Под прикрытием -19

  Алевтина сидела на высоком каменистом бордюре возле своего дома на набережной. Она не слышала разговора Сергея и Саши, она только понимала по их напряжённым позам, что он был непростым. Она сидела молча, задумавшись. Подняла голову, лишь когда увидела возвращавшегося к ней Сашку. Он подошёл, встал рядом, решительно расправил плечи, сжал губы.
- Поговорили? - первая спросила она.
- Да. Мне придётся уехать, - Терещенко вскинул голову, было ощущение, что он этим жестом отгоняет набежавшие слезинки, но это не так. Сашка ещё упорно боролся с самим собой, со своим желанием остаться, быть независимым от обстоятельств в которые его снова погружали. - Через час Сергей за мной заедет...Мы в аэропорт. Лечу обратно в Краснодар.
- И, что же будет, Саша?! - Алька смотрела на него болезненно-тревожным взглядом.
- Не знаю...
- Тебе страшно?!
- Очень!.. Я боюсь, Алька... но еду. Так надо, - он подсел к ней.
  Алька не развернулась к нему, не посмотрела, она опустила вниз глаза и настойчиво проговорила:
- Подари мне этот час, Саша... Побудем вместе, пока не приехал Сергей, - она встала и потянула парня к себе за рукав спортивной кофты.
  Они, держась за руки, спустились к морю на остывающие камни дикого пляжа. Они сидели, прижавшись друг к другу, смотрели на солнечные зайчики, стрелявшие по воде, на яркое высокое небо над головой, на белых парящих чаек и бакланов, на медленно плывущие ватные облака. У них на лицах были улыбки в глазах сквозило счастье и безмятежность. А когда пришло время возвращаться, они поднялись с валунов, взглянули друг на друга и Алька уже не смогла так просто Сашку отпустить от себя. Она обхватила его руками, обняла, прижалась своей пушистой головкой к его груди:
- Саша, милый мой, не уезжай!.. Тебе будет там плохо, я знаю!
- Я тоже это знаю, - ответил он упавшим голосом. - Аленька, нельзя не ехать, так уж вышло... Егоров, мой учитель и наставник, может попасть в беду, я его должен подстраховать. Всего мне неизвестно ещё, и я сильно боюсь, но что же делать?!
- Останься! 
- Если бы это касалось только меня, я бы остался, с тобой остался... и никуда бы от тебя больше не уехал. Прости меня, Аленька! Я тебе очень благодарен за всё: за помощь, за понимание... Ты для меня много сделала, но я не могу, не могу остаться. Нельзя иначе, а то даже ты меня уважать перестанешь, если останусь. Не будет мне прощения, если дело развалится по моей вине.
- Хорошо, если так, то поезжай, - она обняла Сашку сильнее. - И пусть тебе сопутствует удача! Но, когда всё закончится... А я уверена, что всё сложится благополучно - ты возвращайся обратно, ко мне возвращайся... Я буду ждать!
  Алька порывисто прижалась к его тёплым, мягким губам, и они ответили ей тем же горячим порывом.
- Аленька, ты для меня теперь всё!.. Говоришь, приезжай, - он немного отпрянул в сторону, - а как же твой жених, твой геолог? Ты его обманешь?
- Обманывать не придётся. Я никогда его не любила, и он знает про то, - сказала она серьёзно, тоже отстранившись. - Меня на самом деле с ним тётка познакомила, а не подруга, как я всем говорить привыкла от лишних разговоров. Его отец, профессор геологии, наш дальний родственник. Тётка сказала, что это будет удачная партия. Кто ещё порченную девку замуж возьмёт? А он согласился, и я ему понравилась.
- Алька, что за бред?! Что за средневековая дикость?! Ты не виновата, что тебя Ковалевский силой взял. Напоил тебя, какой-то дрянью, влез в окно, когда ты была в забытьи, и совершил своё грязное дело.
