Подруга вечная. Глава 2

КОРНИ. ОТКУДА БЕРУТСЯ ДВУПОЛЫЕ БОГИ?

Глава 2. ПОДРУГА ВЕЧНАЯ. ИСПОВЕДЬ АНДРОГИНА ПЕРЕД ЗЕРКАЛОМ

Владимир Соловьев, русский философ, отправился в Египет на свидание с Вечной Женственностью. Он искал Софию. А я искал её всю жизнь, не зная имени, — и находил в зеркале, когда переставал притворяться.

---

МОЙ ПЕРВЫЙ ХРАМ

Я не был религиозным. В детстве меня водили в церковь, но я не понимал, зачем там столько суровых мужчин. Иконы — бородатые старцы с карающими взглядами. Священник — мужчина. Бог — Отец. Я чувствовал себя лишним, потому что внутри меня сидела какая-то странная нежность, которую некуда было приложить.

Я думал: «Значит, моя нежность — это слабость. Значит, Богу она не нужна».

Я ошибался. Просто в том храме мне не рассказали главного.

---

ВОСТОК: ШИВА, КОТОРЫЙ НАПОЛОВИНУ — ЖЕНЩИНА

Спустя годы я увидел статую. Это был Шива. Но не тот, что крушит демонов в танце. Другой. Ардханаришвара. Левая половина тела — украшена браслетами, грудь мягко округлена, бедро широкое и гибкое. Правая половина — мускулистая, строгая, с копьём. Одновременно. Один бог, две природы.

Индусы не считают это ересью. Для них Шива и его Шакти (женская энергия) — это не муж и жена, не две половинки, которые встретились. Это одно тело. И пока они соединены, мир существует. Как только разделяются — начинается страдание.

«Я — мужчина, пока ты — женщина, но без тебя я — ничто», — говорит Шива своей Шакти в древних текстах.

Я прочитал это и замер. Потому что это было про меня.

Я всегда чувствовал, что моя внутренняя женщина — та самая, которую я прятал за грубостью, — не была отдельным персонажем. Она была мной самим. Но церковь и школа сказали мне: «Отрежь её, это стыдно». А индуизм сказал: «Отрежешь — станешь трупом. Только живой бог — тот, кто вмещает обе половины».

---

ЗАПАД: СОЛОВЬЕВ И ЕГО «ПОДРУГА ВЕЧНАЯ»

Но Индия — далеко. Я живу в России, где всё, что касается духовности, пропущено через страдания и морозы. И тут я наткнулся на Владимира Соловьева. Философ, поэт, мистик. Человек, который осмелился сказать в XIX веке, что в Боге есть женщина. Он назвал её София — Премудрость Божия.

Соловьев искал её не как абстракцию. Он видел её три раза в своей жизни. В Лондоне, в пустыне Египта, под Парижем. Он шёл к ней, как влюблённый юноша.

Не веруя обманчивому миру,
Под грубою корою вещества,
Я осязал нетленную порфиру
И узнавал сиянье Божества...

Он называл Софию «Подругой вечной». И в этом было что-то такое, от чего у меня сжалось горло. Потому что я тоже всю жизнь искал эту Подругу. Сначала я искал её в женщинах — и разочаровывался, потому что требовал от них слишком многого. Потом я искал её в мужской дружбе — и задыхался, потому что там нельзя было плакать.

А потом я понял: София — это не вовне. София — это половина моей души, которую я похоронил под тяжестью слов «будь мужиком».

Соловьев писал: «Истинный человек в полноте своей идеальной личности, очевидно, не может быть только мужчиной или только женщиной, а должен быть высшим единством обоих». Он не был революционером. Он был мистиком, который заглянул в святая святых и увидел там андрогина.

Православная церковь его не поняла. Назвали еретиком. Слишком смело, слишком неудобно. И Софию изгнали из теологии, оставив Бога одиноким Патриархом. А вместе с Софией изгнали и всех нас — тех, кто чувствовал себя «не от мира сего».

---

ПОЧЕМУ РЕЛИГИЯ МОЛЧИТ О НАС

Я понял это, когда учился в школе. Нас учили делить: мальчики слева, девочки справа, сильные — на защиту, слабые — за парту. Андрогин ломает эту систему. Поэтому его и изгоняют — из храмов, из классов, из армий. Он слишком близок к тому, что не поддаётся разделению.

Власть всегда строится на границах. Мужчина и женщина. Сильный и слабый. Свой и чужой. Андрогин стирает границы — и становится невидимкой. Его прячут в поэзии, в искусстве, в тишине спален, где люди наконец перестают притворяться.

Я не пошёл в монахи. Я не стал философом. Но я понял: религия, которая изгоняет половину души, — это религия смерти. А я хочу быть живым.

---

ПЛАТОН И АНДРОГИНЫ. МИФ, КОТОРЫЙ НЕ СТАРЕЕТ

В «Пире» Платона Аристофан рассказывает: когда-то люди были не мужчинами и женщинами, а андрогинами — круглыми существами с четырьмя руками, четырьмя ногами, двумя лицами и двумя полами. Они были настолько сильны, что решили взобраться на небо и свергнуть богов. Зевс не убил их — он разделил каждого на две половины и разбросал по земле. С тех пор каждая половина ищет свою другую половину. Любовь — это не поиск партнёра. Любовь — это ностальгия по целостности.

Я перечитываю этот миф и понимаю: он не просто красивая легенда. Он — ключ к тому, что происходит с человечеством сегодня. Платон был прав, считая андрогинность истинной, глубинной природой человека. Но если для него это было прошлое, которое мы потеряли, то для нас — это будущее, к которому мы идём.

