Перина до потолка

Бывает, совсем снов не вижу. А сейчас - подряд, каждый день, и все тёплые, светлые,  сама память решила согреть меня изнутри.

Я оказалась в деревне. У нас там тридцать соток земли и два дома - целое сокровище, залитое солнцем. Свет здесь особенный: он пронизывает участок насквозь, ложится золотыми пятнами на траву, играет на старых досках, делает даже тени тёплыми.

Обхожу знакомые места и здороваюсь с каждым деревцем - их посадили до моего рождения. Касаюсь шершавой коры, прислушиваюсь к току жизни внутри ствола. Вижу зелёный лук, баклажаны, разросшийся сад - немного дикий, живой...

Вот слива, а тут вишня… В этом году она не дала ароматных, сочных ягод, а раньше, в детстве, мы собирали их вёдрами. Яблони - белый налив. Наклонили свои ветки до земли, вот- вот сломаются.
- Здравствуйте, Дорогие, - шепчу я, и мне кажется, что деревья шумят в ответ, переговариваются листвой. Ощущение такое, я тут на своем месте, и земля меня принимает, помнит, не отталкивает.

Чуть дальше замечаю куст крыжовника. Ягоды такие сочные, в них скопилось весь летний день. Хочу сорвать одну, тянусь - и тут же отдёргиваю руку: иголка впивается в кожу, оставляет лёгкое жжение. Смотрю на другой куст - и замираю от удивления. Во сне крыжовник совсем не такой, как в жизни: не зелёный, не жёлтый, даже не фиолетовый. Он ближе к синему, глубокий, словно впитал в себя цвет вечернего неба. Ягоды крупные, тяжёлые, таких форм не бывает -  овально-вытянутые.

Снова тянусь, почти касаюсь… и вдруг слышу внутри тихий голос:
- А что... ты будешь есть? Не рви. Пусть растёт.
И я опускаю руку. Остаюсь стоять, разглядывая эти странные синие ягоды.

Но в голове крутится назойливая мысль: прежде чем что-то менять, пересаживать, надо спросить разрешения у мамы. Ее скептический, строгий взгляд не даёт расслабиться и творить, фантазировать. За мной надзиратель и оценщик, мне страшно подвести маму и не оправдать ее ожидания. Я боюсь ошибиться, поэтому ничего не трогаю.

Захожу в старый деревянный дом. Тут теплее, чем в новом кирпичном. Я ни разу не ночевала в этой избушке, но кровать принимает меня, как родную. Чувствую дух деда и бабки - не пугающий, а тихий, привычный, как запах старого дерева и сухих трав.Мне совершенно не страшно. Дом  шепчет:
-Не уходи, останься, ты тут хозяйка. И я засыпаю на перине - мягкой, почти до потолка.

Мне спокойно. Нет суеты, срочных дел, никто не торопит.

Птицы в саду, кузнечики, бабочки - они не могут обидеть, я снова на мгновение стала той девочкой, которая одной ногой ещё в детстве.

Печь не топлена, и запаха свежевыпеченного хлеба нет. Бабушка не шоркает ногами по половицам. Детство давно прошло. Я в доме одна. Но воспоминания укутывают меня, как мягкое одеяло, убаюкивают...