружу.

Внутри оказались  письма: ветхие, с запахом  прошлого.  Не выбирая, она прочитала первое, перечитала и снова  перечитала, не веря собственным глазам…

–« …я  прошу тебя: не пытайся настаивать на необходимости сказать твою, никому не нужную, правду! Дашеньке уже восемь лет и она любит своего приёмного отца.  Поэтому, я и решила, так как решила. Ты даже не представляешь, как это будет жестоко с твоей стороны! Разрушить можно всё, и быстро. Но откуда взять силы на новое? И не пиши мне, пожалуйста, никогда, Гена. Отвечать тебе, я больше не намерена…»

Все чувства куда-то пропали.  Не может  что-то чувствовать человек после удара молнии.

Машинально  сложив письмо   и спрятав его  в карман, Дарья, покачиваясь, вышла, совершенно забыв, о валяющейся на полу Маргоше.



*******



Днём  «Сдвинутый Павлин», как и любой нормальный молодёжный клуб -  почти всегда пуст. 

Редкие посетители потягивают  кофе или фруктовые напитки, равнодушно косясь на алкоголь и потому заказ   Наташи  на очередную порцию «Дэниэла» со льдом, официант воспринял нарочито вежливо, на грани дозволенной клоунады.

Что уж говорить о лучшей подруге Алёне, которая недовольно фыркнула , заметив это шутовство но  промолчала не желая портить себе настроение.

-А ... Пусть! Пусть. – смотря перед собой в стол продолжала  исповедываться  Наталья. - Он  ещё прилепит ветвистый куст к её рыжей башке! «Ты всё равно не поймёшь…»- очень похоже передразнила она. -  Чё там понимать-то? Сплошные понты!

- Наташ, ты знаешь - насильно мил или мила не будешь. – мягко попыталась понизить процент ненависти Алёна. - Я тебя понимаю. Но я понимаю и Костю…

- Ха-ха-ха! «Понимаю и Костю!»  Да этот  Костя,  десять дней назад, «кувыркался» со мной в «Приморской»! Даже на «люкс» потратился! Это ты тоже понимаешь?

- Врёшь! –гневно подскочила с места подружка.

- Больно надо. Я  наш «любовный пикничок» на «мобилу» сняла. На память. Не веришь?-В глазах Наташки горели все адовы костры какие есть у Данте.

- С Костиного согласия?

- Вот ещё…- очередной глоток «Дэниэла». «Какой по счёту, да кто ж его знает?» - Он же чистеньким хочет быть в Дашулькиных глазах. На память, для себя, что непонятного?

- Сотри! –коротко и зло приказала Алёна.

- Щас! А вдруг как «компроматик» пригодится?

Этот пьяный смех почему-то бесил больше всего.

- Ты так не сделаешь! Мы со школы лучшие подруги – я, ты и Даша. Ты просто нажралась и психуешь, но ты так – не сделаешь!

- А кто мне запретит?  - с вызовом вздёрнув подбородок вверх спросила Наталья. - Ты что ли?

- Нет. Ты. Ты никогда  не сможешь так поступить. Тебе тяжело, но ты не сволочь.

- И не сука. – хмыкнула интриганка. Поймав удивлённый взгляд Алёны, Наташа пояснила:
- Так Костик мне выдал тогда, в гостинице.

Внезапно она разозлилась:

- А что если я вас всех разочарую, а? Почему только мне должно быть тяжело? Я что, мать Тереза всех жалеть?

Не выдержав роль гордячки до конца,  «мстительница», громко, по-бабьи, заревела.

Посетители стали оглядываться на их столик и тоже разозлившаяся не на шутку Алёна выкрикнула:

- Чего вылупились? Человеку что, поплакать нельзя? (охраннику) Вызовите такси, пожалуйста! Мы уходим…

Усадив всхлипывающую Наталью в авто, она набрала номер Дашиного телефона. Но в ответ раздалось только - «Абонент временно недоступен. Телефон либо выключен, либо находится вне зоны доступа.»

«Ищи –свищи».


*******



Мутное стекло купейного вагона «Санкт-Петербург – Туапсе» изо всех сил старалось отобразить посадочную суету  привокзальной площади.

Даша немного отвлеклась на ворвавшуюся в самый последний момент в купе пару, которая немедленно стала размещаться на полках завалив всё свободное пространство вещами и припасами.
Потом отвернулась.
Наступающая ночь –была интереснее.



Выхолощенная солнцем рябь дорог.
Взмок...
Я считаю каждый позвонок
на твоей спине...
Ты звенишь.
Туга проржавленная дверь.
Верь мне. Верь,
во тьме
я -нескончаемый поток….



Поезд дёрнулся и фонари стали размазываться в одно сплошное, белое пятно.
Сейчас её жизнь называлась  «Санкт-Петербург – Туапсе»…Глаза закрывались. Сказывалась усталость и недавнее нервное потрясение.

«Спать…спать…»


******


             ПЕРВЫЙ СОН ДАШИ.


Море почти касалось их ног.

Ласковым щенком, приглашало к игре , шурша пенистым телом по гальке и заливая ямки от следов.

Маленькая, не по возрасту серьёзная девочка лет пяти, подняла вверх кудрявую головку любуясь отцом одетым в капитанскую форму.

- Папа, а они захотят со мной знакомиться?

- Конечно, захотят Дашуня! – улыбнулся  моряк. - Мы с  капитаном Греем и его женой – старые приятели…И оба капитаны. Только я больше люблю современные корабли, а он – парусники.

- А почему они не хотят приехать к нам в гости? – почесала нос-пипку кудряшка.- Мама была бы рада познакомиться с ними. Особенно с тётей Ассоль…

- Понимаешь, дочунь,  - извинительно развёл руками взрослый, - не все их видят. А как можно пригласить в гости того, кого не видишь?

- Значит, мама их тоже не видит?

- Нет.

- Жалко,- огорчилась девочка и внезапно испугалась, -  а вдруг я тоже их не увижу?

- Увидишь. –успокоил отец. - Меня же ты видишь? Иди сюда…

Он подхватил девочку на руки и посадил себе на шею.

- Смотри. Во-о-он туда. Где маяк.

- Красиво как! Да, папа?

Она зачаровано уставилась вдаль.

 Из-за мыса, на котором вечным часовым сторожил берег моря маяк, показался старинный корвет с раздутыми от ветра парусами.

Паруса были – алые.



******


…Даша  проснулась от какой-то тихой возни внизу. Сначала она никак не могла понять природу этих звуков, но, бросив взгляд напротив, увидела, что спящего на верхней полке парня - нет.

Он переместился вниз, к своей возлюбленной.

Скорее всего, удостоверившись, что их соседка по купе заснула, они осторожно, стараясь не шуметь, занимались сексом.

 Даша улыбнулась и, несмотря на двусмысленные вздохи и возню, задремала.

Что-то стукнуло.
Открыв глаза, Дарья поняла, что уже утро.

На соседней –верхней-  полке,  как ни в чём не бывало, спал её сосед. Его молодая жена или подруга, открыла защёлку и, в сопровождении проводника, в купе вошел (или точнее вошла) четвертый пассажир: высокая, по- мусульманскому обычаю укутанная в платок, девушка.

Её чёрные глаза смотрели извинительно и дружелюбно. Длинное платье скрадывало фигуру, но и в уродливом балахоне, было видно, что девушка стройна, с потрясающей фигурой и грацией.

- Принимайте попутчика! – деловито провозгласил проводник и, обращаясь к девушке, уточнил :

-Постель вот тут, матрац тоже на месте…Чайку не хотите с печеньем?

- Спасибо, пока не надо. Смоленск скоро?

Голос у вновь прибывшей был красивый, низкий и почти без присущего кавказским народам акцента.

- Через час. – удивлённо ответил проводник. - А зачем вам? У вас же билет до конечной вроде?

- Так просто. – уклончиво ответила пассажирка. - Я там училась. Хороший город.

- А-аа..Ну, устраивайтесь поудобнее, а я всё-таки принесу чайку. Может, кто ещё захочет?

Потоптавшись на пороге - он вышел.

Новая девушка, не предприняв никакой попытки расстелить себе постель или вступить в разговоры с соседями, подвинула поближе к себе большую кожаную сумку и уставилась в окно.



*****


В гостиной  особняка Игумновых сегодня было «полно народу»: сам вице-мэр, Елена Сергеевна, Максим, Костя и  Костины родители - бизнесмен Крайнов и его молодая жена, мачеха Кости, Альбина

- Ничего, ничего…- сам себя успокаивая говорил Игумнов. - Заявление в розыск отправил. Наводку всем постам у нас и по Питеру разослали. На вокзалах и в аэропортах информацию имеют…скоро что-то прояснится.

- Если с ней что-нибудь случится, Серёжа...я не переживу. –голос жены невольно задрожал и звякнул  разбитым колокольчиком.

- Мам, не волнуйся! Помнишь, она и в прошлом году тоже так исчезала? А потом всегда находилась… -Максим присел рядом и взял мамину руку в свою. – И сейчас найдётся.

- Ничего с ней не случится! И я так думаю. –внезапно влезла в разговор Альбина. Ее резкая, неприятная манера выражаться заставила всех внутренне вздрогнуть.  - Просто, как я слышала, Даша человек настроения, а такие люди часто делают странные поступки…

- Зато вы, похоже, всегда всё рассчитываете…-реплика Константина  осой полетела к мачехе.

- Костя! Как ты разговариваешь с мамой!  Сергей Александрович! Елена Сергеевна! Если я, реально, могу как-то помочь или что предпринять, говорите! –Крайнов смущённо затоптался рядом с сыном. – Так что, только скажите…

- Её мама, меня на три года младше. – отвечая отцу фыркнул Костя. Затем , ещё раз фыркнув, направился к двери.

Обернувшись, он оглядел собравшихся одним долгим и насмешливым взглядом и поставил точку:

- Ну, вы как хотите, а  я поеду искать Дашу сам. Так что, не теряйте.

Дверь демонстративно хлопнула.


*******



 Смоленский  вокзал каменными боками наплывал на перрон.

Даша отвлеклась от невесёлых мыслей, с удовольствием разглядывая спешащих вдоль линии поезда людей.
Тётка, ещё тётка, тётка с малышом, бородатый мужик, девочка с собакой…всё проносилось живыми картинками как в немом кино.

Щелкнула задвижка купе и появилась угодливая физиономия проводника держащего в руках поднос со стаканами чая.

- Горяченький, свеженький, с лимончиком!

- Смоленск? –шевельнулась у окна мусульманка.

- Он самый. Стоянка двадцать минут. Можете прогуляться и …- голос проводника сорвался на неразборчивое клохтанье.

Он с ужасом выпучил глаза на новую пассажирку и, с таким же ужасом, на неё уставилась и молодая пара.

Что касается Даши, то находясь где-то очень глубоко в своих мыслях, она поначалу ничего не заметила,  а  потом, без страха, а скорее с удивлением, поняла, что закутанная в балахон девушка сейчас его распахнула и на общее обозрение показалась её точёная изящная  фигурка,  начиная от шеи,  обмотанная лентами со взрывчаткой. 

«Как партизан из старых фильмов».
 
Кроме того, на талии, у неё был повязан, так называемый «пояс шахида», а в маленькой, смуглой руке она сжимала «сигару» детонатора.

- В восьмом купе, едет пассажир Семёнов Григорий Михайлович. – спокойный кивок проводнику. - Идите и скажите этому человеку, что с ним желает поговорить Джанисат Исмаилова. Это касается Вали Исмаилова. Он поймёт. (через паузу) Если через пять минут, он не придёт, - тут девушка выразительно  кивнула на красную кнопку в верхней части «сигары», - я нажму вот это…

-------

Ровно через пять минут в дверь купе осторожно постучали.

- Открой!

Парень - молодожён, слегка трясущимися руками, отодвинул защёлку и, как слон в посудную лавку, в тесное от людей пространство , неуклюже  протиснулся средних лет мужчина, в больших немодных окулярах с толстой оправой и чуть оттопыренной нижней губой. Он снял очки, близоруко прищурился, внимательно оглядел присутствующих и снова  насадив стёкла на нос, шумно выдохнул:

- Я  знал, что мы ещё встретимся, Джанисат Магомедовна. Правда, не думал, что таким образом… слушаю вас.

- В Смоленском изоляторе, находится мой муж, Вали Исмаилов. – тем же спокойным, до дрожи в сердце,  голосом произнесла «шахидка». - Он осуждён на пожизненное заключение за то, чего не совершал. Через три дня, его должны отправить в колонию для пожизненно заключённых. Моё требование простое. Вы возвращаете мне мужа, а я не нажимаю вот это…

Она вновь кивнула на кнопку детонатора.

«Очкастый» совершенно не испугался, что делало ему честь.  Внешне он держался молодцом –пять баллов! -   но Даша видела, как время от времени, его левую щеку подёргивал нервный тик.

- Допустим, что, как вы утверждаете, ваш муж невиновен,  - он снова снял очки и тщательно их протёр специальной тряпочкой,  -хотя судом, была стопроцентно установлена его причастность к убийству судьи Советского района города Махачкалы, Абдулкерима Гаджиевича Джебраилова, и даже если допустить то, что он,  не принадлежал к бандформированию Аллахвердиева,  всё равно, я, обычный окружной прокурор, помочь вам не в силах! Вам нужно обращаться в Высший Конституционный Суд и обжаловать решение, а не…

- Я вам не верю! – грубо прервала его «шахидка» - Они не помогут. У вас все «повязаны». Нет там справедливости. А вы, знаете дело моего мужа и знаете, что обвинение было притянуто за уши. Поэтому…или вы возвращаете его мне, или мы  вместе отправимся к Аллаху искать справедливости.

- Тебя Джанисат зовут, да? Я – Дарья. Если уж вместе к Аллаху - то давай хоть познакомимся нормально перед встречей.

Даша сама не ожидала от себя этого. Но её звонкий и такой живой голос прозвучал сигналом спустившим зажатые отчаяньем эмоции.

- Отпустите нас! Пожалуйста! Мы только месяц назад как поженились…- взмолилась молодая невеста. – Отпустите! Мы вам ничего не сделали!

- Отпусти их, а? –попросила Дарья. – Я останусь. Обещаю.

- Нет. Пока не увижу своего мужа. Здесь.

- Ну, даже если допустить  невероятное, и они привезут его тебе… дальше-то что? Ты  наивная? Думаешь, вам позволят уйти?

- А мне это не важно. – Джанисат впервые  глянула  своими переполненными болью глазами  прямо в лицо Даше - Мне просто надо ещё раз увидеть его…Понимаешь?

- Да. Понимаю…

Серьёзно и задумчиво кивнула Дарья.


5.


- Экстренное сообщение!
Полчаса назад, пришла информация, что поезд номер116, следующий по маршруту «Санкт-Петербург-Туапсе», был захвачен женщиной -террористом. Её имя  пока не сообщаюется, но известно, что она удерживает в купе четверых заложников. Подробности - в следующем выпуске…

«Почему все эти дикторы такие косноязычные? Половину угадываешь, а не слушаешь….»

 Костя с прихлопом поставил стакан на барную  стойку:

- Плесни ещё, если не жалко…

Бармен равнодушно кивнул и взболтнул бутылку. Над Петербургом высыпали первые звёзды.


********



Всего через семь  минут после объявления тревоги поезд был надёжно блокирован частями «спецреагирования».

