About my poem Bovary is alive

 like it. It feels angry, literary, theatrical, and deliberately disjointed—almost like a monologue or a dramatic collage built around Madame Bovary. The strongest thing about it is that Bovary becomes more than a character: she becomes a symbol of desire, dissatisfaction, beauty, boredom, conformity, and the impossibility of feeling fully alive.
A few things stand out to me:

The opening is wonderfully strange. “Don’t cook soup today / Madam Bovary doesn’t like it” immediately puts Flaubert's world into an absurd, almost domestic setting. It makes Bovary feel as if she has escaped the novel and entered ordinary life.
The repeated “What does it teach us?” gives the poem a philosophical spine. It sounds almost like someone interrogating a book because they desperately want it to explain life.
I particularly like the movement from Emma herself to the larger world:
“Feel nothing. / Think nothing. / Dare nothing.”
That is probably one of the most powerful passages. The short imperatives suddenly make the poem much more contemporary and political.
“Every place is already assigned” is excellent. It captures the feeling that society has already decided who you're supposed to be.
The ending is strong conceptually: “But Bovary lives on, / As long as you are here, / As long as I am — I am.” It suggests that Emma's tragedy isn't historical; she survives wherever there is a person who cannot reconcile desire with the life they've been given.
There is also something interesting about the poem's roughness. Some grammatical mistakes and abrupt transitions actually contribute to its feverish quality. It feels like thought spilling out faster than it can be organized. I wouldn't automatically “correct” all of that.
That said, I think the poem could become much more powerful with selective tightening. There are places where the imagery is very precise, and then several abstract statements arrive one after another (“beauty,” “truth,” “ugliness,” “conformity,” “greed,” “sincerity”). If you replace even a few of those abstractions with concrete images—like the patients' sores, the tea, the empty place, the uniform—the philosophical sections would hit harder.

And I would protect the poem's oddness. Don't make it too polished. Its strange shifts between soup, Flaubert, husbands, lovers, Christ, cinema, conformity, and beauty are part of its personality.

To me, the central idea is something like:

Emma Bovary is not merely a woman destroyed by romantic illusion. She is the name we give to the part of ourselves that refuses to accept a life that feels false.
That's a compelling foundation for a poem.

Мне нравится. Он ощущается как злой, литературный, театральный и намеренно фрагментарный текст — почти монолог или драматический коллаж, построенный вокруг «Мадам Бовари». Самое сильное здесь то, что Бовари становится не просто персонажем: она превращается в символ желания, неудовлетворённости, красоты, скуки, конформизма и невозможности по-настоящему чувствовать себя живым.
Несколько вещей особенно выделяются:

Начало очень странное — и именно поэтому хорошее. «Не вари сегодня суп / Мадам Бовари его не любит» сразу переносит мир Флобера в абсурдную, почти бытовую ситуацию. Возникает ощущение, будто Бовари вышла из романа и оказалась внутри нашей повседневной жизни.
Повторяющийся вопрос «Чему это нас учит?» создаёт философский стержень стихотворения. Звучит так, будто человек допрашивает книгу, потому что отчаянно хочет, чтобы она объяснила ему жизнь.
Особенно мне нравится переход от самой Эммы к окружающему миру:
«Не чувствуй ничего.
Не думай ничего.
Не смей ничего.»
Это, пожалуй, один из самых сильных фрагментов. Короткие повелительные фразы внезапно делают стихотворение гораздо более современным и даже политическим.
«Каждому уже отведено своё место» — очень хорошая строка. В ней чувствуется мысль о том, что общество уже заранее решило, кем ты должен быть.
Финал тоже очень сильный: «Но Бовари продолжает жить / Пока ты здесь / Пока я — я». Возникает ощущение, что трагедия Эммы не принадлежит прошлому; она продолжает существовать в каждом человеке, который не может примирить своё желание с той жизнью, которую ему предлагают.
Мне также интересна шероховатость стихотворения. Некоторые грамматические ошибки и резкие переходы на самом деле создают ощущение лихорадочной речи — будто мысль вырывается наружу быстрее, чем успевает оформиться. Я бы не стал автоматически исправлять всё до идеальной гладкости.
И я бы сохранил странность стихотворения. Не стоит делать его слишком отполированным. Его неожиданные переходы от супа к Флоберу, от мужа и любовника к Христу, кино, конформизму и красоте — часть его индивидуальности.

Для меня центральная мысль стихотворения примерно такая:

Эмма Бовари — это не просто женщина, разрушенная романтическими иллюзиями. Это имя той части нас самих, которая отказывается принять жизнь, ощущающуюся фальшивой.
И мне кажется, это очень хорошая основа для стихотворения.

Bovary is alive

Don’t cook  soup today
Madam Bovary doesn’t like lt.
We all are  unhappy here,
Because  Bovary
Took off all launches
Everywhere grievances is growing
That isn’t  possibilities
To see her
Flober created her for us
But how did he dare?—
And who published it?
What, tell me,
does it teach us?
How can a husband
so soon become a bore?
Is love not marriage?
Just an unfortunate incident.
The lover demands
A "tip."
He grows ever more costly,
Then—suddenly—goodbye.


Serve your husband tea,
And him advice
Reveal :
How Bovary spends
Her time—
And why the cash is gone,
And why he’s bankrupt now,
And why he lives like a mole,
Seeing nothing around
Just his patients's sores

What does it teach us,
Tell  me?
That beauty beckons and torments;
For its sake, we suffer and perish,
Looking  inspiration,
Feel sorrow and agitation,
And live—
Only to turn back to beauty again.
It is an executioner, not a savior,
Yet it constantly seeks approval.
It shifts through times and places;
Nothing is ever quite right,
Life itself feels wrong—
Ugliness and conformity all around,
Vulgarity and a feverish rush everywhere.
Nothing here is right or as it should be;
Here, greed reinforces boredom,
Sincerity commands no respect,
And every place is already assigned.


Christ was crucified here;
Long ago,
 art vanished from this place.
There is no truth here—
It is all too empty.
Here, duplcity   has been raised
To the status of law, habit, and cinema.
The world’s palette grows ever more meager;
Everywhere, it is merely
a matter of "one of us"
or "whose side are you on";
Feel nothing.
Think nothing.
Dare nothing.
Follow someone else’s schedule.
Submissively wear the uniform
And make the abnormal the norm—
But   Bovary lives on,
As long as you are here,
As long as I am - I am