- Это ты понимаешь, веришь, что так и произошло, знаешь всё... Никогда меня не упрекнёшь за это!.. Знаю про тебя, что будешь всё-равно работать по своей профессии, что для тебя это очень важно, и твоё место в Краснодаре, где родился. Понимаю, что ко мне вряд ли захочешь переехать жить... Потому прошу, после всего приезжай ко мне... за мной, - поправилась она. - Забери меня, увези... Я тебя буду ждать, Сашенька! Пусть женой, пусть любовницей, только увези, я с тобой на всё согласная! - она горько всхлипнула, уткнувшись ему снова в грудь.
- Аленька, что ты?! Конечно приеду и заберу! Мы поженимся, уедем в Приморск. Я очень хочу вернуться домой...
- Я тоже полюбила тот город, - всхлипывала девушка.  - Миленький, я буду ждать! Я тебя всю жизнь буду ждать! - повторяла она.
  Над ними яростно полыхало осеннее остывающее солнце, а волны гремели о прибрежные скалы, накатываясь на морскую гальку белой пеной.

  Сашка укладывал вещи в чемодан лихорадочными движениями в уютной Алькиной комнате с высоким комодом и ещё пушистыми, не облетевшими абрикосами за окном. Он аккуратно складывал новые рубашки, Алькин подарок. Она позаботилась о нём, ей хотелось, чтобы Сашка был всегда опрятным, хорошо одетым, отлично выглядел, когда они вместе пойдут в кино или на танцы. Терещенко ценил такую заботу о себе, он смотрел на свои новые вещи, хранившие тепло рук любимой девушки, которую когда-то хотел забыть, с которой вновь судьба связала. К ней было первое детское чувство, возможно уже переродившееся во что-то большое и светлое, но все эти неистовые, жгучие порывы души топила та грязная, чёрная неизвестность, которая пугающим, липким облаком нависала впереди, грозясь поглотить в свою адскую бездну, перемолоть, покалечить...
  Алька сидела в кухне, молча, без слёз. Она слышала, как у дома остановилась легковая машина, шаги от калитки, видимо Сергея, как Сашка вышел из комнаты, прошёл по коридору, потом вернулся к ней в кухню и встал за спиной, положив ей руки на плечи:
- Я вернусь за тобой, Аленький!.. Я обязательно за тобой вернусь!
  Он хотел добавить, "Если останусь живой!", но не стал заканчивать такой мрачной фразой. Пусть у Альки на душе будет светло, пусть даже если будет плохой исход, он останется в её памяти весёлым пареньком, Сашкой Терещенко из Приморска.

  "Аленький мой! - стучало в голове, пока ехали в аэропорт. - Мой дорогой, ласковый человечек!"

  Напутствия Сергея на прощание были короткими, по делу:
- Главное, будь потвёрже, прояви свой характер. Включи хулигана, им нравятся такие развязные ребята, только не переиграй... Нельзя сразу включаться, дай время тебя как следует узнать, держи дистанцию. А во всём остальном, слушайся Егорова. Будет несколько вариантов развития событий, на всё сценарий не предусмотрен, но примерно расклад уже обозначен в этом спектакле. Алексей знает с чего начать... Будь всегда с ним рядом.
- Я боюсь... Боюсь, что из-за меня, не подготовленности моей, всё сложится не лучшим образом. Ведь я не на службе у Полянского... Вы понимаете?
- Понимаю, потому и прошу тебя быть осторожнее. В самом крайнем случае, тебя выведут из дела, возможно, даже не попробовав тебя внедрить в эту отвратную среду. Ещё раз повторяю, всё будет решать случай. В нашей профессии не может быть иначе, когда на кону стоит большая игра. Это в романах всё запланировано и расписано, всё чётко и ясно получается, а в жизни наоборот, всё запутано и сложно.
- Что я должен делать, как прилечу?