---

ВЗГЛЯД ИЗ БУДУЩЕГО: ЭВОЛЮЦИЯ, ПОСТГЕНДЕРИЗМ И РАЗУМ

Миф Платона — о возвращении к целостности — находит подтверждение не только в мистике и психологии, но и в биологии. И если заглянуть в будущее, картина становится ещё более захватывающей.

Значительную часть своего исторического пути биологический мир проделал, и надо сказать, весьма успешно, не зная деления на полы. И сейчас подавляющее большинство живущих на Земле составляют бесполые существа — простейшие организмы. Но возможности размножения без участия самца — партеногенеза — выявлены у многих видов животных: от насекомых до рептилий. Партеногенез был вызван искусственно даже у некоторых млекопитающих — кроликов и макак. Осталось малое — эксперименты с человеком.

Среди учёных распространяется мнение, что социальное разделение на полы тормозит интеллектуальный и духовный прогресс человечества. А самое главное — становится неактуальным. Человечество благодаря успехам наномедицины, генетическим экспериментам и киборгизации подошло к возможности физического бессмертия. Плюс развитие цифровых технологий — специалисты утверждают, что полное слияние компьютера и человеческого мозга вопрос времени, всего пары десятилетий. Человеческий разум отсканированного мозга будет полностью оцифрован — и это тоже вариант бессмертия.

Биологическая среда обитания исчезает — уже сегодня человек достаточно могущественен, чтобы создавать искусственную, удобную для себя среду обитания, управлять внешними факторами. Природа не терпит излишеств — таков один из её фундаментальных законов. Полы отомрут за ненадобностью в условиях фактического бессмертия. К тому же всякое явление, имея начало, должно иметь и конец. Отмирание полов в известном смысле и есть начало «прозрения» материи, формирования подлинно разумной жизни. Вопрос только времени — специалисты называют срок от нескольких десятилетий до двух-трёх столетий.

Разделение на полы, хотя и представляет собой довольно совершенное средство поиска оптимума, при всём при этом является «слепым» средством стихийного поиска. Ему на смену в лице разумных, постчеловеческих существ приходит «зрячий», рациональный поиск оптимума, базирующийся на науке и предвидении. Логический метод заменяет биологический. Налицо новый виток эволюции. Вместо биологической эволюции наступает эпоха разума, сознания. И человек является переходным моментом, мостиком от животного мира к подлинно разумному существу, постчеловеку.

На этих идеях основано одно из важнейших направлений трансгуманистической философии — постгендеризм. Согласно представлениям постгендеристов, половое разделение ролей и возникающие на основе этого отношения в обществе стали значительным тормозом прогресса нашей цивилизации.

Хочу отметить, что идеи постгендеристов не так уж новы: ещё великий Лев Толстой пришёл к выводу, что половая страсть является главной преградой духовного развития человечества. Вполне логично формирование уже сейчас психологических предпосылок будущей бесполости постлюдей, синтеза мужских и женских качеств — андрогинности. Социальные роли мужчины и женщины уже сейчас очевидно размываются — все мы видим, как женщины в современном мире успешно осваивают мужские профессии и роли, а мужчины феминизируются. Важный момент и то, что современные женщины в развитых странах стали гораздо меньше рожать и не настолько закабалены домашним трудом как раньше — у них появилась возможность и ресурсы всё больше конкурировать с мужчинами.

---

ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ

Диалектическая спираль развития живой материи совершила ещё один виток. На первоначальном этапе существования живых существ размножение было бесполым и примитивным — простым делением; его сменило более прогрессивное половое, как более гибкое в изменчивых условиях окружающей среды и неизбежное для всё более усложняющихся в процессе эволюции живых существ. Смерть, как проявление сменяемости поколений, была частью эволюционного прогресса, борьбы за выживание. Для подлинно разумных же существ, способных господствовать над окружающей средой, раздельнополость становится пройденным этапом — вместо стихийного и затратного поиска оптимума приходит бессмертие и рациональность.

Применительно к реалиям сегодняшнего дня, в преддверии глобальных изменений человека — как его организма, так и психической сущности, на повестку дня выходит синтез внутренних мужских и женских начал — психологическая андрогинность.

Соловьев искал Софию в пустыне Египта. Платон рассказал миф о разделённых андрогинах. А современные учёные говорят о постгендеризме и бессмертии. Все они — об одном. О том, что целостность — это не прошлое. Это будущее. И оно уже наступает.

Я не знаю, доживём ли мы до эпохи, когда полы отомрут за ненадобностью. Но я знаю, что психологическая андрогинность — это уже реальность. И она не слабость. Она — шаг вперёд. К тем самым «подлинно разумным существам», о которых говорят футурологи.

Я не жду будущего. Я создаю его внутри себя. Я возвращаю себе целостность — здесь и сейчас. Потому что ждать — слишком долго. А жить хочется уже сегодня.

И я возвращаю Софию в свою жизнь. Я перестаю отрезать от себя половину. Я плачу, когда хочется плакать. Я надеваю мягкое, когда хочется мягкости. И я остаюсь сильным, когда нужно защищать. Это не слабость. Это цельность.

«Все видел я, и всё одно лишь было —
Один лишь образ женской красоты», — писал Соловьев.

Я теперь знаю: эта красота — внутри меня. И она не отнимает силы. Она собирает меня в одно целое. И она ведёт меня не назад, в прошлое, а вперёд — в будущее, где человек перестаёт быть половиной и становится целым.