Незапланированный парад

                Незапланированный парад



Те, кто помнит ночную спецоперацию с беглым каторжником, поймут: судьба явно решила сделать из меня постоянного клиента французских чрезвычайных служб.

Спустя пару недель жандармы снова вызвали меня к тому же дому — на сей раз для благородной миссии: вернуть изъятые при обыске вещи по описи.

Дело шло к вечеру. Жандармы методично раскладывали блокноты и коробки по местам. И в самый разгар этой бюрократической идиллии… свет с сухим щелчком гаснет.

— Не беспокойтесь, я гляну автоматы, — бодро бросаю я служителям закона и бегу в щитовую.

В щитке — идеальный порядок, все тумблеры подняты. Выглядываю на улицу: соседи растерянно топчутся на порогах. Поняв, что авария городская, я возвращаюсь и успокаиваю жандармов: «Всё в порядке, просто плановый каприз EDF».

Если бы я знал, насколько этот каприз был «плановым»…

Жандармы закончили опись, распрощались и уехали. На улице окончательно стемнело. Зрелище было сюрреалистичным: вечерний город погрузился в глухую тьму, и люди высыпали на тротуары с карманными фонариками и свечами.

Я сел в машину и поехал ко второму своему дому. Там, по соседской договорённости, прораб на экскаваторе обещал мимоходом разровнять крошечный клочок земли на задворках — две пожилые квартирантки слёзно просили место под грядки с картошкой.

Дорога сквозь обесточенный город выглядела грандиозно. Сотни людей с фонарями выстроились вдоль обочин, словно встречали кортеж национальных чемпионов, выигравших кубок мира. Незапланированный триумфальный парад в мою честь.

Но при подъезде к дому иллюзия рассеялась. Издалека донёсся низкий, утробный гул — будто разом взбесилась целая колхозная пасека.

У забора стояли насмерть перепуганные бабушки.
— Что произошло?!
— Приехал трактор… Копнул за домом… Раздался страшный грохот, и свет потух! А тракторист дал по газам и только хвост его экскаватора в темноте мелькнул!

Заглянув за дом, я замер. В темноте зловеще шипели и искрили два оборванных конца высоковольтной линии — словно пара ядовитых змей перед смертельным броском.

Меня прошиб холодный пот. В пятнадцати метрах находился распределительный узел. Экскаватор перерубил магистральный кабель на двадцать тысяч вольт.

Блэкаут устроил не EDF. Блэкаут устроил я. Целый округ сидел без света ради двух вёдер нормандской картошки.

Пока душа в очередной раз искала дорогу в пятки, с мигалками подлетела аварийная служба EDF. Мастера оперативно перебросили подачу тока на резервную ветку, и окна в городе весело вспыхнули.

Я на негнущихся ногах подошёл к бригадиру:
— Скажите… сколько стоит ликвидация такой аварии? Я смогу компенсировать?

Электрик смерил меня взглядом как буйнопомешанного:
— Месье, восстановление магистрали такого уровня — это миллионы. Если не все десять. Звоните в свою страховую и молитесь.

Это было уже trop. Я ещё не отошёл от ночного штурма в трусах, а тут на меня вешают долг размером с бюджет небольшого княжества. Домой ехать было нельзя: смотреть в глаза жене после обесточивания полуночной Нормандии выше человеческих сил.

Я набрал старого друга за тысячи километров. Тот выслушал мою панихиду и спокойно произнёс:
— Запомни: ситуация никогда не бывает настолько хорошей, как нам кажется, и настолько безнадёжной, как мы боимся.

Собрав остатки духа, я позвонил своему страховому агенту. Он задержался в офисе и согласился меня дождаться.

Я выложил ему всё: жандармов, штурм, беглого зэка, бабушек, картошку, экскаватор и двадцать тысяч вольт.

Страховщик слушал молча, а потом сполз под стол от неудержимого хохота.

Отсмеявшись и вытерев слёзы, он разложил трагедию по полочкам:
— Слушай сюда. Земля муниципальная? Муниципальная. За рулём сидел ты? Нет. Экскаватор твой? Нет. Юридически ты здесь — абсолютный ноль. Если EDF что-то пришлёт, неси мне и иди спокойно спать.

Я вышел в прохладную ночь. Город сиял окнами. Умирать в этот вечер я окончательно передумал.