- Искать Егорова, причём у всех на виду. Сперва сходить на его курсы по аттестации, сбегать в ГУВД. Там тебя вытурят, ты не успокоишься, пока не найдёшь... Ищи, бегай, привлекай к себе побольше внимания, а главное, чтобы бобровцы узнали, что ты снова в городе. Реакция не заставит себя долго ждать, все в этом уверены, а иначе, зачем им нужен был весь спектакль с твоей подставой в гостинице. Пусть поймут, что тебе нет дороги обратно, что они своим позорным клеймом поставили на тебе крест в милиции. А ты ищешь выхода, надеешься, что Алексей поможет, а он... Но это мы уже с тобой обсудили. Давай, не робей!.. Главное, что тебя ждут, ты нужен!..
- А вы сейчас обратно в Ростов? Когда будете в Краснодаре?
- Побуду ещё дома денька два, по жене сильно соскучился, а потом вылечу к вам в помощь. В Ростове надо уладить кое-какие дела... Ну, всё, скоро твой рейс объявят... Удачи тебе, парень! - Сергей подтолкнул Сашку к зоне ожидания, а сам пошёл регистрироваться на другой рейс до Ростова.

  Этот день был скоротечным на события, время летело быстро. Малофеев не заметил, как оно пролетело вместе с самолётом, и он оказался в кабинете областного УВД рядом с майором Логиновым. Тот смотрел на него прямо, без тени недоверия, разговаривая откровенно, полностью информируя:
- Сразу о главном, - приступил он к разговору без вступления, как было всегда принято в его лексиконе. - Карагаев не очень разговорчив, он себя, понятно, оговаривать не станет. Не будет вешать лишку на свою шею перед судом. Мы всячески скрываем его арест, но есть люди, в том числе в притоне "Петролик", которые с ним знакомы лично. Если Евгения они зацепят, конец всему делу!.. Ведь он, судя по всему, именно в "Петролик" попал. Сыграл очень авантюрно, но это принесло свои плоды, он уже у Кайши. Там свои люди есть по нашей линии, они контролируют ситуацию, пока всё идёт хорошо. Приедешь, подключайся!.. Мы тоже не сидим тут сложа руки, работаем!.. Не надо думать, что здесь все продажные, все смотрят Боброву в пасть, - Логинов прошёлся по кабинету, сел у открытого окна, задвинул шторину. - Просто так уже повелось, что Краснодар и Ростов - это особая, отдельная зона, города повышенного криминала. Одесса - мама, Ростов - папа!
 Сергей ухмыльнулся при этом, проговорив:
- Да, мы живём по своим законам, но...
- Вот именно, но!.. Мы в советской стране живём, в первую очередь придерживаясь законов и правил гражданского общества, - поправил его Логинов. - Не всё гладко получается... Открылся ещё один неудобный момент.
- Какой?! - Сергей насторожился, расстегнув тугой воротник рубашки.
- Я не стал об этом сообщать по телефону, следуя предупреждениям Богданова, который уже никому не доверяет, - Логинов многозначительно взглянул на дверь кабинета. - Потому и просил тебя лично прибыть для разговора. Это касается вашего оперативного задания. Тучков заговорил, пришёл в себя в больнице, понял своё положение, и заговорил... Его женщина, мать сына Артёма, с которым теперь Евгений проживает у Кайши, имеет связи в Краснодаре с неким Пиковым, предположительно, что живёт с ним. Все подельники Тучкова, взятые нами с поличным, все фактически начинали за карточным столом свои преступные деяния. Многие из них утверждают, что прибывший из прибалтики Пиковый, на самом деле есть Доротный. Сперва даже боялись его фамилию произносить, но прижали их, раскололись. В общем есть сведения, что он в Краснодаре. Проживает с Марго, которая имеет связь теперь и с Карагаевым, то есть с Султановым. Это очень опасная комбинация. Богданов и его старший опер Павловский, сломали все копья об этого Пикового. Ведь если это на самом деле Доротный, то это страшно подумать, зачем он сюда прибыл в наши края.
- Не может быть! - Сергей приподнялся, у него даже от неожиданности выступила испарина на лбу. - Как же?! Все думали, что он уже далеко за границей вместе в Адидасом!
