Июнь - мой любимый месяц. Глава 3

               
             В Мексику на круизном лайнере
 
Во второй половине июня я стала чувствовать себя лучше, и меня снова потянуло в дальнее путешествие. Когда я выразила желание поехать куда-нибудь на несколько дней, моя дочь Юля неожиданно согласилась и предложила отправиться в трёхдневный круиз. После тщательного изучения цен и расписания круизов в Мексику, мы купили билеты на лайнер круизной компании «Карнавал», выбрав каюту на 11 палубе с балконом, чтобы в случае плохого самочувствия иметь возможность оставаться в ней и дышать морским воздухом.

Приехав 26 июня в назначенное для нас время в круизный порт Сан-Педро в Лос-Анджелесе, мы увидели колоссальную очередь на регистрацию. Встав в её хвост, мы начали медленно продвигаться вперёд по длинному зигзагообразному коридору, образованному стойками с натянутым между ними металлическим тросом. Чуть ли не через каждые несколько десятков метров сотрудники службы безопасности проверяли у нас документы и билеты. Так продолжалось больше часа. Было жарко и душно. Мы с дочерью были рады, что ещё перед входом в здание терминала сдали в багаж свои чемоданы, которые обычно берём с собой на самолёт как ручную кладь. С собой у нас были только маленькие рюкзачки, а у Юли ещё и компьютер.

В конце концов мой ещё окончательно не окрепший после операции организм не выдержал. Я почувствовала, что мне нечем дышать. Юля стала обмахивать меня какой-то бумагой, но это мало помогало. Тогда мы обратились к одной из сотрудниц, проверяющей документы, с просьбой предоставить мне инвалидную коляску. Однако в тот момент свободных не оказалось. Ждать я не хотела и снова встала в очередь.
Наконец, мы дошли до переходной галереи и спустя 2 часа оказались у входа на круизный лайнер «Carnival Firenze», имеющий 15 палуб, при этом палуба с номером 13 пропущена по морской традиции.

Нашей очередной проблемой стало подняться на 11-ю палубу. Когда мы подошли к лифтовому холлу и Юля ознакомилась с правилами вызова лифта, то оказалось, что здесь используется «умная» система лифтов с управлением по пункту назначения, которая кардинально отличается от работы привычных лифтов. Главная особенность этой системы состоит в отсутствии внутри лифта кнопок, соответствующих определённым палубам. Единственные кнопки внутри предназначены для открытия или закрытия дверей и экстренной связи. Выбрать палубу, находясь внутри кабины, невозможно.

Чтобы вызвать лифт, мы подошли к сенсорному экрану, установленному на стене холла, и Юля нажала на кнопку палубы 11. Вообще-то нужно было нажать на неё дважды, поскольку нас было двое. Это было необходимо, чтобы компьютер рассчитал число свободных мест в лифте и он не стал бы подниматься переполненным. Мгновенно на сенсорном экране высветилась буква нужного нам лифта Т, и мы стали спокойно его ждать. К нам присоединились ещё несколько человек. Каждый из них хотел подняться на свою палубу, выбрав тот же лифт из перечня его остановок. Прошло 15 минут. Потом ещё 5. Лифт так и не пришёл.
 
В лифтовом холле скопилось уже много людей. Большинство из них – чернокожие. Почти все – семейные люди с детьми. Мы уже и без того были измотаны долгим ожиданием в очереди на посадку, а теперь, не на шутку разволновавшись, были вынуждены перейти к другому сенсорному экрану. Выбрали лифт, который также должен был доставить нас на 11-ю палубу. Однако нам снова пришлось долго ждать. Этот лифт тоже не пришёл. Удачной оказалась лишь наша третья попытка. Ожидание подъёма на палубу 11 заняло не меньше 50 минут. Эта современная система лифтов вызывала у туристов лишь путаницу и головную боль.
 
