Глава 20

ГЛАВА 20. Неудачное сватовство. Цирк — радость детства

На вершине горы, где располагалось поместье Даджи, царила глубокая ночь. Наступившее лесное затишье нарушал лишь стрёкот ночных насекомых да сонное чириканье птичьей мелочи, которую тревожило далёкое уханье совы.
Не сговариваясь, приятели посмотрели на небо. Сияние звёзд и Двойного Сердца приглушала белесая дымка. Виной тому был туман, пришедший со взморья. Благодаря ему в воздухе, пропитанном влагой, витал запах свежести и тот непередаваемый пряный аромат, свойственный лесному букету осени.
— Благодать! — растроганно пробормотал Кат Ворон.
В ответ на его сентенцию Клермон вдохнул воздух полной грудью.
— Где это мы? — спросил он, покосившись на тёмные придорожные кусты, где вспыхивали горящие звериные глаза.
— Не имею ни малейшего понятия, но, кажется, это имение нашего демона-лиса, — не сразу сориентировался Кат. Запутавшись в собственных ногах, он пошатнулся, но Клермон успел ухватить его за локоть и продолжил допрос:
— Тогда зачем мы сюда притащились, да ещё ночью?
Он воззрился на основательно захмелевшего приятеля, благо, что Двойное Сердце светило в полную силу и было довольно светло. Под его неотступным взглядом Кат снова собрался с мыслями, судя по раздумчивому выражению на лице.
— Просить руки барышни, — проговорил он с сомнением в голосе.
— Какой ещё барышни? — не отступал Клермон.
— А я знаю? Что ты прицепился ко мне как репей? Это же ты хотел жениться, а не я.
— Что-то я не припоминаю такого. И нечего обижено сопеть. Кат, хватит маяться дурью. Поздно уже для гостей, идём домой.
— Ни фига не поздно, — заупрямился Кат Ворон.
Спустя минуту он перестал пьяно кукситься и расплылся в хитренькой улыбочке.
— Эврика! Я вспомнил! Мы идём в гости к Танюшке, — он погрозил Клермону пальцем. — Ишь ты какой! Поматросил девку и бросил. Нет, брат, так дело не пойдёт. Князь ты или нет, а слово нужно держать.
«Мать-земля! Неужели я действительно обещал на ней жениться?» — встревожился Клермон и напряг память. К счастью для себя, несмотря на сильное опьянение, мыслил он по-прежнему здраво. Так что провокация Ката не возымела нужного действия. 
— Женитьба — дело серьёзное. Я ничего ей не обещал.
— Да? — Кат Ворон призадумался, а затем хлопнул себя по лбу. — Твоя правда! Не обещал, но мы же свататься пришли. Танюха, выходи! — выкрикнул он, и Клермон поспешно заткнул ладонью ему рот.
— Кат, прекрати! Сначала выслушай меня. Я вижу, чего ты добиваешься, но у тебя ничего не выйдет. Твоя протеже не только грубая и невоспитанная, вдобавок она чрезвычайно упрямая, но даже не это главное. Не знаю, как объяснить, но она совершенно иная, чем наши женщины, и это очень заметно. Такая, как она, всегда будет белой вороной в обществе высокородных и этим будет притягивать неприятности к себе и своим близким. Я бы закрыл на это глаза, если бы хоть что-то чувствовал к ней, но этого нет… Подожди, я знаю, что ты хочешь сказать. Да, я не неравнодушен к Владычице ночи. Вот только для меня она прежде всего Тесса Таден и в какой-то мере Тайра-род-Высокая Волна, но никак не Татьяна Орлова.
«Выходит, Клермон сразу же раскусил Танечку Орлову. Он прав, вряд ли эгоцентричная девчонка приживётся в среде ему подобных. Для этого она слишком независима и свободолюбива, что сразу же бросается в глаза. Нет в ней гибкости и смирения, необходимых женщинам средневековья и, похоже, не появится. Прав он и в том, что ему куда больше подходят Тесса или Тайра, у них хоть и стойкий характер, но при этом обе мягкие и покладистые по натуре, чего нет в помине у Татьяны, а жаль», — Кат вздохнул и опустился на деревянную скамеечку, врытую у ворот поместья демона-лиса.