Джанисат разрешила эвакуацию пассажиров, но это никак не касалось её заложников. Сейчас в купе, кроме неё, Даши, молодой пары и прокурора с проводником, находился ещё один персонаж: военный в форме подполковника полиции.

Он пришёл извне, оттуда с асфальтовых улиц Смоленска и зданий обтянутых высоковольтной «колючкой»  с каменными клетками, в одной из которых, был сейчас её Вали.

- Мы известили Смоленский изолятор, но, чтобы доставить вашего мужа сюда, нам потребуется не менее часа! Вы понимаете? – вкрадчиво уговаривал «шахидку» подполковник. – Нам нужно время!

- Двадцать минут. А потом я активирую взрыватель.

Совершенно случайно, Даша увидела красненькую безобидную точку, подрагивающую на голове мусульманки.

Сама не понимая, что делает, повинуясь инстинкту, она, не думая ни о чём,  вдруг бросилась к террористке и пригнула её голову к низу.

«Шахидка» настолько растерялась, что даже забыла про взрыватель. Она по-женски ойкнула , пытаясь отпихнуть  от себя рыжеволосую сумасшедшую.

И почти в ту же секунду, там, где была голова Джанисат, в стене появилась идеально круглая дырочка.

- Закрой штору. – приказала «шахидка»  новобрачному. Забившись в угол, она с ненавистью глядя на подполковника и прокурора, напомнила :

- Осталось шестнадцать минут.  (Дарье) Уходи! Ты – уходи!

- Уйду. Вместе со всеми. Одна – нет! –побледнев, решительно отказалась Дарья.

- Уходи! Я не хочу тебя убивать!!

Джанисат почти кричала.

Её стальная выдержка дала трещину. И виной этому - была эта непонятная рыжеволосая  дура, которая сумела пробить её так долго выстраиваемую защиту.

- Тогда не убивай никого.

- А им? Им убивать можно? - Горянка ткнула пальцем в сторону пулевого отверстия. –Им можно?

- Нельзя. Никому нельзя. Поэтому я и не уйду. Извини…

 Даша обняла руками колени и отвернулась.

И тут случилось невероятное: бесстрашная, на всё готовая террористка заплакала, слёзы текли светлыми ручейками принося долгожданное облегчение, но взрыватель -как чётко видел подполковник  - она сжимала рукой также решительно и непреклонно.

6. 



Сергей Александрович Игумнов, вице-мэр Энска и отчим Даши,  методично мерял шагами пространство своего кабинета от стола до дальней стены.

«Как плохо что я не курю, - думал он. –Говорят никотин понижает уровень стресса. Хотел же научится! Эх…»
 
Телефонный звонок заставил его позабыв обо всём кинуться к столу:

- Да!

- Сергей Александрович! –официально отстукала мембрана служебного телефона полицейским голосом. - Только что сообщили, вчера, ваша дочь, была  на Ладожском железнодорожном вокзале и купила билет до Туапсе. Хотите, выясним подробнее?

- Не нужно. – помрачнел вице-мэр. - Пока ничего не предпринимайте. Да. Всего доброго!

Он повесил трубку «служебки», достал мобильник и набрал номер:

- Она взяла билет до Туапсе. Говорил же тебе Лена… и что теперь будем делать, а?

*******



Почти в то же самое время, когда раздался звонок в кабинете Игумнова, зазвонил второй телефон – в купе поезда «Санкт-Петербург – Туапсе».

- Вы разрешите? –подполковник протянул руку к карману.
Террористка кивнула.

Некоторое время чин  слушал бормотанье в телефоне, вставляя иногда коротко:                «Да….понятно…а как он это получил?...не знаю…посмотрим…да, хуже не бывает…пришлите с курьером…срочно!», но по мере развития  разговора, его лицо становилось всё мрачнее и мрачнее. Наконец, он нажал «отбой» и вызывающе  посмотрев на Джанисат  решительно произнёс:

- Мне только что сообщили, что приговорённый к пожизненному заключению, по статьям 105-107, часть вторая, убийство с отягощающими обстоятельствами, Вали Захирович Исмаилов - покончил с собой. Это –правда.

Почти сразу , как аккомпанемент этой страшной новости, раздалось  сдавленное женское рыдание: плакала несчастная новобрачная, интуитивно понявшая что всё –пришла смерть и ничего нельзя сделать.

Её смерть.

- Я так и знала, что вы лучше убьёте его, чем привезёте сюда…-  немного осипшим голосом отозвалась «шахидка» .  Её глаза мёртвой птицы медленно обвели взглядом присутствующих:
- Ну что ж…молитесь , если умеете.

 "Аузу билляхи минашшайтаани р-раджим.
Бисмилляхи р-рахмаани р-рахим.
Альхамдy лилляхи раббиль ;алямин.
Аррахмаани р-рахим….

- Погоди! А если я молитв не знаю? Мне что тогда делать?

«Странно, в глазах этой рыжей девчонки совсем не видно страха. Может, она и взаправду сумасшедшая?».

- Говорю тебе ещё раз – уходи! И этих можешь забрать. – вынырнула на секунду из колодца вечности Джанисат,   презрительно кивнув  на несчастную парочку и проводника,  посеревших  от страха. - А эти ,  - она  ненавистью посмотрела на прокурора и подполковника, -  останутся здесь. Пойдём на суд к Аллаху вместе…

- Ясненько. – стараясь выглядеть беззаботно кивнула рыжая. - Ну, спасибо! Тогда мы пойдём?

- Да. Пусть Аллах даст тебе счастье, Дарья.

Даша почти вытолкнула испуганных молодожёнов из купе, за ними,  не чуя ног от счастья, выскочил проводник и, уже,  через несколько минут, они попали  в заботливые руки оцепления и вездесущих журналистов.

Проводив «товарищей по несчастью», девушка неожиданно развернулась и вошла обратно в вагон.

-«Тук-тук-тук! – легко поцарапалась  она в дверь своего купе. –Вот в гнездо вернулась птичка, позабыла про птенцов…» Могу войти?

Секунда и  Даша, снова очутилась на нижней полке, возле террористки. Та, уже закончила молитву и готовилась привести свой план в исполнение.

Равнодушно глянув на вновь прибывшую, она произнесла:

- Аллах дважды давал тебе шанс уйти отсюда. Ты выбрала. Пусть случится то, чему суждено…

- Ты так много говорила о справедливости, - заторопилась Даша, увидев как напряглись и побелели пальцы Джанисат на кнопке взрывателя, - а  сама даже не выяснила, как погиб твой муж. И вообще, погиб ли он? А может они - врут! - она кивнула на присмиревших прокурора и подполковника. – А? Просто врут! Такое возможно?

- Нет. Не врут. Иначе не стали бы рисковать своими погаными шкурами и привезли бы моего Вали  сюда.

- Ну, пусть. Даже если  и не врут. Но,  ты за справедливость, так? Тогда почему ты уверена, что твой Вали, действительно не покончил с собой? Почему ты уверена, что его именно убили?

Даша понимала что нужно говорить.Неважно что, главное не молчать и ни в коем случае не давать этим побелевшим пальцам надавить красный кругляшок на «сигаре» .

Ни в коем случае!

- Уверена. Они убили его уже тогда, когда невиновного засадили за решётку. – глаза «шахидки» заблестели живым, а  пальцы на кнопке слегка расслабились и порозовели. - И уже неважно, сам он покончил с собой или с их помощью - они всё равно убийцы! Убийцы невинного человека…

- Джанисат Магомедовна,  - влез в разговор прокурор. «Господи! Так не вовремя!» -, Джанисат Магомедовна, поверьте, следствие было проведено самым тщательнейшим образом! Все улики – указывают только на одного человека, вашего мужа! И хотя, на суде, он своей вины не признал…

- Вот именно! Не признал! Не признал!! А вам – я не верю!! – выкрикнула «шахидка» и её пальцы снова стали терять розовое.

« Ну зачем он отрыл рот! Зачем??  – не интеллигентно материлась про себя интеллигентная Даша. –Ну нельзя же быть таким тупым!!»

Вдобавок, в  купе снова постучали.

- Кто это? Уходите – я сейчас всё взорву! – завизжала потерявшая контроль «шахидка».

Дарья увидела свою смерть, шевельнувшуюся на красной кнопке.


- Курьер. Из Смоленского следственного изолятора. – казённо ответили снаружи.

 И эта казённость, неизвестно почему, немного успокоила Джанисат.

- Передайте что там  у вас – и уходите! (прокурору) Приоткройте.  Только чуть-чуть…

В дверную щель просунулась сложенная в трубочку записка.

Подполковник мельком глянул на содержание и неожиданно протянул листок террористке:

- Вот. Это вам. Надеюсь своему мужу - вы поверите.

Текст запрыгал перед глазами , а воля напряглась до предела.

«Главное –не отключиться. Не отключиться! Дочитать. Просто взять и …»

« Милая Джан! Прости, что причинил тебе так много горя. Жить без тебя, без родных, без наших гор и рек - я не смогу. Пожизненное – это просто медленная смерть. Но, если тебя, хоть немного утешит – наказание моё заслуженное, хоть на суде я этого и не признал. Прощай моё солнце, моё небо, мой душистый ландыш! Постарайся ещё найти в этой жизни счастье и не суди меня строго.
Твой  навсегда, Вали.»
 
Джанисат  плакала.

Плакала обычными, бабьими слезами, абсолютно одинаковыми по своей консистенции у всех рас и народов.  Затем, бережно сложив послание, она спрятала его в складках платья и произнесла:

- Уходите!  Все уходите. И быстрее…

Будучи профессионалами,  подполковник и прокурор, тут же, вскочили со своих мест, и вышли из купе.

А непрофессионал Даша, задержалась.

- Джанисат, – она мягко тронула «шахидку» за локоть, - а давай я тебе своё стихотворение прочитаю? Новое. Ты любишь стихи?

И, неожиданно, террористка улыбнулась сквозь слёзы.

«Какая же красивая у неё улыбка!»

- Хорошая ты, Дарья!  Такие сейчас - редко рождаются. Иди. Мне подумать надо. А стихи люблю. Потом прочитаешь, ладно?

- Ладно… - обречённо кивнула Даша понимая, что сейчас произойдёт.

- Ты иди. Иди. Аллах будет с тобой… это я тебе говорю!

Она не помнила,  как вышла из вагона, как её тут же подхватили под руки прокурор и подполковник, как начальник оцепления, здоровенный, весь обвешанный каким-то военным хламом,  укоризненно отчитывая за безрассудство, почти тащил её в сторону от вагона. Не помнила…

Пока сзади не раздался ужасающий грохот.

Взрывной волной всех опрокинуло наземь, а над головой, жаром пронёсся огненный смерч.

Когда Даша оторвала голову от  покрывшейся жирным пеплом плитки и оглянулась  -  то на месте их вагона пылал только металлический искорёженный остов…

«Иди. Аллах будет с тобой…это я тебе говорю!»
   
7.

В такое поверить было просто невозможно!

 Голос диктора стальным гвоздём разбивал черепную коробку. Горящий перон и лицо Дашуни на экране слились в одну огромную, сосущую под ложечкой тревогу.
Изо всех сил пытаясь сконцентрироваться, он навалился на  стойку и сделал знак бармену добавить звук.

- …развязка трагедии, на железнодорожном вокзале Смоленска, наступила неожиданно быстро. Террористка, имя которой, в интересах следствия не упоминается, привела свой замысел в исполнение...

Пылающие вагоны, суматоха пожарников и силовиков – всё было как в страшном, дурном кошмаре из детства.

- Напоминаем,  - металлически отбивал текст голос диктора, - в вагоне номер восемь, в шестом купе, ей удерживались, включая проводника, шестеро заложников. Среди них - две девушки.

– «Дашунечка!! Дашунька!!»

 - Но в последний момент, по неизвестным причинам, террористка отпустила всех и, только потом, активировала бомбу. Таким образом, жертв удалось избежать.....

Костя уже ничего не слышал.

 Сбивая на ходу всё и всех, он кинулся вон из бара. Открыв дверцу стоящего рядом с тротуаром такси, парень  сунул ошеломлённому и полусонному  водителю в руку пачку кредиток и произнёс-« В аэропорт!»

Мигнули красным фонари «стоп-сигналов».



********


Осторожно прижав пластырь над её левой бровью, пожилой и замотанный врач, очевидно разбуженный очень и очень рано, заботливо попенял :

- Может, останетесь у нас хотя бы до утра? Проверим ещё разок на сотрясение мозга, выпишем успокоительное, поспите…У вас есть родственники или знакомые в нашем городе?

- Да, есть. Тётя. – зачем-то соврала Дарья. - Не волнуйтесь, я в порядке.

- Ну, смотрите сами.

Ей не терпелось поскорее уйти.

На улице начинался новый день. Нахальные голуби , подхалимски воркуя, лезли прямо под ноги, а первые пешеходы, тёмными силуэтами качались навстречу.

 Дорога пока не кончена.



*********


- А где девушка? Пациентка?

Полицейский чин, судя по звёздочкам на погонах –подполковник, растерянно озирал пустую, как брошенная коробка, приёмную.

- Ушла. – раздражённо пожал плечами эскулап. - Сказала, что чувствует себя превосходно и поехала к тёте.

- К какой тёте?? Адрес тёти  оставила?

- Нет. Я как-то не спросил её об этом. А что, должен был?

- Но это же ваша прямая обязанность, обследуя пациента и заполняя его медицинскую карту, записать его адрес! – сорвался на крик чин. – Обязанности свои не знаете?

- А вы не учите меня моим обязанностям! – ответно перешел в атаку  врач. - А выполняйте лучше свои. Это  - гражданская больница и я у вас – не служу. Если вам так было важно переговорить с этой девушкой, могли бы, по крайней мере, предупредить меня  об этом…

- Эх доктор, доктор…- понимая справедливость упрёка, остыл подполковник. - И где же теперь искать её прикажете?


8.

Вокзал был пуст.

Перебив билет на вечер, Дарья забилась в самый уголок зала,  довольно удобно разместившись в разболтанном кресле,  и задремала.

 Сказались усталость и пережитое нервное напряжение. Веки чуть подрагивали, красная кнопка детонатора раздувалась до величины воздушного шара, а вместо пальцев –шевелились холодные мерзкие осьминожьи щупальца…

«Джанисат!» .

…две любопытные детские мордочки вокзальных воришек внимательно наблюдали за потенциальной жертвой, придвигаясь всё ближе и ближе по мере того,  как крепок становился её сон.



        ВТОРОЙ СОН ДАШИ.




Кудрявая, очаровательная  девочка весело рассмеялась, наблюдая, как попугай, нахально ворует у мартышки, спелые грецкие орехи.

Сидящая напротив молодая улыбчивая женщина, с тонким, смугловатым лицом и добрыми глазами тоже прыснула и погрозила пернатому разбойнику пальцем:

-Кыш! Кыш тебе говорят, Писарро! Перестань уже!

- Тётя Ассоль, а почему вы не заведёте себе сына или дочку? Я бы тогда поиграла с ними…вы же детей любите? – маленькая гостья  бесхитростно посмотрела хозяйке в лицо и забавно прищурилась.

Старинный парусник мягко покачивало  на волне, а вместе с ним покачивало и её папу, стоящего рядом с капитаном Греем и покуривавшего трубку.

- Тебе со мной скучно? – виновато улыбнулась Ассоль. - Я для тебя, наверно, сильно старая, да?