Я уже не знала, что и думать об этом круизном лайнере. Однако мои первые мрачные впечатления вмиг рассеялись, как только мы вошли в свою каюту. Первое, что бросилось нам в глаза, — это необъятная синева океана. Несмотря на то, что мы знали о балконе в нашем номере, вид за окном и стеклянной дверью оказался неожиданным. Мы вышли на балкон, ограждённый голубым пластиком, и под нами разверзлась морская бездна – так выглядел океан с высоты одиннадцатой палубы. Две широкие кровати, диван, стол, телевизор, холодильник, картины на стенах – чего ещё можно было желать?

Время близилось к вечеру, когда мы спустились на палубу 10, чтобы пообедать. И тут нас ждало новое разочарование. Вокруг было так много людей, что было трудно найти конец очереди в буфет. Вскоре работница буфета информировала нас, что буфет прекращает работу. Мы ушли не солоно хлебавши. Отстояли длиннющую очередь в другой буфет. Не оставаться же было голодными?

Стоя в очереди, мы обратили внимание на то, что и здесь процентов 80 людей чернокожие. Мы почувствовали себя так, будто находимся в чёрной Африке или, по меньше мере, в Гарлеме, «чёрном» районе Нью-Йорка. Это было непривычно, поскольку в тех городах Южной Калифорнии, в которых мне довелось гостить или жить, чернокожих людей совсем немного. Однако совсем скоро мы привыкли к такому соседству, и я продолжала с интересом присматриваться к их одежде, причёске, взаимоотношениям, пытаясь понять, почему их оказалось так много на этом круизном лайнере.
 
Каждый раз, желая поесть, мы были вынуждены отстаивать длиннющие очереди. Обычно Юля предлагала мне занять места у окна, а сама оставалась «на дежурстве». Однажды за соседним столиком оказалась чернокожая женщина с маленькой девочкой. Женщина оказалась весьма дружелюбной и словоохотливой, и мы с ней разговорились. Оказалось, что она, как и почти все пассажиры лайнера, о чём мы узнали из бесед со многими из них, живёт в Лос-Анджелесе. Когда Юля позвала меня встать в очередь непосредственно перед получением еды, то женщина предложила мне «постеречь» занятые мной места и достойно справилась с возложенным на себя обязательством.

В буфетах не было подносов, так что если турист набирал обед из нескольких блюд, то нести их к столу ему было крайне затруднительно. Когда я раздумывала, как мне унести все свои тарелки, ко мне подошёл мужчина средних лет и, заговорив по-русски, предложил свою помощь. Нашему удивлению не было предела. На его фирменной рубашке значилось: Шовги, помощник метрдотеля, Азербайджан. Позже он рассказал, что обычно работает на лайнере полгода, а другие полгода находится дома, где у его жены есть свой бизнес, связанный со спа-салоном. Шовги родился в Баку и учился в России, его жена родом из Прибалтики. Супруги побывали в разных странах, но в конце концов пришли к выводу, что лучше всего жить в Азербайджане.
 
После обеда мы отправились знакомиться с достопримечательностями судна. Решив не пользоваться лифтами, мы по лестнице спустились на третью палубу, где находится центральный атриум. Вокруг него расположены магазины и зоны розничной торговли. Атриум оформлен в итальянском стиле, прообразом которого послужила главная площадь Флоренции. Он занимает три палубы — с третьей по пятую. Атриум украшают узорчатые колонны, изящные балконы и потолок, расписанный под открытое небо Флоренции.

На нижнем уровне атриума расположен большой центральный бар с красно-золотыми креслами, а также зона со сценой для живой музыки и танцев. Над ним возвышается позолоченная статуя Льва Мардзокко с гербом города, являющегося символом Флоренции. На среднем уровне установлен большой плакат с надписью, посвящённой 250-й годовщине принятия США Декларации независимости: “America’s 250th birthday celebration at sea” («Празднование 250-летия Америки на море»). С верхнего уровня открывается обзор на всё происходящее в атриуме.