— Присаживайся, в ногах правды нет. Впрочем, её нигде нет, разве что на Небесах, да и то под вопросом. Вряд ли Создатель столь уж отличается от своих созданий, если судить по твоему альтернативному потомку.
Клермон посмотрел на подозрительно быстро протрезвевшего друга и сел рядом.
— Извини, что нарушил твои планы. Но ты не переживай, Татьяна не останется без крыши над головой. Я запишу её как родственницу и, когда она найдёт себе пару, выдам её замуж с княжеским приданым.
— Вряд ли Танюшка согласится на роль приживалки, но ты не бери в голову, это уже моя забота. Не захочет жить как княжна, значит, будет вкалывать как служанка в трактире, — Кат развернулся так, чтобы видеть лицо друга. — Конечно, ты волен жениться на ком пожелаешь, но я хочу тебя предостеречь. Пожалуйста, не делай глупостей, не подбивай клинья к Мирелле Маске. Она точно тебе не пара.
— Ты ошибаешься, Мирелла — лучшая кандидатура на роль княгини, — возразил Клермон.
Убеждённость в его голосе заставила Ката Ворона поморщиться.
— Уверен, что долго проживёшь, если женишься на ней? Клермон, не глупи! Она настоящая чёрная вдова. Я знаю, что застит тебе мозги. Ведь Мирелла спасла тебе жизнь, когда старая княгиня практически спровадила тебя на тот свет. А ты не думал, что это не столько благодарность, сколько плата за ту же услугу? Может, она не любит быть должной.
— Но…
— Да-да, Мирелла настолько любезна, что даже сейчас блюдёт твои интересы и никого не подпускает к престолу Североводского княжества. Вот только с чего ты взял, что она старается ради тебя? Дружище, люди радикально не меняются, тем более в столь солидном возрасте, как она. Пойми, это всё та же древняя ведьма, безжалостная и жестокая, к тому же властная по натуре. Недрогнувшей рукой она уберёт любого, кто встанет на её пути.
Клермон обдумал сказанное другом и покачал головой.
— Даже если это правда, я не передумаю. Если Мирелла окажет мне честь и согласится стать моей женой, то я буду этому рад.
— Чёрт знает что! Будь ты влюблён в неё, я бы ещё понял, но ведь этого нет. Или я ошибаюсь?
На лице Клермона появилась странная улыбка.
— Верно, любви между нами нет, но это ничего не меняет. Кат, ты просто не понимаешь природу наших с ней отношений.
— Чего именно я не понимаю? — раздражённо вопросил уже абсолютно трезвый Кат Ворон.
— Что это такое — пройти через Чёрные Ворота, а затем вернуться.
— Хочешь сказать, что вас связал Чернокрылый Мор?
— Ну… можно и так сказать.
— Тогда почему она с Даджи, а не с тобой?
— Уж ты-то должен понимать, как тяжело рвать старые привязанности.
«Вот ведь упёртый дурак!» — сердито подумал Кат и пустил в ход, как ему казалось, железный аргумент.
— Не хотел тебя расстраивать, но скажу. Мирелла Маска занесена в базу Хранилища. Это значит, что она здесь не останется и будет проходить обучение на одном из учебных полигонов нашей службы.
Но у Клермона и на это был ответ.
— Владычица ночи сказала, что в Хранилище строгий отбор и в том виде, что сейчас, Мирелла его не пройдёт, — Клермон напряг память. — Она сказала, что эффект Аден Роу ещё на стадии теоретических изысканий, то есть неизвестно, что она собой представляет.
— Да что б тебя! Я же по-хорошему хотел тебя отговорить, а ты всё упрямишься! Тогда давай так. Ну-ка, вспомни, почему ты оказался в срез-генераторе. Думаешь, она избежит той же участи? Удивительно, что научный отдел до сих пор не вытребовал её к себе и не распотрошил до первичной основы.
