Под прикрытием -16

  Терещенко бежал из Краснодара от всех: от себя, от обстоятельств, от своего отвержения и презрения, внезапно возникшего, к женскому полу. Он понимал, что уже не будет прежним бесшабашным пареньком, что душа его изменилась и огрубела за ту страшную ночь. Шальные мысли о своей горемычной судьбе мучили его всю дорогу.
  Автобус прибыл в Новороссийск поздно ночью. В тишине автовокзала слышался монотонный шум дождя, долбившего по лужам, застилавшего блестящим кружевом отражённых фонарей, мокрый асфальт.
  Сашка долго стоял в нерешительности, потом спросил у вылезшего из кабины шофёра, как пройти на улицу Озёрная.
- Это в старом районе города, - ответил он. - Туда добираться долго. Возьми лучше такси, автобусы туда уже не ходят в такой час. Хотя, впрочем... вон один разворачивается, пятый номер, - указал рукой водитель на яркий отсвет фар. - Довезёт тебя до Виноградников, а там пешком дойти уже не далеко. Поднимешься вверх по набережной, а там тебе подскажут, как дойти.

  От конечной остановки пятого автобуса, на который он успел заскочить, до старого городского района Сашка шёл пешком. Закончился частный сектор, пошли низенькие городские постройки. Вот и улица Вишневского, та самая набережная. Дорога пошла на скат, потом снова взлетела вверх, один её каменистый рукав упёрся в двухэтажный дом под высокой покатой крышей на несколько квартир. На его углу висела табличка, где было написано - улица Озёрная. Терещенко остановился. Это был Алькин дом...
  Он стоял под косыми струями холодного дождя, не смея подойти ближе. На первом этаже в Алькиной комнате горел свет. Она говорила, что у них есть свой отдельный выход с верандой на торце дома. Сашка скользнул взглядом на левую сторону - так и есть, небольшая терраска над крыльцом указала на принадлежность этой квартиры. Вот и Алькин силуэт мелькнул в третьем от угла окне. Странно, час ночи, а она не спит. Кого-то ждёт? Или уже встретила? А если с ней жених, вернулся из Казахстана? Сашка мок под дождём, разглядывая тени на занавесках. Нет, похоже, она была одна. Будь, что будет! Чтобы не перебудить весь дом, он шагнул к низкому штакетнику, отделявшему палисадник под окном от проезжей части дороги.

  Алька только что вылезла из ванны. В этом доме, как в городе, были все удобства. Тёткина квартира на первом этаже была двухкомнатной с небольшой кухонькой, но зато имела вполне приличную ванную комнату. Алька сегодня задержалась на работе до поздна, теперь приводила себя в порядок. Завтра рано не вставать, приедет делегация спортсменов из Ростова, им с подругой разрешили выйти на работу после обеда. Она заплела длинные густые влажные волосы в косу, погасила свет, приготовилась снять домашний халатик, как вдруг под окном мелькнула чья-то тень. Резкий стук по стеклу заставил её вздрогнуть.
  Алька подошла к подоконнику, отдёрнула занавеску и не поверила своим глазам. Через секунду она уже снимала горшок с геранью с окна, чтобы распахнуть створки. В комнату ворвался свежий ветер вместе с гулким ливнем. Под окном в палисаднике стоял мокрый Терещенко и протягивал к ней руки.
- Алька, - прошептал он, - я к тебе, не прогони!
  Она подалась вперёд, запахивая на себе расстёгнутый халатик. Раскрыла створку пошире:
- Забирайся, - просто сказала она, принимая у него чемодан с вещами.
  Он мигом влез в окно. Предстал перед ней во всей красе: мокрый, бледный, несчастный. С кепки и волос текло на лицо, от этого казалось, что по щекам катились крупные капли слёз. На самом деле его вид был сейчас таким, что впору самой заплакать на него глядя. Алька всплеснула руками:
- Господи! Откуда ты такой красивый сподобился?
- Я тебе всё расскажу, Аленька, только прими меня на время, не прогони.
  Она снова подскочила к окну, плотно закрывая створки, поставила герань на прежнее место, задвинула шторы, зажгла верхний свет:
- Сашка, что случилось?! - спросила она в волнении, держась за ворот халата.
- Случилось!.. Я к тебе приехал, больше не к кому, со своей бедой... приехал.
- Давай, раздевайся, с тебя течёт. Дрожишь весь, мокрый до нитки, - она кинулась снимать с него верхнюю одежду. - Сейчас в ванную пойдёшь, в душ, у нас газовая колонка есть. Включу тебе горячую воду, погреешься.
- Как в больших городах, квартира ваша с удобствами, - дрожа всем телом, говорил Сашка, раздеваясь.
- А, как же?! Хорошо живём... Не бойся, тётка крепко спит, не проснётся и Зойка тоже... сегодня устала с дороги.
- У тебя сестра гостит? - Сашка замер на месте.
- Да, вечером приехала, тётку проведать, мне гостинцы от родичей передать, отпуск у неё. Что струхнул? Она не кусается... Ой, какой у тебя симпатичный чемодан! Откуда такое сокровище, подарили?
- Да, на выпускном в школе милиции всех снабдили на дорожку, чтобы форму уложить и прибыть к месту службы при полном параде, - горько усмехнулся Терещенко.
- Заляпанный весь, и брюки, и пиджак, - говорила Алька, собирая Сашкины вещи. - За одно постираешься. Я тебе большое полотенце приготовлю. Ты что, по самой грязюке сюда топал от автобуса? По дождю? Хорошо, что подвезли...

