Записки старого инженера. Сказка первая, про кота

                Предисловие.

      Думаю, не секрет для многих, что большинство неприятностей, или даже случаев несчастных, происходит после слов «что делаешь, отойди, покажу, как надо». Или похожий вариант «сейчас старый токарь, пекарь, слесарь и т.п. покажет, как делать надо».

Слово «старый» в этом контексте вовсе не к возрасту отношение имеет. Произносящий фразу уверен, что в вопросе конкретном, большими компетенциями обладает. Ну, токарь, пекарь, это ещё пол беды. Хуже, когда «старый инженер», демонстрацией своих способностей занимается. Он в проекте столько камней подводных наставить может, что потом цельным коллективом расхлёбывать приходится, время и финансы, порой немалые, тратить.
 
Каждый «старый инженер» был когда-то студентом, школьником и способность «накосячить грамотно» с детства в себе воспитывал. У классиков пера, Льва Успенского, к примеру, есть «Записки старого петербуржца». Если вдруг не читал кто, или забыл за лет давностью, перечитать рекомендую. Там тема аналогичная затронута.

Ошибки, каждый из нас в великом множестве совершает, учимся мы на них, это не предосудительно вовсе. На чужих-то приятней учиться, получается не всегда. К жизни своей не всё приложить можно, опыт своих «косяков» необходим.
 
Обидно бывает, когда планируешь «доброе дело» совершить, а получается совсем не так, как мыслилось. Тут же «молва народная» обязательно извратит всё, тебе мысли несуществующие припишет. Для примера, анекдот один вспомним.


                История первая. Про кота.
                Часть 1. Что в народе рассказывают.
 
Анекдот про то, как старый кот молодого учил с кошечками обращаться. Молодой к старому за советом пришёл, уму-разуму поучиться у старшего, многоопытного поколения. Старый усы распушил, долго молодому про свою молодость удалую да бесшабашную, рассказывал. Так увлёкся, что сам себя опять молодым возомнил. Говорит молодому:
 «уломал чертяка, пошли, с такими кисками познакомлю, которых только на страницах журналов глянцевых ты и видел. Все профессионалки первостепенные».
 Молодой вопрошает, а как, техникой вопроса-та не владею.
 Не тушуйся-старый отвечает, делай как я, всё у тебя получится.

Долго старый молодого по дворам проходным Питерским водил, через кучи кирпича битого перебирались, по трубам каким-то карабкались. На чердак дома старого поднялись, на крышу самую. Идут по крыше, хвосты задрав гордо.
Да вот незадача, построили поперёк крыши кладку кирпичную, высокую, дом на две части разделившую. Старый кот разбежался, прыгнул и… башкой прямо в стенку впечатался. Вниз упал. Сидит, отходит от удара помаленьку, звёздочки из глаз посыпавшиеся пересчитывает.

А молодой что? Старый же сказал, делай как я. Вот он разбежался, и в стену головой впечатался, как старшой учил. Думал, прием такой специальный, для встречи близкой и кровь молодую волнующей. Очухался кот старый, слышит, за стенкой кошачий концерт уже начался. Сил это ему прибавило. Снова в разбег пошёл, опять удар башкой старой, стена «дорогу перебежала».

После третьего удара о стену, молодой смекать начал, что дело не чисто. Говорит старому коту:
-хватит мне этого интима на сегодня, голова молодая, не такая ещё крепкая, болит дюже сильно.

Вот такая байка похабная, про котяру нашего боевого, по народу и ходит. На самом деле всё не так было. Несправедливость эту устранить требуется, истинную историю рассказать.

 
           Часть 2. Правдивая история жизни кота полосатого.
 
Кот наш из простых городских да дворовых будет. Обычный он, серый и полосатый, коих раньше в каждом дворе много водилось. Никаких сильно примет отличительных за ним не числилось. Взрослел потихоньку, жизнь правильную вёл, «котовскую». В конце марта с другими котами дрался, орал под окнами дурнидой, кисок местных «окучивал». Зов природы, заведено так. Стал ловок мышек добывать, птичками не брезговал.

Может и прошла бы вся жизнь его, тихо и незаметно. Всё изменило случайное знакомство с котом не местным, в их двор по делам своим забредшим. Кот тот про охоту на крыс рассказывал, про повадки хвостатых разбойников и про то, как жизнь они всем осложняют. А самое главное говорит, коты основная защита от напасти хвостатой. Много лет истории противостояния этого, и победы славные были и поражения обидные. Наш кот любознательным рос, к приключениям открытый. Рассказ нового знакомого зацепил его сильно.