На это Клермону было нечего ответить, и он с жалостью посмотрел на Миреллу, которая перестала таиться и направилась к ним.
— Это правда? — спросила она, глядя на Ката Ворона, и тот кивнул.
— От слова до слова.
Обдумывая сложившуюся ситуацию, Мирелла обхватила себя руками — ночь была по-осеннему холодной — и заходила по площадке, примыкающей к скамейке, а затем вновь остановилась перед Катом Вороном.
— Я не хочу, чтобы рылись в моих внутренностях. Пожалуйста, скажите, есть ли способ избежать вашей службы?
— Не беспокойся! Пока я рядом, тебя никто не тронет, — сказал Даджи и накинул ей на плечи меховую накидку.
— Похоже, у тебя договорённость с Кар-до-Рисом, — сказал Кат Ворон, не слишком довольный тем обстоятельством, что подчинённый опять действует через его голову.
Мирелла пристально посмотрела на демона-лиса и невесело усмехнулась.
— Выходит, мой господин, вы мне тюремщик, — сказала она и, не дожидаясь ответной реплики, направилась к воротам.
Слова ведьмы пришлись Даджи не по вкусу, и его глаза блеснули зелёным отсветом.
— Ну? — он повернулся к незваным гостям. — Чего припёрлись? А до утра было никак не подождать?
— А ты чего такой негостеприимный? — поинтересовался Кат Ворон.
— Так гость повалил косяком, причём на ночь глядя. Может, где-то объявлено, что у меня день открытых дверей, точней, бал Дракулы? Сначала заявилась Владычица ночи и устроила мне скандал, мол, как я смею обижать её симбионта? Обозвала меня всячески и ушла к Татьяне, между прочим, до сих пор у неё сидит. Вдобавок совсем недавно припёрся какой-то ненормальный, причём пьяный вдрызг, и начал разгуливать по поместью как у себя дома. Убил бы гада, да только он оказался из наших. Видимо, кто-то новенький из Хранилища. Теперь вот ты и Клермон. Так что у вас такого, что не терпит отлагательства?
— У тебя товар, у меня купец, сватом я к тебе, — ухмыльнулся Кат Ворон.
Даджи смерил его мрачным взглядом и собрался было уходить, но Кат ухватил его за полу ханьфу.
— Полно кочевряжиться, лисья морда! Давай посидим, побалакаем за жизнь. Ну а будешь хорошо себя вести, расскажем последние новости, причём такие, о которых даже шпионы Кар-до-Риса ещё не знают.
Обещание начальства заинтересовало Даджи, и он сел рядом с Клермоном.
— Эй, Маленький принц, чего ты такой невесёлый? — спросил он, пихнув его плечом. — Вроде ж ты собрался жениться на моей ученице, так чего куксишься? Не думал, что когда-нибудь скажу это, но Татьяна Орлова далеко не худший выбор… Наглость! Как смел ты даже подумать о Мирелле? Да за неё я порву тебя на куски и брошу волкам!
— Ну-ка, убрал от него лапы! — вклинился между ними Кат Ворон и с такой силой отшвырнул демона-лиса, что тот не удержался на ногах и упал.
— Ло Вень, хватит истерить, никто на твою ведьму не покушается. Клермон, сейчас же убери меч. Господи, вот ведь два идиота! Навязались на мою голову! Самим не смешно? Старую бабку поделить не можете. Тоже мне, сокровище нашли! Вам, что, других баб нет? — Кат сердито глянул на Клермона, приготовившегося к атаке. — Ладно, Ло Вень, его ещё можно понять. При нормальных обстоятельствах из него самого уже должен сыпаться песок, но ты-то куда лезешь? Ведьме уже под двести лет. По любому она тебе не пара. И да, вынужден вас огорчить, на самом деле вы ей оба нафиг не сдались. Мирелла, несмотря на ум и солидный возраст, баба средневековая. Для неё мужик — это вопрос выживания. Ну а привязать его к себе для красивой бабы проще простого. Достаточно пропеть: «Ах, милый, я так тебя люблю, что жить без тебя не могу». Ну и всё, как в одной песенке поётся, уноси готовенького. А уж с театральными талантами твоей пассии и того проще. Купец, князь, звёздный демон — не важно. Все, как один, они оказываются у неё на крючке.
