Истории Ворона. Крылатый пленник замка. История 1

12+

История 1

Я на память не жалуюсь, дай боги каждому, но уже несколько часов после замеченного замка я кружил над лесом, не в силах высмотреть древний алтарный камень с рунами, дарующими благословения долгоживущим. Проклятый мёртвый ветер так и норовил затянуть вглубь леса, вороша перья и толкая в бок.

И тут мои глаза сверкнули: я узнал место! Всё заросло и изменилось за последний век: деревья стали корявыми, чёрными, покрылись мхом. Но старый дуб ещё не сдался. Я плавно спустился на его толстый сук. Придирчиво и долго вглядывался я в мрачный лес и лишь потом скоком спланировал вниз на камень.

Это он! Древний алтарь для таких, как я, живущих столетия. Мощной лапой я соскрёб с алтарного камня обнаглевший мох. Руны засияли. Им тоже, наверное, было тоскливо в глуши без подношений. Перо трёхсотлетнего ворона чего-нибудь да стоит. Я, поднатужившись, выдернул перо и аккуратно положил его посередине алтарного камня. Руны зашептали, проникая под кожу, наполняя здоровьем, силой и мудростью. Но более всего налилась сиянием одна и мощным толчком светового отпечатка влетела мне прямо в грудь. Кракнув от её мощи, я расставил широко большие крылья и принял благословение.

Не выбирать руну — было моё решение двести лет назад, и с тех пор я следовал ему. На этот раз почтил меня своей милостью Турисаз. Вызов, испытание, защита, разрушение препятствий... При этом требует осторожности. Руна символизирует необходимость взвесить шаги, часто указывая на удачу или неожиданный подарок судьбы. Только дёшево эти подарки не даются. Ох, не зря здесь мёртвый ветер.

Я поклонился алтарю и рискнул несколько шагов пройти по заросшему месту. Бывшая светлая поляна давно утратила свой вид. Непорядок, зло мрачно окружали меня со всех сторон. Ни белки, ни зайчонка... Покрутив головой, я решился. Издав своё обещание "крак!крак!", я вновь поднялся на крыло и полетел туда, куда звал лес— к таинственном замку .

Полуразрушенный, из тёмного камня, он стоял на возвышении, наполняя лесную округу аурой запустения, тайны и опасности. Оконные проёмы по большей части были пустыми или щерились потемневшими стеклянными зубами. Странное чувство: словно здесь не рады чужакам,

но жадно ожидают их.

Сделав круг в полной тишине над огромным строением, я выбрал, как мне казалось, самое безопасное место: часть замка была особняком под длинной выгнутой крышей и отличалась красивыми витражами, которые чудом сохранились даже через века. На одном из окон стекла не было и через него шли тонкие эманации магической защиты. Что там такое? Что требовало такой мощной защиты, если даже сейчас она сочится наружу тонкими струйками?!

Любопытные вороньи глаза окинули взором нутро огромного высокого помещения. "Краааа!" — вырвалось у меня от изумления, и мой крик эхом разнёсся по пустой заброшенной библиотеке! Здесь всё было сделано на века: дубовые полки, ряды столов и лавки. В этом замке почитали знание! Что же заставило исчезнуть такое знающее племя? Не иначе проклятие? Жалкие останки книг не могли поведать об этом: целыми остались наверняка только кожаные обложки.

Как зачарованный, скакнул я внутрь. Тут же мой хвост почуял сильный порыв, и, как в сказке, открыв клюв, наблюдаю я магию восстановления: нет больше разбитого окна! Целёхонько стекло!
"Крааа! краа!" — кричу я возмущённо, но уже поздно, забыл я об осторожности, хоть и прожил триста лет. Распластав широко крылья и раскрыв клюв, сверкаю я зло глазами, ожидая продолжения дьявольского замысла.

