Тсаоны. Часть четвёртая. Ментальное оружие

Т'саоны. Часть четвёртая. Ментальное оружие

Словно пришпоренный, Си'Гуансу рванул, отталкиваясь от пузырящейся невесомости сапогами.

- Точь-в-точь как лягушонок,- мысленно поворчал отстающий Тал Зуон, но хитрая умняшка тут же вывела на общий мысленный экран, комичный образ синюшного земноводного, с непомерно выпученными глазищами, затянувшего  следопыточий пояс, с тревожно перемигивающимися огоньками генератора полей. Довольно туговато - дырочки на три туже необходимого.

Вслед за ним сучил квадратными лапками серебристый динозаврик, смешно разевая воксельную пасть, небрежно прикрытую бурой маской медвежонка

Осмелевший интерфейс откровенно издевался над лидером техников, заставляя того проклинать собственное изобретение, отчаянно мечтая об инъекции глюкозы.

Сотру! - решительно прорезонировал Тал Зуон и умняшка, в ответ, отреагировала отчаянно взвигнувшим реверсом устаревшего миди файла, -  урТ.О.С!

Чувствуя, что это должно быть смешным, Тал Зуон попытался мысленно улыбнуться.

Но железная, стилизованная под ящероподобную, челюсть, подсоединённая к репродуктору через резервную проводку  отодвигала сам факт проявления веселости на непрогнозируемую временную даль.

Психанув, легко и непринуждённо, Тал Зуон в очередной раз удивился тому, что гнев ему удавался без особых внутренних усилий.

Задумчиво он перемещал по углам интерфейса аватарку умняшки, часто заморгавшей, испуганным овалом увлажнившихся глаз.

Смутно всплывал лик его спасителя, Суан-Ганрэ.

Тот что-то настойчиво твердил ему, требуя запомнить. Он помнил. Долго помнил, но потом забыл. Что забыл? почему забыл? Было ли это так важно, раз так легко зыбывалось? Наверное нет. Столько лет прошло...

Опасливая поглядывая на стенки тоннеля, Тал Зуон оставил в покое, облегчённо поникшую умняшку и припустил вслед за Си'Гуансу.

Тал Зуон, распустил серебристой архидеей все несколько десятков зрительных манипуляторов и те подрагивающими лепестками, спешно формировали многомерное изображение величественного зрелища.

Интересно, - промелькнула неуместная мысль, - а как это видилось бы его живыми глазами...?  Наверняка хуже, - успокоил сам себя Тал Зуон, верный своей привычке, убеждать себя во всестороннем превосходстве над всеми.

Привычка была глупой и Тал Зуон это прекрасно понимал, но отчаянно цеплялся за живые, пусть и ущербные, мотивы.

Горнило арка приближалось медленно. Оно расступалось в извивах Пакта Гил'лиона и разворачивало поддёрнутые дымкой отражённого диска, края, подбрасывая зрительным сенсорам Тал Зуона всё новые детали.

Вблизи, открывшаяся в просвете пронзительной дымке протопланетария, огромная конструкция превосходила воображение лидера техников обилием мелких деталей.
Содрогаясь они выстукивали воксельный пар, из сонма разнокалиберных раструбов. Пар дыша грязновато-алыми кольцами, сгущался в сложные, усеянные щетиной скрученых манипуляторов, колченогие дендриты и  беспокойно ткал в чудовищном давлении плазменные узоры аксонов.

На вершине конструкции немыслимо изгибаясь, от одного пористого выступа к другому, металась долговязая фигура, в длинном и местами белом, развевая хрустящее реальностью давление, полупрозрачным шарфиком.

В этих пересекающихся арках хрустальных переливов, отражённых от диска, Тал Зуон никак не мог определить размеры, размывающейся от скорости фигуры. Два длинных прямых уса, словно заячьи уши, колыхались над сужающейся к низу тругольной головой, то и дело в нетерпении, свисающейся с кашляющих порами уступов.

Из их дыр вырывались клубы отработанных частиц мыслеформ и фигура, размахивая длинющими конечностями, пробывала усами сизоватые клубы на вкус.

Си'Гуансу подплыл к одному из пористых уступов и в брешах на миг рассеявшихся клубов, блеснули их алые отсветы.

Давление было чудовищным, а в центре образованного подковкой горнила, невообразимым.

Тал Зуон огляделся. В мёртвой безучасности тьмы космоса, Пакт Гиллиона свисал белесой соплёй, с края протопланетарного диска.

Подрагивая от копошащихся внутри фигурок и трепета неспокойных конструкций, сопля не решалась сорваться в чудовищные эксабаровые объятья, хотя наверняка ей очень этого хотелось.

Амфитеатр, образованный горнилом Арка, словно дожидался, когда массивный Тал Зуон наконец доплывет до его центра и поставит последнюю точку в сомнениях сопли.

Умняшкин динозаврик, не глядя с поверхности интерфейса на алгоритмы Тал Зуона, собирал крохотные чемоданчики, постоянное сверясь с огромными наручными часами. Явно торопясь на вокзал.

Глядя на хрупкую конструкцию, мечущегося тощего гиганта и расслабленно скалящегося в постоянной ухмылке, Си'Гуансу,  лидеру техников захотелось свалить от сюда вместе с умняшкой.

Но когда он снова взглянул на экранчик умняшки, то увидел полупустой перон и уходящую в воксельный закат змейку паровозных вагончиков.

- Поздняк, - подумал Тал Зуон и барахтая звякающими шарнирами, вплыл в монументальную картину.