— Хотите сказать, что мной движет одна лишь корысть и ничего более? — зловеще вопросила Мирелла, вновь возникшая из темноты.
Ведьма была не одна, вслед за ней появились Владычица ночи и Татьяна Орлова. В самом хвосте процессии плёлся осоловевший Ладмон — вопреки опасениям Ката Ворона, целый и невредимый. Он обогнул женщин, сбившихся в стайку, и плюхнулся на освободившуюся скамейку.
— Слушайте, может разойдёмся по домам и обсудим наши разногласия в другое время? — предложил он и, зевнув, добавил: — Не знаю, как вы, а я уже засыпаю на ходу.
— Заткнись! — дружно рявкнули на него Татьяна и Даджи.
Мирелла с подозрением посмотрела на непроницаемо-спокойную физиономию демона-лиса и чем-то раздражённую его ученицу, а Владычица ночи — на мужа и с неслышным вздохом опустила ресницы. Эта пантомима не укрылась от Ката Ворона. «Никак между супружниками пробежала чёрная кошка и, кажется, я знаю, как её зовут», — внутренне усмехнулся он, но решил не спешить с выводами.
— Почему именно я должен заткнуться? — обиделся Ладмон. — Да ну вас к хлуду! Разбирайтесь сами, а меня увольте. Свою порцию оскорблений я получил уже сполна. Злые вы, уйду я от вас.
Он приподнялся, собираясь выполнить своё намерение, но Кат Ворон легонько толкнул его в грудь, не давая подняться со скамейки.
— Не спеши, парень. И вообще, тебе не кажется, что ты поступил по-свински, стараясь опередить Клермона?
— Это вышло случайно. Я же не виноват, что вы куда-то запропастились, — заявил Ладмон с выражением оскорблённой невинности.
Вот только среди присутствующих не нашлось никого, кто бы ему поверил. Правда, Кат Ворон следил только за Владычицей ночи, поэтому от него не ускользнула сложная гамма чувств, промелькнувшая на её лице. «Так, так! — мысленно потёр он руки. — Всё же мне не показалось. Сиртианец решил не тянуть резину в долгий ящик. Да, парень! Наворотил ты дел. Как говорится, за двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь. Вряд ли твои дамы согласятся на тройничок. Вообще-то, есть ощущение, что выбора у тебя нет, и, отчалив от одного берега, ты рискуешь не достичь другого. Тайра злится и в то же время испытывает облегчение, а Танюхе пока ты даром не сдался. Но есть надежда. Судя по тому, как она стреляет глазками в твоём направлении, она тобой заинтересовалась».
— Что, други, разбежимся по норам или есть другие предложения? — вопросил Кат Ворон, не сомневаясь, что их негостеприимный хозяин не сорвётся с крючка. Слишком уж жирной была наживка, которую он ему подбросил. 
Даджи оправдал его ожидания.
— Если уж заявились в гости, то проходите, — ворчливо отозвался демон-лис, и слуги, неслышными тенями ждущие его распоряжений, распахнули ворота настежь.
Ладмон было заартачился, но Владычица ночи взяла его под руку.
— Идём. Невежливо заставлять себя ждать.
«К тому же ты — гвоздь программы, насколько я понимаю», — мысленно добавила она. «Само собой, поэтому и не хочу идти», — отозвался Ладмон и искоса глянул на неё.
— Хорошо, идём, если ты этого хочешь, — сказал он вслух.
«Надо же, у этих двоих совершенно непроницаемый мыслещит», — удивился Кат Ворон, всё же уловивший сам факт мысленного обмена, но не его суть.
Когда их компания проходила мимо грушевого дерева, вихрь из белых лепестков заключил Ладмона и Владычицу ночи в свой кокон, но тут же бессильно опал на землю под ударом, нанесённым невидимым стражем сиртианцев — к вящей досаде демона-лиса.