27 июня я решила в первую половину дня остаться в каюте, поскольку на всех открытых палубах было так много людей, желавших позагорать, что находиться там было бы неуютно. Я расположилась в кресле на балконе и наслаждалась видом океана, полной грудью вдыхая чистейший воздух. К вечеру я чувствовала себя бодрой и отдохнувшей, и мы спустились к атриуму.

Здесь мы расположились в креслах и слушали музыку в исполнении струнного трио: скрипки, виолончели и альта. При этом Юля читала, а я с интересом разглядывала посетителей бара и любителей музыки. Я любовалась элегантными вечерними платьями некоторых дам, но были и такие пышнотелые тёти, которые пришли в одежде, больше похожей на купальные костюмы. Несколько человек явились в масках или с какими-то немыслимыми украшениями на голове.

Недалеко от меня сидела чернокожая женщина с крашеными в белый цвет волосами. Они были заплетены во множество косичек. Такое я видела впервые: чернокожая женщина с белыми косичками, хотя позже встретила на лайнере ещё нескольких. Эта дама была с партнёром, поэтому я не решалась обратиться к ней. Когда же он отлучился, я попросила у неё разрешения сфотографировать её. Она с готовностью согласилась, а когда вернулся её партнёр, то он, в свою очередь, попросил моего разрешения сделать фотографию своей партнёрши вместе со мной. На ней мы обе выглядим счастливыми и улыбающимися.

Мы зашли в Comedy Club (клуб комедий), но вечернее представление Late Night Comedy должно было начаться лишь через полчаса, и мы решили не ждать его. Следующим объектом нашего внимания стало казино. Меня поразили его размеры и то, как много людей мечтают здесь выиграть. В зале практически не было ни одного свободного аппарата.

После казино мы посетили дискотеку. Здесь музыка буквально гремела и не менее полутора сотен людей танцевали, изгибаясь всем телом и размахивая руками. А затем по команде ведущей, одетой в настолько пёструю одежду, что она напоминала клоунский костюм, все хором запели популярные американские песни. Ничего не скажешь – атмосфера была зажигательной! Будь я помоложе, я тоже присоединилась бы к общему веселью.
 
В воскресенье, 28 июня, наш лайнер «Карнавал Фиренз» пришвартовался у причала в портовом городе Энсенада, расположенном в мексиканском штате Нижняя Калифорния, и мы получили возможность бегло познакомиться с этим городом.

Сойдя на берег, мы неожиданно оказались в плену сильного ветра, так что наше передвижение по направлению к остановке шаттла было сильно затруднено. Несмотря на шквальный ветер, мы добрались до остановки, и шаттл привёз нас в центр города и где, к счастью, не было ветра. Оттуда мы пошли по главной туристической и торговой улице Энсенады — проспекту Адольфо Лопес Матеоса, где сосредоточено большинство магазинов, традиционные мексиканские рестораны и бары, уличные кафе и художественные галереи, а также сувенирные лавки с изделиями из серебра, кожи и керамики.

Мы остановились возле одного из развалов, чтобы взглянуть на бижутерию. Моё внимание привлекли несколько пар серёжек с голубыми камнями. Я остановила свой выбор на одной из них и спросила цену. Ответ был: 25 долларов. Эта цена показалась мне завышенной, и мы решили уйти. Тогда продавец сбавил цену до 15 долларов, однако, видя мои колебания, предложил купить их за 10. Больше у меня сомнений не было, и я приобрела желанные серёжки с голубыми камнями.
 
Возможно, потому, что был воскресный день, многие бары были переполнены. Отсюда доносились такая громкая музыка, такой громкий смех, испанская речь и песни, что у меня стало ломить в ушах. Мы поспешили покинуть этот шумный район и свернули на улицу Авенида Руис, где находились пекарни и такерии — традиционные мексиканские закусочные, специализирующиеся на приготовлении и продаже тако (кукурузных или пшеничных лепешек с начинкой). На этой же улице мы увидели одноэтажное здание с вывеской Tecate, в котором продают пиво. Над зданием возвышался рекламный щит с портретом красивой молодой женщины и надписью «ARQ. GANIELA COTTLE» («Архитектор Даниэла Коттл»).