Ушёл он из двора родного, к новому знакомому в ученики подался. Обучение прошёл, в рейды на охоту выходить с другими котами стал. Видать, отметился чем-то, предложили ему в деревню дальнюю из города податься. Хозяйство там большое, крыс в окрестностях многовато, местным усиление требуется.

      Главным, на хозяйстве этом, пёс лохматый был. Полканом кликали. Он в будке своей, на цепи длиной обитал, хозяйство большое от гостей непрошенных охранял. Коту сектор охраны определил, на довольствие поставил. Объяснил доступно, что кто «мышей не ловит» с довольствия снят будет. Кот пояснить хотел, что основная квалификация у него на крыс засады устраивать, «хвостатых» давить. Полкан ответил: «на мышах сначала прыть свою прояви».

В общем и целом, служба нормально протекала. С обитателями деревни в мире и согласии проживал, в рейды с другими полосатыми выходил. От Полкана несколько раз поощрений удостаивался. Но, был там пёс один, мелкий и рыжий. К охране или охоте не годный совсем. Нрав сварливый имел и трусливый. Упрекать других любил, что неправильно себя ведут, к хозяину должного уважения не выказывают, норовил пакости другим делать. Сам жил в доме хозяйском, зимой в тепле, летом в прохладе. Если кто возмущаться начинал, бегом в будку Полкана бежал, за спиной его широкой прятался, жалобами пробавлялся. Чем занимался, да вроде за «идеологию» во всей деревне отвечал.

У котяры конфликт с ним вышел, за несправедливые обвинения в свой адрес, да по злобе накопившейся, обмяукал по нехорошему, да и морду лапой когтистой зацепил. Немного совсем времени после инцидента прошло. Приехал кто-то большой из деревни дальней и забрал котяру далеко-далеко, где растительность скудная, лето два месяца в году. Полгода день, полгода ночь, скалы чёрные. Вода никогда тёплой не бывает.

Служба совсем не мёдом оказалась.  Крепко за него взялись. На сон времени не хватало. Отношения с другими полосатыми не сразу выровнялись. Благодаря барбосу рыжему, слух распространился, что котяра наш не управляемый совсем, склонен к неповиновению.

Потихоньку ситуация выправилась, даже благодарности за службу появились. Ну как благодарности, не-на-ка-за-ни-е за грехи будущие-как пример. Новая вводная появилась, предложили в деревню дальнюю, что за речкой какой-то неведомой, на время съездить. Много вкусняшек за это обещали. Подумав немного, согласился.

   По прибытию, как разобрался в ситуации, целую группу молодых полосатых возглавить пришлось. В горах окрестных норы крысиные выискивали, в рейды выходили. Крыс душили, сами возвращались, без царапин даже. Удачные выходы бдительность притупили. Не прощается это, события следующие, как наказание за самоуверенность излишнюю стали. Крысы действия полосатых внимательно изучали, методы противодействия искали. Допекли их действия группы этой новой, подлянку для них приготовили.

Под утро самое, нападение на наших полосатых организовать решили. Идея эта на первый то взгляд безумной казалась. Заметили вовремя, отбились, группу по тревоге подняли. Наказать за наглость требовалось, сила не на крысиной стороне была. Удивило немного то, что отход у них сильно грамотно организован, разделялись стремительно, в норах своих горных растворялись бесследно. Никого на коготь зацепить не удавалось.

Заметил котяра наш, что один крыс чёрный, отдельно от группы своей, куда-то в сторону уходит. Решил сам с ним разобраться, вроде рывок один и твой он. Остальные, отходящую группу преследовать продолжили. Крыс в нору нырнул, котяра за ним. Главное думалось, чтоб проход не сузился, чтобы самому не застрять. Поднажал со всей дури, да вдруг провалился куда-то. Каменный колодец на площадку небольшую выплюнул, где черных крыс здоровых добрый десяток. Нет выхода из мешка каменного. Из охотника мигом в дичь превратился.