- Ну что вы! Вы такая красивая! Просто, я подумала, может это вам скучно…

- Нам не бывает скучно. – смуглолицая красавица ласково коснулась воздушных как сладкая вата, волос.- У нас много друзей. И они часто приходят в гости. Как вы.

- А папа сказал, что не все  вас видят и ваш корабль тоже…Даже мама!

Даша задумчиво приложила пальчик к носу и  коснулась верхней губы..

- Не все. – согласно кивнула хозяйка. - Но видят многие. Ты мне поверь.

- А что нужно чтобы вас увидеть? Другие глаза что - ли?

- Нет, не глаза. Другое сердце.- совершенно серьёзно произнесла Ассоль. – Особенное.

- Другое сердце? –искренне удивилась маленькая гостья. -  А какое другое?

- Доброе и детское. Такое, какое не умеет взрослеть….


*********

Что-то извне, как тень, царапнуло веки  и Даша проснулась.

Два подростка испуганными воробьями метнулись в сторону, за колонну, и пропали.

И только минуту спустя , Дарья поняла что вместе с ними пропала и её сумочка – с деньгами, документами и  всякими важными  женскими мелочами.

Она резко вскочила на ноги (что было зря, потому что сразу же заболела так недавно ещё сросшаяся после перелома нога) и секунду постояв, снова растерянно опустилась в кресло.

Из всего, что было ценного, остался только «Айфон».

«Слава богу, что догадалась оставить его во внутреннем кармане!». Ситуация была «аховая».

Дарья даже малодушно подумывала о капитуляции время от времени  выводя на экран монитора мамин номер, но гордость, в конце концов, пересилила.

- Нет! Пока всё не узнаю - никаких звонков…


… У нее рыжие кудри
и смешное лицо.
ее губы с привкусом рома.
ей не нужен Гудвин,
она уже дома,

море утащило ее кольцо
в полдень августа они обручились
свидетели
(те, кто были на катере)
не заметили,
как души их слились.
она даже ничего не сказала матери….



…муза, всполошившись, нырнула в море фантазии, а реальность не сильно, но заметно, толкнула Дашу  в бок.

«Реальность» представляла из себя  вокзальную бродяжку, примерно её ровесницу, с лукавой улыбкой и немного инфантильным способом общения.

- Ты чего не отвечаешь? – заговорщицки подмигнула «реальность». - В «кумаре» что ль?

Всё-таки, такая бесцеремонность слегка коробила.

 Даша немного отодвинулась от новой знакомой, наученная печальным опытом с сумочкой.

- Да  ты не ссы! Я  не «торчок». – хохотнула бродяжка. - Так, «эфедриню» понемножку,  «шмаль» ингалирую иногда…но с «герычем» не дружу. Да у меня и «трубы», вишь какие?  -она продемонстрировала   вены на локтевом сгибе. - Совсем не видно…

- Мы знакомы? –приторно-вежливо поинтересовалась  Дарья.

- Ха!  - чумазая мордашка кивнула на привокзальный монитор. - Да тебя, только что, по «ящику» в новостях показывали! Ты ж одна из заложниц, верно?

- Допустим. И что?

- Ну? Значит правильно я узнала, да? Интересно же, вот и решила присесть тебе на ухо. Тем более, вижу, ты никуда не торопишься…или компанией брезгуешь?

- Нет. Не брезгую.  Тебя как зовут?

- Анька. Но для здешних я – Изабелла!

Она гордо выпрямилась и это было  так комично, что Даша невольно расхохоталась.

- А почему Изабелла?- давясь подавленным смехом наконец-то смогла выдавить из себя она.

- Чего ржёшь?

«Вот рыжая зазнавала! Двинуть бы!»

Но смех был совсем не злым и «Изабелла»  передумала.

Поэтому следующая фраза была грустной.
Без подковырок и сленга.

- Не знаю я. Наверно что-то из книжек детских зацепилось…которые мама читала…

Смех улетел следом за музой.

- А где твоя мама? –осторожно поинтересовалась Дарья. – С тобой?

- Умерла. Мне ещё шести не было…- весёлые, такие живые минуту назад глаза,  потемнели и набухли прозрачным. - А папашка женился снова и сдал меня в детприёмник, чтобы не мешала новую семью налаживать…

- А ты?

- Лет пять промучилась там, а потом - «подорвала». – Анька (или Изабелла) отчаянно тряхнула головой и опять повеселела. - Зато, теперь сама себе хозяйка! Что хочу-то и ворочу! А ты чего здесь зависаешь?

- Понимаешь, я в Туапсе ехала. Дело у меня там одно, важное. – новая знакомая  доверительно протянула  сильную ладошку. - Кстати, меня Дарья зовут.

- Да знаю я. Говорю ж, по новостям видела. А проблема в чём? Билетов нет?

- Денег нет. Точнее, полчаса назад они ещё были…-криво усмехнулась Даша.

- «Общипали» что –ли? –догадалась Анька.

- Угу. Два переростка каких-то. На цыганят похожи.

- А! – секунду подумав, быстро прокрутила возможные варианты   бродяжка.- Это, наверно, Игорь и Артурчик Бахталовы! Точно – они цыгане, «ромы», так они любят себя называть. Ну, к этим –«что упало, то пропало». Сочувствую. Во, знаешь что? – ей пришла в голову новая идея. - Здесь, недалеко, стоянка «фур». Дальнобойщики тусуются. Хочешь, с ними поговорю? А ещё лучше - поехали вместе в Туапсе? Надоело мне тут, в этом грёбаном Смоленске. А там – море, фрукты…Юг короче!

- А платить чем будем? Не за красивые же глазки повезут?

- Да чё ты заморачиваешься! Целка что-ли? –хохотнула беспардонная визави. – Или понты?

- Пусть понты. Но всё равно, такая «цена» - меня не устраивает.

- Ну, железку свою отдай. «Сотку». Дорогая.  Я видела, как ты на неё таращилась. За проезд – нормально!  Не жалко?

- Нет. А этого точно  хватит?

- Точно. – уверенно кивнула Анька. - Они ещё тебе и должны будут!

- Уговорила. – рыжая  вытащила «мобилку» из кармана и взвесила её  на ладони. - Ну, если хватит, давай попробуем договориться…

- Пойдём! Увидишь, всё на "мази" будет!  Слушай, всё хотела спросить, а эта «жаба», которая вас в заложники захватила, она какая была? Психопатка типа?

Даша даже остановилась.

Лицо Джанисат лёгким облачком проплыло мимо …

«Иди. Аллах будет с тобой…Это я тебе говорю!»

- Нет. Она была такая, как мы с тобой. Только лучше.

И, неизвестно что почувствовавшая в её голосе, Анька  замолчала и убрала из глаз нахалинку.

-------

Пассажирский «аэробус», сообщением «Санкт – Петербург – Смоленск», приземлился на посадочную полосу  аэропорта  города Смоленска в 11.25. 

«Добро пожаловать в Смоленск!» - машинально зафиксировал долгожданное приветствие стюардессы Костя  и, одним из первых, направился к выходу.



10


Игумнов был неспокоен.
Да, он прекрасно знал свою приёмную дочь, которую воспитывал с четырёх лет. Знал. Но отцовская тревога, поскольку после рождения Максима  он окончательно почувствовал что значит быть отцом, заставляла его бегать по кабинету запертым в клетке зверем.

 Что касается жены - она просто плакала. Счастливая! Она может себе это позволить.

- Не нагнетай, Лена!  - не выдержал-таки вице-мэр. - В «Новостях» было ясно сказано, что все заложники живы. Террористка отпустила их и только потом взорвала себя…зачем им врать на всю страну?

- Ох, Даша, Даша…-отвечая себе самой покачала головой жена. - Талант у неё, влипать во всякие истории…

- Ты знаешь, - Игумнов наконец-то перестал бегать из угла в угол  и,  присев возле жены,   взял её руку в свою,- я, как могу, пытаюсь заменить ей отца. Плохо, хорошо ли, у меня это получается – судить не мне…

- У тебя всё получается отлично родной! Ты и есть её, пусть не биологический, но настоящий отец! И это моя вина, что она ушла…

-  И моя вина тоже, не забывай! Неужели ты думаешь, что она могла так поступить из-за каких-то там старых писем?

- Не из-за писем. – горько вздохнула Елена Сергеевна. - Из-за письма, Серёжа… какая я дура, что сразу же его не уничтожила! Детская привычка. Это как  хранить старые игрушки…

- И что же это за письмо такое? Секрет? Если не хочешь –не говори.

- Скажу. Немного попозже, ладно? (меняя тему) Что думаешь делать дальше?

- Жду звонка из Смоленска. – пожал плечами Игумнов. - Должны сообщить самую последнюю информацию. Обещали связать с подполковником Кузьминым, тем самым, что был вместе с Дашей в качестве заложника -  вот-вот перезвонят.

- Можно я тоже подожду у тебя, Серёжа?

«Сейчас она напоминает маленькую потерявшуюся девочку, испуганно разглядывающую прохожих. Господи, как же я люблю её!»

Он заглянул в её бездонные глаза и нежно поцеловал в губы.

- Конечно можно! Зачем ты спрашиваешь?

 Резкий скрежет  телефонного звонка заставил их одновременно вздрогнуть


*********



Ночь рассыпала звёздный горох по всему катящемуся навстречу горизонту.

«Из всех моих авантюр - это самая авантюрная!» - Даша, приподняв повыше колени,  следила за бегущей  навстречу лентой  дороги.

Она покосилась влево - сидевший рядом хмурый водила дальнобойной «фуры» обращал на неё внимание не больше чем на влетающий сквозь приоткрытое окно ветер: его холодные глаза бесстрастно сканировали встречный автотранспорт и блики запрещающих знаков.

«Похож на маньяка -лениво подумала Дарья, - хорошо хоть «сотка» выручила, а то бы как Анька…впрочем, она кажется сама не против».

Сзади, на спальном месте, прикрытым весёленькой шторкой,  продолжалась оживлённая возня с хихиканьем и стонами.

Наконец после особенно громкого «аах», вниз соскользнула её новая знакомая. Она была только в накинутой на плечи мужской рубашке и с початой бутылкой водки в руке.

- Будешь? – бесстыдница отхлебнула не слабый глоток и протянула спиртное Даше. - Правда, из закуски - только «шмаль»…- достав  из кармана рубашки  тонкую, скрученную сигарету, «Изабелла» с наслаждением затянулась. По кабине повеяло сладким запашком конопли.

- Выбрось! –на секунду ожило каменное лицо «маньяка»: как трещины по зеркалу. - Всю кабину провоняешь.

- А чё за кипишь дядя? –  дохнула дымом в его сторону почти голая нахалка. - Я чё, не отработала что-ли? «Урод» нельзя выкурить?

- Да выбрось ты…правда, воняет!

Дашу она послушалась.

Сделав последнюю затяжку,  выкинула сигарету в окно и нахохлилась. На некоторое время в кабине воцарилась  тишина.

- Командир! А поссать-то можно? – Анька поерзала на сиденье и жалобно скривила губы. - Останови, а? А то в кабине неприлично будет.

Взвизгнули тормозные колодки. Дашу бросило вперёд, сокращая расстояние между носом и лобовым стеклом.

-Бля…-ругнулась «Изабелла» слетевшая прямо на коврик. – Ты чё, танк водил до этого?

-Пять минут. – хмуро буркнул дальнобойщик. - И так из графика выбиваемся!

- Садись, не межуйся…- присела за ближайшим кустиком Анька. - А то этот сумасшедший и правда уедет. Он, похоже, на всю голову долбанутый!

- Ага. Ты давай, - немного стесняясь, шагнула дальше Дарья, -  я тут отойду в сторонку…

Цвикнула  молния на джинсах …и в этот самый момент, её, ошеломлённую и испуганную, кто-то грубо подмял сзади, опрокинул  на живот и, зажав рот ладонью, начал торопливо раздевать.

Она  извивалась и вырывалась, как могла, по - животному, до крови,  укусила нападавшего за руку, и не разжимала зубов до тех пор, пока тот не охнул. Сильный   удар по затылку отбил всякую охоту сопротивляться.

Глаза налились кровавым туманом, а сознание тонкой шелковинкой ускользало в горящую адскую печь.

Бессильная , полностью обездвиженная , спинным мозгом жертвы, Дарья ощущала как эта сволочь уже содрала с неё трусики и пристраивалась поудобнее…

«Нет! Нет!!»- что-то кричало внутри, но воздуха не было даже на вздох.

«Хряск!» …а потом лёгкость и опьянение дыханием.

Мерзкая туша завалилась на сторону, а над ней очертилась маленькая , лохматая фигурка в мужской рубашке с окровавленным камнем в руке.

«Анька!»

Даша повернулась на бок и наконец-то разглядела  напавшего - это был водитель «фуры».

Рыбьи, холодные глаза пусто всасывали в себя небо, а в углу  рта запеклась струйка свежей крови.

- Мёртв?  Я не хотела! Я за тебя испугалась очень…я не хотела!!! – камень выпал из ослабевших пальцев её защитницы.

Дарья  быстро натянула джинсы и застегнула молнию. Затем осторожно (а может брезгливо) потрогала пульс на шее насильника. Дернулась назад  и резко скомандовала:

- Идём! Никто ничего не видел и никто ничего не узнает!

- А Колька, – плаксиво затянула Анька - кивнув на тёмную громаду «фуры» , - напарник его? Он же сразу на нас «лягавым» стуканёт! Всё равно поймают!

- И что ты предлагаешь? Идти и сдаться самой? – разозлилась Даша.- Кто нам теперь поверит? Идём! Надо уйти подальше отсюда!

- Ладно. Только давай его  в кусты  оттащим? А то сразу найдут…

- Давай. Помоги мне…

С трудом, они перекатили тело в нависшие над кюветом заросли  и испуганно переглянулись,   увидев как что-то выпало из кармана джинсовой  куртки.

«Мобильник! Мой мобильник!»

Даша подняла телефон, вытерла  и положила в привычное место, во внутренний карман пиджачка.

- Идём же! Нам надо поймать машину.

Они прошли целый километр, но никто из редких автолюбителей не захотел ( а может побоялся) «взять на борт» две маленькие подозрительные фигурки, в запачканной грязью и крови одежде.

Внезапно, позади, раздался шум от движения большой машины. Даша и Аня нырнули в спасительную тень обочины.

Громадина пронеслась мимо.

Это была  их «фура», а  за рулём сидел напарник убитого, Николай.



11


Вода была ледяной.

Кожа  покраснела как от ожога и заломило запястье. Лесной ручеёк добродушно протекал сквозь Дашины пальцы, спеша куда-то по своим неотложным делам. На горизонте красным маревом просыпалось солнце.

Анька тоже было сунулась к воде, но сразу  отдёрнула  ладошку:

- Бррр…холодная…странно, почему так тихо?

- Ты о чём?

- Ну, убийство всё-таки. Я думала, щас лягавые набегут, всё оцепят. А везде - тишина.

- Да, необычно как-то.- согласилась Дарья. Но лениво.

Было так хорошо, что думать о плохом – не хотелось.

- А может, он живой? – вскинулась Анька. - Долдон этот? Ты уверена, что он копыта отбросил?

-Угу. – неохотно подтвердила Даша. - Я же в «меде» училась, только бросила. У человека на шее артерия есть такая, «сонная» называется. Слышала?  Так вот, пульс на «сонной» артерии так же хорошо прослушивается, как и на запястье. Его не было.

Некоторое время они просто молчали.

Вместе с ними молчала и тишина.