- Не так всё просто... С нами ещё весной связалась майор милиции из Риги, Нора Кригер. Она знает Егорова и Евгения лично, они к ней приезжали несколько лет назад именно по делу Рахманина. Так вот, она уверяет, что Рахманин живёт в Риге под другим именем, но все её рапорты по этому поводу, начальство, почему-то оставило без внимания, но она не могла не сообщить нам, потому что мы были всегда заинтересованы в его поимке, - Логинов раскрыл свой блокнот для личных записей. - К ним пришлой зимой прибыл некий художник из Польши, имеющий русские корни, и остался в Риге. Её сестра близко с ним знакома, он её рисовал, она им просто очарована. Майорша сопоставила кое-что об этом человеке и поняла, что знает его... Имя теперь он носит Невельский Георгий Кириллович. Можно интерпретировать, как Юрий Карлович. А Невельск - это Рахманские племена. Одним словом, сопоставив некоторые нюансы и его новое имя, эта мудрая женщина пришла к выводу и поняла, что это и есть Рахманин Юрий Карлович!.. Но я посылал ей запрос недавно, получил ответ, что он проживает там один, с ним нет Доротного.
- Из этого можно сделать вывод, что он в Краснодаре?
- Не только, - Логинов сел поудобнее. - Все подельники, кто был недавно взят в игорных домах, все утверждают, что прибывший из Балтии человек, носит чёрные перчатки на руках. У Пикового изуродована правая рука... Помнишь?
- Как забыть? Бутылка с кислотой раскололась в руке, когда он обливал картины Айвазовского на выставке в Таганроге, - пояснил Сергей.
- Вот, а это уже не шаткое предположение... Сейчас вернёшься, тебя подключат к делу по банде игроков, которое ты же сам и начал. Хомик тебя прокатил, не свёл, как обещал, но ты уже ищешь другой путь попасть к ним за стол. Ты должен знать с кем имеешь дело, предположительно - это Доротный там опять воду мутит. Надо выяснить его точный мотив для приезда, он есть обязательно. Этот упырь получает задания из-за границы, скорее всего именно он правил бал, а не Рахманин, прикрывшись именем художника-маньяка. Теперь ему Рахманин больше не нужен, есть связи, есть люди, вышел снова на своих западных хозяев. Короче, я обязан вас предупредить, что в игре Доротный, а это очень опасное соседство. Вам надо скорректировать свои дальнейшие планы, исходя из всего изложенного, в том числе с Евгением. Пусть прекращает связи с этой Марго.
- Вы что-то конкретное предлагаете? - вытер взмокший лоб Сергей.
- Я связался с генералом Субботиным по телефону, звонил ему домой лично. Он теперь надеется на одного из своих агентов, тебе хорошо известном... Приедешь, дашь ему задание сблизится с сестрой этого Хомика. Он похож на её парня, которого любила, который её бросил, а она до сих пор не успокоилась. Хорошая кандидатура, из бобровского клана в самый раз для твоего Хомика. Они познакомятся, возможно что Хомик сведёт его с нужными людьми, приведёт за игровой стол. Но это лишь предположения, но надо попробовать, тем более, что нет больше другого варианта. Согласен?
- Согласен, но... парень переживает и так из-за своего положения.
- Он человек Полянского, какое же тут положение? - удивлённо поднял брови Логинов. - У них у всех одно положение, выполнять свои функции по интимным делам, для того их готовили... В отличие от парня, которого ты сегодня отправил в Краснодар. Как всё прошло?
- Не уверен, что это правильно, - уклончиво ответил Сергей.
- За это теперь отвечает Богданов, на его совести останется миссия лейтенанта, который был непричастен к этим грязным делам. Но, что делать, такова воля небес! - Логинов впервые усмехнулся, но быстро снова принял строгий вид. - Дома как, помирился с женой?
