Автомобильная философия

          Полдень выдался тёплым и спокойным. На старой, но удивительно живучей лавочке в тенистой аллее, на которой сидели ветераны местной экономики, люди, которые помнили цены лучше любого справочника: Петрович и Кузьмич. Они вспоминали прошлое так, будто оно стояло у них перед глазами, только слегка выцвело от времени.
          - Ты помнишь, Кузьмич, сколько в шестидесятые стоил стакан газировки? - спросил Петрович, щурясь от яркого полуденного солнца.
          - Чистенькая - копейка, с сиропом - три, - ответил Кузьмич без паузы. - Я такие вещи не забываю.
          Макар, откликающийся на прозвище Макрон, и Геродот, в быту Гера, в это время устроили себе короткую прогулку в обеденный перерыв. Они как раз поравнялись со скамейкой, на которой сидели ветераны, эксперты современной экономики. Макар услышал слово «копейка», мгновенно переключился. Хотя никогда не имел способности быстро реагировать на какие-то события, слова. Но слова «копейка» и «газировка» зацепили его внимание.
          - Три копейки за сироп… - протянул он, остановившись возле лавочки как вкопанный. - Это же почти бизнес-класс среди напитков!
          Гера фыркнул:
          - Макар, в твоей голове бизнес-класс, это всё, что стоит дороже двух евро!
          Старички между тем продолжали меж собой разговор:
          - Литр чистенькой - четыре копейки, - размышлял вслух Петрович. - И бензин тогда столько же стоил, когда один доллар был всего за 60 копеек…
          Макар посмотрел на экспертов и повернулся к Гере:
          - Гера… бензин был дешевле моего утреннего кофе? - удивлённо спросил Макар.
          - Он был равен по стоимости, - поправил Гера. - Это называется паритет. Экономический дзен.
          - Ты вчера говорил, что дзен - это когда комары тебя не кусают и мухи не садятся на твою бейсболку.
          - Это другой дзен. Их много.
          Петрович и Кузьмич наконец заметили молодых спорщиков, остановившихся возле их лавочки.
          - Ты бы лучше масло проверил, - сказал Петрович, узнав Макара. - Я видел, что под твоей машиной масляное пятно образовалось.
          - И давление в шинах, - добавил Кузьмич. - Мне показалось, что у машины шины приспущены.
          Макар вздохнул и посмотрел на Геру жалостливым взглядом.
          - Даже они знают, что у меня лампочка моргает… - с тоскою промолвил Макар.
          - Она у тебя моргает так часто, что скоро будет требовать отпуск, - сказал Гера.
          Но Макар уже был в другом измерении.
          - Гера, если бензин - это газировка… то моя машина - это автомат по продаже лимонада?
          - Нет, - сказал Гера. - Твоя машина - это стакан. Потому что она всё время пустая.
          Макар задумался.
          - А если бы я залил в бак «Дюшес», она бы поехала быстрее? Он же сладкий - значит, энергетический.
          - Она бы поехала в ремонт. - возразил Гера.
          - А если «Тархун» - стала бы зелёной?
          - Стала бы зелёной от зависти и от твоих мудрых мыслей.
          Макар не сдавался:
          - А если бензин стоил как газировка… то почему газировка сейчас не стоит как бензин? Я хочу пить газировку по цене топлива!
          - Ты хочешь пить всё, что не надо пить, - сказал Гера. - Это твоя жизненная стратегия.
          Старички с недоумением переглянулись.
          - Они точно не из шестидесятых, - сказал Кузьмич.
          - Из своих шестидесятых, они у них другие, - уточнил Петрович. - По уровню логики…
          Все четверо на минуту замолчали. Лавочка тихо поскрипывала, будто подводила итог их дискуссии.
          - Главное, ребята, - сказал Петрович, - чтобы газировка была холодная, бензин - не очень дорогой, и чтобы мы всё ещё сидели на этой лавочке.
          - И чтобы лампочка давления масла у Макара перестала подавать сигналы бедствия, - добавил Гера.
          - Она не перестанет, - вздохнул Макар. - Она у меня принципиальная.
          - Значит, машина у тебя честная, - сказал Кузьмич. - Говорит правду.
          - А я бы хотел, чтобы она иногда врала, - признался Макар.