— Ишь, раскричался в библиотеке! — проскрипел недовольный старческий голос. — Тихо надо вести себя в библиотеке! — неожиданно зло и с напором добавил он.
В середине библиотечного зала заклубился тёмно-серый туман, и из него соткалась фигура скрюченного старика в ночном колпаке и халате. В руке держал он призрачную свечу.
— Светло же, — каркнул я.
— Не твоего ума дело! — сварливо отозвался старик. — В голове у всех всё равно тьма тьмущая! Никто знаний не ценит! А для чего они даны?!
— Крааа!
— Вот именно!
— Крааа! Краааа! Кра!
— Не выпущу, пока мне не докажешь, что знаниями владеешь и помогают они тебе в жизни!
— Краааа?! — в ужасе возопил я.
— Пять историй! Пять жутких историй! Чтоб светоч знаний оказался кстати!
— Кар кра, — растерянно раскрыл я клюв.

Ну задал дух задачу! Я, сверкая глазами, обвёл взглядом окна: все были закрыты! Даже дверь на террасу и та оказалась полностью застеклённой. Я мог бы поклясться своей легендарной вороньей памятью, что ещё несколько минут назад было по-другому.

Библиотечный дух, кряхтя и ворча, уселся на широкую скамью. Двумя взмахами я взлетел на стол и стал задумчиво по нему ходить. Здесь явно работала магия. Без неё на столах и полках лежала бы просто куча пыли. Что же вспомнить?

— Наблюдал я одну историю лет двести назад, — завёл неспешно я речь про стародавние времена, — до сих пор огорчаюсь.
Дух недовольно повёл крючковатым носом и фыркнул. Я же сделал вид, что не заметил, и начал свой рассказ.

"В одном старинном поселении остались сиротками две юные девы — одна на выданье, другая совсем малолетняя. И вот что чудно было: великовозрастная девица не много чего разумела, работница хорошая, но и только. А вот малышка была разумница, даже со мной пыталась на древнем языке говорить. Не знаю, кто обучал её изначальному языку, я свою тайну блюсти умею: ей не откликался."

Старик в ночном колпаке одобрительно заворчал.

"Малышка собирала целебные травы, причем в правильное время. Я ей иногда помогал, принося в клюве травы посильнее, чтобы под защитой она была. То чертополох ей принесу, то полынь. Старшая сестра ворчала, что малая играет с травками, несерьёзным делом это ей казалось.

Однажды в полуденный зной, когда мавки*и русалки** сильнее всего, надумала старшая сестра искупаться и, как ни уговаривала её малышка, сделала по-своему. Оголилась бесстыдно да полезла в воду, хихикая, а малышка по берегу бегала, уговаривала, глупую, вылезти скорее.

Но та знай себе плескалась. А вода-то потемнела, рябью пошла. Ветер нехороший налетел, платье, на кустике оставленное, сорвал и в воду бросил. Тут же платье под воду ушло, жадными руками ухваченное!А руки те были зелёные! Перестала старшая хихикать, заикала со страху, забилась в воде, да поздно уже было. Потянулись руки жадные и длинные к ней. Завизжала старшая, как руки-то увидела когтистые у самого лица. Да разве ж их напугаешь визгами? Защекотали русалки старшую, утащили к себе. Плакала маленькая сестра, только слезами горю не поможешь. Бегала по берегу, кричала, но словно колдовство какое — ни звука от реки никому в деревню не прилетело. Не помог никто.

И на неё мавкизыркали, кругами ходили, пытаясь ухватить. Только была малышка под защитой травок сильных. Не высмотрели, не ухватили..."

— Глупая девка! — разворчался дух. — Кто ж шумит-то в полдень?!
— Крааа, — печально сказал я.
— Ладно, ладно. Хорошо, хоть маленькая с умом жила.

И мы оба замолчали. Искал я в памяти новую историю.
---------------------
*Мавки — в славянской мифологии злые духи, души умерших некрещёных детей или девушек, обитающие в лесах, полях и у водоёмов. Они заманивают путников, сбивают с дороги и могут защекотать до смерти.
*Русалки — низшие духи в славянской мифологии. Это сложный и многоликий образ, который объединяет в себе черты опасного существа, связанного с водой, и души умершего человека, не нашедшей покоя.