  Для Сергея прозвучал неожиданно этот вопрос, но он, не мешкая, ответил:
- Можно сказать, что помирился, но ещё долго реабилитироваться придётся.
- Понятно...
- А что у вас? Я слышал, что...
- Правильно слышал. Я теперь живу один, но главное, со мной мои дети остались. Белла к мужу вернулась... Я сперва хотел с Рябинкиными порвать все связи, но Амалия Ивановна очень привязана к моим детям, как к внукам, потому я не мог ей запретить бывать у нас. А жена... она сделал свой выбор.
  Логинов замолчал, задвигал по столу бумагами, Сергей понял, как тяжёл для майора этот разговор на семейную тему, потому не стал больше задавать лишних, болезненных вопросов.

  Сашка, прибыв в город, шёл по его улицам с хорошим настроением. Пусть все видят, что ему хорошо, опасаться больше нечего. Он сейчас в безопасности, встретиться с Алексеем, наладит отношения на работе с его помощью, восстановится в своих правах. Он улыбался, озираясь по сторонам, как будто его могли видеть те, кто уже давно имеет на него виды, наблюдает за ним, следит за каждым шагом. Терещенко ухмыльнулся про себя, вот же насочинял!.. Что это, мания преследования? "Никому ты не нужен! - успокаивал он себя, продолжая следить краем глаза за дорогой, за подозрительными личностями, теперь все казались таковыми. - Я такой беззаботный, мне всё пофигу... Пусть зырят!" Он переходил дорогу на Гражданской улице, приближаясь к своему общежитию.

  Комендант общежития узнал его, но встретил неприветливо.
- Где твой Егоров не знаю... В загуле он, пьёт, не просыхая! - был странный ответ.
- Не может быть! - Сашка вскинул на него свои огромные глаза. - Мне нужно срочно его найти... Неужели вам неизвестно, где он сейчас может быть? Ведь он тут проживает? В моей комнате?
- Может и тут, а может и не здесь... В пивной его найдёшь, больше негде.
  Сашка закинул вещи в комнату, переоделся в спортивную куртку и такого же синего цвета штаны, быстро сбежал вниз по ступенькам на улицу. Сломя голову, припустил бежать в ГУВД, где его даже не пропустили в проходную.
- Заворачивай, парень, нет тебе здесь больше прохода, - толкнул его в плечо знакомый дежурный сержант.
- Ты что, совсем обалдел?! Это же я, Сашка Терещенко! Не узнал?! - напирал на него лейтенант.
- Не чего мне вас тут всех узнавать... Наквасил, сбежал, а теперь пришёл грехи свои замаливать! Не пропущу, пропуск  давай!
- Позвони Богданову, он спустит пропуск... Мне нужно Егорова найти!
- Что его искать? Он у нас тоже не служит, твой Егоров скандалист. А Богданов в отъезде, - он ещё раз отпихнул Сашку от проходной будки, давая понять, что разговор окончен.
  Понурый, уже без улыбки на лице, Сашка бросился к зданию Краевого УВД, там тоже ему был примерно такой ответ. Его не пустили на порог,  давая понять, что он тут лишний пассажир.
  В отчаянии, он стал наматывать круги по городу, ему уже казалось, что на самом деле против него и Егорова разыгрался какой-то немыслимый заговор. Нужно было крутить эту карту до конца, до самого вечера искать своего наставника, на глазах у всех, кидаться из крайности в крайность. Он побежал к зданию, где проходили занятия по переаттестации, стал ждать закончивших сегодняшние занятия. Со второго потока шли знакомые ему люди, их лица озабоченные заданиями,  мелькали в толпе.
- Нет, не знаем где он, - неслось со всех сторон. - Он отзанимался, но не прошёл по медицинским показателям. Где-то от отчаяния гуляет, - был таков ответ. - Ему бы домой собраться, твоему Егорову, а он тут подзадержался.

  Саша бежал к спортивной школе, там Егоров занимался борьбой, там был на последнем своём выступлении. Может быть он здесь, закаляет свою волю? Он открыл широкие двери, вбежал в свободный, светлый холл...