Словно рассекающий вселенную меч Забытого Бога, диск впился в реальность разваливая её на сочащиеся тяжелым, проникающим в клетки, светом, яростно сопротивляющиеся половинки.

Запоздало ойкнув, лидер техников спрятал стайку своих оккуляров за силовыми щитами сгенерированных очков.

- Ярко - то как!

Он быстро повернулся к вальяжно развалившемуся на уступе Си'Гуансу. Тому видимо было хорошо, и без защиты.

Но... как это может...
Хотя-я...

Тал Зуон перевёл взгляд вниз, реагируя на сигнал, кольнувший нейроны, от одного из наиболее смышлённых окуляров, и увидел истеричные перемигивания опоясывающих Си'Гуансу огоньков.

Лидер техников осознал, с каким отчаянием генерирует невидимые поля защиты и жизнеобеспечения, пояс следопыта.

Бывший Император давно превратился в цифровую модель и уже не нуждался ни в чем кроме, естественно, запасных батареек для пояса.

Непрошенная зависть Тал Зуона, послав на прощанье воздушный поцелуй, испарилась и он плюхнулся на соседний уступ, пытаясь воспроизвести позу следопыта.

Си'Гуансу обернулся к нему, оглядел с ног до головы и хохотнул, покачивая посвеченным диском, алым гребешком.

Во внутреннем экране раздалось объявление о прибытии поезда и из вагона выскочил динозаврик. Румяный слегка покрытый пятнами следов цвета побежалости.

- Отдохнула? - Динозаврик кивнул.

- Загорела? - Пощёлкав воксельной пастью, динозаврик с гордостью продемонстрировал  рыжеватые ожоги на металле.

- Вот и хорошо! - Тал Зуон внимательно шарил окулярами, записывая всё на встроенные в них гранулы линзы Скара.
Умняшка старалась понравиться, но только ради того, чтоб ткнуть воксельным ножиком в ... пусть будет ... в спину, -  ты как раз вовремя, тут самое интересное начинается.

Сделав ужасающе сложный кульбит, столь обожаемый генетически усовершенствованными т'саонами, С'саяс выдохнул Ййяах! - и бесшумно приземлился, представ  перед Тал Зуоном.

Техник рефлекторно загромыхал, пытаясь вылезти из теплого плена поры уступа.
Треснуло блестящее бедро и из пролома на родину выглянули усики Швабы.

Умняшка, мигом превратившись в робопаука, семеня остренькими лапками, деловито нахмуря металические воксели чешуек, начала  патрулировать свой угол интефейса, с тревогой поглядывая на оцепеневшее сознание Тал Зуона.

- Привет!, - прошипел со неестественным скрипом С'саяс, глядя на радостные усики Швабы, игнорируя техника, - давно не виделись! Соскучилась?

Шваба радостно задергалась в полости бедра Тал Зуона, норовя выскочить, расправляясь.

Но Лидер техников казалось не придавал этому предательству никакого значения.
Его рассудку, запакованному в слои льдостали, для скольжения по самой грани перегрузки, хватало и облика оператора.

С'саяс без сомнения был т'саоном.

Чешуя.

Переразвитая, хоть и скромная в обхвате, мускулатура.

Темно-зеленые пластины естественной костяной брони.

Пылающие серебром, дикие, наполненные плещущейся ртутью, глаза.

Полупрозрачная роговая ткань гребней, на конечностях и безволосой голове.

Совершенные, вылепные по лекалам последней моды, черты лица, обезображенные безумной, растянутой от одного перепончатого уха до другого, улыбкой, в обрамлении тонких губных пластин.

И конечно, раздвоенный язык, основа приема как цифровых, так и, как выяснилось позднее в случае С'саяса, аналоговых сигналов.

Но...

В равной степени он был и стражем.

Пятно пустоты на лбу С'саяса напоминало своей чуждостью, плевок И'Ира, на лице Уллиса.

Раздвоенный язык аккуратно лавировал меж сочащихся ядом жвал.
От него воняло ментально прожаренным хитином, а голова напоминала сплюснутый треугольник увенчанный глазами с песочными часами зрачков, пробивавшихся затаённой злобой сквозь облачка ртутных паров.

Длинный как башенный кран.
Тощий. На колченогих, но чешуйчатых, тараканьих лапах, с трескучими крыльями, в прорехах разодранной на спине, белой хламиды т'саонского смертника.

Большие усищи, торчали на голове, сгибаясь у кончиков словно заячьи уши. А на контрасте, обхватывая кольцами зелёно-ржавую шею, трепетал полупрозрачный шарфик, с едва заметным рисунком.

- Ни хера себя С'сайка, - неудержался ошеломлённый Тал Зуон и пошутил, а динозаврик, быстро слепив из окружающих циферок судейский стол, с надменным удовлетворением в блестящих глазах, поднял табличку с оценкой.

Девять, точка, ноль!
Мол, жги чемпион!

Довольный Тал Зуон слегка воспрял духом. Смешно. Но это это ему польстило.

Пусть это было физически невозможно, но улыбка С'саяса растянулась ещё шире, а ядовитые жвалы вывалились дальше.

- Шутник? - песочные часы зрачков поискали лидера в россыпи оккуляров Тал Зуона.

- Типа того, - металлически отчеканил техник, отчаянно надеясь, что яд, брызжащий со жвал, не попортит золотые вензеля, старательно сработанные Асимрой на сияющем нагруднике Лидера.