По дороге к себе. Глава 28

-Благодарю вас, Берт, за чудесный завтрак, -сказала Ева, допивая кофе. -Вот уж действительно угодили, -довольно  улыбнулась она, глядя на засиявшее от радости лицо мужчины, и вдруг совершенно ясно услышала голос Сигизмунда в своей голове.
-Агата умерла под утро от внезапной  мерцательной аритмии, так больше никогда и не проснувшись.
А потом Ева увидела его лицо с потухшими, словно тлеющие свечи, глазами, которые буквально кричали о той боли, которую ему пришлось когда-то пережить. Она сидела молча, наконец вспомнив сегодняшний сон, а слова Сигизмунда, будто эхо, все еще раздавались в ее голове.
Через несколько минут Ева очнулась от того, что Берт сидел уже рядом и слегка тормошил ее за плечи. Она несколько раз открыла и закрыла глаза, постепенно возвращаясь в реальность, а потом, повернувшись, спросила:
-Берт, объясните мне, пожалуйста, что такое мерцательная аритмия?
-Что? -ошарашенно спросил мужчина.
-Мерцательная аритмия, -еще более спокойно повторила Ева. -Вы ведь врач, если память мне не изменяет?
-С утра им точно был, -все еще странно глядя на нее, произнес Берт.
-Так значит вам известен этот термин и вы мне сможете его расшифровать? Иначе уже мне придется тормошить ваш атлетический торс, чтоб добиться хоть какого-то ответа, -улыбаясь, сказала Ева.
-Спасибо, конечно, за комплимент, -несколько смущенно ответил он, -но до атлета мне более чем далеко. А на вопрос я непременно отвечу. Итак, -сказал Берт, как-то приосанившись, словно входя в давно знакомую роль, -мерцательная аритмия, дорогая Евушка, это крайне неприятная штука, к тому же весьма опасная.
-Для сердца? -тут же уточнила она
-Именно так. Из-за нее исправная работа нашего мотора может моментально выйти из строя или вообще остановиться. И тогда….-замолчал он на полуслове.
-Человек умирает во сне, -задумчиво продолжила Ева его незавершенную фраз.
-К сожалению, так, -подтвердил Берт и больше не стал задавать никаких вопросов, чему она была безусловна рада.
Выйдя из кафе, они неспешно дошли до гостиницы под рассказы Берта об интересных случаях из его практики, а потом простились, договорившись еще раз увидеться до ее отъезда в Россию.
Очередная встреча с группой намечалась только после обеда, поэтому Ева решила продолжить прогулку, предварительно переодевшись в номере.
Ей бесконечно нравился Иерусалим. Его непередаваемая красота и волшебная атмосфера будили в ней новые стремления, о которых она, как ей казалось, давным-давно забыла.
-Я влюбилась в этот город, Гарик, -как-то сказала ему Ева на очередной экскурсии.
-Поверьте, вы отнюдь не одиноки в этом чувстве. Мало того, -сказал он, подняв вверх указательный палец, -сам Господь любит и хранит Иерусалим, -и сделав многозначительную паузу, добавил:
-Земля обетованная, знаете ли. Вот и мы с вами, видимо, с Божьего благословения тоже здесь оказались.
Пока Ева в задумчивости шла по улице, вспоминая слова Гарика, она услышала позади себя разговор двух женщин.
-Верочка, не упрямься, я крайне рекомендую тебе это заведение. Там такая подача блюд, ничем не хуже, чем в Лиссабоне.
-Ой, Тата, даже не упоминай сейчас о нем. Иначе совсем затоскую и наотрез откажусь пробовать твою хваленую рыбу фиш, -манерно сказала одна из дам.
Ева чуть сбавила шаг, пропуская женщин вперед, решив непременно следовать за ними, чтобы попасть в это интересное место, где подают рыбу лучше, чем в Португалии.
Отложив вилку, она откинулась на мягкую спинку дивана с довольной улыбкой. Рыба фиш была действительно умопомрачительная.
«Вот никогда бы не подумала, что можно настолько вкусно приготовить блюдо», -сказала про себя Ева, подцепив еще один кусочек. «И людей достаточно много», -мысленно добавила она.
Замлевшим от вкусной еды взглядом Ева с интересом стала разглядывать интерьер кафе и посетителей, сидящих неподалеку, пока в какой-то момент не ойкнула от неожиданности. Не веря своим глазам, она решительно встала и направилась к столику возле окна, за которым сидел мужчина и читал журнал, попеременно отпивая из чашки кофе.
-Какая неожиданная встреча, Аристарх Мефодьевич, -произнесла Ева, без всяких церемоний присаживаясь за столик.
Мужчина, положив газету на стул, внимательно посмотрел на нее, а потом поправляя очки, сказал:
-Приличные люди перед тем как расположиться за чужим столом, испрашивают на это разрешение. А вы даже поздороваться не сочли нужным.
-Ну после того, как вы умчались от меня галопом к местам упокоения, я решила не тратить сейчас ваше драгоценное время на некие условности, -ответила она, совершенно не смутившись. -К тому же, -добавила Ева, покосившись на зонт, лежащий на стуле, -никто не даст гарантий, что вы опять не исчезнете, как тогда в квартире, только теперь уже за Иерусалимскими дверями.
-Во-первых, -возмущено произнес Аристарх, -хотел бы заметить, что право распоряжаться моим временем я оставляю исключительно за собой.
-А во вторых? -тут же прервала она.
-Мда, -ответил мужчина, снимая очки, -а что я вообще ожидал
-Это вопрос или утверждение? -не унималась Ева. -Я то, кстати, точно знаю, что от вас жду.
-И что же? -опять воодрузив на нос очки, спросил Аристарх.
-Ответов на вопросы, конечно, -невозмутимо сказала она. -И заметьте их будет несколько.
-Пока, мадам Ева, -недовольно  пробурчал он, зачем-то опять взяв в руки газету, -я заметил только крайнюю степень вашей невоздержанности.
-А вот читать мы будем после, господин хороший, -немедленно отреагировала Ева, буквально выдернув из его рук газету, -а сейчас прошу напрячь вашу столетнюю память и ответить на мой первый вопрос.
-Ну хорошо, -тяжело вздохнув  произнес Аристарх, -задавайте уже. И тогда, я надеюсь, мне удастся вырваться из сфабрикованного вами плена.