«Ло Вень, давай без провокаций, а то схлопочешь так, что мало не покажется», — мысленно предупредил Кат Ворон, и тот сердито дёрнул плечом. «Вот ещё! С чего ты решил, что зелёному новичку под силу справиться со мной? Признаю, мальчишка силён, но, к твоему сведению, я обламывал публику и покруче, чем он».
— Это вряд ли, — вклинился Ладмон в их мысленный разговор. — Так что не трудитесь, от меня вам не скрыть мысленный канал.
— Ну всё, прибью гада! — рассвирепел Даджи и в мгновение ока облачился в броню.
— А давай! — согласился Ладмон, и в его руке сначала появился меч, а затем броня, причём такая, что женщины заулыбались, глядя на него. Действительно, он выглядел как самый настоящий принц, правда, из современной сказки.
Поскольку броня и оружие Ладмона на все сто отвечали горячечной мечте фанатиков фэнтези, то Даджи не воспринял противника всерьёз, и на его физиономии нарисовалась злорадная улыбка.
— Никак наш мальчик сказок пересмотрел, — произнёс он и ринулся в бой, хотя Мирелла и Татьяна пытались его остановить.
Впрочем, Ладмон тоже не стал слушать ничьих уговоров.
— Ладно, дуракам закон не писан, — заключил Кат Ворон, видя такое дело.
Он подмигнул Владычице ночи, и она согласно опустила ресницы. В результате этого сговора противники оказались по разные стороны возникшей цирковой арены и вдобавок повисли под матерчатым полосатым куполом, не в силах сдвинуться с места. Одновременно вспыхнул яркий свет, и вместе с освещением появилась богато изукрашенная трибуна на пять кресел, как раз по числу основных зрителей. Для публики попроще были скамейки, но немногие из них решились столь явно присутствовать на представлении.
Прежде чем сесть, Татьяна с восхищением коснулась позолоченных зверушек на подлокотниках, а затем довольно поёрзала на чрезвычайно удобном бархатном сиденье.
— Ух ты, прямо-таки царская театральная ложа, не то что балкон, на котором мы сидели во время представления уличной труппы.
Даджи её услышал и недовольно фыркнул, но Кат Ворон был настороже и не дал креслу, на котором сидела девушка, обзавестись острыми иглами. Для острастки он показал кулак проблемному подчинённому, а затем напустил на себя важный вид и тоном профессионального конферансье объявил:
— Леди и джентльмены, представление начинается! Парад-алле на арене нашего цирка!
Поскольку Владычица ночи положилась на фантазию Ката Ворона, то он устроил настоящее цирковое представление — с клоунами, фокусниками, акробатами, жонглёрами и дрессированными зверями. Благо, что «Звёздному мосту» было проще пареной репы создать любую достоверную инсталляцию из его воспоминаний. Так что зрители имели возможность полюбоваться на исторических личностей Земли в роли цирковых артистов, даже на Христа, в которого Гитлер, облачённый в римскую тогу, метал остро отточенные ножи, чтобы пригвоздить его к кресту. Правда, затем ему самому фокусник с лицом Сталина отпилил голову в волшебном ящике. Это было эпичное зрелище, но оно по всем статьям проиграло выступлению Мэрилин Монро в роли укротительницы тигров. Экранная дива была необычайно хороша, ей хлопали даже слуги, украдкой смотрящие волшебное представление.
Второе отделение было отдано тому, ради чего затевался весь этот цирк, а именно поединку двух непобедимых бойцов, являющих собой бездонный кладезь мудрости, верности и храбрости. В общем, новоявленный конферансье распинался минут десять, перечисляя все достоинства бойцов; правда, в некоторые из них не особо верилось, но зрители решили оставить это на его совести.
После того, как ведущий шоу смахнул мнимый пот со лба и с благодарной улыбкой раскланялся, в ответ на жидкие аплодисменты, Мирелла Маска поднялась со своего места и бросила на арену шёлковый платочек.
Даджи с Ладмоном тут же отжили и рванулись со своих мест — вот только не к друг другу, а в направлении того, кто устроил весь этот цирк.