В общем, город показался мне заброшенным и неухоженным; большинство зданий были одноэтажными. Я видела, пожалуй, только одно красивое трёхэтажное здание. Зелени мало. Проезжая часть улиц, а также тротуары на центральных улицах вымощены большими бетонными плитами, а тротуары на боковых улочках — мелкой плиткой, которая во многих местах разрушилась и выступает острыми краями. В тёмное время суток можно споткнуться и поранить ногу.

Я уже изрядно устала, и мне хотелось посидеть в каком-нибудь парке. Однако до ближайшего парка было ещё далеко, и мы продолжили свой путь. Наконец, впереди мы увидели зелень и поспешили к парку. Это был парк Революции. При входе в него установлен монумент матери, кормящей грудью младенца. По воскресеньям в парке традиционно проходят популярные народные гуляния «Веселые воскресенья в кругу семьи». На этих мероприятиях на открытой сцене парка по традиции выступают местные пожилые артисты, исполняющие разные жанры мексиканской и колумбийской музыки: народные песни, мариачи, нортеньо и кумбию. Старшее поколение отдыхает под эту музыку, сидя на лавочках в тени деревьев, а некоторые пары танцуют.
 
В этот воскресный день мы стали свидетелями выступлений известной местной исполнительницы традиционной мексиканской музыки Магды Уэрты и мексиканской певицы Хуаниты Камачо, ставшей одной из главных приглашённых звёзд этого музыкального уикенда. На головах обеих артисток, как и у многих слушателей, красовались великолепные ковбойские шляпы. Мне понравилась стильная одежда обеих женщин: чёрные узкие брюки, цветные рубашки и шляпы – у одной соломенного цвета, у другой — чёрная. У обеих были прекрасные, насыщенные, низкие голоса. Слушать их было огромным удовольствием.

В этот день в парке Революции проходил также городской ярмарочный день. Всё пространство парка было заполнено стендами местных брендов и мастеров, но из-за жары мы не сумели ознакомиться с экспонатами ярмарки и направились в сторону порта.

Мы снова отстояли очередь при входе на лайнер. Когда я добралась до своей каюты, то была еле живая. Счётчик шагов показал рекордный для меня результат — 8924 шага. Это было для меня огромным достижением, первым после операции. Ведь с того времени прошло всего лишь полтора месяца, а ещё нужно учесть страшную жару и не прошедшую до конца анемию.

Вечером мы всё же решили в третий раз отпраздновать мой день рождения и отправились в ресторан. Ознакомившись с меню и ценами в нескольких ресторанах, мы остановили свой выбор на итальянском — там были приемлемые цены и к тому же было весьма уютно. К сожалению, я неважно себя чувствовала и смогла съесть далеко не все предложенные нам блюда. В завершение нашей трапезы представитель администрации ресторана и два официанта преподнесли мне на большом блюде кусочек торта со свечой и поздравительной надписью на блюде, выполненной каким-то ярким кремом, а потом они звонко пропели на итальянском: “Buon compleanno!” («C днём рожденья тебя!»). И хотя из ресторанов не положено выносить еду, администратор по собственной инициативе любезно предложил мне переложить мою еду и десерт в контейнеры. Я с благодарностью приняла его предложение.

Утром мы должны были освободить каюту в 8:15. Для меня это было слишком раннее время, и мы получили разрешение покинуть помещение в 9:45. Сев в машину на стоянке на пятом уровне, мы не смогли уехать и ждали возможности покинуть территорию порта не менее двух часов. Задержка была вызвана тем, что накануне возле порта проходил фестиваль, и все улицы вокруг него были забиты разобранными, но ещё не вывезенными конструкциями сцен, декорациями, трубами и украшениями.
 
В этой поездке нас повсюду преследовали длинные очереди и томительное ожидание, однако впечатление от океана за окном всё же было ярче всех неурядиц этого круиза.