  Сашка долго стоял под горячими струями, идущими сверху из широкой лейки. Когда прошёл озноб и согрелся окончательно, отряхнув свои густые, мокрые волосы, он закрыл кран.
  Завернувшись в полотенце, он неловко и неумело от волнения, принялся за стирку своих промокших, обрызганных грязью вещей. Алька услышала эту долгую возню за дверью, легонько постучала. Терещенко, замотавшись покрепче в полотенце, открыл дверь:
- Давай, помогу, - предложила хозяюшка с улыбкой. - Вместе веселее!..

  В маленькой комнатушке было тесно, Алька достала из комода толстый плед, сгребла свою постель:
- Я тебе постелю здесь на диване, а сама лягу в кухне на раскладушке. Здесь мы вместе не разместимся, да и ни к чему это.
- Может, я на раскладушке? - возразил Сашка.
- Нет, гостю место! В кухне тепло, не бойся, не замёрзну, - она улыбнулась.
- Я должен тебе всё рассказать...
- Не надо, - прервала она парня. - Сегодня ты никакой... Завтра всё расскажешь, если захочешь. У тебя горе, я же вижу, так зачем лишние слова нужны?!
- Спасибо, я всегда знал, что ты настоящая!..

  Он лежал на тёплом диване под толстым мягким пледом в тишине ночи. За окном шуршал дождь в пожухлой траве, дальние фонари с проезжей дороги бросали блики на мокрые колья штакетника, на облетевшие абрикосы в палисаднике. Было тихо, уютно и спокойно. За все последние дни Сашке так спокойно не было, как в эту ночь. И всё же его распирало желание поделиться с Алькой своей бедой. Кому-то надо было всё высказать: свою боль, сомнения, рассуждения, а главное, раскрыться до конца, очистить душу от скверны, чтобы не носить в себе этой грязной черноты, чтобы тот покой, который пришёл к нему этой ночью, был светлым и непорочным.
  Алька тоже не спала, она с открытыми глазами смотрела в потолок, по-женски размышляла о происшедшем.
  Дверь в кухне тихонько скрипнула, на пороге из темноты выплыла Сашкина фигура, завёрнутая в мягкий, голубой плед.
- Можно к тебе? - шёпотом спросил он. - Не могу уснуть, тревожно мне...
- Соскучился? - она приподнялась на локте.
  Он прошёл, выдвинул табурет из-под стола.
- Алечка, я должен тебе всё рассказать сейчас, чтобы не было между нами недомолвок. Чтобы утром ты с чистой совестью смогла меня спустить со всех лестниц от негодования и презрения, - он опустил голову.
- Уже интересно, - она устроилась поудобнее. - За что же я тебя должна, как ты говоришь, со всех лестниц спустить? Натворил чего?
- Я уволился из милиции... Не хочу пачкать благородную профессию и милицейский мундир, - он глубоко вздохнул. - Теперь уже ничего не исправишь.
- Говори, - Алька была серьёзной, как никогда.
  Они продолжали свой диалог до самого рассвета...

  Зоя, открыв глаза поняла, что в кухне с сестрой находится посторонний мужчина. Когда она узнала Сашкин голос за стеной, хотела подняться и выйти к ним, но остановила себя, уловив серьёзные нотки в интонации рассказчика. Так она и пролежала в темноте в раздумьях, пока голоса не стихли. Сашка ушёл в маленькую комнатушку, Алька откинулась на раскладушке, со скрипом поправляя свою постель.

  Рассвело. Зоя продолжала молча лежать без сна, прислушиваясь к шорохам за стеной. Но Сашка больше из комнаты не выходил, сестру разговорами не беспокоил.

