Метатель

Из "Ликвидаторы"

На площадке спортгородка пограничной заставы с названием «Золоторыбная» боец с обнаженным торсом размеренно и методично делал взмахи правой рукой. Издалека казалось, что он бросает камни. Раз за разом, безостановочно, на протяжении длительного времени. После каждого взмаха воздух рассекает свист летящего предмета, затем слышится тупой удар о деревянную мишень, сделанную в рост человека. Взмах, свист, удар. И снова — взмах, свист, удар…

Сверкнув серебристой змейкой, лезвие завершает свой полет, вонзаясь в дерево, — боец бросает ножи. Упорно, до изнеможения. С каждым последующим броском нож для метания оказывается все ближе и ближе к центру нарисованного круга. За два года службы на пограничной заставе Олег стал настоящим профессионалом в искусстве метания ножей, за что и получил прозвище Метатель. После срочной службы и школы прапорщиков он вернулся служить на Сахалин, в пограничную комендатуру «Холмск» Сахалинской области. И каждую свободную минуту посвящал совершенствованию своих навыков, причем не только в метании ножей и саперных лопат — с неменьшим упорством он постигал приемы рукопашного боя, добиваясь безупречного владения своим телом. К окончанию службы Олег уже имел репутацию первоклассного мастера всех видов единоборств. Каждое его выступление на ринге заканчивалось победой, а схватки — глубоким нокаутом противника. Правда, за излишнюю жесткость и бескомпромиссность в бою Олега иногда снимали с соревнований. А знавшие о его упорстве и твердости духа соперники побаивались встречи с ним. Как боец он не знал поражения, со временем превратившись в машину для убийства.

Город Южно-Сахалинск, гостиница «Сакура», ресторан с одноименным названием. Сегодня здесь отдыхала местная мафия во главе с одним из авторитетов по кличке Иванчик-младший. Столы ломились от обилия изысканных японских блюд и горячительных напитков — водка и вино лились рекой. А обслуживающие гостей на бандитской попойке юные кореянки то и дело появлялись в зале с новыми закусками. Основательно нагрузившийся молодой авторитет с трудом поднялся со своего места и, пошатываясь, направился к туалетной комнате. Охрана, выполняя свою обычную рутинную работу, двинулась следом.

Внимательно осмотрели туалет, заглянули во все закоулки и подсобные помещения и только после этого провели босса в кабинку. Двое привычно заняли свои места у входной двери. Спустя время в унитазе зажурчала вода, дверца кабинки хлопнула, и в направлении выхода послышались неуверенные, шаркающие по японскому кафелю шаги. И вдруг — резкий свист в воздухе, тупой удар, стон. Тело Иванчика-младшего обмякло и медленно сползло по стене на пол, сложившись при падении, как тряпичная кукла. Из спины в области сердца торчала рукоятка ножа для метания. Острое, как бритва, лезвие вонзилось так сильно и глубоко, что, кроме легкого стона, умерший не успел издать ни звука.

Ожидавшая у двери охрана заволновалась не сразу. Прошло несколько минут, прежде чем кто-то сообразил, что босс слишком долго не показывается из туалетной комнаты. Правда, такое уже бывало и раньше: иногда, перебрав спиртного, он просто засыпал в туалете, не дойдя до выхода. Решив, что ждать больше не стоит, обеспокоенные телохранители осторожно заглянули в помещение и остолбенели от представшей их глазам картины. Тело босса с ножом в спине лежало на полу туалетной комнаты, в которой не было ни души. Случившееся вызвало у охранников шок: все понимали, что наказание тем, кто допустил убийство младшего брата Иванчика-старшего, будет суровым. Придя в себя, обшарили все кабины, кладовки и подсобные помещения в коридоре, ведущем к туалету, — результат нулевой. Только свежий ветер с улицы врывался в небольшую распахнутую форточку, откуда и влетел нож.