Но…её дело было незакончено.
- Пойдём. - вздохнула Дарья и с сожалением бросила взгляд на ручей. - Попробуем ещё «поавтостопить». Может, кто возьмёт. Чем дальше мы от того места уедем – тем лучше.

- Щас. «Шмальну» по-быстрому. Подзарядиться надо.

«Изабелла», наскоро затянувшись «косячком», вспомнила:

- А ты правду говорила, что стихи в уме пишешь?

- Не только. Ещё на «компе» или на бумаге.- улыбнулась рыжая. - В уме – когда ни того ни другого под рукой нет.
 
-А вот я такая дурища- ни к чему у меня таланта нет…-пожаловалась бродяжка. - Только петь вот люблю. С детства. Мама моя хорошо пела. Наверно от неё ко мне передалось.

- Спой что-нибудь?- попросила Дарья.

И к её неподдельному изумлению, чумазая, неухоженная, заброшенная жизнью и людьми девушка-подросток, запела красивым, высоким и чистым голосом, грустную песню…


Почто презрением обидел?
Ушел ты ласки не ценя,
Ужель ты думаешь на свете
Друзей не будет у меня?


И даже когда она замолчала,  слова песни, казалось, ещё долго висели в воздухе.

- Вот только кто поёт – не помню.- виновато шевельнулась Аня.

- Алла Баянова. – машинально ответила Дарья и обняла свою новую знакомую за плечи. - Ну, знаешь! Если это не талант, то я тогда не знаю, что люди называют этим словом! Да ты поёшь раз в сто лучше, чем все модные «поп-трусы» вместе взятые! Пойдём. Пора …

Они направились в сторону оживающей автострады, уже состоявшимися подругами.


*******



Утро накатывало дорожным грейдером.

В такие минуты  свежий, прозрачный воздух особенно вкусен и дежуривший в холле вокзала  полицейский отлично знал это.

С нетерпением дождавшись окончания смены, он поспешил на крыльцо и закрыв глаза полной грудью вдохнул ….

Отвратительная вонь давно немытого тела, как прилипший к лицу грязный памперс, заставила его шагнуть назад и оглянуться.

Причина «ароматов» , классический - как с плаката «помогите бедным» -бомж, робко заглядывал ему в лицо, неуверенно и беззубо улыбаясь.

- Чего шляешься  тут? – зло ругнулся дежурный . - В «обезьянник» захотелось?

- Гражданин начальник, вот, нашёл случайно. Может, потерял кто? Мне без надобности, а человеку расстройство…

Полицейский взял то, что  протянул ему бомж, глянул,  поспешно достал рацию и радостно доложил:

- Дежурный по вокзалу сержант Сафонов! Сообщите подполковнику Кузьмину, что найдено удостоверение личности Игумновой Дарьи Геннадьевны! Да, только что. Кто нашёл? Лицо без определённого места жительства. (бомжу) Фамилия как твоя?

- Фатюшин…- растерянно затоптался бездомный.

- Гражданином Фатюшиным. Да, слушаюсь! Сейчас прибудем!

- Ну, пойдём, Фатюшин, -отключив рацию повелительно кивнул бомжу представитель власти , -в управление поедем!

- А что я такого сделал, гражданин начальник? – испугался беззубый Фатюшин и жалостно зашепелявил: - Помочь хотел, по-доброму…

- А ты что, не слышал, что все добрые дела, как правило, наказуемы! –дежурный не выдержал и улыбнулся. -  Да не бойся ты, Фатюшин! Ничего с тобой не будет, думаю, денежную компенсацию даже получишь! Молодец! Поговорят с тобой – и иди на все четыре. Понял?

- Понял…-успокоённо кивнул бомж и  засеменил вслед за высоким полицейским сержантом к патрульной машине.



********


Костин сон разбился от телефонного звонка, как стеклянная ваза о мрамор. Хотя гостиничный номер был презентован как «люкс» - при утреннем свете он выглядел довольно убого.

«Смоленск, Смоленск…» - поморщился Котя (милое детское имя) и нажал кнопку приёма.

- Костя? – этот голос  заставил  его окончательно проснуться. -  Извини что рано. Ты в Смоленске?

- Да. А откуда вы знаете?

- Неважно. –нетерпеливо перебил  его Игумнов. - В общем, слушай. Только что мне звонил подполковник Кузьмин…да, тот самый. Сказал, что Дашино удостоверение личности нашли на ж/д вокзале. Не мог бы ты с ним встретиться лично и всё поподробнее расспросить?

- Конечно! А когда? -  задавая последний вопрос, он уже  торопливо натягивал брюки.

- Да хоть сейчас. У них рабочий день не нормирован. А потом – перезвони мне. Хорошо?

- Хорошо…

Чтобы полностью одеться – хватило несколько секунд.


12



Даша ощущала каждый мускул своего непривыкшего к таким перегрузкам тела.

Автомагистраль, ведущая на юг , проваливалась в золото восходящего солнца , нещадно слепившего глаза.

Было ещё прохладно, но это её устраивало.

Идущая рядышком «Изабелла» притихла.

Очевидно, вымоталась и она.
 
Степень усталости  достигла такого предела, что они, уже не скрываясь, просто шлёпали и шлёпали,  не предпринимая  никаких попыток поймать транспорт. Всё равно никто не возьмёт, а лишних сил –не было.


…Инерция. Звук колеса.
Следующая остановка - мой мир.
Гулко звучат провода.
Жoнглирует ловко факир.

Простите, но я потеряла
билет на обратный проезд.
И костью в горле застряла
мелодия дня. Мой подъезд…


- Здорово!- искренне восхитилась  Анька.

- А? Что? Что здорово? – очнулась от грёз Дарья. Она даже не осознала,  что читала свои вирши  вслух.

- Писать стихи в уме. Теперь я знаю, как это делается…

- Девчонки, карету не заказывали? Подвезти? -Весёлый молодой голос в сочетании с отвратительным скрипом тормозов, заставил подружек одновременно обернуться.

Раздолбанный «Mitsubishi Space»- в простонародье «Делика» - остановился всего в метре от них и  с переднего пассажирского места, выглядывал  симпатичный блондин с по-детски задорной  улыбкой.

-Чего застыли? – добродушно пригласил он. - Не вызывали так не вызывали. Мы дальше поедем.
 
Неуверенно переглянувшись девушки подошли поближе. 
- У нас «лаве» нет. – виновато объяснила Дарья. - А насчёт «натуры»- это сразу мимо. Есть вот… - Многострадальный   «Айфон» вновь был извлечен на свет божий. - Или позже  рассчитаемся . Если верите, оставлю адрес.

Блондин с напускной важностью подмигнул водителю, а потом и второму товарищу на заднем сидении:

- Когда я слышу такой наивный лепет- то сразу понимаю – девчонки нормальные.

Он опять обернулся к странницам и почти приказал:

- Да садитесь вы! «Натура»…да от вашей «натуры» сейчас и абориген Центральной Африки откажется! Да, а вам куда кстати?

- В Туапсе. –одновременно ответили неожиданные попутчицы и прыснули.

- Видал Анджей! Гони сотню! – блондин заржал как застоявшийся конь и пояснил недоумённо глядящим на него девушкам. - Да мы споранули- если вас остановим- до конечной поедем или по дороге вас высадить придётся!

- А вы тоже в Туапсе?

«Вся-таки она не смогла сдержать радости.»

- Угу. – довольно кивнул балагур. -  Кстати, будем знакомы! Меня зовут Игорь, неразговорчивый тип за рулём - Андрей, он же – «Анджей»,  а рядом с вами, тает от восхищения – Илья. Короче - мы музыканты. Гастролёры. Группа «Круги на воде». Не слыхали?

- Нет…

- Ну, ясно. – почесал выгоревшую макушку Игорь. - Не «BEATLES» и даже не «DEPECHE MODE» пока… Но стремимся! А вы кто будете?

-  Я - Даша, а она …

- Изабелла! –внезапно выпалила Анька и задрала свой не очень чистый нос кверху.

- Ни фига себе! Ты веришь? –блондин весело хлопнул по плечу водителя, неразговорчивого брюнета с ускользающим взглядом.

- Нет. – помотал головой тот. - Говорил же, зря посадили.

- А мы и не набивались. Можете высадить нас снова. – отвернулась к окну Дарья.

- Ну вот, чего  из мухи слона  лепить? – примирительно «сдал назад» Игорь. -  Не понравится наша компания – высадим. А понравится, вместе доедем. Часиков через десять уже в Краснодаре будем, а оттуда до Туапсе – рукой подать.

- Порепетировать бы ещё не мешало. – вмешался молчавший до этого третий – самый стеснительный и низкорослый. -  А то Катя ушла, а слова на новый song, так и не дописаны…(Игорю) Ты ж у нас поэт! А незаконченную вещь – сразу раскусят, сам знаешь…

- Солистка у нас была. – специально для девушек, пояснил Игорь,  -  и текстовик по совместительству. Катя Иванцова. Переманили конкуренты… сволочи! Вот такая жизнь у гастролёров – то в гору, то с горы.(Илье) Ладно. Остановимся пожрать, покумекаю…

- ДПС. – ткнул пальцем в лобовое стекло Андрей. - мягко притормозив на обочине. - Документы у вас есть?

Даша и Аня отрицательно помотали головами.

Выглядели они испуганно, это Игорь  сразу заметил.

- Ладушки. Придётся на себя их брать. – блондин подмигнул угрюмому «Анджею» и театрально осклабился навстречу стражу порядка.

- Младший сержант Никонов. Ваши документы! –козырнул подошедший ДПС-ник.

Андрей сунул руку в карман, а Игорь, выйдя из машины,  и, делая вид, что потягивается, произнёс:

- И почему люди так завидуют тем, кто в «шоу» бизнесе? Сплошная дорога, пыль, нервотрёпка и отсутствие умных собеседников. Не считая служителей Фемиды.

- Шутник! – хмыкнул младший сержант, возвращая права водителю.  - А вот если на спиртное проверим?

- С удовольствием! Начнём с меня. – готовно приложил руки к груди блондин. - А потом и все остальные причастятся!

- Весёлый ты парень! – теперь уже искренне улыбнулся полицейский. - Что, вообще ни грамма?

- Обманывать представителя закона - это тоже, что обманывать Родину! Правда, после концерта можем позволить себе малёхо, но только малёхо и не за рулём!  -Он хлопнул себя по лбу.-  Кстати, товарищ лейтенант…

- Младший сержант…-скромно поправил ДПС-ник.

- Да ну??  – с притворным негодованием возмутился Игорь. - Ладно, товарищ младший сержант. У нас тут праздник небольшой, новый «сингл» записали. Не сочтите за взятку. Просто предмет уважения.

Он, как фокусник достал откуда–то, из-за спины, бутылку дорогого виски и сунул прямо в руки чинителю закона.

Тот секунду помедлил, оглянулся, и спрятав бутылку в карман,  нарочито грубовато приказал:

- Езжайте, артисты. Не нарушайте! Счастливой дороги.

- И вам всего доброго товарищ лейтенант….


«Делика» сходу взяла с места, а Игорь всё махал и махал рукой, пока  пост ДПС не пропал из виду.

И вот тут, все трое музыкантов, начали ржать, заглушая друг друга. Но, случайно, увидев лица девушек и холодный пот на лбу Даши, Игорь, вдруг, прекратив смеяться, серьёзно и участливо спросил:

- У вас проблемы?

Глянув ему прямо в глаза, Даша тихо произнесла:

- Можно я не буду отвечать?

- Можно.

«Странно…он, оказывается, умеет быть и серьёзным.»



13



Подполковник Кузьмин распахнул окно  и выпустил ядовитое облако табачного дыма наружу.

-Таким образом, - резюмировал он, - понятно, что она всё-таки вернулась на вокзал. «Перебила»  билет на более позднее время, но из Смоленска – так и не выехала. Мы проверили пассажиров поезда, на котором она собиралась отправиться. Либо…

- Либо что? – с интересом перебил хозяина кабинета  Костя.

- Либо её просто ограбили, или как у нас говорят, «общипали», местные вокзальные воришки и она отправилась дальше другим транспортом.

Кузьмин опять «угнездился» за столом и напустил лоб на глаза.

«Как сыч в дупле, -подумал гость,- вот только глаза выдают. Поэтому и прикрыл. Опасные глаза. Глаза хищной  ласки».

- Вы хотите сказать, она рискнула  добираться до Туапсе  «автостопом»? – Костя отвлёкся от сравнений с животным миром и засыпал подполковника вопросами. – И что  ограбили…а  может, она элементарно  потеряла удостоверение? Бывает же…

- Начну с ответа на второй вопрос. – снисходительно улыбнулся Кузьмин. - Почему думаю, что её ограбили? Всё очень просто. Видите ли, у вокзальных воришек, есть привычка ненужные им украденные предметы, скидывать в урны или мусорные баки. Например – документы. Они делают это для того, чтобы как можно дольше эти, как мы их называем, «вещьдоки»-не были найдены и, таким образом, давали им временную фору. Согласитесь, если бы владелец или владелица, просто потеряла где-то своё удостоверение - его бы обязательно кто-то поднял и попытался вернуть. А кому придёт голову рыться в мусорном контейнере?

- Ясно.

- И второй, то есть первый вопрос, если её обокрали – логично предположить, что она будет искать другие возможности, чтобы добраться до цели. Самое логичное для человека в её положении – это «автостоп». Или договориться с кем-нибудь из дальнобойщиков. Здесь, недалеко, их парковка…

Но Костя уже не слушал.

Он думал.


---------


Ровный ход  «Делики» укачал даже болтливого Игоря.

Он мирно посапывал уткнувшись носом в дорожную подушку-капюшон и был  похож на маленького мальчика уставшего после урока физкультуры, второй,  Илья,  спал в позе убитого в затылок бойца, опасно свесив голову и приоткрыв рот, а  Аня, недолго думая, свернулась на длинном сиденье калачиком и уткнула свою кудрявую голову в Дашины колени, хозяйка которых дремала сидя, с неудобно выпрямленной спиной.
 
И только Анджей - Андрей, всё так же вел  машину вперёд твёрдой рукой, не сводя чёрных цыганских глаз с магистрали…


*******



         ТРЕТИЙ СОН ДАШИ.


Дождь собирался долго: небо то затягивало  серым, то вновь пробивало солнцем. Однако, навалившаяся с запада туча, окончательно похоронила надежду на хороший день. Резкий ветер пенил прибрежные волны и  молния то тут, то там разрывала фиолетовое полотно облаков сверкающей лентой.

Попугай тревожно кричал,  взъерошивая хохолок, а обезьянка, бросив орехи, забралась на плечо Ассоль и притихла, напоминая маленького испуганного ребёнка.

- Что это? – спросила Даша.

- Всего лишь шторм. – успокаивающе улыбнулась Ассоль.

- А что такое шторм?

- Шторм? Ну,  это как плохое настроение. Вот у тебя бывает плохое настроение?

- Да, бывает.

- И у моря оно тоже бывает. А плохое настроение моря и называется – шторм.

- Дашуля! Нам пора. - в глубине папиных глаз пряталась тревога. - Начинается настоящая буря!

- Плохое настроение моря?

- Совершенно верно. – серьёзно кивнул подошедший с отцом капитан Грей. - Плохое настроение моря. А  ты откуда узнала?

- Секрет! – хитро переглянувшись с Ассоль, лукаво ответила девочка.


********



Дарья проснулась от того, что потеряла равновесие и, навалившись на спящую Аню, разбудила и её.

