О законе Моисея. Заповедь шестая

                «Не убий» – самая короткая заповедь Закона Божьего, но от этого не менее значимая. В дословном понимании она запрещает лишать жизни другого. Цель заповеди – не допустить анархии и произвола, чтобы Израиль не уничтожился в самом себе. С другой стороны, убийца посягает на образ и подобие Божие и похищает Суд Божий. Запрещая убийство, Бог в тоже время устанавливает закон кровной мести «око за око» или принцип талиона (лат. lex talionis — закон равного возмездия), согласно которому наказание за преступление должно быть равно причинённому вреду. Убийство – это незаконное лишение жизни, и этим оно отличается от казни (Исх.21:23–27; Лев.24:20; Втор.19:21). Этот вопрос весьма сложный и с юридической, и с нравственной точек зрения. Нам предстоит разобраться во всех нюансах правосудия божественного и человеческого, ибо не всякое убийство является таковым в глазах Божиих, и не всякая казнь бывает справедливой. Это обусловлено тем, что Закон Божий и светский имеют разную природу и предназначение.  И главное, – первый никогда не обшибается и от человека не зависит, а второй – плод деятельности лжеименного разума, а значит не ошибаться не может. Но для начала необходимо понять, почему шестая заповедь стоит после пятой и предваряет последующие, выяснить кому она была дана и какие отношения регулировала. В предыдущих беседах мы встречали множество примеров так называемых антиномий Библии, когда некоторые заповеди Божии, на первый взгляд, противоречили друг другу: «Не суди, да не судим будеши…», «Если согрешил брат твой против тебя, пойди и обличи его…», «Не нарушить Я пришел закон, но исполнить…», «Суббота для человека, а не человек для субботы…», притча о негодном домоправителе и заповедь «не укради» и так далее. Сложность изучения Писания заключается в правильном понимании прочитанного. Этому научить невозможно, поскольку только Бог решает кому открыть истину, а кого к ней не допускать. Человек может быть доктором теологии и ни на шаг не приблизиться к пониманию Слова Божия, и наоборот –  не знать грамоты и владеть высшим богословием. Например, преподобный Антоний Великий был безграмотным, а на его учении основано аскетическое монашество Вселенской церкви.
                Запрет «Не убий» следует сразу после заповеди о почитании родителей, потому что неизбежно вытекает из нее. Если человек почитает отца и мать, то он не убьет чужого сына или отца. Пренебрежение к своим снимает моральные ограничения по отношению к чужим. Апостол Павел писал: «Если же кто о своих и особенно о домашних не печется, тот отрекся от веры и хуже неверного» (1Тим.5:8). Хуже неверного – это язычник, для которого чужая жизнь ничто. Убийство неразрывно связано с остальными заповедями: не прелюбодействуй, не кради, не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего, не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего. Господь как бы говорит человеку: не убивай ради всего этого. Закон Моисея был дан для защиты и сохранения Израиля, ибо ему предстояло родить Христа по плоти. На протяжении Ветхозаветной истории он касался только избранного народа и не распространялся на язычников, которые в глаза Божиих были мертвы.  Лишение их жизни было  лишь формальностью, поскольку душа  обрекалась  на погибель еще в утробе матери. Каждый младенец был инфицирован ядом идолослужения и спасения ему не было. Еще не воплотился Христос и не был побежден грех. Более того, чем дольше безбожник живет, тем больше причиняет вреда и себе и окружающим. Поэтому Содом и Гоморра вместе с Иерихоном и другими древними городами, уничтоженными Иисусом Навином, было для нечестивых скорее благом, чем наказанием.
                Эти библейские примеры породили богословскую дилемму о «жестокости» Бога.  Есть немало людей, которых трудно отнести и к атеистам, и к верующим. Часто в разговорах с православными от них можно услышать: «Как я могу верить вашему Богу, Который погубил столько невинных людей и детей, Который попускает несчастья, Который не спасает от смерти младенцев и делает сиротами отцов и матерей; ваш Бог не способен защитить от зла добрых людей, зато негодяи благоденствуют. Бог должен быть добрым, а ваш – злой. Значит вашего Бога не существует».  Действительно: Иисус Навин уничтожил Иерихон со всеми жителями (Нав.6:21-25). Он повелевает приемнику Моисея: «А в городах сих народов, которых Господь Бог твой даёт тебе во владение, не оставляй в живых ни одной души, но предай их заклятию: Хеттеев и Аморреев, и Хананеев, и Ферезеев, и Евеев, и Иевусеев, и Гергесеев, как повелел тебе Господь Бог твой. » (Втор.20:16-17). Есть и другие примеры:  «И так убейте всех детей мужеского пола, и всех женщин, познавших мужа на мужеском ложе, убейте; а всех детей женского пола, которые не познали мужеского ложа, оставьте в живых для себя» (Чис.31:17-18); «И предал Господь, Бог наш, в руки наши и Ога, царя Васанского, и весь народ его; и мы поразили его, так что никого не осталось у него в живых… и предали мы их заклятию, как поступили с Сигоном, царём Есевонским, предав заклятию всякий город с мужчинами, женщинами и детьми» (Втор.3:3-6); «И поразили они его и сынов его и весь народ его, так что ни одного не осталось живого, и овладели землёю его …» (Чис.21:35); «И предали заклятию все города, мужчин и женщин и детей, не оставили никого в живых» (Втор.2:34). Аналогичная участь постигла города: Макед, Ливна, Лахис, Газер, Еглон, Хеврон, Давир, Асор. Всех людей, включая женщин и детей, поголовно истребили, города сожгли, всех царей повесили на дереве» (Нав.10:28-38).