          - Это уже другая философия, - сказал Гера. - Автомобильная…
          Макрон и Геродот присели на лавочку к старикам, чтобы продолжить разговор, на подвернувшуюся тему про газировку и бензин. Лавочка скрипнула, но выдержала всех четверых. Как и жизнь.
          Вечером Макар долго прокручивал разговор в голове и на следующий день в перерыв снова потянул Геру к той же лавочке.
          - Пойдём к лавочке, где вчера пенсионеры сидели. - предложил Макар.
          - Пошли, может они что-то умное подскажут, - согласился Гера.
          Однако лавочка оказалась пустая. Подойдя к ней, решили присесть. Гера сел, но с таким видом человека, который заранее знает: сейчас будет что-то странное, но уже смирился.
          - Гера, - начал Макар, - я вчера думал...
          - Это уже тревожный сигнал, - перебил Гера.
          - Не перебивай. Я думал про газировку и бензин.
          Гера вздохнул, но не возразил, а стал слушать.
          - Я понял, что бензин, конечно, не газировка. Но если раньше они стоили одинаково, значит, люди относились к бензину проще. Не как к драгоценности, а как к обычной бытовой жидкости. – начал рассуждать Макар.
          - Макрон, бензин - это не бытовая жидкость. Это топливо!
          - А газировка - это что? Тоже жидкость. Просто другая. Я не говорю, что её надо заливать в бак. Я говорю, что надо относиться к бензину спокойнее. Не нервничать каждый раз, когда цена меняется.
          Гера задумался. Это было неожиданно разумно.
          - То есть ты хочешь сказать, что газировка - это философия?
          - Именно! Хотя не автомобильная, - оживился Макар. - Газировка - это символ простоты. А бензин - символ нервов. Если совместить их в голове, станет легче жить.
          Гера посмотрел на Макара с новым уважением.
          - Ну… это уже ближе к твоей нормальной нелепой логике.
          В этот момент подошли Петрович и Кузьмич к своей любимой скамейке.
          - Ну что, молодой человек, купил газировку для машины? - подмигнул Петрович Макару.
          Макар улыбнулся.
          - Купил. Но не для машины. Для себя. Чтобы не злиться на бензин. Вот, заливаю в себя… потихоньку, - Макар показал бутылку в руке.
          Старички переглянулись.
          - Слушай, Кузьмич…
          - Да, Петрович?
          - А ведь этот парень не такой уж и странный.
          - Он странный, но в меру, - уточнил Кузьмич.
          Макар продолжил:
          - Я вчера понял: если относиться к бензину как к газировке, то и жизнь станет легче. Вот вы, например, помните, сколько стоил доллар, сколько стоила газировка… А я не помню. И мне легче.
          Гера кивнул:
          - Макрон, ты сейчас сказал почти мудрость.
          - Я всегда говорю почти мудрость, - сказал Макар, приложившись к бутылке с газировкой. - Просто иногда она звучит как глупость.
          Петрович рассмеялся:
          - Молодец, парень!
          - А мы вчера подумали, что ты газировку в бак зальёшь, - добавил Кузьмич улыбаясь.
          Макар покачал головой:
          - Нет, я не настолько… - Он замолчал на несколько секунд, видимо подбирая в своей мудрой голове знакомое слово.
          - Дурак? - подсказал Гера.
          - Экспериментатор, - поправил Макар. - Вот! Я экспериментирую только в голове. Машину жалко.
          Старички одобрительно кивнули.
          - Вот это правильный подход, - сказал Петрович.
          - В голове можно экспериментировать сколько угодно. - А машину лучше не трогать, - добавил Кузьмич.
          Гера улыбнулся:
          - Ну что, Макрон?.. пойдём на работу, перерыв кончается.
          - Идём. Только сначала я газировку допью.
          - Зачем?
          - Чтобы философия не выветрилась.
          - Какая философия? - удивился Гера.
          - Автомобильная! Какая же ещё? Ну, и газированная…, с бензиновой вместе…
          Лавочка тихо скрипнула, будто соглашаясь. Макрон и Геродот отправились к своим рабочим местам, а старички с уважением посмотрели вслед удаляющимся философам.

27.08.2026 г.