Оказывается, «Делика», резко вырулила к небольшому придорожному кафе, где уже запарковать несколько легковушек.

- Кто хочет жрать - вперёд и с песней! –весело провозгласил Игорь.

Легко,как резиновый попрыгунчик, он выскочил из машины, подал руку дамам сказав при этом что-то типа -«Сеньориты- харчевня к вашим услугам!» и бодро толкнул входную дверь.

Помещение  было небольшим, но на удивление уютным  и народу тоже было немного: у  дальнего столика, спиной , сидела молодая пара, а возле окна, молча поглощали рассольник двое хмурых мужиков.

Компания «Делики»  расселась в самом центре кафешки и сразу стало шумно. Игорь, странным образом, умел создавать вокруг себя атмосферу лёгкого «пофигизма» и юмора.

- Так,  неси-ка нам «Синяя птица», весь обеденный набор и не забудь про холодненькое пиво! –благожелательно озадачил он официантку. -  Пиво какое?

- «Клинское».

- Сойдёт. Тем более, здесь и не ресторан «Максим».(девушкам) Или дамы что другое пожелают?

- Дамы согласны с выбором кавалеров! –улыбнулась Даша и впервые за последние сутки расслабилась, не заметив, что при звуке её голоса, молодая пара за дальним столиком стала оборачиваться и шушукаться.

- All right! – важно кивнул Игорь. - Ну, ударим по-маленькой для начала…

- Здравствуйте! Вы меня не узнаёте?
Изумлённая Даша вздрогнула и поднялась с места.
 
Только теперь она узнала этих двоих.

Конечно же!

Перед ней, стояла та самая девушка, которая была вместе с ней в числе заложников в поезде «Санкт-Петербург – Туапсе».



14



 -Иди домой, Лена! Бегаешь ко мне каждое утро, как на работу…- вздохнул участливо вице-мэр Энска. - Сына совсем забросила. Будет что-то реальное - ты первая узнаешь об этом.

За окнами кабинета чернело вечернее небо.

- Максим не первоклассник.  –чуть виновато ответила Елена Сергеевна. - Тем более с ним Валечка и Кира Анатольевна…

Она опустила голову и тихо произнесла:

-Серёжа, я знаю, к кому она едет. К Нему. И очень боюсь! Если Даша узнает настоящую правду – я не берусь предсказать, что она сделает. Учитывая её эмоциональность и впечатлительность…

- А ведь я предупреждал тебя! Насчёт сказок о прошлом! Но ты – никогда меня не слушала!

Она заплакала.

Игумнову стало стыдно за невольную резкость.

Он любил её.

- Не плачь. Прости. Здесь слезами уже не поможешь. Адрес Его у тебя есть?

- Есть, – вытирая глаза ответила супруга, - но только восьмилетней давности. За это время, Он мог сто раз переменить место жительства…

Игумнов встал и подошёл к окну. Некоторое время, он, молча, смотрел на городскую суету за окном, потом опять повернулся к жене:

- Ну что же. Всё не так плохо. Ты даёшь мне адрес «бывшего», я сообщаю его в Туапсинское отделение внутренних дел и Косте. Если нам повезёт, мы перехватим Дашуню по дороге.

- А если нет?

Почувствовав страх в её вопросе, Игумнов не стал лгать, а только устало пожал плечами:

- А если нет…нам предстоит «момент истины». И тяжёлые дни. - внезапно он улыбнулся и подмигнул. - Но мы справимся, верно?

- Верно. –Елена Сергеевна совсем по детски сморщила нос. – Но только  если с тобой…


********


Радостное  выражение не сходило с лица Дашиной попутчицы с того самого момента, как она её узнала.
Да и молодой супруг был искренне доволен, но, не будучи по-женски словоохотлив, сиял как начищенный золотник.

Когда вся компания наконец-то очутилась на улице, новобрачная  решилась и тронула Дарью за локоть:

- Может, всё-таки, поедете с нами, Даша? Вы нас нисколько не стесните! И подругу вашу возьмём с радостью! (мужу) Правда, Юра?

- Конечно. Машина вместительная. Вы знаете, - разговорился молчун Юра и кивнул на жену, - Вика наотрез отказалась ехать дальше поездом, а самолётами, она с детства летать боится. Вот и пришлось взять эту ласточку напрокат в Смоленске…

- Понимаю. Я тоже летать боюсь. И тоже с детства. Поэтому поездом и поехала. Но я, всё-таки, доберусь с ребятами. – Даша чуть понизила голос. - Они неплохие, даже забавные. И не опасные.

- Дашенька, всё равно, если вам понадобиться наша помощь, любая, или что-то ещё – вот… – Вика торопливо протянула ей листочек исписанный мелким каллиграфическим почерком.

- Здесь наш адрес в Туапсе, мой и Юрин телефоны. Звоните, пожалуйста! Мне так хочется что-то сделать для вас! (её голос дрогнул) Вы нам жизнь спасли…

- Перестаньте! А то не возьму.

«Совсем засмущали! И чего они так? Ничего такого я не сделала…»
 
Рука Юрия оказалось большой и горячей,  а  Вика робко наклонилась к ней и обняла.

- Удачи вам Даша! - На её глазах показались слёзы. - И ещё раз – спасибо!
Они уселись  в свой «Шевроле» , помахали  на прощанье и уехали. Счастливые, как все молодые пары.

- Что за тема? С собой инвайтили? – подошёл Игорь. - А чего не поехала? Знакомые, всё-таки.

- А мне с вами – больше нравится. Или ты против? –насмешливо и чуть вызывающе парировала Дарья.

- Только не я! – широко улыбнулся Игорь. - Ну раз такие дела, по каретам?

- Ага…

В салоне «Делики» было жуткое пекло, но уже через минуту Илья плотно закрыв окна включил кондиционер и ветерок живительно загулял по раскрасневшимся лицам.

Дорога опять разворачивала перед ними серебристую ленту асфальта.

- Игорь, ты обещал что порепетируем. Забыл? – недовольная реплика Ильи выбила Дашу из потаённой комнаты обдумываемых  мыслей. -   Или мы новую «вещь» пока представлять не будем?

- За что я тебя люблю, Илюха, так это за то, что ты даже пожрамши, не забываешь о деле! – хлопнул товарища по плечу блондин и скомандовал:

- Анджей! Увидишь грунтовку - сверни на неё, окей?

- Окей.

Минут через десять,  «Делика» съехала на лесную дорогу, ведущую в живописную рощицу, расположенную недалеко от основной магистрали и остановилась на цветущей зелёной полянке возле большого родника.

- Эдем! – раскинув руки и вдыхая воздух полной грудью возопил Игорь. - Сады Семирамиды! По-моему, сойдёт! Разгружаемся!

Не мешкая, музыканты вытащили гитары и ноутбук.

- Надеюсь, вы не сильно спешите? – смущённо обратился к пассажиркам Илья. - Мы ненадолго. Кое-что подшлифовать надо…

- Не обращайте на нас внимания. Даже интересно. –махнула рукой Дарья и уселась на траву рядом с Анькой.

Удивительное дело, как творчество меняет людей!

С первых же аккордов и строк песни, лица новых друзей  стали тонкими, даже одухотворенными. Как шелуха слетела мальчишеская бравада, а в глазах появилась неожиданная взрослая грусть…


Гладь меня по спине,
приговаривай слова,
пакуй меня в слова,
словно в облака,
в небесное пылкое олово
слов,
своди меня, рисуй меня,
произноси
покров….

Припев:

Сколько останется?
Сколько проглотится?
Что с тебя станется?
Возьми меня россыпью…


- И всё! Дальше – ступор! – огорчённо прервал песню Игорь. -  Катька, редиска, хоть бы дописала куплет перед бегством.

Илья и даже молчаливый Анджей стали накидывать свои варианты, но ничего подходящего не вытанцовывалось.

Спор перерастал в ругань , а невидимые молнии били в землю совсем уже рядом.

- А что если так попробовать…- вмешалась в образовавшуюся случайно паузу Даша.


С привкусом одиночества,
с примесью безнадёжности,
как червоточина,
сердце в конвульсиях
корчится
рисуй меня из швов,
немую, безучастную,
своди по выкройкам
одну такую
распрекрасную …


Тишина была такой громкой, что, как турбина самолёта в немом кино, всасывала в себя  все посторонние звуки.

Кадрами застыли изумлённые лица: чуть склонивший набок  голову Илья, застывший со странным выражением на лице Анджей и откровенно очарованный и восхищённый Игорь.

Именно он и нарушил первым молчание озвучив мысли всех, в том числе и Анькины:

- Слушай, а ты кто? Ангел?




15



Алёне было невероятно грустно.

Похоже, их детская дружба трещала по швам как старая марля под горячим утюгом.

«Всё этот Костя! И чего эти дуры в нём нашли? Обычный пижон..».

Народу в их любимом кафе было немного. Не нужно понижать голос и оглядываться на соседей, но в том то и парадокс –что общаться  совсем не хотелось. Хотелось просто допить свой сок и уйти.
Вот так.

- Ну и пусть догоняет. – презрительно скривила губы Наталья. - Мне он уже неинтересен. Слабак.

- По-моему, ты его по-прежнему любишь! – печально покачала головой Алёнка и вздохнула.

- А ты кто? Мой личный психоаналитик? – разозлилась подруга. -Чего ты в душе моей ковыряешься?

- Потому что я тебя люблю. И Дашу. И ценю   вас обеих…

- Ценю…обеих… уси-пуси какие! Да я, если хочешь знать, Игумнову всегда терпеть не могла!

- Ты что, рехнулась? – Алёну дёрнуло как от удара током. - Ты что мелешь?

- Ай-яй-яй! Какая  плохая! – просюсюкала Наташа. -  А за что мне её любить? Чем я хуже? Но мне ничего, а ей всё прёт, как по заказу!

- Да что прёт-то? Она вообще с отчимом выросла!

- Да, с отчимом. Но с каким? – Наталью уже откровенно несло. - Местный Царь и Бог! Второй человек в нашей дырени! И внешне она страшила – а мужики на неё залипают как мухи на сахар…это справедливо?? «Ах Дашенька, она у нас талантливая, оригинальная, интересная», бла-бла-бла…А что может ваша Дашенька ? Рифмовать слова и морщить значительно лобик? Пффф…

- А ты что можешь ?

- Я? – оппонентка даже немного растерялась. – Я? Да уж побольше, чем эта оранжевоголовая корова! Во-первых - я красивее, я преданная, я для любимого -невозможное сделаю! И, во всяком случае,  я не убегу накануне свадьбы…

Она вдруг издала клокочущий звук и позорно разревелась.

И злость на неё у Алёнки прошла.

Она пересела поближе  и  приобняв, погладила её по взбалмошной голове.

- Ладно,  хватит. – пробурчала Наташа вытирая платком глаза. - Я уже не реву. А то подумают, что мы лесбиянки…

- Я  не верю, что ты сейчас всё это говорила. –задумчиво произнесла Алёна глядя на склонившийся пышноволосый затылок.

- А кто? Рианна? – подняла глаза брюнетка. – Или Линдси Лохан?

- Твоя ревность и зависть. И обида на Костю…

- Знаешь что? Я уже взрослая девочка, чтобы выслушивать нравоучения! И сама для себя выбираю жизнь и друзей! Чао! Привет Дашуне!

Наташа резко встала и быстро пошла к выходу. На ходу она оглянулась и крикнула:

- И сама решаю, что мне делать! Понятно?

- Дурища…-  беззлобно прошептала Алёна и пригорюнилась.



*******



Они «прогоняли»  текст снова и снова, шлифуя каждую ноту.

В конце концов даже перфекционист Илья запросил пощады:

-Ну всё. Пауза. Уже неплохо.

Он растянулся на прохладной траве подавая пример всей компании.

- Классно  получается…- согласился Игорь. - Только не хватает второй изюминки.

- Какой? – поинтересовалась Дарья. Вообще-то она спросила просто так. Если молчать,  то опять полезут в голову печальные мысли. А ей не хотелось сейчас думать о плохом.

- Женской души. – охотно развил тему Игорь. - Точнее – настоящего  женского вокала. Знаешь, как трудно найти хорошую певицу? Это только кажется, что свистни - и набегут. Набегут то набегут - но желание петь и умение петь - это разные вещи. Слушай, а ты ещё не поёшь случайно?

Он с интересом покосился на Дарью.

- Я – нет. –рассмеялась та и указала на Аню. - А вот она – да!

- Да ну? Серьёзно?  А давай попробуем!  Изабелла, Даша говорит что ты «вокалить» умеешь? Похвастай, а?

- Да ну нафиг…- отмахнулась бродяжка. - Чё шуток не понимаете? Я только для себя иногда подвываю…

- Ну, сделай исключение! Подвой и для нас чудок. Хочешь , на колени встану? -он шутливо подмигнул.-  Считай это платой за проезд.

Увидев, что Аня колеблется, Даша неизвестно зачем, тоже попросила:

-  Для меня. Пожалуйста!

- Ладно. – капитулировала Изабелла. - Только если закосячу, вы сразу говорите, хорошо?

- Хорошо, хорошо. Скажем. Да мужики?

Илья и Андрей кивнули, настраивая гитары.

- Вот смотри…-Игорь протянул ей листочек с текстом. - Смотри - когда я заканчиваю эту строку- вступаешь ты. Поняла?  Ну и торт с кремом!  С припева. С ми-минор…поехали!

Илья и Андрей слаженно вступили, а Игорь пропел строчки куплета и кивнул.

Высокий, сильный, удивительно чистый, абсолютно без фальши голос Ани, сразу же уловив мелодию, продолжил слова песни так органично, как будто девушка пела её всю жизнь…


Сколько останется?
Сколько проглотится?
Что с тебя станется?
Возьми меня россыпью..


Несколько долгих минут, после того как новая вокалистка закончила петь, на полянке царило гробовое молчание.

Потом Игорь задумчиво произнёс:

- Мда… Пословица о том, что таланты на дороге не валяются, явно придумана идиотом.

И это была его лучшая фраза за день.



16


«Делика»  аккуратно вырулила к небольшой гостинице в самом конце улицы.

 Туапсе лениво просыпался навстречу утреннему солнцу. Вдали что-то погромыхивало и шипело.

«Море! –подумала Дарья.- Это море!»

-  Мы  на месте. –  Анджей толкнул в плечо дремавшего рядом Игоря. Тот потёр руками глаза и обернулся к сидевшим в салоне:

- Дамы и господа! Леди и джентльмены! Поднимите ваши задницы и расхватывайте вещички! Спасибо за внимание.

- Возьми. – Даша протянула ему свой «Айфон».- Спасибо что довезли. Дальше я сама…

- Ну, ты даёшь! – не на шутку обиделся Игорь. - Мозги что- ли перегрела? Да это мы тебе должны! За песнюху новую…не…не возьму. За кого ты меня принимаешь?

- Тогда, пока мальчики! Удачи вам и хитовой музыки! - Пожав руки ребятам, Дарья легко выпрыгнула на прохладную с ночи дорогу.

- Подожди! Подожди! – засуетился  Игорь. - Есть предложение…мы тут покумекали ,- он переглянулся с Ильёй и Андреем. - Давай к нам в группу, а? Нам текстовик нужен и администратор. Много пока не обещаем, но в зависимости от раскрутки условия будут меняться!

- Лучше Аню пригласите! Она точно украсит вашу музбанду.

- Какую Аню?

