Кот старца Липа и его потомок

Кошки — животные загадочные и свободные и одновременно безгранично тёплые по характеру.

Кот для кого-то не только кот, а поверенный его души. Это не просто слова. Много раз наблюдала в жизни, как кот становился для человека чем-то бОльшим, нежели просто домашним питомцем. Когда одиночество берёт за горло, то мягкий пушистик становится близким существом и отрадой в мире сложном и тревожном, он спасает подчас от многого, ведь надо заботиться, а забота предполагает равновесие души.

Людей, как правило, разделяют на тех, кто больше любит собак, их называют собачниками, и тех, кто любит кошек, их называют кошатниками. Собачники — это люди открытые, энергичные, активные, такие же, как и их питомцы, экстраверты.

Кошатники, наоборот, сами в себе, как кошки в своей скорлупе.

Конечно, бывают исключения, как и в любом правиле, но это разделение очень верное, и жизнь показывает, что это именно так и есть.

Человек привыкает к своей кошечке, идеализируя её образ, особенно если этот человек живёт один, но иногда и человек, живущий в браке, нет-нет да и вспомнит свою вторую половину в питомце.

— Почему вы кошку зовёте человеческим именем — Катька, да не просто Катя, а именно Катька, вот,если бы, например, вашу жену звали Катя, ей бы было неприятно, что какую-то кошку тоже зовут Катя, т. е. Катька.

— Ну, представьте себе, что мою жену действительно зовут Катя, и я не вижу тут никакого унижения, жена Катя и кошка Катька.

Прям,как в той оперетте, где одинаково звали собаку и жену, и когда муж и хозяин звал кого-то из них, они не шли, потому,что думали, что зовут не её. Но это несерьёзное отступление.

На самом деле, уже неизвестно, человек назвал так кошку, любя жену, или, наоборот, насолить ей хотел. Звали Катька, и если любил, хоть кошка служила напоминанием о ней, а если не любил, то даже кошку назвал её именем, чтобы показать ей её место.

Всё относительно.

Но я знаю одну историю, которая настолько потрясающа.

История про кота и его хозяина и про их дружбу, которая была почти,как любовь, даже выше любви.

Это история батюшки старца Николая Гурьянова и его друга кота Липы, который с ним жил много лет и которого пытались даже убить и убили, подбросив старцу бездыханное тельце. 

Отец Николай взял кота и пошёл в свою келью, что там было, но через некоторое время он вышел, и на руках его сидел живой Липа. Представляете, насколько велика была сила любви между этими двумя живыми существами. Старец фактически вытащил Липу с того света. Липа был больше, чем кот. Он был символом дружбы кота с человеком, и все, кто знал про это, видели, что Липа всё-всё понимает и слушается отца Николая с полуслова.

Мы поехали на Талабские острова, на остров Залита зимой поклониться могиле отца Николая. Нас даже не смутило, что вечереет и лёд в некоторых местах озера Псковское был нетвёрдым, но, помолившись святому Николаю Угоднику, мы двинулись в путь.

Стояла неописуемая зимняя красота, закат был такой, что мы думали, солнце растопит лёд, но была зима, и солнце только смотрело, но не грело.

Мы заехали на остров им. Белова, а потом наш путь лежал на о.Залита. Приехав на могилку о. Николая, мы увидели курган, состоящий из камней. Из добрых дел старца при жизни выросла большая гора, эти камни были его добрые дела, которые уходили ввысь к кресту. Крест старца пожизненно — творить добро, и рядом с крестом портрет с добрыми большими глазами, проникающими прямо в душу. Скромный памятник великому старцу земли русской, ведь всё богатство осталось в душе, а она живая, и она на острове была везде, везде чувствовался живой дух Николая Гурьянова. Повернув голову, можно было увидеть его маленький домик, который всегда ждёт паломников, гостей со всего света. Но в этот день домик был закрыт, было поздно, и взгляд отца Николая с могильного холмика был устремлён на дом. Подумалось, что вот его нет физически, а он смотрит и наблюдает, какие гости посещают его келью.

И вдруг... Я не верю своим глазам. Ко мне около могильного холма подбегает, кто бы вы думали? Липа! 

Не может быть, ведь Липа давно умер. Может, это призрак. Мне стало не по себе. Около могилы был портрет старца с его котом, и вдруг — кот собственной персоной, стало страшно.

Но «призрак» подошёл к нам и стал тереться и мяукать, и я поняла, нет, это живой кот, наверно, потомок того самого Липы, жившего у Николая Гурьянова.

Он был как две капли списан с кота Николая Гурьянова.

Потомок Липы явно хотел что-то от нас, мы пошли к машине, и я вынесла колбасу, припасённую в дорогу.

Липа номер два не отказался и попросил ещё. Не то,чтобы он есть хотел, кот был достаточно упитанным, просто, наверно, колбаса ему понравилась, он попросил ещё, а потом ещё, и мы скормили ему всю колбасу. А когда потомок Липы забрался на руки и стал ласково тереться свой мордочкой, я так растаяла и сказала: «Поехали с нами, будешь у нас жить», но, спохватившись, что, вероятно, это чей-то кот, который просто привык к гостям и для него обычное дело — встречать и провожать гостей старца и своего родителя Липы. Мы уезжали, нам любезно открыли келью не по расписанию. Кот махал хвостом и ждал, когда ж мы выйдем, и когда мы садились в машину, он запрыгнул к нам, чтобы снова попрощаться, а потом удалился восвояси.

Мы уезжали, и силуэт кота, Липиного потомка ещё долго стоял на туманной зимней дороге, а нам предстояло пересечь зимнее озеро. Почти ночь, но мы знали, что ничего с нами не случится, и лёд не треснет, ведь нас охраняют Святитель Николай Угодник, отец Николай Гурьянов и Липа.