Парадоксы антимира Глава 16

Глава 16 ТУ СТЕП

В 10.30 утра он проснулся в бодром настроении. В голове пусто. В теле пленительная нега. «Господи, это ли не счастье?!». «Соедини предлог с существительным», — хихикает чей-то голос. — Получится несчастье, забавно». И этот голос был не его. «Но ведь это, же ерунда какая-то. Это были мои мысли, и других быть не может». Так, что, якобы чей-то голос его не испугал, а развеселил. «Эй, чёрт! – обратился он сам к себе, - а иди-ка ты к чёрту! А, интересно, надо бы задание ему придумать, самое невыполнимое. Ха-ха». Он сладко потянулся, зевнул и пробудился окончательно или, скорее, проклюнулся в реальность.

«Что это было! Дрёма, сонное наваждение?» — лениво рассуждал он.

— Милый, просыпайся! – прожурчал ласковый голосок. – Твоя птичка в клювике принесла капельку утренней росы.

Феликс ещё разок сладко потянулся и открыл второй глаз. Перед ним был поднос с чашкой дымящегося кофе и блюдца со слоённым печеньем. Над всем этим утренним великолепием сияла улыбкой милая мордашка Марины. И все его неопределённые ощущения, потусторонние голоса, мигом улетучились.

Он поднёс чашку к носу, наслаждаясь ароматом, пригубил осторожно и зажмурился, как кот.

— Хороший кофе! У него такой своеобразный, какой-то дикий привкус. Привкус диких джунглей Амазонии.

— Это Арабика! – смеётся Марина. Конечно же, лучших сортов. Ну, и капелька секретного снадобья.

Феликс вытаращил глаза в картинном ужасе.

— Надеюсь, это не святая вода?!

— Успокойся, зубастый! Для тебя есть особый эликсир.

Феликс энергично выскочил из постели и ветерком прошелестел в ванную. Он включил воду, и тут всё поплыло у него перед глазами. Он опёрся рукой на стену, испугавшись, что сейчас грохнется на пол.

«Что это?!» – вскричал в панике его рассудок. – «Всё нормально, это магический переход», — ответил ему кто-то, его же голосом. Чётко и уверено. Феликс огляделся. Головокружение пропало, как и не было ничего. Обычная ванная комната, ровно горит свет и сены радуют своей неподвижностью. Феликс сделал глубокий вдох и шагнул под душ.

Уже стоя под душем, он попытался проанализировать, произошедшее, и не смог. Если бы это было какое-то расстройство ума или тела, то он ощущал сейчас некоторую размытость сознания. Напротив, он ощущал всё абсолютно трезво и за стену ухватился не потому, что качнуло его, а потому что качнулась стена. Он ещё раз вздохнул и прислушался к себе. Внутри всё было спокойно. Феликс вздохнул в третий раз и подставил лицо под струи воды.

«Как там она говорила? Кратковременная пульсация гипоталамуса? Надо просто немного охладиться».


Когда поступили первые серверы, оплаченные Феликсом, он не стал осматривать деревянные ящики, и увидел их уже во время установки. Смотреть, собственно, было не на что. Длинные ряды металлических стеллажей. На них уже начали установку первых серверов. Их тоже не было смысла пристально разглядывать. Для него это были некие «чёрные ящики», набитые непонятными деталями, микросхемами и ещё чёрт знает, чем. Внешне всё это оборудование выглядело новеньким и добротным. Сейчас это было для него главное.

Николай был тут же. Он помахал Феликсу из дальнего угла амбара и развёл руками. Феликс понял, что надо немного подождать. Николай наклонился к рабочему-монтажнику, и стал что-то объяснять, энергично шевеля пальцами и показывая на узел сборки, а затем на голову.

Феликс повернулся и пошёл к машине. Здесь он и решил подождать. А уже через минуту подошёл Николай и стрельнул сигарету. Вид у него был довольный.

— Чего-то я не заметил строительства кочегарки, — важно сказал ему Феликс, после короткого приветствия. — Глупый вопрос, но так он напомнил, кто здесь хозяин.

— А она тут на хрен не нужна! – беспечно отозвался Николай. – Все эти сервера будут действовать как радиаторы отопления и прогреют весь этот сарай, будь здоров! А вообще, всё это ерунда. – Он выбросил окурок в песок и обвёл рукой площадку. – Настоящая работа начнётся, когда система будет включена.

— А потом?

— Потом будет уже не работа, а чистое творчество.

— Звучит довольно абстрактно

— Когда стоишь на границе другого измерения, сказать что-то определённое, нельзя. Это не просто другая жизнь; это другой мир, другая скорость, другие чувства, эмоции, всё другое. Зияющая и сияющая новизна, величайший и великолепнейший вызов!

Феликс настороженно посмотрелся к Николаю, уж не понесло ли его, как когда-то Бендера? Хотя, внешне, кажется, всё нормально с ним – глаза ясные, разве что немного уставшие.

— Да не смотри ты на меня так! – весело сказал Николай. – Если тебе моя высокопарность и кажется наигранной, то это не так. В прочем, мне всё равно.

Он опустил голову и долго молчал. Потом продолжил размерено, как бы докладывая:

— Я выстроил график всех строительных работ, рассчитал всё, до последнего гвоздя. Всю логистику автотранспорта и грузов. Учёл все форсмажорные обстоятельства, вплоть до ураганов и землетрясений. Учёл, разумеется, и размеры отката чиновникам и должностным лицам, в пределах разумного. Но эти паразиты теперь хотят войти в долю, стать, так сказать, акционерами.