- Изабеллу. –рассмеялась Даша и кивнула на свою новую подругу. - Видишь –уже и сценическое имя придумывать не надо.

- А она – согласна! – выпалил Илья. - Я ей ещё вчера предложил. (Ане) Слушай, у тебя имя такое красивое – Анна! Зачем тебе эта Изабелла?

- Затем,- хмуро огрызнулась бродяжка, - что жизнь нынче трудная. (Даше) Уходишь?

- Да. У меня дела.

- Понимаю. А я – остаюсь.

- Я рада. Я очень за тебя рада! – Даше искренне было жаль прощаться со своей так недавно обретённой знакомой. – У тебя всё-всё будет отлично!

- Увидимся может ещё?- На глазах Аньки  появились слёзы.

- Не знаю. – печально ответила Дарья. - Я не люблю загадывать. Пока, хорошие люди! – помахала она рукой музыкантам. - Приятно было познакомиться!

 Прижав пальцы к губам  воздушным поцелуем, она попрощалась и, решительно развернувшись, пошла вниз по улице.

- Даш! – высунувшись из окна машины прокричал ей вслед Игорь  - Если что, мы сегодня вечером играем на открытой площадке санатория «Жемчужный»! Приходи!

- Постараюсь!

Но она знала,  что скорее всего - не придёт.


*******



Старая  «четырёхэтажка»,  построенная ещё в советские времена, так плотно вросла в землю, что составляла с природой единое целое.

Достав из кармана старый, потемневший от времени, конверт, Даша сверила  адрес и уверенно вошла во второй подъезд.

«Третий этаж. Квартира восемнадцать…Тут!»

Звонок на её удивление работал.

- Вам кого?

В открытую дверь, на ширину цепочки на неё недружелюбно глянули глаза пожилой и помятой жизнью женщины.

- Геннадий Афанасьевич Трешнёв здесь проживает? – волнуясь спросила гостья.

- Съехали Трешнёвы ещё три года назад. -  замок защёлкнулся.

- А куда съехали? Куда? Адрес знаете? – потеряв контроль над собой забарабанила по клеёнчатой коже Даша.

- Делать мне больше нечего, как адреса ихние записывать…- шаги неумолимо удалялись  вглубь квартиры.

- У, мымра! – бессильно пнула дверь Дарья.

Где-то совсем рядом, призывно шумело море.


--------


Ровно через пятнадцать минут,  после ухода Даши , по той же самой лестнице, почти бегом, поднялся молодой, красивый парень, в стильном прикиде и остроносых байкерских сапожках. 

- Ну чего ещё надо?  Покоя нет! Ходят, ходят…

- Простите, это квартира Трешнёвых? –вежливо поинтересовался новый гость.

- Да что сегодня за день такой!  - уже в голос зло запричитала баба - Три года никто не спрашивал – а сейчас вдруг всем занадобились! Нет тут никаких Трешнёвых! Уехали они! Оставьте меня в покое!

Она  попыталась захлопнуть дверь, но Костя  ловко вставил кончик «а-ля ковбойского» ботинка в проём.

- Ты чего хулиганишь? Хочешь, чтобы полицию вызвала?

- Вызывайте. А я вам  дверь сломаю, идёт? Если не ответите на пару вопросов.

- Чего надо-то?– сдалась толстуха. - Вопросы какие-то...Совсем молодёжь обнаглела! Щас правда ведь вызову!

Но, нахал, молча, держал ногу  между створками  и молчал.

- Ну, спрашивай, идол, свои пару вопросов! И убирайся, чтобы глаза тебя не видели!

- Первое, куда уехали Трешнёвы? И второе. Кто ещё интересовался ими недавно?

- Они мне не докладывались куда уехали. – недовольно скривилась баба. - А приходила, минут десять назад девчонка, твоих лет с оранжевой башкой. Я ответила на твои вопросы?

- Почти. – мило улыбнулся Костя. - А эта девушка, с необычным цветом волос, она не говорила, откуда приехала или где остановилась?

- Да ты совсем что-ли??? – как вулкан взорвалась дошедшая до последней точки кипения баба. -  С какого, прости меня Господи, хрена ей мне что-то говорить?  Пусти двери, в последний раз говорю! У меня терпение закончилось!!

- Всё-всё, убрал. – освободил дверь Константин. - Спасибо за информацию, уважаемая. И не надо так нервничать! В вашем возрасте инсульт и инфаркт-это не дальнее, а ближнее зарубежье!

- Пошёл к чёрту! – донеслось изнутри.

Костя, улыбаясь, сбежал вниз, по лестнице.

Даша здесь.

Он теперь точно знал это.


-------

-Алё, мама?

- Дашенька! Дашуля, это ты??

- Да, мама. Это я...



17




- Мама, зачем ты меня обманывала? Всю мою жизнь обманывала? Зачем, мама?

- Мне трудно объяснить тебе что-то, не видя твоих глаз. Приезжай! Я расскажу тебе всё…

- Не думаю, что узнаю что-то новое. Я найду его.

- Дашенька, если я тебя и обманывала, я делала это только для того, чтобы не причинить тебе горя! Иногда, сладкая иллюзия лучше, чем горькая правда…

- Только все иллюзии со временем развеиваются, а правда остаётся. И становится ещё горше. Ладно, мам, пока. Я ещё позвоню.

- Дашенька, не делай глупостей! Слышишь? Что у тебя с деньгами? Скажи где ты сейчас? Даша…

Экран снова стал чёрным.  Телефон умер, как умерло что-то и в её душе.

В кармане, куда она вернула «Айфон» слегка зашуршало. Записка. «Вика! Её адрес». Идти всё равно было некуда, а  Вика местная…

Дарья решительно зашагала вверх по улице.

Дело было ещё не закончено.
 


*******



Песня стопроцентно получалась хитовая.

Оригинальный  текст, смелая аранжировка и волшебный голос Ани делали её запоминающейся и необычной.

Каждый звук, резонируя, отражался от стен репетиционного зала и мгновенно переселялся в сердца слушавших.
И больше всего – в сердце Ильи.

…немую, безучастную,
своди по выкройкам
одну такую
распрекрасную …


- Ты – настоящий талант! Знаешь об этом? Тебя даже учить не надо. Ты слышишь мелодию нервами…- Анджей поднял вверх большой палец.

- Ого! –   Весело подмигнул новой солистке Игорь. – Цени!  Последний раз, я слышал такую длинную тираду от Анджея в Воронеже, когда он посылал кое-куда местного администратора.  А,  если серьёзно, подписываюсь под каждым Андрюхиным словом! И Илья тоже! (Илье) Верно гутарю?

-  Да. Да конечно! А ещё, ты очень красивая! –вдруг выпалил покрасневший до ушей Илья. -  И у тебя такие глаза, которые, в общем…не забываются…

- Ого!!

Игорь и Андрей одновременно подняли большие пальцы вверх, а Анька  вскочила со стула и, торопливо, стала разрывать пачку сигарет.

Пальцы её заметно дрожали.

- Дураки! Прикалываетесь, да?

Но они не «прикалывались».

Ничуть.
Когда она снова обернулась в их сторону, то ничего не  увидела, кроме приязни  и восхищения. И она поверила. Какие –то другие слёзы потекли по щекам, этой, не раз битой жизнью, девушки.

Слёзы благодарности.

- Дураки! – повторила Анька и, подскочив к Илье и поцеловав его в щёку, выбежала из номера.

- Ого!!! – ещё громче и веселее заорали Андрей и Игорь , чем окончательно засмущали более скромного и впечатлительного Илью.

-Ого!!!



******



Частный особняк на улице  Федосеева - резиденция Дашиных новых знакомых  Вики и Юры Тумановых -  уютно зарос вьюном по самую крышу.

У летней веранды, где за накрытым к чаю столом расположились молодая хозяйка и её гостья, горделиво красовались пышные алые розы, а откуда-то из глубины дома, был слышен нетерпеливый мужской голос выбрасывавший наружу только обрывки фраз наподобие: 

« Ага. Посмотри. Я подожду…очень надеюсь. Да, Трешнёв Геннадий Афанасьевич! Ага…» и так далее.

Заметив, что Даша невольно прислушивается к разговору мужа, Вика осторожно и участливо коснулась её руки:

- Не переживай. Юрин друг, Лёня,  заместитель начальника паспортного стола города. Если и он не поможет, то никто не поможет. Но он поможет! Если этот Трешнёв, даже выехал из города, у них всё равно есть информация. Я уверена.  А если переменил адрес по городу- то тем более помогут!

- Спасибо! Спасибо тебе, Вика!

- Даш, – ладошка хозяйки, на этот раз не стесняясь , плотно легла на Дашины пальцы. - это так мало за то, что ты для нас сделала, что мне даже неудобно слышать от тебя благодарность!  Извини, могу я спросить?

- Конечно!

- Эта…террористка… - с запинкой,  выдавила Виктория- …как ты думаешь, почему она нас отпустила?

- Потому что она была просто несчастная баба, а никакая не террористка…

Настроение пропало. Хотелось уйти.

Но…

Она должна узнать правду.

И кончик этой правды находился сейчас тут, в доме Вики на улице Федосеева.


В нёбе увязли слова,
стремящиеся ввысь.
В шуме людской суеты - тихо меня коснись.
Сделай меня своей, и приручи - жить.
Я не могу - ждать, я лишь могу - быть!
Пеной с потрескавшихся губ
стекают слова - прочь...
Спрячь меня - ото всех,
выдерни шнур, обесточь.
Тихо тают слова.
Умирают на языке.
Если я и жива -
то для тебя,
о тебе!



Прозвучавшие словно ниоткуда в голове строчки, вернули ей самообладание. Всего объяснить нельзя, как нельзя требовать от всех людей одинакового интеллекта.

Даша была готова продолжать.

- И всё-таки…

- Да не парься! – она сама удивилась как весело, почти беззаботно , ей удалось сказать это. - Зачем всё время жить с негативом?  Ты только не обижайся, но я эту «террористку», чувствую лучше, чем тебя, например. Не обижайся только, ладно?

- Вот! – радостно загремел бас выскочившего на веранду Юрия. -  Всё как в аптеке! Адрес, телефон и даже мэйл! Оказывается, этот Трешнёв, живёт совсем рядом, на «Морской».

Он протянул гостье исписанный неровными буквами листок из блокнота и она искренне чмокнула его в щёку:

- Спасибо! Ты – настоящий волшебник!

- Нет! Друг волшебника! Если торопишься, могу подкинуть, а?

- Я пешком лучше прогуляюсь. – мотнула головой Даша. - Красиво тут у вас. Тем более, сам же говоришь – это рядом.

- Ну, тогда ладно. Вечером ждём в гости! Уммм?

Дарья улыбнулась и ответила своё любимое:

- Не люблю загадывать.

- Подожди! Я тебя провожу! – встрепенулась Вика.

Уже у ворот, неловко помявшись , Даша решилась :

- Вика, прости пожалуйста, не хотела просить, но ты не могла бы мне занять на неделю тысяч десять-пятнадцать? А то даже таблетки от бессонницы купить не на что… - Она виновато улыбнулась. -  Засыпаю когда не надо, а ночью глаз не могу сомкнуть. Свой адрес я тебя оставила - через неделю вышлю всё обратно. Обещаю!

- Конечно! Конечно! – засуетилась хозяйка. - Что же ты сразу не сказала?

Она стремительно  развернулась и быстро, почти бегом,  пошла обратно в дом. Через пару минут  вернулась и протянула Даше деньги и квадратную коробочку.

- А это что?

- «Лоразепам». У меня тоже проблемы со сном. А после этого случая, особенно…- не удержавшись, Виктория всхлипнула.

- Тогда возьми обратно. Я себе куплю.

- Бери. У меня ещё есть.

- Спасибо тебе!

 Даша действительно чувствовала огромную благодарность к этой худенькой и доброй девчонке так вовремя принявшей в ней участие. 

-  Вы меня очень выручили с Юрой…

- Это так мало за то, что ты сделала! – обняла её Виктория и уже не скрываясь, всплакнула. - Придёшь вечером?

- Да. Приду…

И опять это была неправда.



18



Полковник Антонов, начальник полиции города Туапсе, неуклюже передвигаясь по своему небольшому для его должности кабинетику,  напоминал слона в посудной лавке.

Однако при всём при этом, он обладал удивительной памятью на адреса и схемы, и был ходячим местным архивом, держа в голове целую картотеку имён и фамилий, сэкономив Косте время и нервы.

И за это Костя был ему благодарен.

- Передавайте привет полковнику Кузьмину. – рокотал Антонов, пожимая руку гостю и лично проводив его к выходу. - Рад, что смог вам помочь, Константин. Люба! – зычно позвал он секретаршу.  - Люба, вызови Котельникова! Пусть доставят товарища по месту требования! (Косте) Между прочим, улица «Морская» - от нас всего в пяти кварталах. Домчитесь в пять минут…

- Спасибо! Вы мне очень помогли! Очень! – искренне ответил  Костя. –До свидания!

- На то мы и полиция. Чтобы помогать… - Полковник ещё раз  пожал  руку гостю - Удачи  вам!

«Удача бы не помешала, особенно на финишной прямой…»


********



Кудрявая, серьёзная девочка, лет восьми настороженно оглядела тётю с удивительной оранжево-яркой головой через решётку калитки и совсем по-взрослому поинтересовалась:

- А вы к кому?

- Это «Морская» 31? - вымученно улыбнулась незнакомка. –  Трешнёвы здесь живут?

- Да. Я - Света Трешнёва. – важно кивнула девочка и добавила:
- А мамы нет. Она с Ирой к тёте Нине уехала. А папа в саду.

- А я к как раз к папе.

«Господи, если бы ты знала маленькая, как трудно сейчас было мне сказать это простое слово – папа.».

-А если вы к моему папе, скажите, как его зовут?

- Геннадий Афанасьевич? – Даша изо всех сил старалась говорить спокойно, чтобы не спугнуть маленькую собеседницу.

Кажется, получилось.
 
Окончательно успокоившись, девочка нажала кнопку впуска, и побежала по каменной дорожке, крича - « Папа! Папа! К тебе пришли!»

Понадобилось несколько секунд, прежде чем дрожь в ногах унялась. Медленно, рассчитывая каждый шаг, напоминая сапёра на минном поле, Дарья направилась в сторону заросшего плющом обычного частного дома, с широкой верандой и уютной беседкой в глубине великолепного, ухоженного сада.

- Здравствуйте! Вы ко мне?

Она даже не заметила как перед ней, джином из волшебной лампы, прочертился силуэт высокого , худого мужчины, близоруко вглядывающегося ей в лицо. Он наскоро вытирал запачканные краской длинные поросшие седыми волосками руки и доброжелательно улыбался.

- Вы ко мне? – повторил мужчина и выжидающе наклонил голову.

- Здравствуйте …к вам…



*******



Аппетита не было.
 
Елена Сергеевна вяло помешала сахар в кружке и отставила её в сторону. С тех пор, как ушла Даша, она просто замерла. Притворялась что ест и пьёт , притворялась что спит, притворялась что работает.

На самом деле – она просто ждала. И наивно думала, что этого никто не замечает.

Игумнов не лишал её этой иллюзии.

Если ей так легче – пусть. Главное, чтобы Даша вернулась, и чем скорее –тем лучше.

