За околицей деревни Жары

Утро начиналось с пасмурного рассвета. На фоне туманной зари еле - еле проступали контуры единственной улицы в деревне Жары.
Смешенный лес начинался прямо за околицей Жары. Смешенный лес был редким, но оттого ещё более прекрасным, таинственным, загадочным, потому что насквозь был пронизан глубокой осенней тишиной. Всё казалось причудливым и загадочным.
Из глухомани часто раздавался отрывистый хруст веток, незнакомые шелесты, шорохи и звуки.
Недалеко от опушки раздавалось:" Ци- фю, ци- фю!" На одной из веток старого дуплистого дуба, вниз головой прицепилась большая синица. Осмотрев ветку, бойко перескочила на вторую. В одной из трещин нашла паука, на другой личинки бабочки.
  На кустах рябины пасётся стайка серых дроздов. суматошный писк доносится с разных сторон. Заметив меня, дрозды дружно перелетели в березняки.
Хмель развесил свои багряные плети и золотистые шишки над тропой. Вот в чащобе кто - то шумно задышал, побежал, круша валежник, сушняк, ломая поросль гибкую осины - лось!   
И вдруг рядом тревожный сорочий треск, суматошное хлопанье крыльев - сороки. Молодые сороки взлетели, сели на ветки золотистой ольхи и давай громко стрекотать.
Сели на ветки и давай шумно стрекотать. С каким - то любопытством нацелели головки на меня.
В густом ельнике, под молодой ёлкой, нежданно столкнулся с самим боровиком. Приземистый, ядрёный. В одном месте краешек светло - коричневой шляпки отломлен, может, до меня белка завтракала.
На тропинке то тут, то там валялись поваленные ветром сосны, янтарно - жёлтые стволы, словно медовые, перегораживали вход в сосняк.
Тишина глубокая в лесу....Только изредка стучит по стволу сухой сосны дятел.
В прогалине слышится стрекот двух сорок.
Лес был гордый, задумчивый, замкнутый, таким он бывает только глубокой осенью.
  Вот и знакомый куст рябины. Но что это? какие - то странные и звонкие голоса доносятся оттуда. Подхожу ближе, ближе и всё прояснилось сразу: дрозды лакомились рябиной.
Речушка Ржавка всё ещё освещалась ивовым светом светло - жёлтым. Берега были низкими, ивняком поросшие и кустами олхи. Вода в русле была с коричневым оттенком.
Начался дождь. Он тихо шуршал в порыжевших папоротниках, в палой листве и как- то : ещё больше усугублял глубокую лесную тишину.