Моментом кончика хвоста лишился, уши порвали, лапы повредили, шерсть клочками полетела. На секунды последние жизни счёт потёк. Чувство обиды глубокой, на себя, что так глупо подставился было. Жить хотелось, а выхода не виделось. В памяти, сами собой, слова песни всплыли, часто в хозяйстве Полкана исполняемой. Не боевая-то песня была, но сила и уверенность в дне завтрашнем, который наступит обязательно и лучше сегодняшнего будет, просто железобетонная от неё исходила. Заорал он в голос: «Я люблю тебя жизнь, что само по себе и не ново. Я люблю тебя жизнь, я люблю тебя снова и снова… и хочу, чтобы лучше ты стала».
 
Хоть они и крысы были, но поняли, он к переходу в мир другой подготавливается. Хочет уйти туда на киле ровном, с флагом поднятым. На секунду хватку ослабили. Решено же всё уже, зачем рисковать собой напрасно, под зубы и когти кошачьи подставляться. Перед рывком последним, решающем и смертоносным, перегруппироваться решили. А котяра вверх прыгнул, пока сила инерции была, как в цирке прямо, по стене отвесной, спиралью вверх устремился. Свет лаза крысиного открылся, подтянуться немного оставалось, жизнь и свобода впереди мелькнули. Рывок последний сделал.

Наверху, в этом лазе, чёрный крыс за его действиями наблюдал. Когда тело кота лаз заполнять начало, движением выверенным, зубами своими острыми, прямо в беззащитную глотку вцепился. Опытный крыс был, продемонстрировать сородичам этот приём собирался. Нет защиты от него, хана коту. Не первый кот за крысом числился.
 
В этот раз по-другому вышло. Не стал кот вырываться и отрывать врага от себя. Навалился на него, в камни впрессовывая. Кровью кошачей захлёбываясь, задыхаться теперь уже крыс многоопытный стал, челюсти разжал. За это хребтом перекусанным поплатился.

По лазу, к свету вдалеке маячившему, ломанулся полосатый, кровь и силы последние теряя. Сердце ребра сломать хотело, через шкуру подранную, но волю выскочить.

 
Свет яркий впереди, полетел вниз по склону, о камни встречные ударяясь. Удар, ещё удар, всё.

        Когда глаза открыл, ничего не понял. Белое всё кругом, лап задних не чует. Опять свет погас. Когда во второй раз очнулся трубки заметил, в тело воткнутые…

       Другие полосатые, в утро то недоброе, неладное почувствовав, погоню прекратили, на поиски старшого отправились. Нашли не сразу, но крысам победу над своим праздновать не дали. Притащили полосатого в расположение, там накололи чем могли, кровь остановили, обратно за речку отправили.

       К жизни долго возвращался, иногда хуже становилось, иногда, мозг, от лекарств бесчисленных, связь с миром окружающим терять начинал, мысли плохие в голову лезли. Лапы задние ходить не хотели, что-то в хребтине не то было.
Не зря говорят, что девять жизней у котов. Пусть первая прошла, так восемь впереди. Лапы не просто ходить, бегать стали. Но слаб пока организм, истощал полосатый. Только на поправку пошёл, так зараза инфекционная прилипла. Опять госпиталь.

       После госпиталя направлен был в деревню, где Полкан верховодил. Вроде немного времени прошло, а изменения заметные произошли. Полкан умер, похоронили его в перелеске ближайшем, без почестей каких-либо, даже холмика нет. Много лет он в будке, из грубых неотёсанных досок, прожил. Двор сторожил, за порядком следил. Забылось всё. По двору какой-то пёс бестолковый бегал, брехал много, но всё попусту. Зверья разного сильно меньше стало, хлев вообще опустел, крыша протекла, стена на сторону накренилась.

       Разговоры пошли, что котов полосатых здесь и не надобно более, что крысы ребята хорошие, семейные. Они порядок любят, за хозяйством следить будут. Зря их раньше ругали, котов на несчастных науськивали. По новым поверьям, всё зло от котов идёт. Тупые они и мерзкие, коты эти ваши.

       Непонятные времена пришли. Довольствия почти не получали, разбегаться полосатые в разные стороны начали. Теперь крысы котам предлагать стали, за толику малую, в своих делах крысиных поучаствовать.  Добро и зло местами поменялись.

      Ещё немного времени протекло и обвинения пошли в том, что и мяукают-то коты неправильно, не так в деревне этой привыкли. Скоро перебросили всех обратно, вернулся котяра в тот двор, где родился. Из-за речки дальней, так же вывели всех.