                Такие крайние меры были не проявлением жесткости и тем более не нарушением Богом Его же заповеди, а средством спасения Израиля.  Неутолимая  алчность порабощала души израильтян, уводя от служения Богу к служению диаволу, что не раз случалось с ними в дальнейшем. Кроме того, желая обогатиться, евреи соблазнялись торговлей с соседними племенами. А значит вместе с экономическими развивались культурные и, что самое страшное, – религиозные  связи. В конечном итоге, это и привело Израиль к  культу Ваала. Чтобы сохранить Свой народ от ассимиляции с язычниками, с первых шагов Иисуса Навина в Земле Обетованной, Господь требует самых жестких мир по искоренению всего связанного с богопротивным культом: от детей до вещей и утвари. Поэтому казни Иисуса Навина были не убийством в смысле пятой заповеди, а исполнением Закона Божьего. А законное лишение жизни убийством не является, иначе на каждого палача будет нужен свой палач.  Это же касается убийств на войне, но не всякой, а лишь на правой, когда брань идет за веру и Отечество. Захватнические и грабительские набеги, разбой, насилие, мародерство, даже во время справедливой войны, влекут за собой осуждение по пятой заповеди Закона.
                Национальное законодательство любой страны основано на обычаях, моральных и религиозных нормах ее народа, которые, в свою очередь, вытекают из божественного нравственного закона.  Именно поэтому родовые обычаи диких племен или европейское законодательство имеют много общего в части защиты основных ценностей: веры, жизни, семьи, имущества. Воля Божия, выраженная в Писании, имеет высшее достоинство и приоритет по отношению к любому  национальному праву. Казнь преступника или убийство при защите ближнего, веры, Отечества – являются богоугодными и оправданы Законом Божиим. Соответственно, пятая заповедь регулирует межчеловеческие отношения и призвана защитить людей от произвола и хаоса. Транспонировать ее на все случаи лишения жизни и несправедливо, и богохульно.
                Так выглядит понимание Закона применительно к человеческим отношениям. Однако, как и все Писание, заповедь несет в себе глубокий духовный смысл. В первую очередь, это касается души.  Иоанн Богослов писал: «Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца; а вы знаете, что никакой человекоубийца не имеет жизни вечной, в нем пребывающей» (1Ин.3:15).  Апостол подчеркивает, что ненависть убивает душу, и человекоубийцей ненавидящий становится по отношению к себе, в первую очередь, а не к ближнему. Можно испытывать злобу и ненависть к человеку и без причинения зла, что часто бывает в отношениях подчиненного и начальника, слуги и господина. Однако это не отменяет заповедь, поскольку ненависть губит собственную душу. Рано или поздно она выльется в тяжкий грех клеветы или убийства. Иоанн особо подчеркивает, что ненавидящий: «не имеет жизни вечной, в нем пребывающей». Это означает, душа, как творение Божие, повреждается злобой и погибает. Максим Исповедник говорил, что такие грешники остаются за «горизонтом видения Божьего», то есть Господь не признает их как Своих рабов. Об этом же напоминает Христос: «Истинно говорю вам: не знаю вас» (Мф.25:12). А кого Бог не признает, те лишены чести сыновства и обречены на вечную смерть, ибо Суд Христов карает не муками, а отлучением от Бога. Тот же смысл имеет и церковное осуждение – анафема.
                Заповедь «Не убий» касается еще одной стороны духовной жизни – уничтожение в себе образа и подобия Божьего. Есть расхожие выражения: «Он убил в себе все лучшее», «Погубил свой талант», «Искалечил душу». Все они означают одно – уничтожение даров Святого Духа, которыми Бог наделяет грядущего в мир. Главным из них являются не таланты и мастерство, а совесть. Пренебрежение заповедями ведет к разрыву духовной связи между душой и Создателем. Известно, что при повреждении пуповины плод перестаёт получать кислород и питательные вещества — развивается острая гипоксия, которая становится причиной гибели ребенка. Так же лишенный силы Духа, погибает как человек и превращается в отверженного Богом идолослужителя и язычника, о печальной участи которых, повествует Писание. Поэтому заповедь «не убий», и все остальные, находятся в неразрывной онтологической связи и не только по отношению к ближнему, но и  по отношению к собственной душе.
                Завершая тему необходимо сказать следующее. Убийство есть прекращение бытия человека, с одной стороны, а с другой несет несмываемую печать осуждения в геенну. Но, если убийство ближнего не всегда наносит ему вред, а часто способствует спасению и прославлению, как, например, страдания и кончина мучеников за веру, то убийство совести ведет к осуждению души в погибель. Покаявшийся убийца заслуживает прощения и оправдывается, как любой другой грешник, потому что Богу важно спасение человека, а не его дела, пусть и злые. Отцы говорили: «Нет греха выше милосердия Божьего». Поэтому заповедь «Не убий» не только запрещает смертный грех, но и взывает к совести как части образа и подобия Божьего.