  Через пару минут, уже обратно нёсся к открытым воротам вокруг здания спортшколы. Было жарко, неспокойно, хотелось пить... Сашка расстегнул ворот куртки, сел на ступеньки рядом со входом. У ворот со стороны улицы затормозила легковая машина. Степенной, вальяжной походкой из жёлтого "Москвича" вылез грузный Кругликов. Он молча прошёл мимо Сашки в корпус спортшколы по своим делам, его старшая дочка занималась тут гимнастикой и надо было сегодня поговорить с тренером, чтобы её не брали на осенние сборы в связи с затянувшейся простудой. Но не только лишь по этому поводу приехал сюда завхоз Боброва, ему донесли, что Терещенко ищет Егорова, предположительно, отправился сюда и Кругликов решил совместить приятное с полезным. Но в этот раз не перемудрить, не брать наскоком. Он спокойно зашёл в здание, зная, что его верный водитель посмотрит, куда Сашка дальше пойдёт, а он... всё ещё сидел с убитым видом на ступеньках, когда завхоз вышел. Кругликов прошёл к "Москвичу", открыл дверь:
- Ну, что?! - крикнул он через площадку. - Не очень-то тебя приняли обратно?
  Сашка отвернулся, сделав вид, что ему совершенно безразлично.
- Ну, садись, отвезу тебя к твоему Егорову, - широко открыв дверь салона, громко сказал Кругликов, приглашая Сашку пройти к автомобилю.
- Вы знаете, где он?! - неподдельно встрепенулся Терещенко.
- В своём излюбленном месте, в пивной!.. И ты сейчас узнаешь, садись! - Кругликов отошёл от машины.
  Сашка поднялся, прошёл робко к "Москвичу", но потом повернул обратно:
- Нет, знаю я вас, как вы увозите... только совсем в другую сторону.
- Дурень, на кой ты мне теперь сдался!.. К нам в ресторан пришли такие танцоры, не тебе чета, - начал врать завхоз, чтобы усыпить бдительность упрямого фигуранта. - Упустил ты своё счастье и возможности нормального заработка. Я тебе, как человек предлагаю, отвезу тебя к твоему Егорову, чтобы ты всю ночь его не искал. Жаль мне на тебя смотреть-то?! Сидишь весь зелёный... Небось только с поезда. Что-то тебя не видать было несколько дней, а за это время всё резко поменялось.
  Поколебавшись ещё немного для порядка, Сашка всё же влез в автомобиль.

  Сидя рядом с водителем Кругликов повернулся к Терещенко:
- Ты брось ломаться, тут все свои... Теперь свои! - многозначительно произнёс он. - Твои-то небось очень тебе обрадовались, после побега?
- Откуда вы...
- Небоись, нам всё известно, - не дав Сашке договорить начатую фразу, ответил бравадно Кругликов. - Ты ещё только подумал, а мы уже всё про тебя знаем. Тоже не лыком шиты, имеем кое-какие соображения и связи в вашей среде. А как же, без этого нельзя!.. - многозначительно подчеркнул он.
- А вы не смотрите на меня так, не надо так пялиться, - крутил головой Терещенко, пытаясь отмазаться от сальных взглядов завхоза.
- Очень ты мне нужен был, пялиться ещё на тебя!.. Ты что же, меня развратником считаешь? Напрасно, паря!.. Я многодетный отец семейства, служу честно на своём рабочем месте, начальнику своему помогаю по мере надобности решать его проблемы. Он тоже человек очень зависимый, но сейчас не о нём речь... Зачем тебе Егоров-то понадобился так срочно? Ведь всё-равно в комнату к тебе ночевать заявится.
- А вдруг не придёт?! - Сашка опустил глаза, чтобы не была видна явная игра.
- И что?!
- И то... Мне восстановится надо на работе, а он первый, который может помочь, а то и без комнаты останусь, а возвращаться некуда...