  Тётка ушла рано на работу в свой буфет. Она была и заведующей и продавцом одновременно. Обслуживала водителей на трассе. Их машины, гружённые для стройки, а так же перевозившие продукты и другие грузы, шли из города уже с пяти утра. Они заезжали дорогой к ней в придорожную столовую-буфет, чтобы отовариться, подготовиться к дальнему пути. А вот Зойка осталась дома, она молча окинула глазами Сашкину фигуру утром, как только он прошёл в кухню из маленькой комнатушки и села за стол, скрестив руки под грудью.

  Они втроём сидели молча за столом, завтракали. Терещенко тихо сопел, не смея поднять глаза на строгих женщин, потягивая горячий чай из Алькиной кружки.
- Поедешь со мной сейчас, на работу тебя устрою, - спокойно произнесла Алька, вставая из-за стола. - В технический отдел нашей команды требуется технарь по обслуживанию велосипедов. Тебя научат что надо делать, даже школьник справится. А ты с моторами знаком, - вспомнила она их встречу на кроссе. - Тем более - получится!

  Они вскоре вместе вышли. Зойка осталась дома одна в сомнениях, вставшая перед сложным выбором. Она не хотела говорить с Сергеем, душа к нему не лежала, но тут появился Сашка откуда ни возьмись. А вдруг он опять представляет для сестры опасность? Что он натворил такого на службе в Краснодаре, что сбежал оттуда, внезапно объявившись у них поздно ночью? Это волновало, будоражило воображение, не давало покоя и Зойка решилась на звонок мужу. Она собралась, пошла на центральную почту, вошла в будку автоматической связи на переговорном пункте, всунула монету в приёмную щель.

  Сергей воспринял её слова, как радостное известие, его чёрные брови взлетели вверх. Ещё больше радости доставил ему голос жены:
- Зойка, спасибо тебе, моя родная, что позвонила, что рассказала, - кричал он в трубку. - Мы же его тут обыскались, этого стервеца. Всех на ноги поднял своим побегом. Я понимаю, как ему сейчас лихо... Не обижай его по возможности. Придержи у себя, пока я не приеду... Сразу же вылетаю к вам, как только пройдусь по начальству. Что скажут? Как поступить? Как поговорить с ним? Как удержать? Всё очень серьёзно, Зойка!..

  Богданов невесело встретил известие Сергея о побеге Терещенко. Егоров уже с утра сидел в его кабинете, телефонный звонок Малофеева кое-что прояснил.
- Оставьте парня в покое, - тихо проговорил полковник. - Пусть успокоится, а нам надо до конца разработать все детали секретной операции по внедрению в порочный круг бобровщины. Если всё пойдёт так, как хочет наш Журавлёв, а он уже согласовал одну сторону медали с генералом Субботиным, то Терещенко одного внедрять невозможно по причине его безопасности. Мы тут крутим со всех сторон возможные варианты, время дорого, его больше не остаётся. Главный фигурант уезжает за рубеж... Возможно, что она останется там надолго. И в таком случае рабы её притона не скоро вырвутся на свободу.
- А хотят ли они этой свободы, вот в чём вопрос? - возразил упрямый Егоров.
- Мы с тобой наверное не представляем всего стихийного бедствия, которое представляет эта женщина. Её называют в её же кругах "Калигула в юбке". Наверное, не случайно такое прозвище дали!.. Сергей, - снова проговорил в трубку полковник, - давай мы сперва решим всё с Егоровым Алёшей, всё обкатаем, а потом уже за Сашу возьмёмся. Потому что, если внедрять, то обоих, но это всё требует детальной и скрупулёзной разработки. Пока пусть поживёт у твоей Альки наш герой... Не боишься, что сблизятся?
- Нет, за это я уверен, не боюсь, - вспомнил Сергей свою несдержанность по отношению к Терещенко, когда его ложно обвинили в насилии. - Алька уже самостоятельная особа, у неё есть жених, всё путём!.. А там будь, что будет!
- Вот и правильно, а пока... Приглашай для итоговой аттестации по вольной борьбе всех тех, кто у тебя в клубе занимался. Составь список, и включи туда Алексея Егорова. Устроим соревнования среди курсантов и бывалых стражей порядка. По медицинским показаниям пропустим всех, но на соревнованиях разыграете некий спектакль... Обсудим с тобой отдельно эту песню. Жди дальнейших указаний, а Зойке скажи, чтобы потерпела пока, и парня не выгоняла. Нам очень нужно, чтобы он вернулся в Краснодар... Если трюк с Егоровым не удастся, тогда будем думать, как выходить из игры, чтобы не опрокинуть козырную карту Евгения, потому что он уже начал действовать.

  ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.