- Лена, не передашь горчицу?, - увидев в её глазах слёзы, он болезненно поморщился. - Опять? Ну, всё же нормально! Она в Туапсе. Десять минут назад звонил Костя, сказал, что установил адрес человека, к которому она приехала и скоро подъедет туда. Сказал, что на старом адресе разминулся с Дашей буквально в пределах нескольких минут.  Да она и сама тебе звонила! Чего ты опять сырость разводишь?

- Серёжа, - безнадёжно опустила голову жена , - я очень боюсь, что Даша всё узнает…очень боюсь! Ты совсем  не представляешь, что может случиться…

- Не преувеличивай Лена! – Сергей Александрович долил себе кофе и ободряюще улыбнулся. - Даша прекрасно знает, что я  - её приёмный отец, она ведь даже записана как Геннадьевна, а не Сергеевна. Ну, теперь узнает, что Геннадий не её настоящий отец тоже…и что? Тяжело, конечно, согласен. Но, больших глупостей, она делать не будет. Она же понимает, как я её люблю, какая у неё замечательная мать – ты! Что такого ещё она может узнать, что ты так опасаешься за последствия?

- Например, то, Серёжа, что я ей – не родная мать…

Игумнов  так и застыл, не донеся чашечку до рта, в изумлении уставившись на супругу. На безупречно белый манжет рубашки упала коричневая капля.


19



Платок был мокрым и мерзким. 

Она выплакала в него столько, что хватило бы сделать влажную уборку в небольшой квартире.

Это была неизвинительная слабость и она жутко злилась на себя, но поделать ничего не могла – плакалось.

Почти над самым садовым столиком  доверчиво свесила ветви старая вишня, а напротив скучал мольберт с абрисом натюрморта из яблок и винограда.

- Вам очень тяжело это слышать. Я понимаю.  – виновато опустив голову произнес хозяин - Геннадий Афансьевич Трешнев - человек, к которому она так долго добиралась. - Правда – всегда тяжела. Но вы  приехали за ней, и поэтому,  не хочу вас обманывать…

- Я и так прожила всю жизнь в обмане. – гундосо в нос  ответила Дарья. - А теперь думаю, что я  дура. Наверное, есть вещи, которые лучше не знать…

- Наверное. – он  наконец-то бросил свою тряпку в ящик с кистями. - Но что изменилось от того, что вы узнали, что капитан первого ранга Трешнёв не ваш настоящий отец? Разве от этого, вы будете меньше любить своего приёмного?

- Значит, если бы не было этой истории, вы были бы моим родным дядей, верно?

- Да. Ваш папа… Можно мне его так называть? А мой сводный брат, Геннадий Трешнёв, на самом деле – очень вас любил! И до самого конца, до той ужасной аварии с сухогрузом – даже и не догадывался что вы - не его родная дочь. Знаете, нас так и звали всегда «два Геныча». – художник улыбнулся и потер пальцем бровь. - Брат был старше меня  и  с детства обожал море. Поступил в мореходку. Стал капитаном. А, я…я  решил, что умею писать картины…- Он смущённо кивнул на мольберт.

- Но почему мама мне ничего не рассказала? Почему?

- Наверно потому, что думала, что достаточно иметь одного неродного родителя…

Фраза вылетела как пуля из винтовки снайпера. И точно попала в цель.

- Вы о чём? –сильно побледнев спросила Даша, уже всё поняв.

- А разве вы не знаете? – вдруг испугался Трешнёв –

- Продолжайте!

- Простите,  я  не могу… я думал, вы знаете!

- Продолжайте! Прошу вас!

- Эх… я всегда был беспросветным болтуном! Ну, раз проговорился, думаю,  вы правы. Лучше, как говорят, «ужасный конец – чем ужас без конца». Так вот, Даша. Ваша настоящая мать, лежала в том же роддоме, где была и Елена Сергеевна. Только, как бы вам сказать, ваша биологическая мама, отказалась от вас сразу после вашего рождения. Она была , в общем , как бы помягче…

-Алкоголичка?

- Нет, - запротестовал Трешнёв, - нет! Скорее  - психически неуравновешенная женщина, склонная к неадекватным поступкам.

Видя, что у его потрясённой собеседницы нет сил задать очередной вопрос , он милосердно разъяснил:

- У Лены случился выкидыш. Младенец родился мёртвым. Кроме того, положение было настолько сложным, что врачи, почти единогласно, пришли к мнению, что вряд ли она снова сможет иметь детей…

- Это неправда! – отмерла Даша. - У мамы  потом родился сын! Мой младший брат Максим!

- Да? – искренне обрадовался Трешнёв. - Я очень, очень  рад! Но тогда ситуация была несколько иной. И как я сказал, была почти стопроцентная уверенность, что детей больше не будет! А тут – «отказной» ребёнок. Хорошенький. Девочка. И Лена, вместе с моей женой, с согласия заведующей отделения, чтобы избежать долгой процедуры удочерения, просто записала вас на своё имя. Вот так. И стали вы Дарьей Геннадьевной Трешнёвой. От слова «дар»…

- Но зачем вы хотели, чтобы она сообщила мне правду о моём отце? Зачем вы её шантажировали ?

Хозяин домика на «Морской» ещё ниже опустил голову. Ему было невыносимо стыдно.

Однако, собравшись с духом, он признался:

- Видите ли, у Геннадия, кроме вас, детей не осталось. А сбережения были. Плюс страховку выплатили приличную. После того трагического случая…а у меня – родилась моя старшая, Ирина. Вот я и подумал…

-Что я, являясь, неродной дочерью, буду претендовать на наследство? Да? -  презрительно улыбнулась гостья.

- А откуда я мог тогда знать, что ваш отчим, Сергей Александрович, станет одним из «отцов» Энска? –вызывающе поднял голову Геннадий. -  Согласен, это было не совсем красиво, писать такое письмо, но поверьте, оно было одним-единственным и какое несчастье, что именно к вам, оно и попало!

Он снова замолчал.

- А почему отцу, Геннадию Трешнёву, вы так ничего и не рассказали?  Почему? –сумрачно поинтересовалась Дарья. – И причём тут ваша жена? Какая её роль была во всём этом?
 
Он долго не отвечал.

По его постаревшему и усталому лицу было видно, как он жалеет о своих признаниях и как внутренне ругает себя самого за несдержанность.

Но, делать нечего.

Главное было сказано, скрывать детали уже не имело смысла.

- Не знаю. – наконец-то  разжал губы хозяин. - Сперва хотели, а потом увидели, как он безумно вас любит и не стали. Да и Лена не хотела. А что касается моей жены… она была старшей медсестрой в родильном отделении, где вся эта история и произошла. Мда…жизнь - иногда сложнее, чем самая запутанная алгебраическая формула. Простите меня, Даша! Если сможете…

Резкая трель звонка поставила в этой тяжёлой беседе  логическую точку.

- Кто-то пришёл. Вы не против, если я  открою?

- А я  могу выйти от вас другим ходом? – поднялась на ноги девушка. - Мне не хочется никого видеть…

- Да, вон там. – художник указал на маленькую калитку в глубине сада. - Защёлку только отодвиньте, а там тропинка. Прямо к морю выйдете.

- Спасибо. Не говорите никому, пожалуйста, что я у вас была. - Не попрощавшись, она вышла и  растворилась как бесплотный призрак.

Кто-то  настойчиво зазвонил снова и снова .

 Трешнёв, чуть подволакивая ногу пошёл встречать нового гостя.

- Геннадий Афанасьевич? –высокий черноволосый парень, дружелюбно улыбнулся и протянул руку для приветствия.

Костя.



20



 Большой,  порыжевший от сырости и дождей якорь, устало прислонил избитую штормами  спину  к полуразрушенной крепостной стене. Его тепло приятно грело Дашины плечи. А впереди - бескрайней вселенной расстилалось море.

 Хотелось просто идти по его неровной бурливой поверхности, как Пилату из «Мастера и Маргариты» по лунному лучу, и верить в то, что там, где-то на середине этой бездонно голубой дороги, ждёт тебя свой Иешуа.

На душе было пусто.

Смысл жизни ускользал как ручеёк под корку зимнего льда, боясь новой стужи.

Она закрыла глаза.


Ветер бродит в моей душе.
Из неё всё вымело.
Пустота.
И немая топь.
Я тону и мне даже не за кого ухватиться.
Ты держишь меня на руках, бережно прижимая к груди мою голову.
Но я давно захлебнулась.
Я давно захлебнулась
этим миром...
прости меня…




       ЧЕТВЕРТЫЙ СОН  ДАШИ.


Лодка, то проваливаясь, то вновь взлетая над волнами, упрямо пробивалась  к земле.

В небе завывали полчища бесов, баламуча хвостами морскую пену: шторм набирал силу.

Дашин отец, крепко сжав  вёсла, пытаясь хоть как-то править к такому недалёкому, в ясную погоду, берегу, ободряюще улыбнулся перепуганной малышке, укутанной в прорезиненную матросскую робу и закричал:

- Не бойся, Дашуля-капитуля! Разве такой старый пират как я, позволит нам утонуть?

- Папа, а почему мы не остались у дяди Грея и тёти Ассоль? –закричала она в ответ сама не услышав своего голоса.

Но он –услышал.

- Мы не можем, капитуля! Или ты согласна остаться у них навсегда?

- Нет! Я к маме хочу! К маме!!!

- Вот мы к ней и едем…-кивнула капитанская фуражка, подсветив белым верхом доброту родных глаз. – Ты главное, не бойся!

- Я НЕ БОЮСЬ, ПАПА!

Чудовищных размеров волна , ударила в борт лодки и опрокинула её. Беспомощным котёнком завертело её в водовороте и  Даша оказалась в воде.

Какое-то время она пыталась барахтаться, но силы, почти мгновенно, её оставили.

Сдавшись, глядя на разноцветный фейерверк цветных вспышек, создаваемых умирающим от удушья мозгом, девочка начала медленно опускаться на дно.

Сильный рывок -  и её лёгкие снова начинают жадно впитывать кислород : крепкая рука отца  держит её надёжно над поверхностью , а берег уже так близко, что кажется, протяни руку, и можно набрать в ладонь горсть прибрежных камешков…




********




Открытая площадка санатория «Жемчужный» остывала  от жаркого туапсинского дня.

 С высоты сцены хорошо  просматривались  столики для отдыхающих и, лениво отражающий свет вечернего светила, бассейн.

 Илья и Андрей, понимая что времени в обрез, тихо репетируют, иногда нервно переругиваясь, а Игорь отведя в Аню сторону, провел  последний инструктаж :

- Главное, не думай что вокруг тебя столько людей, старайся не смотреть на лица. Не разбрасывай взгляд. Выбери себе наиболее симпатичное лицо и пой для него. Ясно?- Она  послушно кивнула. - И ещё. Старайся абстрагироваться. Впусти в себя мелодию, как там, на полянке, и плыви. Понимаешь?

- Да.

- Ну, и торт с кремом! –облегченно вытер пот со лба «инструктор». -  Тем более твоя песня, почти в самом конце. Успеешь собраться и успокоиться. Давай. Я пойду ребятам подмогну. Соберись!

Игорь тоже захлопотал возле аппаратуры, а к Ане, немного смущаясь, подошёл Илья:

- Это только первый раз мандраж берёт. Потом привыкаешь. У тебя всё получится! Увидишь! Я чувствую.

- Ты что, серьёзно на меня запал? –неожиданно ехидно поинтересовалась  она.

- А если да,  что из этого?

- Бедненький…- девушка почти по-матерински погладила музыканта по щеке. - Не надо. Я - плохая девочка.

- Нет. Тебе просто внушили это. И ты сама в ЭТО  поверила! А я, когда услышал, как ты поёшь, понял – плохой человек, так петь не может! Потому что в пении -  раскрывается душа. И неважно, умеет человек петь, попадает он в ноты или нет, главное - это эмоции. А эмоции – это и есть душа!

- Какой ты ещё глупенький. И чистый. Даже накрахмаленный. - А вот теперь в её глазах горело что-то тёмное, жгучее и страстное.  - Страшно прикоснуться. Вдруг выпачкаю?

- А ты попробуй…

Их губы потянулись друг к другу, но первый  поцелуй был прерван недовольным голосом Игоря:

- Ну, вот! Нашли время! А после выступления нельзя личной жизнью заняться?

Как провинившиеся школьники, влюблённые  смущённо отпрянули друг от друга.

Обещающе шепнув Илье на ухо «потом», Аня – Изабелла легко, как горная козочка, проскакала вниз со ступенек на площадку,  а друзья  отправились обратно, на сцену.

В душе одного из них была земная  музыка,  в душе другого –небесная.


*******



Толстый, с большой проплешиной  на макушке, администратор лениво потянул взглядом на хлопнувшую входную дверь.

 Оранжевоголовая , крупная девушка остановилась у стойки и положила перед собой дорогущий, последней модели «Айфон».

- Свободный номер есть? Желательно, одноместный.

- Есть. И как раз одноместный.

- Сколько?

Покосившись на «Айфон», администратор назвал сумму

- Беру.

- Паспорт.

Но вместо этого, гостья поверх уже лежащих купюр, добавила ещё одну.

Не глядя, толстяк   стремительно смахнул  деньги со стойки и  протянул ей ключ.

- Номер двадцать третий.

- Спасибо…
 
Первым делом, ноги сами понесли её  в ванную.

Она  с наслаждением   умылась холодной водой и долго долго  разглядывала себя в зеркало.

Потом, приняв решение, быстро вышла в холл и протянула  администратору ключи. Спросив где парковка,

Даша прошла к одному из свободных такси и открыла дверцу:

- Санаторий «Жемчужный».

- Садитесь.

Красные фонарики стоп сигналов подмигнули идущей навстречу ночи...





21




« Не смогу …не смогу…я боюсь!» 

Она сама не ожидала,  что так запаникует.

 Она – которая ничего и никогда не боялась, будет стоять тут, за кулисами как маленькая девочка прижав кулачки к груди.

« Вот сейчас…сейчас…он уже идёт меня объявлять…Пора!»

- А теперь , - торжественно произнёс в микрофон Игорь,  - тот самый сюрприз, о котором я упоминал в начале нашего выступления! Представляю  новую солистку группы  и будущую  звезду всех мировых «хитпарадов»- Изабелла!! Встречаем!

Аня оторвала примагниченные страхом ноги от пола и сломанной куклой вышла на середину сцены.

-Всё будет хорошо…- шепнул кто-то.

«Илья!»

Музыка упала сразу, как снежная шапка с растрясённого дерева и она запела:


С привкусом одиночества,
с примесью безнадёжности,
как червоточина,
сердце в конвульсиях
корчится…


Музыка улетела растворив ноты на спинах облаков.

«Почему все молчат? Почему молчат? О Господи, под землю бы провалиться!»

И когда ей уже казалось что земля действительно разверзается под ногами,  в этот страшный критический момент,  вся площадка взорвалась аплодисментами.

«Браво! Браво! Бис! Браво!»

«Неужели это ей? Да может ли это быть? Ей, вокзальной замарашке, сироте, шлюшке сопливой и никчемной? Неужели это ей?

 Да!

Это для НЕЁ  кричат сейчас слова восторга и ЕЙ аплодируют стоя. Именно ЕЙ!»
 
Чья-то тёплая рука ободряюще коснулась плеча.

 «Поклон! –прошептал Илья. – Поклонись и уходи…»

Она покраснела, неуклюже поклонилась и убежала  со сцены.

А аплодисменты продолжали греметь вдогонку.

- И закончим мы наш вечер, - довольно улыбаясь провозгласил Игорь, - авторской композицией «Весенний ветер»! Кому понравилось выступление группы, ждём вас опять здесь же, на этой площадке, послезавтра в 20.00 местного времени!

