22. Осторожно - дети!

                Младший брат.
    Принесённого из роддома, родители положили меня в стандартную детскую кроватку с ограждением и оставили на пару минут. Когда моя двухлетняя сестра увидела это, чутьё на врага сработало в ней без задержки. Вооружась полуметровой рейкой, которой мать доставала бельё из стиралки без отжима, она забралась на край кроватки и принялась охаживать ею нежданного гостья со всей горячностью невинного сердца. Иногда я жалею, что у меня не было старшего брата, иногда - нет.
                Меня хотят съесть.
    Жизнь в трассовом посёлке. Я ещё в том возрасте, когда большую часть времени провожу на руках у матери. К ней пришёл типичный абориген с горящими "трубами", занять пятёрку. Видя, что приведённые доводы о выгодности займа не имели успеха, он падает на колени, и, протягивая ручищи, вкладывает в крик души последнее, что за ней осталось: "Ну дай же!". Глядя на это с рук матери, я не сомневаюсь, что требуют именно меня,и, отвернувшись от голодного страшилища, прижимаюсь к ней в почти равносильном сочетании смятения и веры.

                Не отрывай!
     Чуть позже. К матери зашла соседка и, увидев меня, подхватила на руки. У меня истерика, я вырываюсь и кричу, что есть силы: - Не отрывай! Не отрывай!.. Они не могут сообразить, что со мной. Оказалось в её прошлый визит я был уличён в какой-то козни, за которую, как она сказала - отрывают голову!

                Умный мальчик.
     Мне 6 лет. Два года назад я побывал в женской бане, а до первой влюблённости в одноклассницу ещё три года и теперь мне интересны девочки постарше (отец тогда не преминул поделиться с матерью моим отчётом, сто есть тёти у которых "шары" побольше чем у неё). Моей кузине 15. Выбрав момент, я ей говорю:
    - Если к тебе подойдёт такой кавалер как я или поменьше - я ему как дам!
    Эту оговорку "поменьше" мать всегда вспоминала с улыбкой гордости за меня: ведь сообразил!

                Ювенальный либерализм.
     В мои дошкольные годы (ясельными их назвать нельзя, поскольку, познакомившись с этим заведением, я сказал ему решительное: "нет!"), у матери по поводу наших с сестрой капризов была присказка: вот, сведёте меня в могилу - тогда делайте, что хотите. Что думала о такой перспективе сестра - осталось при ней. А я, как маменькин любимчик, тяжело переживавший всякие обломы, как-то завёл с отцом доверительный разговор:
     - Давай, сведём её в могилу и будем делать, что захотим...
               
                О происхождении фамилий.
     Моя мать, проходя с маленькой, но уже знающей буквы внучкой мимо исписанных крупным шрифтом гаражей, услышала от неё:
     - Бабушка, а что такое Г...`он?
     -Ну, наверное, иностранная фамилия. - на ходу изобретает та.
     - А... Ну тогда правильно: Г`а...н. - заключает маленький профессор.

                Держитесь, мужуки!
     Моей племяннице около 5-ти и она обзавелась где-то большим чёрным жуком, который как раз умещается в коробку из-под спичек. По временам коробка открывается, и жук, увидев на мгновение ангельское личико, погружается в мрачную тесноту до следующего раза. В конце дня я говорю ей:
     - Ты уже поиграла с ним, отпусти. Ведь ему плохо в коробке.
     - А мне - хорошо! - отвечает маленькая женщина.

                Соцреализм.
     Пройдя начальную стадию абстракционизма, моя четырёхлетняя племянница рисует принцесс. Важнейший элемент красоты - длинные ноги в платье до пола. В таком образе уже бессчётное количество раз запечатлена мама и любимая героиня сериала. Но вот как-то после очередной стычки с бабушкой, та, выходя из своей комнаты, видит приколотый на двери листок, на котором изображена особа явно женского пола в мини-юбке из-под которой едва виднеются туфли. Подпись под шедевром:
                ЭТО БАБУШКА

                Конец.
     Раннее детство. Моя сестра старше меня на два года, но и ей не больше пяти. Мать ведёт нас, держа за руки, по гололёду просёлочной дороги. Мы то и дело скользим и повисаем на её руках. Мать говорит:
     - Ну это ещё ничего. Вот если я упаду - тогда конец!
     Едва она успевает это сказать, как падает, успевая выпустить наши руки. Первое, что она видит из нового положения - это, как две её кровиночки запрыгали вокруг неё, в восторге вопя во весь голос:
                - Конец! Конец!!!..