      Люди от котяры шарахаться стали. Что за кошак такой, ухо драное, кособок немного, шерсть местами как в проплешинах. Наверное, больной какой, переносчик лишая, к примеру. Как завидят, прогнать подальше от себя норовят. Ой, нехорошие мысли в голове у кота такое отношение вызывало. Не был он тогда хилым и слабым, к бою-походу готов на все сто был. Скоро и случай такой представился.

      Опять в горах незнакомых оказался, опять крысьи норы выискивать стал. Но непонятного слишком много вокруг творилось. Порой приказ на отход приходит, когда крыс обложили со всех сторон. Но, как бы то ни было, давили их потихоньку.  Из-за странностей этих, смогли крысы всерьез потрепать котов. Потом вообще приказ на отход поступил.

      Не могло такое положение неустойчивое продолжаться долго. Вторая фаза противостояния началась. Отвернулась в этот раз удача от котяры нашего, по самому краю, разделяющему бытиё с небытиём прошёл. Даже не по краю, а по лезвию острому, отметины глубокие на лапах и в душе оставившем.

      Опять собирали эскулапы его из частей разных. Следующая жизнь закончилась. Повезло ему в том, что от природы обладал характером ироничным и циничным в меру, унынию не подвержен. По выздоровлению в будку Полкана определён был, молодых уму-разуму учить, за порядком следить.
 
      Как-то раз наблюдал за подготовкой молодых. Они с вертушки грузно мешками ссыпались, медленно, опасно, неправильно. Остановил упражнение, сам в вертушку забрался. Про нюансы прыжка рассказал, да и прыгнул сам, как сотни раз до этого делал.
    В мозгу уверенность непрошибаемая была, что молодой он и ловкий, как раньше. На деле по-другому вышло. Хрупнуло в спине что-то, на земле сырой валяется и даже мяукнуть не может. Смешки нехорошие услышал (научил, мастер), а ответить никак не мог.

     Опять госпиталь, надолго загремел. Эскулапы вердикт вынесли, не годен он теперь к шебутной службе котовской. Документы наверх подали, рассмотрели их там внимательно. В документах на запись интересную внимание обратили. Напротив звания написано было что он- «минус инженер». Обрадовало верхнее начальство запись, такая хорошая. Вызвали котяру нашего, приговор окончательный, пересмотру не подлежащий огласили.

     «Не хребет тебе, говорят, ремонтировать надо, а голову. Посему в «минус инженеры» тебя переводим. Отправим тебя туда, где коты толковые, с головами большими и умными сидят. Ума-разума от них набираться будешь, глядишь, может и поумнеешь на старости лет, хоть и сомнительно это».

    Так стал наш кот полосатый инженером, всякие ловушки для крыс подлых помогал проектировать, мастерить и испытывать. Байки силён травить, ежели перерыв какой в работе случается.

    Откуда знаю про него? Да сам я тоже из Питерских дворов проходных. Полоски есть, только цвета другого. Шкура пообтрепалась за годы прошедшие, но без повреждений сильных обошлось. Однако, много тем общих с котярой имею. В ситуации неприятные попадал, где время свой бег размеренный замедлять умудряется. Шанс оно тебе последний даёт решение грамотное принять. Если уверен ты, что завтра солнце, как и вчера, светить тебе будет, к прыжку невозможному готов, выкарабкаешься обязательно. Потом, с ухмылкой на «морде лица», рассказать про свои «приключения» сможешь.

     Кто с «бобром за столом, на завтрак полено точит», а мы за рюмкой чая, друг друга байками иногда кормим, довольные друг другом расстаёмся.
Так что сами теперь понимаете, анекдот верхний-чушь первостепенная и враньё полное.

                Послесловие.

      Вот писал, пером скрипел, кончик языка от усердия высунув. Точку поставил. Перечитал. По-другому эта морда усатая рассказывала. Там просто и, как не странно, даже смешно временами. Спокоен он всегда, чтоб истерил когда, на кого или на что жаловался? Да ну на…  Он же как бульдозер по жизни прёт, с ним любое дело спорится. Может не зря он песни Бернеса слушал, книжки определённые читал, как у Владимира Семёновича в «балладе о детстве», помните?

                Примечание.

  В военнике, в зависимости от ВУС, может быть запись звание (кап.лей, к примеру)-инженер. Как «минус инженер» звучит неплохо.