И небесная музыка вернулась снова.

Но уже без ангела.



*********



Потеющий от страха и угодливости плешивый толстяк администратор, увидев ОТ КОГО пришёл его новый гость суетливо всплеснул  руками и запричитал:

- Я и не собирался вам грубить! Если бы вы сразу сказали, что вы от  Валерия Степановича, я бы вам немедленно  и дал нужную информацию! А частным лицам, извините, никаких справок – не даём! Это против инструкций…

- А поселять в гостиницу жильца без документов это по инструкциям?

- Мы тоже не звери. Тем более девушка выглядела прилично…

- И наверно, так же прилично отблагодарила, а? – насмешливо уточнил Константин.

- Вы на что намекаете? –оскорблённо выпрямился  толстяк. -  Вы можете доказать ваши намёки?

- Да нет, я пошутил. – примирительно махнул рукой парень. - Давайте к делу!

- Ну и шутки у вас!  Вот! Вот её карточка. Зарегистрировалась как Джанисат Исмаилова, хотя  ничего восточного в ней не было. Оплатила наличными 23-й номер до завтра. По описаниям – совпадает с девушкой, которую вы разыскиваете. Высокая, крупноватая, волосы оранжевые, в носу пирсинг…

- Она?

- Да, – внимательно разглядывая фото, подтвердил администратор, – она! Без всякого сомнения!

-Так  какой номер говорите, двадцать третий? – как ни в чём не бывало уточнил Костя и направился к лифту.

- Подождите! Её сейчас нет на месте!  Она ушла почти два часа назад и ещё не возвращалась!

- А вы, случайно, не догадываетесь, куда она могла пойти?
- Я не гадалка. Девушка села к Сергеевичу…, - увидев удивлённые глаза Кости, толстяк пояснил: 

-Один из таксистов, что постоянно торчит на нашей стоянке. А куда поехали, не знаю. - Он выглянув через холл на улицу . -  А вон он кстати стоит! Номер  109 ЕЕ…спросите у него сами, если срочно.

- Спасибо, бескорыстный  «разместитель» приличных девушек! Я никому не скажу о вашем хобби.

«Разместитель»  фыркнул, а Костя, смеясь, вышел на улицу.

Он подошёл к указанной машине и, показав водителю, разрешение полковника Антонова на право вести расследование, учтиво спросил:

- Скажите, не помните, примерно  часа два назад, вы не возили молодую девушку, высокую, с ярко оранжевым цветом волос? Вот эту?

Он показал то же фото, что показывал и администратору.

- Почему ж не помню. Помню. –хмыкнул таксист. - Возил. С оранжевым цветом волос, как вы и сказали. Хорошая у вас фотография…

- А куда, не помните?

- Я хоть и на пенсии, но память у меня как у профессора. -  легкая ирония компенсировала сарказм. -Санаторий «Жемчужный». Туда?

- Да. –кивнул новый пассажир. - В «Жемчужный». И, если можно, высадите меня именно там, где вышла она…


*******


Аня сама вызвалась её проводить.

Дарье совершенно не хотелось разговаривать, но оттолкнуть подругу, в один из самых счастливых для неё дней своим невниманием – она не могла.

Черная туча в душе никуда не делась, но от счастливого щебета Аньки, казалась не такой чёрной.

- По-моему, им, правда, понравилось! Они меня отпускать не хотели, так хлопали! Я такая счастливая, Даш, просто как сон какой-то!

"Аня-Изабелла" по детски держала её за руку и даже иногда,  в порыве восторга, чувствительно больно сжимала пальцы.

- А я, похоже, наоборот…

«И зачем она это сказала вслух? Теперь придётся объяснять…»

- У тебя что, неприятности? Этот козёл, которого ты искала, возбухал?

- Нет.  Я потеряла все смыслы. – виновато улыбнулась Дарья. - И сейчас даже некому сказать "мне плохо".

- Ты меня пугаешь! - тревожно остановилась Анька. Вишневого цвета глаза пытливо сканировали Дашино лицо.  - Может, расскажешь, что с тобой происходит?

- Как говорил Накамура -"Рыба, плывущая против течения, может поменять направление лишь опустившись на дно." Не бери в голову… Я так.

- Но как твоя подруга, я же твоя подруга? – Даша кивнула. -  Так вот, как подруге ты можешь сказать, почему такой депрессняк?

-В телохранители не возьмёте? – словно из воздуха нарисовалась довольная физиономия Ильи. - Поздновато уже таким красавицам гулять в одиночку.

Никогда ещё Дарья не была так рада постороннему вмешательству, пусть и случайному.  Отвечать не пришлось.

И хорошо, что не пришлось.

 Потому что отвечать было нечего.

- Конечно возьмём! Рыцари никогда не помешают…

Забыв про печаль ( что извинительно для неё в такой день) Анька уже было подхватила парня под руку, как внезапно перед ними выросли две мужские фигуры и загородили  дорогу.

 У старшего, на голове белела медицинская повязка и это он , кто насмешливо и угрожающе произнёс:

- Чё, суки, не узнали? – корявый ноготь коснулся  бинтов. - Ваша работа…

Девушки ахнули – перед ними  стояли, живой и здоровый, дальнобойщик, которого они «убили» и его напарник, Николай.




22

-Думали, на тот свет отправили, да, сучонки? Не…я вас всех переживу твари! И всех отымею!  Возьми на себя  козлика рогатого, - кивнул он на Илью напарнику, - пока я с этой ****ью не разберусь…А ты (  Даше) можешь катиться! К тебе - претензий нет. Наоборот, я сам тебя обидеть хотел. Так что, вали, пока разрешаю!

Лязгнуло металлом  и выскочило  длинное , по-змеиному опасное, самодельное удлинённое лезвие.

Шагнув к Илье, Николай с ненавистью процедил:

- Слышь ты, или дуй отсюда или стой не дёргайся, пока мы эту суку не поучим…

В ту же секунду Илья бросился на него и попытался выбить нож.

Удар Николая  был по-звериному жесток, но нож он применять пока не стал. Тем более , что его напарник ребром ладони рубанул музыканта по шее и тот, обмякнув, мешком свалился на землю.

Даша закричала.

Нет, завопила во всю силу своих молодых лёгких:

-На помощь! Сюда! На помощь!!!. 

Она видела : на крик уже бежало несколько молодых парней в форме морского училища.

- Заткни ей пасть!! – прорычал «обмотанный» сдирая платье  с яростно сопротивляющейся, Ани. - Щас сука, щас… Сперва засажу тебе по самое не балуйся…

Страшный удар кулаком в лицо свалил Аньку на тёплый асфальт и туапсинское небо потеряло все свои звёзды.

- Бросай её, Митрич! Смываемся!

- Ща… Я ей только на память кое-что оставлю…- видя приближающуюся помощь прорычал  «обмотанный»  и подобрав брошенный напарником  нож,  снизу, с потягом, ударил Анну в живот. – На, сучка! На долгую память…

Бешено развернувшись, он  хотел  последовать  за напарником вниз по улице, но был сбит с ног ловкой подсечкой одного из курсантов

- Второго держите! – азартно заорал морячок. - И полицию со «скорой» вызывайте!

«Обмотанный»  хрипел, боролся, пытаясь вывернуться из крепких как тиски лап  курсанта, но тот  держал его  крепко.

Звуки сирен «скорой» и полицейских машин разорвали мирную курортную тишину.

Илья, не обращая внимания на кровь заливающую всю правую половину его лица, положил голову любимой  себе на колени и в каком-то полубреду бессвязно повторял одно и то же:

- Потерпи…потерпи…уже едут…врачи едут…только смотри на меня…пожалуйста…не закрывай глаза… Анечка…смотри на меня…слышишь?

Врачи «Скорой» с трудом разлучили его с девушкой, разжав сведённые судорогой пальцы. 

Оцепеневшая, находящаяся в шоке Даша, явственно услышала диалог «белых халатов» укладывающих её подругу на носилки:

- Как она? Есть шансы?

- Вряд ли… Похоже, задета печень. Я даже сомневаюсь, довезём ли мы её живой…

А в  ушах колокольчиком звенело 

 « Я такая счастливая, Даш, просто как сон какой-то!».

Господи, бабское счастье, отчего ты такое жестокое?


*******



- Да, вон за тем столиком сидела. – профессионально вежливо наклонил голову официант возвращая фотографию Косте. - А потом ушла, с певичкой из их группы…- халдей мотнул подбородком в сторону собирающих аппаратуру Андрея и Игоря.

- Мерси мон гарсон! С меня причитается! – щедрый клиент выложил на стол крупную купюру. – Хватит?

- Ещё что-нибудь? - Официант радостно осклабился и банкнота испарилась.

- Нет. Пойду обогащаться современными ритмами…

Черноволосый  вскочил на сцену и поздоровался с высоким худощавым блондином, по виду – руководителем.

- Салют! Я тут одну даму ищу, говорят, с вашей вокалисткой дружит…

Фото Даши много чего говорило Игорю, но, прежде чем он сумел  ответить, в  кармане зазвонил мобильник.

- Извини кореш, мне ответить нужно…

По мере разговора, как увидел наблюдательный Константин,  его лицо вытягивалось, а глаза приняли почти правильную форму буквы «о». Внезапно, никого не стесняясь, блондин заорал, как орут люди попавшие в беду.

-Ты чё , опупел? Разыгрываешь??  Где??  Андрюха! Бросай всё! Выводи «мустанга»! Едем!!

Сотрясаясь всем своим не раз чиненным нутром, «Делика», почти по гоночному развернувшись,  помчалась  к центру города.

На заднем сидении находился ещё один  пассажир – Костя.



********



Палец бережно остановился на строчке «Мама» .

Борясь с искушением нажать  на  вызов, Даша отложила телефон в сторону. Но «Айфон»  «ожил» сам, и на дисплее высветилось имя – «Наташа».

«Кто это? А-а…- вяло удивилась Дарья. – Кто-то из прошлой жизни. Зачем?»

- Аллё…

- Вау! Дашулик ответил! Ты ещё жива?

«Пьяная она что - ли?»

-Да вроде. Хотя я не уверена…

- А я тебе звякнула спасибо сказать!

- За что?

- Не за что, а за кого!  (точно  пьяная!)  За Костика! Ты когда сбежала, он одумался и ко мне вернулся! Сейчас в душе бултыхается, пока я звоню…

Боль была невыносимой.

Такой, какой бывает последняя боль.

- Ты врёшь, Шевцова! Врёшь!!

- Да? – хмыкнуло в трубке. - А ты, как всегда, «доказики» ищешь? Ну, принимай, «доказики»…

MMS запечатлевшие   Наташу и Костю в обнажённом виде, во время их последнего свидания в гостинице «Приморская»,   раскалёнными иглами впивались через зрачки в мозг.

«Сука! Сука! Какая сука!»

- Но почему? Что я тебе сделала?

- Ненавижу тебя, Игумнова! – неожиданно трезво прозвучал ответ. - Всегда ненавидела! Хочу, чтобы ты сдохла!


…Моя биография - ничем не наполнена.
Про меня не снимут фильм.
Это голый финал.
Я выйду в тираж. Мой тираж равен нулю.
Последний этаж.
Апрель. Стремящийся хаос по внутреннему
календарю.
Я горю.
Я горю...




23




- Даша! Дашенька, открой! Я знаю, что ты там! Открой, пожалуйста! Даша!!

Ненужные слова становились всё тише… тише…

Постепенно они превращались в ласковый шорох моря, набегавшего на усталые ступни.

«Я так люблю тебя, море», успела подумать она и потеряла сознание.

И  уже не слышала , как со страшным треском, дверь вылетела с петель и в комнату ворвался  Костя. 

Подхватив  её на руки он бегом выскочил из номера успев крикнуть на ходу администратору

-Чего вылупился? Звони в скорую!!

«Я так люблю тебя, море! Я так люблю тебя….»

               
            
                ЭПИЛОГ
   



    ПОСЛЕДНИЙ СОН ДАШИ



Мокрая кудрявая головка прижалась к просоленному штормами  мужскому плечу. Уже неопасный прибой бесцельно  тратил свою силу раскатывая  гальку по берегу. Родные сильные  руки почти полностью укрыли её от ветра. Теплее не стало, но разве это важно?

Стало надёжнее.

А это главное.

- Папа, мне не было страшно. – Даша оторвала лицо от отцовской груди. - Даже  интересно…

- Ты о чём?

- Когда я тонула, – она забавно сморщила носик, -  я видела много-много разноцветных шариков. Они кружились и играла какая-то красивая мелодия. И кто-то пел…

- Наверное, ты понравилась морским сиренам.- улыбнулся отец.

- А кто это? Морские сирены?

- Это такие полу-рыбы,полу-женщины, –таинственно, почти до шёпота,  понизил голос капитан,  - злые и коварные. Они заманивают корабли на скалы и моряки тонут. Но внешне - очень красивые! И у них нежные приятные голоса. Но верить им – нельзя.

- Тогда я не хочу к ним…- девочка снова уткнулась ему в  грудь. - Если они злые. Я хочу к маме!

- Ты скоро её увидишь. Обещаю…

Тёплый поцелуй в макушку согрел лучше всякого солнца.



*********





Когда она  снова открыла глаза, то её охватило ощущение «дежа-вю» :  светлая отдельная  больничная  палата, вокруг  такие знакомые лица Игоря, Андрея и Ильи, а рядом, возле самой кровати, на стульях сидят отчим, брат Максим и…мама, которая виновато улыбается сквозь слёзы.

- Ма-ма…-вот и  всё что получилось с первой попытки.

Не так уж и плохо.

Главное слово сказано – «МАМА».

- Тебе пока лучше не разговаривать. – поцеловав её ладошку и мужественно пытаясь не разрыдаться, торопливо сказала мать - Всё будет хорошо. Теперь - всё будет хорошо!

- Аня? - вспомнила Дарья и перевела глаза на Илью.

- С Изабеллой всё тип-топ! – болтун Игорёк как всегда был первым. -  Некролог откладывается! Группа не потеряла свою будущую звезду! Торт с кремом, в общем…

- Вот трепло…

«Андрюха! Его голос...»

- Её в Москву отправили. – серьёзно ответил Илья. - На операцию. Но самое страшное – позади. Жить будет.

- А тех двоих – взяли. В "СИЗО" загорают. До суда. Я им –не завидую.

«Это отчим. Глаза – как у больного пса.»

- Я …рада…- вторая попытка была успешнее. -  Прости меня…мама.

- Это ты меня прости, Дашуня.

Мама плакала.

Она знала это.

Но плакала внутри - сердцем, боясь огорчить видом слёз «Дашулю- капитулю».

Они смотрели друг на друга так, как умеют смотреть только мать и дочь. Любяще и всепрощающе.

И в этот трогательный момент раздался шум, и как тогда, в Энске, в дверь просунулся сначала огромный букет, мокрых от утренней росы, цветов, а потом и сам Костя.

- Ну что, купаться пойдём? А Даш?  - подмигнул весёлый с сумасшедшинкой глаз. - Или тебе больше больницы нравятся?

Смеялись все.

И всё действительно обещало быть хорошо…



КОНЕЦ.



P.S.
Все стихи в данной повести написаны талантливой и неповторимой Петербургской поэтессой Дарьей Поляковой,(1987 -2013) моим близким и безвременно ушедшим другом, чьей судьбе и посвящается эта книга.

Автор.