- Вон оно, что?! - Кругликов нехорошо рассмеялся. - Как же он тебе поможет, когда сам не у дел... Не помощник он тебе теперь, не помощник!
- Как, почему?
- Тебе ещё не объяснили в твоём родном ГУВД?
- Сказали что-то невнятное, а потом даже разговаривать не стали... Не пустили туда без пропуска.
- Ясно дело, - снова ухмыльнулся завхоз. - Он тоже теперь без работы, не пропустили его на медкомиссии, после неудачного соревнования, когда ему с сердцем плохо стало, не допустили. Вот он и топит теперь горе в стакане, как бы сам там не утоп, а ты... поможет! Ничем он теперь не поможет, - дальше обращаясь к водителю: - Сворачивай к кинотеатру "Встреча". Приехали!
  Машина остановилась в одном квартале от кинотеатра, Сашка выглянул в окно, непонимающе озираясь по сторонам:
- Куда теперь? - неуверенно спросил он.
- Только не в кино, - Кругликов повернул голову к Терещенко. - Рядом с кинотеатром в пивбаре прохлаждается твой Алексей, там его найдёшь... С утра бодяжит! Слаб наш брат мужик на проблемы, это не женская крепкая натура, мы слишком восприимчивы, слишком боимся трудностей быта, вот и он не сдюжил таких-то вот обстоятельств. Споткнулся!.. Иди, небось найдёшь его!.. Не пугайся только, если вдруг не узнаешь!
  Сашка распахнул дверь, вылез из машины, робко посмотрел через дорогу в сторону пивного бара.

  Он нашёл Алексея у стойки, тот пьяно поводил глазами, разговаривая с барменом, размахивал руками, требуя ещё выпивки:
- Дай, я сказал, ну?! Не слишком ли много берёшь на себя, упырь ряженый?
- Мне лишний скандал не нужен, как вчерась, я не могу вас больше обслуживать, - был ответ упрямого парня восточной внешности.
- Ты, что мне сейчас сказал, повтори? - Егоров, как разъярённый бык, ухватил свою жертву за горло крепкой рукой.
- Алексей Михайлович! - раздалось рядом, Сашка бежал через зал к барной стойке. - Не надо, пойдёмте домой!..
- Сашок! - вскинул сразу потеплевшие глаза Алексей, узнавая своего молодого коллегу по несчастью. - Ты приехал, когда? - он выпустил официанта, сразу забыв о своей просьбе до выпивки.
- Сегодня, прилетел сюда, снова хочу на работу... Вы мне поможете в этом?
- Сашок! - Егоров вскинул ладонь, чтобы погладить парня по щекам, но тут же упал, не удержавшись на ногах. - Вишь, как... ты мне бы лучше теперь помог, а я, видимо, уже не ходок до начальства. Но после об этом... Помоги дойти до остановки, надо ещё в автобус залезть, - а потом тихо, уже трезвым  голосом, чтоб было только Сашке одному слышно, добавил: - Я сейчас буду на тебя опираться, а ты меня тащи!..
  Они вышли на площадку пивной в торце старого здания. Перешли площадь к кинотеатру, сели на скамейку. Егоров что-то долго говорил Сашке пьяным голосом, а Терещенко поглядывал по сторонам, напрягая боковое зрение. Ему было видно, что машина Кругликова всё ещё стояла в переулке, никуда не уезжая, они с водителем наблюдали, как Терещенко тащил на себе набрякшее алкоголем тело своего наставника и учителя Егорова. Вот Сашка напрягся, из последних сил удерживая Алексея. Он тащил его, а ноги Алексея казались вялыми и подкашивались на ходу. Не доходя до остановки, он упал на тротуар, Сашка уже не мог его больше удерживать на себе. Пытаясь поднять капитана милиции, он попросил помощи у проходивших мимо из кинотеатра людей. Кругликов, сидя в машине, ликовал, глядя на это "милое" зрелище.

  ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.