— У нас акционерное общество? – спросил удивлённо Феликс

— А то ты не знаешь! – покосился на него Николай. — Всё по заветам Ильфа и Петрова.

- И кто же зицпредседатель Фукс?

Николай посмотрел на него, а потом после долгой паузы произнёс:

— Ты не поверишь… Зиц председатель Фукс, это я. – Николай с достоинством выпрямился, взглянул надменно, и… тут же расхохотался.

— Ты пойми, всё надо было преподнести так, чтобы эти бюрократы поверили, что мы строим вычислительный центр, для детального анализа и классификации всего наследства мирового кинематографа. В максимальном объёме.   

— Ну и ну! – недоверчиво покрутил головой Феликс. – И что же высокие инстанции, схавали?

— А куда они денутся! Слопали, даже особо не принюхиваясь. Когда дело касается денег, их подозрительность куда-то улетучивается. Правда, не обошлось без щедрой подливки. Ты же понимаешь, меняются эпохи, президенты – не меняется алчность людская. Здесь другой случай – теперь они лезут в акционеры. Хотят в долю, понимаешь ли… Что-то они пронюхали.

Феликс как-то, по-иному, посмотрел на Николая.

— Коля! – сказал он тихо, — Что за шпионские игры? Мы что, делаем что-то противозаконное, или, не дай бог, антигосударственное?

— Конечно, нет! – весело откликнулся Николай. – В чистом виде мы проводим научный эксперимент, но… заявить об этом открыто, значит поставить крест на проекте. Пока пройдёшь все инстанции и соберёшь все бумаги с подписями, пройдёт уйма времени. Но дело даже не в этом. Есть там некто на вершине научной пирамиды, кто закопает любой мой проект…

Тут Николай запнулся, как бы передумав вдаваться в подробности. Феликс заулыбался ехидно, и ткнул его в бок.

— Шерше ля фам, – сказал он утвердительно. Кто она, жена высокопоставленного дегенерата?

— Моего непосредственного начальника.

— Ух, ты! Тогда всё понятно.

Николай покосился на него. Глаза его искрились. Потом он приобнял его шутливо и сказал:

— Ладно, Флякс, проехали! Всё давно в прошлом. Считай, что я проявил минутную слабость.

— А что Марина по этому поводу думает? – Спросил Феликс, и тут же выругался про себя; как же тупо это прозвучало.

— Николай усмехнулся, как бы читая его мысли.

— Да, ничего. Это ниже её высоких устремлений. Ладно, хватит об этом. Лучше скажи, ты понимаешь, почему случилось твоя незабываемая встреча Денис Джоплин?

— А это была реальная встреча?

— Хорошо, пусть будет просто связь. – Николай особо подчеркнул последнее слово и ухмыльнулся, — надеюсь, ты договорился с ней о следующей, э… связи?

Феликс пристально посмотрел на Николая и спросил:

— Я вот смотрю на тебя и думаю; а ты сам-то бывал за границами своего социального Я?

— Я и сейчас там, за границей. Хотя, если точнее, на границе.

— Пограничник, значит? – ехидно уточняет Феликс.

— Не совсем так, — скромно поправляет Николай. — Скорее, нарушитель. – Он подмигнул, и добавил, — Конечно, всё это иносказательно и метафорично… но, с точки зрения законов трёхмерного мира, то да – я нарушитель. И, самый злонамеренный, ибо покусился на основу мироздания, стоящую на трёх китах. Хотя нет никаких китов, это иллюзия.

— А на чём же тогда, по-твоему, стоит мир? – включился в игру Феликс.

— А ни на чём! – радостно воскликнул Николай. – Не на чем ему стоять. И незачем. Мир висит в пустоте, заполненной до краёв силой. Мир стоит на месте, стремительно облетая вселенную. Да и сама реальность мира, далеко не так реальна. Словом, сплошные парадоксы! Вот основные черты мира за третьим и четвёртым измерением. Когда такое положение вещей для тебя становиться нормой – ты готов к переходу на следующий уровень. Такое положение вещей.

— Ну, ты даёшь! – Феликс в восхищении покрутил головой. – Такое положение вещей! Сразу хочется узнать – какое такое?

— Да без разницы!  Большое или маленькое, привлекательное или ужасное, вкусное или газообразное, белое или твёрдое, фанерное или… — он запнулся, и посмотрел на Феликса, — давай же, помогай!

— …ванильное, — брякнул Феликс.

— Браво! Только что, в игровой форме вроде детской считалочки, мы перешли в четвёртое измерение. В нашем трёхмерном мире дихотомный ряд построен на логических противоположностях – плюс, минус. Это и есть двоичный код структуры трёхмерного мира. И считалочка, по которой работают все компьютеры, примитивна до ужаса – 0 – 1. Заметь, первые две цифры из первого десятка. Всего лишь, первые две… а ведь это не только проблема цифровых технологий, это проблема нашей цивилизации. Плюс – минус. Примитивное реле, вставленное в наше восприятие… и, между прочим, плюс и минус, это основная характеристика магнитного поля, тайны которого, ещё ждут своих первооткрывателей.

— Кем вставлено? – вставил Феликс.

— Это второстепенный вопрос, отмахнулся Николай. – Главное сейчас, это убрать из схемы это реле.

— Но тогда мир перевернётся!

— Точнее – изменится. Главное понимать, что ты сменил настройку восприятия. Этого достаточно, чтобы сделать решающий двойной шаг к самому краю вселенной

— Ту степ.

— Во-во, в самую точку.

(продолжение следует)